Фимэрия. Ⅰ. Альма-матер

Дождавшись пока подруги уснут, я встала с кровати и подошла к зеркалу. Руку вновь ранили поблёскивающие в темноте края острого стекла. Хоть какая-то от тебя будет польза. Не оставляя себе времени на то, чтобы передумать, я повторила уже знакомое действие. На месте приложенного к зеркалу осколка выросла ручка, повернув которую, я прищурила ослеплённые голубым свечением глаза. Тут же мелькнула мысль о том, что Лиза могла проснуться, но она лишь перевернулась на другой бок и только сильнее засопела. Тогда я спокойно шагнула вперёд. Проблем с переносом не возникло. Впрочем, что могло пойти не так? От меня не требовалось никакой магии, лишь умение ходить, а этому я обучилась ещё в годовалом возрасте. Или во сколько там дети начинают носиться как полоумные? Госпожа Вайнона портит статистику. Судя по рассказу Кати, её СДВГ прогрессирует с пелёнок. Я взглянула на уже знакомое озеро. Оно было точно таким же, как и в прошлый раз, только теперь над ним нависало ночное небо. К слову, небо выглядело довольно необычно. Затянутая тучами синева словно через дырки на потёртой ткани пропускала сияние, плавно переходящее от светло-розового к приторно-мятному оттенку. Вряд ли подобное явление удастся увидеть в России. Это замечание заставило меня впервые задуматься о том, где же, собственно, находится Виарос. Ведь точно где-то на Земле, но… где именно? В какой части света? Поняв, что сама всё равно не догадаюсь, я решила спуститься к озеру. Мне не давали покоя воспоминания о странностях отражения, которые возникли, когда мы были здесь с госпожой Ванессой. Я медленно наклонилась к воде. Небесное сияние позволило лицезреть моё сонное лицо, но больше ничего. Никаких ярко-изумрудных глаз с кошачьим разрезом. Только я и… Вдруг на водной глади возникло второе отражение. – Как вы узнали, что я здесь? Я повернулась к госпоже Ванессе, которая спокойно стояла в метре от меня, придерживая накинутый на плечи платок. В тот момент мне стало неловко, ведь она увидела меня в одной футболке и пижамных шортах. – Я не знала, – мягко прошептала женщина. – но порой мне нравится приходить сюда. Здесь спокойно и можно о многом подумать. – В таком случае, извините. Я, кажется,… помешала вашему уединению. – Не страшно. – Разве? А мне казалось… Вы любите быть одна. – Всё хорошо в меру. Даже одиночество. Я радостно улыбнулась, и мы по какой-то немой договорённости медленно последовали вдоль берега. Тучи слегка разошлись, и я старалась как можно больше смотреть на небо, дабы не пугать наставницу излишней заинтересованностью. – А ты? – наконец спросила она. – Почему пришла сюда? – Вероятно, по той же причине, что и вы, – даже эта фраза показалась мне слишком откровенной. – К тому же, раз осколок снова у меня, грех упускать возможность улизнуть из школы. – Не боишься лесных чудовищ? – Все чудовища уже здесь. Ой… Если что, я себя имела в виду. Женщина сдержанно усмехнулась. В тот момент я больше напоминала жертву, нежели жуткого монстра. Сложно было бы убежать на дрожащих от холода коленях. – Ты замёрзла? – Не успела переодеться, – нос начал предательски хлюпать. – Дать платок? Вначале я хотела отказаться, ведь заметила, насколько бережно госпожа Ванесса снимала расписанную багряными узорами ткань со своих плеч. Но вдруг меня осенило. Важная вещь… А ведь это может подойти. – Спасибо, – я накинула платок, и мы зашагали в противоположном направлении. – В прошлую встречу мы не закончили, – загадочно произнесла наставница. – Вы это о чём? – О повторном знакомстве. Ты не стала говорить о себе, вынудив меня сделать это первой. – Господи… Я и забыла. – Однако, удивительно, что она всё помнит. – Мне и рассказывать-то нечего. Классический проблемный подросток. До недавнего времени жила с мамой… Правда, мы часто переезжали. – У вас с мамой хорошие отношения? – Думаю, да. А что такое? – Ничего. Просто стало интересно. – Ну-у, – стоило добавить подробностей, чтобы госпожа Ванесса не сочла меня ограниченной. – мы доверяем друг другу. Она всегда поддерживала мои увлечения. – Например? – Спорт. Мама хотела, чтобы я посвятила себя урокам православной культуры, но меня слишком пугали бесы, и я пошла на бокс. – Поэтому теперь никого не боишься? – Пусть все боятся меня. После этих слов женщина остановилась. Я не видела, но могла поклясться, что по её коже пробежала дрожь. Неужели всё дело в моих словах? – Я что-то не так сказала? – Нет, – опомнилась наставница. – Нет-нет. Просто… ты напомнила мне… кое-кого. – Дайте угадаю, – я сделала вид, что думаю. – Хм… Госпожу Вивьену? – Что? Нет. И… Не надо. Гадать. – Как скажете, – я пожала плечами. Женщина принялась активно хлопать глазами, словно ей что-то мешало. Я заметила, что одна из волосинок выбилась из причёски и зацепилась за ресницы. – Погодите, – моя рука была в сантиметре от её лица. – не двигайтесь. Я осторожно убрала волосинку от голубого глаза. В тот момент подушечки пальцев слегка коснулись гладкой щеки. Или не совсем гладкой. Ощущалась какая-то неровность. Словно объёмная линия, проходящая вдоль левой стороны лица. Отдёрнув руку, я увидела лишь ровную бархатную кожу. Это дало мне повод усомниться в собственной адекватности. Или адекватности своих пальцев. Вскоре я заставила себя вернуться к спокойному виду, но госпожа Ванесса успела заметить неладное. – Мне… Мне уже пора, – сказала наставница, сделав два шага назад. – Но до рассвета ещё целая… Никто не услышал. Женщина быстро скрылась сперва за ветками деревьев, а потом и за стеклом золотого зеркала. – …вечность. Помёрзнув в одиночестве ещё некоторое время, я поняла, что всё-таки следует вернуться в комнату. Одно радует – она забыла платок.

