Самая "везучая" попаданка.

Каждый манипулятор знает: гораздо проще управлять человеком, если он считает себя недостойным ничтожеством, а тебя — честным и благородным мудрецом.

Фриц Морган

Длинный коридор с обоями лимонно-кремового цвета резко контрастирует с настроением молодого человека, который прячется за углом. Светлое помещение, призванное вызвать уют у постояльцем мотеля, уставших от длинной дороги, сейчас только раздражает, как и мягкий свет ламп. Охотник на нечисть шагнул назад, стоило двери одного из номеров открыться. Он слышит тяжелые, немного шаркающие шаги, которые удаляются прочь. Дин выжидает несколько секунд, прежде чем направиться в ту комнату. Его взгляд почти сразу находит ее — черноволосую чертовку, торопливо собирающую вещи в спортивную сумку. Винчестер двигается быстро, но тихо. Демон, в теле юной женщины, реагирует мгновенно, блокируя удар ножа. Своими тонкими пальцами она крепко сжимает запястье мужчины, не позволяя ему закончить начатое. Руби узнала бы это оружие из тысячи. Лезвие, сделанное из особой стали и покрытое магическими рунами, было способно убить почти всякое существо из подземного мира. Они продолжают борьбу. Но это глупо, ведь силы достаточно равны, чтобы ни одна из сторон не смогла одержать победу. Молодой охотник отталкивает демона, занося руку для удара. Неожиданно, кто-то хватает его за локоть, оттаскивая назад и вырывая оружие из рук. — Дин, нет, — раздраженно произнес Сэм, заслоняя собой Руби. Голубые глаза мужчины, некогда похожие на водную гладь, отражали его беспокойство. — О, я погляжу, вы в романтическое путешествие собрались, — язвит Дин, глядя на брата. Он делает шаг вперёд, желая добраться до женщины, но Сэмюэль вновь преграждает ему пусть. – Дин, послушай, хватит. Она нам помогает. Мы смогли выйти на демона из свиты Лилит, — охотник смотрит на своего брата умоляюще, прося выслушать его и понять, — давай охотиться вместе. — Вдвоем? Я согласен, но без этой, — произнес старший из Винчестеров, отчего младший закатил глаза от раздражения, понимая, что диалог будет не из простых. Безусловно, он любил своего брата, несмотря на все их ссоры. Поэтому давно решил, что Лилит придется убить ему, тем самым остановив Апокалипсис, даже если это означает пожертвовать своей жизнью. — Руби, выйди, — демоница слушается, впопыхах выбегая из номера, — Дин, хватит драматизировать. — Ох, нет, Сэмми, я просто пытаюсь открыть тебе правду, которую ты игнорируешь! Ведёшь себя, как какой-то жертвенный ягненок, которого ведут на убой! От крика старшего брата Сэм слегка поморщился, поджимая губы. Казалось, гамма эмоции и чувств бушевавших в его душе, теперь были похожи на шторм, прошедший по океану, возбуждая когда-то спокойную стихию. Он смотрит в такие знакомые зелёные глаза, но не видит в них привычной любви, обычно скрытой в глубине. — Ещё скажи, что я монстр, — огрызнулся молодой человек, отбрасывая одним резким движением клинок. Ему плевать, когда оружие пронзает матрас постели, нанося ущерб мебели мотеля. — Да, ты монстр, Сэм! Ты не можешь понять, что эта чертова девица манипулирует тобой, заставляя стать одним из тех, на кого мы охотимся! От слов старшего брата, брошенных в порыве гнева, парень застывает на месте. Его челюсть крепко сжата, ноздри слегка расширены, когда он старается вдохнуть побольше воздуха, чтобы не сорваться. Но все попытки сохранять спокойствие оказываются тщетными. Гнев, зародившийся где-то в глубине, молниеносно перерастает в ярость. Сердце быстро колотиться в груди, грозя пробить грудную клетку, а проступившая на виске вена быстро пульсирует в такт органу кровообращения. Сэм бросается вперёд, идя на поводу своей злости и обиды. Он поднимает правую руку и одним резким движением наносит удар кулаком по челюсти Дина. Его не тревожат муки совести или сожаления, когда мужчина, стоящих напротив, слегка отшатывается. Старший из Винчестеров усмехнулся, чувствуя, как в голове звенит от тумака. Из разбитой нижней губы сочиться кровь: тонкая струйкая стекает по подбородку. Сознание Дина затуманено не болью, а грызущим чувством обиды, ощущением, что самый дорогой человек предал его. Охотник на сверхъестественных тварей, более не сдерживаясь, наносит удар. Они кружатся в ужасном, но одновременно завораживающем танце, круша все на своем пути. Напол летит ваза, которая ещё пару мгновений назад украшала подоконник, притягивая к себе взгляд благодаря витьеватым узорам. Эта бессмысленная драка продолжается. Каждый таким образом стремится доказать свою правоту, показать силу, словно дикие животные, утверждающие власть в стае. Винчестеры, если бы и хотели, не сумели остановить это действие. Месяцы недосказанности, секретов, тайн и лжи делают своё, разрушая взаимопонимание. — Ты всегда все решал за меня! — рычит Сэм, отталкивая брата и наблюдая, как тот пробивает своим телом небольшую перегородку между коридором и основной комнатой. Он с каким-то равнодушием и холодом смотрит, как Дин падает спиной на кофейный столик, разбивая тот на множество осколков. — Ты всегда решал, какую музыку мне слушать, как одеваться, что делать! С меня хватит! — продолжает кричать Сэмюэль, глядя на избитого мужчину, что пытается подняться с пола. Он и сам не в лучшем состоянии, но ещё держится на ногах. — Если уйдешь сейчас, то не возвращайся! Я тебя не прощу! — слабо прохрипел старший из охотником, прижимая ладонь к рёбрам. Сэм замирает, оглянувшись в последний раз, молча покидая комнату.

