Фимэрия. Ⅰ. Альма-матер

Первый учебный день я встретила, как полагается встречать любое ответственное событие – прослушав будильник. Лиза сидела на полу напротив единственного в комнате зеркала и, обложившись кучей палеток и непонятных тюбиков, докрашивала второй глаз. Я лениво потягивалась в постели, наблюдая в зеркальном отражении лицо соседки, украшенное стрелками, тенями, блеском для губ и ещё какими-то непонятными сверкающими штуками. Девушка была фанаткой ярких макияжей. – Который час? – спросила я сквозь зевок. – Лучше поспеши, если хочешь успеть собраться. – Не переживай. Я же не собираюсь делать из своего лица дискотечный шар и… Что ты там на себя ещё лепишь?! – Декоративные стразы, – спокойно ответила Лиза. – Разве они… не для мебели? – искренне недоумевала я. – Ага. Но я использую по-другому. Косметика в принципе не была моей страстью, а в подобных проявлениях вовсе казалась дикой. – Не боишься, что другие девушки будут показывать пальцем? – Плевать. Мне нравится и это главное. Поспорить было сложно. Встав с кровати, я решила посмотреть, чем занимаются остальные. Дверь в спальню девочек была закрыта не до конца, потому я просто вошла. Передо мной стояла Катя, которая агрессивно швыряла на пол свою одежду, но заметив меня резко замерла. – Напугала, – протараторила она. – Извини, нужно было постучать. – Взгляд упал на гору скомканных футболок. – Здесь ураган прошёлся? – Это я… не знаю, что надеть. – Что-то удобное? – И да, и нет, – моя скептически поднятая бровь, давала понять, что я жду пояснения. – Сегодня первый учебный день и мне… Мне хочется быть красивой. – А обычно ты не красивая? – Обычно… не такая, какой хотелось бы быть. Моё лицо выразило неприкрытое удивление. Я и подумать не могла, что Катя настолько сильно сомневается в себе. – Ну и дура, – когда вместо ответа мелькнула скромная улыбка, я добавила: – Ладно. Пойду умоюсь. – Удачи. Соня уже час занимает ванную. Поняв, что в комнате с тремя молодыми девушками для четвёртой нет места, я заварила кофе и, попивая его, начала изучать расписание. Госпожа Вайнона раздала нам карточки с перечислением всех предметов и преподавателей. Как и следовало ожидать, в списке оказалось больше трёх дисциплин: • Основы общей и прикладной магии (ООПМ) – Госпожа Вайнона • Магия стихий в теории и на практике (МСТП) – Госпожа Вайнона • Элементарное заклинательство – Госпожа Ванесса • Зельеварение – Госпожа Ванесса • Подготовка к противостоянию чёрной магии (ППЧМ) – Госпожа Вивьена • Физическая культура – Госпожа Вивьена • История и культура магического мира – Общая еженедельная лекция После просмотра карточки стало очевидно, что всё гораздо серьёзнее, чем показалось в начале. Ученицы действительно должны прикладывать усилия, которые будут строго оцениваться. А я-то надеялась отдохнуть здесь от обычной школы. Когда соседки собрались, я в последний момент натянула на себя чёрную толстовку, и мы вместе отправились на урок. Первый день радовал низкой загруженностью. Нас ожидало всего три занятия: ООПМ, зельеварение и физическая культура. Проходя по коридору, я вдруг поняла, что перед выходом даже не взглянула в зеркало. Не то чтобы мне нужно было подобно Лизе поправлять макияж, но всё же хотелось убедиться, что после сна на лице не осталось нелепого отпечатка от руки. Удивительно, но за всё время нашего немалого перемещения на пути не встретилось ни одного зеркала. Это казалось странным, ведь в моей обычной школе зеркала были развешаны на каждом углу, что уж говорить о пансионате для девочек. Отражение нельзя было разглядеть даже в окнах, ведь их украшали плотные непрозрачные витражи. Возникла идея заглянуть в уборную, но и она оказалась провальной. Над раковиной, на месте, где положено висеть зеркалу, красовалась картина лесного пейзажа. Они что спустили весь бюджет на мрамор и не осталось денег на одно несчастное зеркало? Смирившись с неизвестностью, я продолжила путь на класс. Мы с Лизой заняли места за третьей партой третьего ряда, а Соня с Катей сели прямо перед нами. Кабинет заполнила болтовня. Все ученицы прибывали в трепетном воодушевлении, ведь им не терпелось поскорее опробовать