Проклинаю тебя (любовью)

      На отработку Ричард тащился, как черепаха. Ноги отказывались ускоряться, вот и все. Зато долгий путь позволил продумать примерный план действий: Дикон твердо решил, что не будет вестись на подколки и вообще не станет подавать виду, будто ему не все равно. Будем бороться с Алвой его же методами. Все-таки не зря кто-то умный сказал, что лучшая защита — это нападение.       Когда Ричард вошел в класс, на лице Алвы мелькнуло удивление. Юноша позлорадствовал: ему удалось на секунду застать учителя врасплох.       — Добрый вечер, профессор. — Сказано это было таким тоном, чтобы Алва понял: вечер в его компании абсолютно недобрый.       — Проходите, юноша. Признаться, я думал, что вы предпочтете сказаться больным или просто забыть…       Ричард как можно равнодушнее пожал плечами.       — Вы ошиблись.       — Да, вы превзошли мои ожидания. Это не отменяет того факта, что в качестве наказания за ваше поведение ваши отработки продлены.       — Вы из вредности это делаете? — Ричард растерял весь важный и независимый вид.       — Положим, из вредности. — Алва качнул головой. — А еще из вредности я хочу поинтересоваться, что вы наговорили обо мне тому журналисту из «Пророка».       Только сейчас Ричард заметил у него на столе свежий выпуск газеты. Сердце бухнуло в пятки, когда он вспомнил, что на эмоциях сказал журналисту какую-то ерунду. Кто ж мог подумать, что это напечатают!       Алва с живым интересом наблюдал за сменой выражения лица ученика, который совершенно растерялся. Нужно было придерживаться выбранной тактики, так что Ричард собрался, сделал лицо кирпичом и произнес:       — Ничего, кроме правды, профессор.       В глазах Алвы мелькнули смешинки. Дик продолжил уже менее самоуверенно, подходя ближе и аккуратно заглядывая в газету:       — А… Что конкретно там напечатали?       — Только правду, юноша, — Алва вытянул шуршащую бумагу у него из-под носа. — Что тут у нас… «Сенсация»… «Раскрываем тайны Рокэ Алвы»… Ля-ля-ля, «у учеников в глазах восторг»… Ага, вот. Вы слушаете, юноша?       Ричард угрюмо кивнул, и тот продолжил:       — «Однако далеко не все учащиеся Школы Чародейства и Волшебства довольны положением дел. Некоторые отзываются о новом преподавателе на удивление резко. «Я скорее учился бы у флоббер-червя, чем у Рокэ Алвы, — комментирует один из старшекурсников. — Этот человек не достоин сидеть за тем же столом, где сидел мой любимый профессор Арамона. Рокэ Алва может идти и подметать полы в Министерстве!»… — Учитель кашлянул, скрывая смех. — Достаточно, или еще?       — Я не это говорил! — выпалил Ричард и осекся. В статье не было указано имя, с чего Алва взял, что это был именно он?       — То есть что-то вы все-таки говорили? — Профессор уже в открытую смеялся. Так он издевается!       — Знаете, что!.. — Ричард был откровенно растерян и смущен, а оттого злился. — Вы… Вы провокатор!       Пожалуй, не стоило бросаться подобными обвинениями в сторону человека, от которого во многом зависит твоя будущая судьба. Но когда это Ричард принимал верные решения?       — Спасибо, что оценили мои старания. — Алва с благодарностью кивнул. — А статейка все же интересная, советую вам почитать на досуге — придаст вдохновения.       На этом его обескураживающая веселость закончилась — или продолжилась, но свидетелем этого Ричард быть уже не мог: Алва ушел в свой кабинет, оставив ученика заниматься унизительным делом: ставить печати на письма, которые нужно было отправить в Министерство. Дик из принципа пользовался исключительно магией, даже не дотрагиваясь до конвертов, чтобы Алва, не приведи Создатель, не подумал, что он читает чужую почту. Впрочем, что там могло быть интересного?       «Вот этим я и буду заниматься, если не поступлю на аврора», — мрачно подумал Дикон, отправляя очередной конверт в стопку на противоположный край стола. В своем светлом будущем защитника отечества он был уверен все меньше и меньше, а постоянными перепалками с Алвой наверняка ситуацию только ухудшал. Так и придется устраиваться простым клерком в Министерство, как Наль. Только вот кузен в свое время тихонько и терпеливо продвигался вверх по карьерной лестнице, а потом вдруг устроился преподавать в Хогвартс — нашел свое призвание. Сидит теперь в своих теплицах, возится с мандрагорами и остальными сомнительными растениями, счастливый.       А Ричарду хотелось все и сразу, и он приходил в ужас при мысли о том, что придется начинать с низов. Сказывался отцовский темперамент. И из-за репутации отца ему будет во много раз сложнее очистить доброе имя Окделлов. А еще этот Алва… Тьфу ты, опять все мысли вокруг него вертятся!       Ричард зло мотнул головой и тихо выругался. По взмаху волшебной палочки улетело на стол последнее письмо.