***

— Дин... Дин! — разнёсся по гостиной раздраженный голос Бобби, потерявшего терпение от попыток привлечь к себе внимание молодого человека. Сердитый окрик вырвал меня из дремоты, заставив открыть глаза. С высоты шкафа, в котором не было ни одного свободно места от внушительного количества книг, я могла наблюдать за происходящим. Винчестер наконец-то повернулся, отреагировав на звук своего имени со второго раза. Последние минут двадцать он стоял у окна, из которого можно было разглядеть лес. Но его не интересовал чудный вид деревьев, купающихся в лучах полуденного солнца, шумящих листьями в такт мелодии ветра. Парень перевел взгляд на Сингера, ещё не до конца избавший от оцепления, удерживающего его крепче любых оков. Все это время мысли Дина были далеко от данного места, где-то в прошлом. Казалось, он раз за разом прокручивал в голове какое-то воспоминание. — Все в порядке, — пробурчал молодой человек, отворачиваясь от старого, более опытного охотника. — Да, а у меня есть титул папы Римский, — ехидно произнес Бобби Сингер, скрестив руки на груди и сверля паренька пристальным взглядом. Я издала тихое мяуканье, пытаясь выразить свое согласие со словами старшего мужчины. От повисшей в воздухе густой, словно грозовое облако, тишины меня поклонило в сон. Следуя этим глупым кошачьим инстинктам, я попыталась свернуться калачиком. Потерпела неудачу. Ребра и живот пронзила резкая тупая боль, от которой из моего горла вырвалось громкое шипение. На протяжении этих двух дней я только и делала, что пряталась наверху, стараясь двигаться как можно меньше. Ведь после действий Сэма мое тело ещё не оправилось. При каждом удобном случае наровя напомнить об этом неприятными ощущениями. Бобби покосился в мою сторону, но не стал выяснять, что происходит. Пока что. Конечно, охотник заметил перемену в моем поведении: как я перестала крутиться вокруг него, предпочитая уединение, что было странным. — Парень, послушай, — с тяжёлым вздохом промолвил хозяин дома. Слова явно давались с трудом, что можно было услышать по странноватой хрипотце в некогда строгом голосе. Становилось понятным, что пожилому мужчине было больно наблюдать за ссорой двух братьев, которых он практически вырастил, став им отцом, — да, Сэм ошибается... Но ставить на нем крест из-за одной ошибки? Это глупо, Дин, очень глупо. Молодой охотник резко обернулся. В его взгляде отражалась боль, смешанная с гневом, тлелеющим, словно угли под поверхностью зеленоватой радужки. В глазах было столько невысказанных слов, эмоций и чувств, что он был похож на пса, который все понимает, но не имеет возможности сказать. — Бобби, я устал, — тихо прошептал Дин, глядя в пол, будто боялся смотреть на собеседника, — у меня больше нет сил бегать за ним. Сэму, очевидно, не нужна семья. Ему больше по душе чертовка, чем собственная родня. — Ох, распустил нюни, принцесса! — зло прорычал Бобби сквозь стиснутые зубы. Он сжал руки в кулак с такой силой, что костяшки его пальцев побелели, — Мне взять тебя на мушку, чтобы ты наконец-то позвонил ему?! Вы братья, ближе вас у друг друга никого не будет! Стало неуютно. Мне впервые довелось увидеть мужчину таким взбешённым, пыщущим гневом, словно вулкан, готовый начать извержение в любой момент. — Нет, я не буду этого делать! — огрызнулся Дин, скрестив руки на груди, — я пытался ему помочь. И видишь что вышло. — Попробуй ещё раз, — твердо произнес Сингер, немного смягчившись. — Нет, уже поздно, — упрямо проговорил Винчестер, делая несколько шагов по комнате, — Сэм всегда хотел оторваться от семьи. Он ненавидел наш дом, наше дело, а при первой же возможности сбежал в Стенфорд. А теперь все началось заново. Я... Я вообще не уверен, что мы когда-то были братьями, — совсем тихо прошептал Дин, присаживаясь на край диван. От слов молодого человека меня передёрнуло. Какого черта он так говорит? Да, Сэм не подарок. Я до сих пор зла и обижена на него после случившегося на лестнице, ведущей в подвал. Но даже мне, кошке, было понятно, что ему нужна помощь. Парень просто тонул в пучине своих переживаний. Один резким движением старший мужчину смахнул со стола все предметы. От громкого звука из моего горла вырвалось испуганное мяуканье. — Думаешь, семья это жилетка, в которую ты плачешь, когда случаются неудачи?! Семья приносит одни беспокойства, но на то она и семья! — крик Бобби разнёсся по гостиной, заставляя прижать уши к макушке. Ярость клокотала в нем, отражаясь в прерывистом, тяжёлом дыхании. Несмотря на жесткость тона, все внутри соглашалось с этими словами. Если у меня имелась возможность вернуть моих близких к жизни, я бы простила отцу его выбор, лишь бы наша семья вновь была вместе. — Ты такой же трус, как и твой отец. Ему было легче отвернуться Сэма, чем понять, — Дин собирался возразить, но не успел. Охотник смягчился, понимая что был слишком резок, и продолжил говорить немного спокойнее, — не будь как он. Ты намного смелее и добрее Джона. Не отталкивай Сэма. Винчестер отвернулась, пытаясь скрыть выступившие на глаза слезы. Но неожиданно молодой человек пропал. Мои глаза расширились от удивления, а шерсть на загривке встала дыбом. Он просто исчез... Растворился в воздухе. Я вытаращилась на место, где совсем недавно стоял старший из двух братьев. Мой взгляд зацепился за едва различимую дымку энергии. Ужас, зародившийся в глубине души, заставил забиться в дальний угол между стеной и крышкой шкафа. Эта энергия... Похожая исходила от того ангела в подвале... — Какого черта... — озадаченно прохрипел хозяин дома, озвучивая наши общие мысли. Куда Винчестеры опять вляпались?