***

Мне говорили, что утро добрым не бывает. Но если первым, кого ты видишь, когда открываешь глаза, оказывается госпожа Вивьена, можно с полной уверенностью утверждать, что день не задался с самого начала. Наставница стояла возле нашего шкафа, и вначале мне показалось, что в её руках блестит серебряный кинжал. Но это была самая обычная отвёртка. Взгляд упал на соседнюю кровать, на которой сидела удивлённая Карницкая. Вероятно, она ещё не задала вопрос, а если и задала, то я повторю. – Что вы делаете?? – Провожу профилактику юношеского нарциссизма. Я ничего не поняла. Видимо, на это и был расчёт. Единственное, что было ясно, – шкаф опасно рискует остаться без своего стеклянного друга. – Зачем вам наше зеркало?? – Мне незачем, – наставница даже не удостоила меня взглядом, она была слишком занята откручиванием шурупов. – соответственно и вы обойдётесь. – Правда? А как, по-вашему, нам собираться на занятия? – Соврать, что я верю в вашу сообразительность? – Юля, мне нужно… Повернув голову, я увидела влетевшую в комнату госпожу Ванессу. Скорее всего она пришла за своим платком. К счастью, я предусмотрительно спрятала его под матрас. В тот момент Люциферша всё-таки отвлеклась от шурупов. Очевидно, встревоженный вид младшей основательницы волновал не только меня. – Юля слушает. – Утренняя Звезда взглянула на сестру исподлобья. – Я-я хотела… Забрать девочек на занятие, – соврала наставница. – Неужели? Разве обычно ты не начинаешь сбор с конца коридора? – А сегодня решила начать по-другому. – К тому же. У их класса сейчас физкультура. Алая Роза побледнела. Её глаза продолжали носиться по комнате в поисках платка, но вскоре остановились на сестре. – Значит. Я ошиблась. Ты же никогда не ошибаешься? – Ошибки. Обходятся слишком дорого. Наконец госпожа Ванесса заметила зеркало, которое уже не висело на шкафу, но всё ещё стояло возле него. – Это ещё что? Зачем ты его сняла?? – Нас волнует тот же вопрос. – Я не могла не вставить свои пять копеек. Люциферша посмотрела на всех присутствующих с усмешкой. Она знала, что никто не заставит её повесить зеркало обратно. Даже у нас троих вместе взятых не хватило бы сил против неё одной. – Всё для блага учениц. – Женщина наклонилась к уху сестры и сказала так тихо, что мне едва удалось разобрать. – Можешь взглянуть в него напоследок. Кажется. У тебя что-то на лице. Госпожа Ванесса остолбенела. Люциферша обошла её, унося за собой мой последний шанс на свободу.

