Проклинаю тебя (любовью)

      Снег шел с самого утра, падал с неба крупными хлопьями, оседал на ресницах. От холода приходилось туже заматывать разноцветные факультетские шарфы и плотнее запахивать зимние мантии. Даже у шедшего чуть поодаль Алвы смешно покраснел кончик носа, из-за чего над ним подтрунивал неунывающий Валме.       Зима была любимым временем года Ричарда — пожалуй, потому что неизменно ассоциировалась с этими походами в Хогсмид, ребячеством вроде игр в снежки и атмосферой приближающегося Рождества. И сейчас жители деревушки уже вовсю готовились к празднику: домики и деревья были увешаны украшениями, отовсюду доносились радостные голоса, волшебники и волшебницы сновали между магазинами в поисках подарков.       Это напомнило Дикону о том, что у него и самого не было ничего для сестры. Он сообщил об этом друзьям и сказал, что хочет заглянуть в парочку лавок.       — Нам пойти с тобой? — уточнил Арно. Он уговорил Валентина пойти вместе с ними, и теперь тот с нечитаемым выражением лица крутился около «своего» гриффиндорца и коротко отвечал, если кто-то из компании к нему обращался. Арно называл это «познакомиться поближе».       — Не надо, — махнул рукой Ричард. — Идите в «Три метлы», встретимся позже.       — Как скажешь, — отозвался Савиньяк и подмигнул: — Я возьму тебе сливочного пива.       Как только они свернули в сторону паба, Дик тут же пожалел о решении идти одному. В последнее время он старался держаться среди людей, потому что иначе его резко начинало преследовать острое чувство одиночества, а сердце тревожно стучало, словно в ожидании чего-то.       Точнее, кого-то, но это Дик предпочитал игнорировать.       И с чего он решил, что в Хогсмиде будет по-другому? Снег и гирлянды дыру в груди не заделают. Может, подлатают, да и все.       В маленьком спортивном магазинчике на углу улицы он наткнулся на просто потрясающие очки для игры в квиддич, защищающие от ветра. Айрис бы такие пригодились, особенно в следующем году, когда ей придется защищать честь Окделлов без брата, единственной из команды. Цена кусалась, но Ричард решил, что оно того стоит.       Настроение продолжало потихоньку катиться вниз, а, когда Дик уже почти подошел к «Трем метлам» и увидел Алву, мило болтавшего с Марианной, и вовсе рухнуло в пропасть. Через несколько секунд послышался далекий всплеск: настроение достигло дна.       Аврор приобнимал девушку за талию, а та смеялась над его словами, и ее румянец трудно было списать на мороз. Ричард намеревался сверлить их спины взглядом как можно дольше, но вдруг они свернули и зашли прямиком в «Три метлы». Алва, как истинный джентльмен, придержал перед Марианной дверь. Дик остановился посреди улицы, как идиот. При мысли о том, что в пабе ему придется мириться не только с непрекращающимся флиртом Арно и Валентина, но и с обжиманиями этих двоих, внутренности неприятно скрутило. А уж вид того, как Алва уводит Марианну с собой, возможно в ближайшую гостиницу, Ричард бы однозначно не вынес.       Захотелось убраться отсюда куда подальше, хоть домой к матери. В теории, он мог бы дойти до станции и сесть на поезд, но Хогвартс-экспресс наверняка уже ушел. В любом случае, стоило проверить. Перспектива оказаться сейчас в Лондоне оказалась слишком заманчивой.       Уже на пути к станции до Дика дошло, что ехать до Лондона и обратно слишком долго, но разворачиваться было глупо, так что он упрямо шел вперед.       Расписание висело на виду, и Ричард из интереса взглянул. Он хмыкнул: по всему выходило, что поезд прибывал на платформу девять и три четверти в ближайшие десять минут, а отправлялся обратно в Хогсмид через три часа. А что, если… Нет, глупая идея, абсолютно глупая, и ни к чему хорошему она не приведет. Но в голове вновь всплыло изображение смеющихся Рокэ и Марианны, а потом продолжения их «близкого общения», стало невыносимо тошно, и Дик решил, что один разок может позволить себе совершить глупость.       Правда, перед этим он послал с Патронусом сообщение Арно — благо, Алва этому их научил. Потом Ричард вздохнул, собрался с силами и аппарировал.       