свои способности. Наконец дверь распахнулась и перед нами предстала директриса. В современной рубашке с огромными рукавами фонариками, длинной расклешённой юбке, с улыбкой на лице, сопровождаемая стуком каблуков, она выглядела особо завораживающе. Девочки так и кинулись вставать в знак приветствия, но что-то пошло не так. Мгновение спустя я поняла, что, как и все, не могу пошевелиться, словно приклеенная к стулу. – Без паники, – сказала госпожа Вайнона. – Ваши манеры похвальны, но я так не люблю все эти субординационные формальности. Не переживайте, заклинание спадёт к концу урока. – А если я захочу в туалет? – фыркнула Соня. – Оу. Об этом я как-то не подумала. – Значит, вы снимите заклинание? – Нет, – коварно улыбнулась женщина. – вы сами его снимите. – Но… – Деева окончательно запуталась. – мы изучаем заклинания на другом предмете. – Бросьте. Это очередные формальности. Не заставляйте меня переживать, что с вами будет слишком скучно. После этих слов я была готова погрузиться в учёбу, но мне прилетела записка от Кати. «Вот бы и в обычных школах были такие учителя!» Представив восхищённую интонацию, с которой это писалось, я не стала медлить с ответом. «Кто-то уже влюбился?)» Вместо ответа Фой повернулась и взглянула на меня, как бы говоря, что я совсем ку-ку. Только вот порозовевшие щёки утверждали обратное. – Ах да, чуть не забыла! – с этими словами директриса подошла к своему столу и достала из-под него небольшую коробку. – Сейчас я раздам вам перчатки. Будете носить их во внеучебное время. Они блокируют силы, и, если кто-то из вас не сможет себя контролировать, разозлится или расстроится, перчатки помогут не натворить дел. Получив новые белые аксессуары, я задалась одним вопросом. – Простые кусочки ткани могут сдерживать могущественную магию? – Ох, – госпожа Вайнона закатила глаза. – проклятая природа людского скептицизма. Прекрати искать логику там, где её нет. Я согласно кивнула. – Мы должны носить их всё время? – едва ли не возмущалась Соня. – А что, – вмешалась Лиза. – они очень красивые. – Можете снимать, когда идёте в душ или ложитесь спать, – ответила директриса. – Когда вы одни в перчатках тоже нет необходимости, но если куда-то выходите или с кем-то общаетесь, то без них не обойтись. Я невольно взглянула на оголённые женские руки. При нашей первой встрече на них тоже красовались белые перчатки. Но как тогда она наколдовала портал? У Сестёр-Основательниц иммунитет к полиэстеру? Остаток урока мы пытались отлепить свои попы от стульев, но, что не удивительно для новичков, старания оказались напрасны. Лишь у одной Лизы получилось избавиться от чар со второй попытки. – Ты тренировалась дома? – госпожа Вайнона подмигнула. – Немного. – Молодец. Но. Больше так не делай. Лиза довольно улыбнулась, а я поймала взгляд Кати, огорчённой тем, что похвалили не её. Когда занятие закончилось, мы всей дружной компанией отправились на завтрак. Ничто так не объединяет, как коллективный голод. В столовой оказался своеобразный шведский стол. Каждый подходил к центральной стойке и брал всё, что захочет. На завтрак предлагались преимущественно омлеты, жареные яйца и самые различные каши. Позволялось даже самостоятельно намешать любую смесь из хлопьев. – Так и поправиться недолго, – заметила я, садясь за стол. – К концу учебного года покатимся домой, как распухшие шарики, – добавила Лиза и тут же сменила тему. – Какие впечатления от первого урока? – Офигенные! – едва ли не подпрыгнула Катя. – Госпожа Вайнона… Она нереально крутая! – Если будем стараться, станем такими же крутыми, как она. Хотя… это я загнула. Но вполовину точно. Мы с Соней утомлённо переглянулись. Похоже, здесь образовался клуб «безумных фанатов Ясного Солнца», в который мы не входили. – Лиза, – обратилась я с долей недоверия. – напомни, как давно ты практикуешь магию? Явно дольше одной недели. – Да, немного дольше. Соседка скрытничала, но я никогда не любила секреты, потому не остановилась. – Ты говорила, что давно знаешь о магии. Откуда? – девушка не спешила с ответом. – Лиз? – Когда я ем – я глух и нем. Этот ответ меня разозлил, и я крепко сжала стакан апельсинового