***

Погода не располагала к занятиям спортом на свежем воздухе. Небо вновь затянуло тучами, но в отличие от его ночной версии, эта не радовала глаз цветным сиянием. Только беспроглядная серость, которую вот-вот должно было разрезать раскалённое лезвие клинка Зевса – бога молнии и грома. Земля и вправду содрогнулась. Но виной тому стало далеко не божественное вмешательство. Мы ожидали, что госпожа Вивьена вновь будет наводить ужас видом своих мухобоек. Однако она, одетая в новый чёрный костюм с более толстыми перчатками и уплотнёнными нашивками в районе туловища, бросила на траву продолговатый непрозрачный сосуд. Он закрывался крышкой и крайне напоминал термос для великана. Уперев руки в бока и размяв спину (кажется, я слышала хруст костей, а возможно это был сверчок, жизнь которого оборвалась под подошвой грубого ботинка), Люциферша открутила крышку и кивком указала нам заглянуть внутрь. Странно, но в первую секунду я ощутила приятный трепет в районе грудной клетки. Однако вскоре вспомнила, с кем мы имеем дело, и вряд ли нашему выживанию активно поспособствуют… Сабли. – Итак, – начала наставница, доставая холодное оружие. Она с наслаждением любовалась начищенным до блеска лезвием, острый край которого сиял даже при минимальном солнечном свете. Моя бывшая одноклассница занималась фехтованием и рассказывала, что на тренировочном инвентаре всегда затуплены наконечники. Вот и доверяй людям после такого… – Сразу скажу, лично я не каждой из вас доверила бы кухонную вилку. Будь моя воля, вы продолжили бы играться с палочками. Однако. Не я составляла учебную программу, потому не спешите выкалывать друг другу глаза. Вначале ответьте мне. В чём разница между сражениями на палках и на саблях? – В количестве крови, – буркнула я. На женском лице возникла жуткая улыбка. Уж не думала, что когда-то порадую её своим сарказмом. – Мне нравится ход ваших мыслей. Но я говорила о технике боя. – Да никакой разницы, – вдруг послышался голос Мелани. Вряд ли она долго обдумывала эти слова. Потеря сестры совсем отбила у неё чувство самосохранения. – знай себе, что маши и попадай по сопернику быстрее, чем он по тебе. – Хм, – Люциферша продолжала улыбаться, а это означало, что, учитывая предпочтения садистов, можно ждать беды. – Вы недооцениваете главное оружие воинов – мозги. Не беда. Сейчас я покажу вам, что бывает, когда не пользуешься ими во время боя. Деева. Ты мне не поможешь? Разумеется, это была не просьба. В глазах Сони погибла зарождающаяся надежда на то, что её наконец оставили в покое. – Почему я?? – справедливо возмутилась девушка. С какой стати она должна расплачиваться за неуважение, выказанное Кляйн? – Не успели доставить экипировку. Нашла в подвале на детей помладше, а ты тощая. Влезешь. Я приняла это за оправдание, над правдоподобностью которого даже не старались. Думаю, Деева была со мной солидарна. Наставница нагло пользовалась тем, что никто не решится ей возразить. Подруга достала со дна сосуда пару перчаток и скомканный жилет, ткань которого легко можно было проткнуть даже утренней отвёрткой. Пока Соня надевала на себя всё это безобразие, названное громким словом «экипировка», госпожа Вивьена принесла защитные шлемо-маски. Себе она по традиции оставила чёрную, Деевой же досталась белая. Должно быть, потому что на белом кровь смотрится ярче. Когда с мерами безопасности было формально покончено, ученица и наставница отошли друг от друга на три метра. Соня напоминала немощного эльфа, которого по ошибке отправили на войну лесных троллей. Вздорные ребята. Девушка даже не знала, как правильно держать саблю, и вряд ли у неё были шансы продержаться в этой неравной борьбе дольше пары секунд. Но вдруг, вероятно с божьей помощью, случилось чудо. Люциферша принялась атаковать, и девушка мастерски увернулась. Словно за её плечами были долгие годы упорных тренировок…