***

      — Конь на Е5.       — Слон на С3.       — Ха, ладья на С3! Шах! — Черная ладья послушно сдвинулась, сметая несчастного слона со своего пути. Арно потер ладони в предвкушении победы, пятой за час.       — Хорошо, — Дик почесал затылок и оглядел доску, стараясь сосредоточиться. — Король на G4?..       Король оглянулся, бросил раздраженное: «Идиот!», но все-таки обреченно шагнул на клетку вперед. Ричарду потребовалась пара секунд, чтобы осознать свою оплошность. Чертов конь! Арно взглянул на друга недоуменно, за секунду он растерял весь запал.       — Дик, если ты не хотел играть, можно было сразу сдаться, а не прыгать под моего коня. Мат, — подвел он итог. Черный конь встал на дыбы и одним ударом расшиб белого короля. Выглядело как-то уж слишком зверски. — Зачем же фигуры зазря портить?       Замечание было толковым: набор Ричарда и так был потрепан жизнью. Он вздохнул и упал на лежащую на траве мантию, подложив руки под голову, и, глядя в хмурящееся небо, поежился: бабье лето неумолимо заканчивалось, уступая место немилосердной осени.       — Не могу сосредоточиться сегодня. Прости.       Он краем глаза увидел, как Арно хмыкнул и прислонился спиной к дереву, вытягивая ноги и прикрывая глаза. Подул ветер, взъерошил ему волосы и затих.       Это местечко у Черного озера было их с давних времен. В основном студенты если и приходили сюда, то собирались дальше по берегу, ближе к замку. А Ричард и Арно как то прошли вперед и обнаружили этот уютный уголок земли, отделенный от остального мира линией высоких кустов — будто их специально посадили в ряд. По правде говоря, гриффиндорцы не были уверены, что не пересекли какую-то черту, за которой была запретная территория, но ведь в озере и так водились не самые дружелюбные существа, которые могли приплыть в любую точку, верно? Эту мудрую мысль высказал как-то Норберт, остальные тут же согласились и больше не переживали.       В любой другой день Ричард, больше друзей склонный к поэтичным мечтаниям, привычно залюбовался бы желтеющей листвой и спокойной гладью воды, но сегодня мысли его были далеко.       — Опять Алва? — поинтересовался Савиньяк сочувствующе. И как он всегда умудряется угадывать?       — С чего ты взял?       — Ты любишь побеждать и играешь в шахматы лучше меня, а сегодня витаешь в облаках. Я бы пошутил, что ты влюбился, но тебе некогда: ты все время на отработках у Алвы. Так что, скорее всего, ты опять думаешь о том, что он собирается тебя убить.       — Наоборот, — даже на подколку отвечать не хотелось, — больше, видимо, не собирается.       Действительно, после того последнего крупного инцидента на уроке количество шуточек и издевательств, которыми осыпал Ричарда аврор, не сократилось, но иногда Дик ловил на себе изучающий взгляд учителя, который не спешил комментировать каждое его неверное действие, будто прикидывал в голове, что стоит говорить, а что нет. Радоваться бы надо, но Дику было не по себе. Если бы это был не Алва, можно было бы предположить, что у того проснулась совесть. Вот только оставалась одна загвоздка: это все-таки был Алва, и о совести он вряд ли слышал.       Арно вздохнул. Дик этот вздох заслужил.       — Хочешь знать мое мнение?       — Ты же в любом случае скажешь.       — Скажу, — согласился друг. — Ты не знаешь, как относиться к Алве. Он убил твоего отца, но тебе самому фактически пока не сделал ничего плохого. А ты ждешь подвоха. И вот после напоминания об убийстве он вроде как меняет свое отношение к тебе, из-за чего ты начинаешь ждать подвоха еще сильнее.       Ричард приподнялся на локтях и ошарашенно посмотрел на Савиньяка. В нескольких предложениях он высказал то, что хаотично крутилось в голове у Дика неделями.       — И я думаю, — с нажимом произнес Арно, — что никакого подвоха здесь нет и ты должен просто поговорить с ним. Задать все вопросы, которые тебя волнуют, и успокоиться наконец.       — «Просто»! — возмутился Ричард. — Ты себя слышишь вообще? Какой человек в здравом уме пойдет «просто» задавать ему какие-то вопросы?       — Такой, который хочет услышать ответы. Или ты можешь продолжить страдать до конца года. Уж это точно не помешает готовиться к ТРИТОНам, — съязвил Арно и поднялся на ноги. — Пойдем, уже поздно. Мне еще встретиться надо кое с кем…       — Скоро же отбой. — Ричард решил не уточнять личность неизвестной (почему-то казалось, что это девушка). Если бы Арно хотел рассказать, он бы рассказал. — Не боишься, что тебя опять Придд поймает?       — Не боюсь, — развеселился вдруг Савиньяк, хотел добавить еще что-то, но передумал и направился к замку. Ричард, недоумевающе хмурясь и отряхивая мантию, поспешил за ним.