сока. Теперь все взгляды за столом были прикованы к нам. Желая разбавить напряжение, Катя прошептала: – Интересно, что ждёт нас на других уроках? Её фразу сопроводил громкий звонок. – Вот сейчас и узнаем. Но русское «сейчас» никогда не означало «в этот же момент». Многие из нас не успели доесть, потому мы задержались в начале на пять минут, а, когда не смогли сразу найти кабинет, то и на все десять. Подходя к двери, я морально готовилась к тому, что придётся извиняться, но оказавшись внутри поняла, что и госпожа Ванесса не отличается особой пунктуальностью. Мы уже заняли свои места и даже обсудили вопросы вселенской важности, вроде сексуальной ориентации Дамблдора, но младшая Сестра-Основательница так и не появилась. – Тоже заблудилась? – предположила Соня, после чего дверь наконец открылась. Женщина вошла, как и полагается входить возвышенным леди – с расправленными плечами и гордо поднятой головой. Она не посчитала нужным объясняться перед нами, и вместо извинения за опоздание произнесла короткое: – Начнём. В отличие от госпожи Вайноны образ младшей сестры не приблизился к современному. На ней было длинное тёмное платье с алыми вставками. Будучи впечатлённой от первого занятия, я обратила особое внимание на её перчатки. В первый раз мне показалось, что они полностью состоят из чёрного кружева, однако на самом деле под ним была подкладка из плотной телесной ткани. Урок зельеварения напомнил лабораторную работу по биологии. Наставница начала доставать лотки с образами различных трав. Не знаю, что произошло. То ли я устала сидеть и захотела размяться, то ли во мне заговорил внутренний джентльмен, но я обратилась к госпоже Ванессе. – Вам помочь? Она не сразу поняла, кто это сказал, но взглянув на меня чуть заметно подняла брови. Это движение было столь не значительно, что, готова поспорить, уловилось только мной. – Помоги, – спокойно ответила женщина. Когда я подошла и начала принимать лотки, то почувствовала какой-то приятный запах. Вначале я подумала, что он исходит от трав, но вскоре поняла… Она… пахнет розами? Закончив, я вернулась на своё место, не услышав даже скупого «спасибо». Впрочем, оно было не нужно. – На всех образцах есть бирки с их названиями и свойствами, – сказала наставница. – законспектируйте. Если хотите, можете сделать зарисовки. На следующем занятии проведём проверочную работу. Дав указания, женщина сразу направилась в сторону выхода. – А вы куда? – вопрос вырвался сам собой. Госпожа Ванесса остановилась и медленно повернулась ко мне. Она явно не ожидала подобной вольности и, вероятнее всего, была рассержена. Точно сказать не получалось, ведь мышцы её лица по-прежнему оставались неподвижны. Короткий взгляд на дверь свидетельствовал о том, что наставница желает оставить вопрос без ответа. Вероятно, она так бы и поступила, окажись мы вдвоём, но тридцать пар любопытных глаз сделали своё дело. – Сегодня я вынуждена уйти пораньше. Надеюсь на ваше понимание. И женщина ушла, оставив нас наедине с травами и рабочими тетрадями. – Что это было? – недоумевала Катя. – Ответственное отношение к работе, – съязвила Лиза. – Давайте не будем делать поспешных выводов, – вмешалась я. – может у неё действительно важные дела. Переодеваясь на физкультуру, девочки продолжали обсуждать произошедшее на зельеварении. Кто-то начал сравнивать госпожу Ванессу с госпожой Вайноной, а остальные тут же подхватили. Не стоит пояснять, какая наставница вызвала большую симпатию учениц. Несмотря на мою любовь к возмущениям, в этот раз я воздержалась от комментариев. От чего-то мне хотелось верить, что первое впечатление обманчиво. Но недовольство младшей сестрой продлилось недолго. Оно сошло на нет, стоило начаться уроку средней сестры. Занятие проходило на улице. В отличие от других наставниц госпожа Вивьена явилась вовремя. Когда мы вышли, она, облачённая в чёрную около военную одежду, уже ждала, держа в руках толстую боевую трость. – Палка, чтобы отмахиваться от мух? – шепнула я. – Думаю, чтобы избивать опоздавших, – ответила Соня. – Ну тебе то не привыкать получать от неё увечья, – я кивнула на обожжённый палец соседки. – Дамы, – раздался