***

Соня и сама не поняла, зачем отклонилась. Она планировала не тянуть резину и стать шашлыком на шпажке без лишнего шоу: погони, криков о помощи и прочей мишуры. Всё произошло само собой, рефлекторно. Девушка удачно увернулась один раз, затем второй, а на третий госпожа Вивьена заметно растерялась. Хоть лица охотника и не было видно, но проворная лань поняла, что ему нужно время на перезарядку своего «главного оружия». Это преимущество могло уйти в пустоту, Соня так бы и продолжила стоять на месте в ожидании следующей атаки, если бы не мышечная память, кричащая о том, что теперь её черёд нападать. Она быстро выставила правую ногу вперёд. Выпад вышел настолько резким, что девушка едва не села на шпагат. Прямая рука с саблей точно бы дотянулась до Люциферши, если бы та вовремя не отскочила. Эта попытка вернула женщину в чувства, и она принялась целиться в голову ученицы, но та виртуозно отражала верхние атаки. Тогда Вивьена предположила, что слабым местом Деевой являются ноги и начала метить по ним, но и тут неудача. Соня скакала как попрыгунчик из автомата на выходе какой-нибудь условной «Пятёрочки». В определённый момент сабля наставницы почти оказалась под её ботинками. В таком случае бой был бы окончен. Но новые навыки девушки взялись не с потолка. Они принадлежали молодой Вивьене, а это означало, что она всё равно слабее. Опыт всегда играет важную роль, и этот случай не был исключением. Люциферша поняла, что сражение перестало быть учебным, и решила разобраться с соперницей побыстрее. Как она сказала, Соня была худенькой, и, к сожалению, даже мышечная память не добавляла ей физических сил. Первый мощный удар по сабле отозвался у девушки болью в запястье, а второй окончательно выбил оружие из её рук. Тогда Деева принялась отступать, но запнулась о камень и повалилась на спину. Уже через секунду вражеский клинок был приставлен к её горлу. Обе соперницы стянули шлемы, чтобы посмотреть друг на друга. В глазах Вивьены читалась непонятная, принципиально новая для неё, эмоция. Но Соня не успела понять какая, ведь наставница твёрдо произнесла: – Ты. Убита. – Ранена, – Деева знала, как рискует, отвечая женщине её же словами, но соблазн был слишком велик. – но не убита. Ей наконец удалось прочесть эмоцию Люциферши. Это было удивление. Только непонятно, приятное ли. – Что-нибудь запомнили? – наставница поспешно обратилась к другим ученицам. – Сейчас берём сабли, отходим на безопасное расстояние и практикуем бой с тенью. Ваша одноклассница скоро присоединится. Когда девочки разошлись, Соня встала на ноги и начала отряхиваться от травы. Некоторое время Вивьена молча смотрела на неё, но вскоре заговорила. – Ты проиграла. Опять. – Ничего себе. Правда? – Однако. Я вынуждена признать, что ты держалась… – «Уверенно»? «Достойно»? – не так жалко, как я ожидала. Когда успела натренироваться? – Спасибо за комплимент, – Деева сумела освободиться от экипировки и собиралась уходить. – но разве вы не говорили держаться от вас подальше? – У тебя поразительная память, – усмехнулась женщина. – Но обстоятельства несколько изменились. Сестра попросила выбить из тебя эту чёртову рыбью дурь. Соня сильно сомневалась, что госпожа Вайнона употребила именно слово «выбить». – Да, память у меня хорошая. Я также отлично помню, что директриса обещала сама заняться этим вопросом. – Слово надо держать, – Вивьена приложила два пальца к губам. Должно быть в тот момент ей очень хотелось закурить. – Но моя сестра слишком милосердна. Она непременно стала бы тебя жалеть. – Что ж. От вас жалости не дождёшься. – Готовься сбросить чешую. После этих слов наставница направилась к остальным ученицам, а Соня впервые почувствовала себя победителем.

***

По дороге в комнату мы одолевали Дееву вопросами. «Как ты это сделала? Продала душу дьяволу? Поделишься контактом?» В ответ подруга лишь скромно пожимала плечами. Возможно, она переживала, что спугнёт удачу, если сильно зазнается. Следующим уроком было зельеварение, но перед ним образовалось окно, потому я решила не тянуть до вечера и потратить время с пользой. – Лиза, – обратилась я, как только за нами закрылась входная дверь. – сможешь снова прочесть заклинание? Сейчас. – Смогу, – настороженно ответила девушка. – но что толку? Без лишних объяснений я зашла в спальню и вытащила из-под матраса платок госпожи Ванессы. В ту же секунду мне стало стыдно. Ночью я наспех сложила его как смогла, и теперь он изрядно помялся. К счастью, у Кати имелся ручной отпариватель. – Вот, – я вновь вышла к подругам и продемонстрировала узорчатую ткань. – но его нужно вернуть. Так что поторопимся. Три головы кивнули как по команде. Карницкая быстро разложила всё необходимое, и мы сели в круг. Я не стала держать платок в руках, а накинула на плечи, лишь слегка касаясь его подушечками пальцев. Удивительно, но много усилий не потребовалось. На этот раз всё получилось.