Когда он появился на платформе девять и три четверти, ему потребовалось несколько минут, чтобы отдышаться, держась за стену, и не оставить на полу весь недавний обед. Но был и повод собой гордиться: шутка ли, он смог перенестись из Шотландии в Лондон! Знал бы Алва…       Но Алве, кажется, до него дела не больше, чем до остальных учеников. Они расстанутся через полгода, а потом, и то не факт, встретятся только в Академии. А там уж точно будет не до разговоров за бутылкой вина и не до приключений с ызаргами. Ричард горько усмехнулся и сверился со временем — до прибытия поезда оставались считаные минуты.       Когда Хогвартс-экспресс, пыхтя и стуча колесами, остановился, открылся и проход на маггловскую сторону вокзала Кингс-Кросс. Дик невозмутимо вышел из кирпичной стены, как будто так и надо, и снова замер. Он мог пойти погулять по Косому переулку, а мог отправиться в маггловский Лондон. Выбор пал на второе.       На уроках маггловедения их пару раз водили сюда на своего рода экскурсии, так что толпы народа и бесконечный поток машин не пугали, даже удачно отвлекали от навязчивых мыслей. Дикон шел и шел вперед, почти не глядя по сторонам и не стараясь запомнить дорогу. Если потеряется, просто спросит у кого-нибудь, как добраться до вокзала Кингс-Кросс, и все. Магглы ведь говорят на том же английском. Правда, Мирабелла Окделл с этим бы решительно не согласилась, но Дику меньше всего хотелось следовать убеждениям матери.       Он очнулся, когда понял, что шум окружающего мира стих. Вокруг больше не было высоток, широкое шоссе превратилось в узкую проезжую часть, а солнце сидело значительно ниже. Сколько же он шел в никуда, думая об… о всяком? Пора бы возвращаться, но…       Взгляд уперся в яркую вывеску. Бар. Ричард боролся с собой как мог, но в результате рассудил, что раз Алва лишил его сливочного пива, то он хотя бы может выпить обычного, маггловского, пусть и понятия не имеет, какое оно на вкус. Да он и в своем мире не много алкоголя пробовал, что уж говорить о магглах. Совершенно необходимо было провести исследование. Ричард толкнул тяжелую дверь.       Внутри было… «менее», чем Дик представлял. Менее чисто, менее светло, менее уютно. И люди тоже выглядели менее дружелюбно. Однако решение напиться крепчало, и юноша, постаравшись принять уверенный вид, опустился за барную стойку рядом с немолодым мужчиной. Тот окинул Ричарда странным взглядом, но он не отреагировал и обратился к бармену:       — Налейте мне чего-нибудь… — Н-да, знать бы хоть названия… — Чего-нибудь покрепче!       Бармен незаинтересованно посмотрел на него.       — Тебе хоть есть восемнадцать? — И, когда Ричард замялся с ответом, продолжил: — Впрочем, мне все равно. Деньги-то есть?       Тут до Дика дошло, что маггловских денег он раздобыть не додумался. С другой стороны, какая этому человеку разница? Кто откажется от золота?       — Конечно, — он вынул из кошелька пару галлеонов. Бармен был не впечатлен.       — Это что, какая-то шутка? Ты бы еще шоколадные монеты притащил, парень.       — Это золото! — возмутился Ричард. — Вам это любой гоблин подтвердит!       — К счастью, парень, я не гоблин, — бармен глядел все менее и менее дружелюбно, — поэтому катись-ка ты отсюда со своим "золотом", пока сам тебя не вышвырнул.       Ричард с досадой выдохнул сквозь зубы. Но помощь пришла откуда не ждали.       — Не кипятись, Пит, — подал голос мужчина, сидящий рядом. — Я заплачу за молодого человека.       Бармен, которого звали Питер, пожал плечами, что-то буркнул себе под нос, но просьбу исполнил. Перед Диком появился стакан с чем-то отвратительным как на вид, так и на запах. Ричард запоздало откликнулся:       — Не стоит… То есть, не стоило…       — Не беспокойся, юноша, мне не трудно. — Обращение неприятно резануло по ушам. Мужчина ненавязчиво придвинулся ближе. — Как тебя зовут?       — Ричард.       Он на пробу сделал глоток. Напиток был отвратителен и на вкус, к тому же неприятно обжег горло.       — А меня Джеффри. Я не видел тебя здесь раньше, Ричард.       — Я здесь первый раз, — охотно поделился Дик. И выпил еще.       — Должно быть, у тебя что-то случилось? Несчастная любовь? — предположил Джеффри.       Дикон опешил. Неужели его так легко прочесть? Тогда дела плохи.       — С чего вы взяли?       — Ты выглядишь очень одиноко, Ричард, — вкрадчиво произнес мужчина и накрыл своей рукой руку Дика. — Думаю, тебе не помешает компания.       Он смотрел внимательно и заботливо, чуть наклонив голову. Поэтому Дик решил не обращать внимания на странности вроде неуместного прикосновения или чересчур сахарного тона.       Джеффри слушал, а Ричард рассказывал, разумеется, не называя имен. Все сомнения и переживания наконец обрели форму слов, и от этого становилось невообразимо легче. От этого и, пожалуй, от выпитого: Джеффри продолжал ненавязчиво покупать и подталкивать к нему алкоголь. А Ричард, у которого перед глазами уже плыло, послушно пил, даже не замечая, как мужчина придвигается все ближе и ближе.       Бар заполнялся все новыми и новыми посетителями: закончился рабочий день. Язык Дика слушался своего хозяина все хуже.       Но, когда Джеффри в уж совсем откровенном жесте обнял его за талию, Дикон вдруг осознал, что что-то не так. Почему он до сих пор здесь, почему рядом этот странный человек, который шепчет ему что-то на ухо?       — Простите, мне… Мне нужно на воздух, — задушенно пробормотал он и вывернулся из-под руки мужчины. Пошатываясь, но как можно скорее, вылетел из помещения.       На улице уже было темно. В лицо ударил холодный ветер, но Ричард с удовольствием прикрыл глаза и глубоко вдохнул. В мыслях слегка просветлело, но легче от этого не стало: судя по всему, Хогвартс-экспресс давно ушел, проход на платформу девять и три четверти закрылся, домой теперь было не попасть — сконцентрироваться и аппарировать виделось невозможным. Дик представил, как ему попадет от Робера, когда он вернется завтра, и затошнило еще сильнее, чем до этого.       В любом случае, не стоять же здесь до утра. Нужно было пойти… хоть куда-то. Найти место, где можно будет согреться, для начала. Можно было применить согревающее заклинание, но Ричард подозревал, что в таком состоянии он себя скорее подожжет, чем согреет.       Он двинулся вниз по улице, старательно игнорируя карусель, в которую превратился мир. Сзади послышались звуки. Ричард оглянулся и увидел выходящего из бара и озирающегося по сторонам Джеффри. Не раздумывая, юноша нырнул в довольно узкий проход между домами и с разбегу на кого-то налетел.       — Простите, — пробормотал он. Хотел было обойти, но парень постарше, в которого он врезался, перегородил ему дорогу. От стены отделилась тень и обрела форму человека. И еще одна. На Ричарда смотрели трое магглов… скажем так, не самой приятной наружности.       — К чему такая спешка, приятель? — зло ухмыльнулся тот, что выполнял функцию стены. От него пахло алкоголем, но по сравнению с Ричардом он был трезв как стеклышко. — Может, разберемся?       — Не хочу я с вами разбираться, — проговорил ошарашенный Дикон. Директор Штанцлер всегда говорил, что магглы — слабые создания, и посему нуждаются в защите волшебников, за право помогать магглам боролся и отец. Но эти ребята совсем не выглядели беззащитными.       — И правда, что ты пристал к человеку, — кинул своему приятелю парень справа. — Ты погляди: он же в цирк торопится.       Все трое расхохотались, а до Ричарда не сразу дошло, о чем это они.       — Это мантия, а не маскарадный костюм! — встал он на защиту своей одежды. — И пустите уже, мне надо… домой.       — Слышал? — Первый пихнул второго в бок и проблеял: — Ему надо домо-ой, к ма-амочке. — Его голос изменился, когда он шагнул к Дикону и грубым жестом схватил его за мантию у самой шеи. — Лучше бы тебе было пять раз подумать, прежде чем…       Ничего лучше, чем нащупать в кармане палочку и произнести: «Экспеллиармус» Ричард не придумал. Парня отбросило заклинанием, он упал на спину и застонал. Другой застыл с открытым ртом, а третий оказался или решительнее, или глупее: он бросился к Дику и ударил его в лицо. Нос жалобно хрустнул, в глазах потемнело.       Ричард, не успевший толком осознать, что происходит, снова поднял палочку. И тут сбоку раздался хлопок аппарации.