суровый голос наставницы. – надеюсь, вы хорошо отдохнули. Начнём с небольшой разминки. «Небольшая» разминка представляла собой шесть кругов вокруг школы. Хотя, Утренней Звезде больше подходило число шестьсот шестьдесят шесть. Она вообще в курсе, что её фамилия означает для христиан…? – У кого-нибудь есть вода? – простонала Соня на последнем круге. – Святая? Нет, но в следующий раз обязательно возьму, – и я не была уверена, что шучу. Когда мы чуть живые прибыли к «финишу», госпожа Вивьена встретила нас устрашающим покручиванием своей мухобойки. – Хорошо. А теперь посмотрим, на что вы способны. – Разве ещё не конец? – Лиза пыталась отдышаться. – Нет, наивная. Ещё только начало. Люциферша раздала нам трости и распределила по парам. Распределение основывалось на телосложении, потому нас с Соней поставили вместе. – Сейчас я познакомлю вас с основами Бодзюцу. Повторяйте и постарайтесь запомнить хоть что-то. Позже скажете спасибо. – Наставница встала в стойку. – Сначала отработаем диагональ по левому боку. Один бьёт, а другой блокирует. Потом меняетесь… Остальные слова я уже не понимала и просто повторяла за женщиной. Тренировка проходила на удивление неплохо. У меня получалось практически всё. Что до Сони… У неё имелись трудности. – Отлично. Время веселья. – «веселиться» не хотел никто из присутствующих. – У вас будет свободный бой. Можете использовать изученные приёмы или те, что выдумали сами. Задача одна – не быть жалкими. – И не покалечиться, – прошептал кто-то из толпы. Не думаю, что её это волнует. Я стояла напротив Сони, в глазах которой читалась тревога. Коротко кивнув, я указала ей бить первой. Удар последовал незамедлительно, но был настолько слаб, что оставалось, как говорится, обнять и плакать. Тогда мной было принято решение драться в полсилы. Зря. Очень зря. Когда тренировка наконец закончилась, все поспешили обратно в школу. Или почти все. Госпожа Вивьена подошла к нам и обратилась к Соне. – А ты задержись. Я бросила последний обеспокоенный взгляд на соседку, которая натянуто улыбнулась, как бы говоря «всё обойдётся».

***

Но ничего не обойдётся. Соня поняла это, как только они с наставницей остались наедине. – Подними, – сухо произнесла госпожа Вивьена, указывая на валявшуюся в траве трость. – Я не буду с вами драться. Женщина подошла ближе и произнесла одними губами: – Наклонись и подними эту чёртову палку. – Нет. Большей провокации не требовалось. Спустя мгновение Деева получила сильный удар под коленки и рухнула на землю. Она была бы глупой, если бы после этого надеялась на жалость. – Вставай. – Не буду, – через страх прошептала девушка. – Ты сама виновата. Соня даже не успела понять смысл сказанного, как по ногам прилетел второй удар. Третий пришёлся по телу, и она завалилась на бок. – Больно! – пронёсся жалобный стон. – И будет. Если не встанешь. Деева дотянулась до трости и, взяв её в дрожащую руку, медленно поднялась. – Теперь бей. – Но я же… – Я сказала. Бей. Положение было безвыходным. Собравшись с силами, девушка замахнулась на наставницу, но той даже не пришлось ставить блок. Она с лёгкостью увернулась и, оказавшись за спиной ученицы, захватила тростью её горло и прижала к себе. – Можешь благодарить подругу, – прошептала Вивьена, едва ли не касаясь губами девичьего уха. – З-за что? – задыхаясь прохрипела Соня. – За её сердоболие. Наставница ослабила хватку, и Деевой удалось вырваться, но она тут же получила толчок подошвой ботинка по спине и упала на колени. Дальше посыпались удары тростью. Терпеть больше было невозможно и девушка рухнула полностью. – Не вынуждай считать тебя жалкой. Вставай. – Я… я не могу, – сквозь слёзы бормотала ученица. Госпожа Вивьена отбросила трость. Обойдя девушку, она наклонилась, схватила её за подбородок и силой повернула измученное лицо на себя. Глаза были наполнены страхом загнанного зверя. – Ты. Безнадёжна. С этими словами женщина оставила девушку и, собрав тренировочные палки, скрылась в дверях школы. Соня лежала на траве и вытирала солёные слёзы. Больно. Очень больно. И обидно. Она чувствовала себя униженной. С ней не должны были так обойтись. – Всё-таки. Ненавижу. Это место.