***

Старый, явно заброшенный дом находился в достаточно уединенном месте, чтобы случайный прохожий не сумел увидеть происходящего внутри ужаса. От когда-то белой штукатурки не осталось и следа. Только голые кирпичные стены, покрытые тут и там трещинами, из которых дул холодный ночной воздух, колыхая занавески на уцелевших окнах. Шум ветра, попавшего в эти щели, был подобенен волчьему вою. Такой же громогласный и протяжный. Это могло бы напугать тех, кто не ожидает услышать каких-либо звуков в покинутом владельцами здании. Но находящиеся внутри не обращали внимание на эти дуновения, которые все равно были заглушены криками молодой женщины, лежащей на столе в центре комнаты. Ее тело изгибалось и металось на гладкой деревянной поверхности, словно невидимая сила причиняла ей жуткую боль. —Какой мне смысл говорить тебе где Лилит? Перспектива одна — смерть, — прохрипела она, тяжело и прерывисто дыша. Несмотря на отсутствие веревок девушка лежала там, словно что-то нематериальное не давало ей возможности сбежать, пригвоздив к месту. — А так ты умрёшь быстро и без мучений, — произнес Сэм, опуская руку с раскрытой ладонью, некогда направленную в сторону демона, засевшего в теле медсестры. Мужчину более не терзали сомнения о правильности его поступков, когда он пытал существ из того мира при помощи своих сил, заставляя их покинуть несчастных и отправиться обратно в ад. Теперь Винчестер был убежден, что изгоняя зло из одержимых таким способом, им совершается благое дело. Но охотнику стоило бы задуматься к чему может привести использование способностей, данных Азазелем. Что это может изменить в нем. Дьяволица закрыла глаза, чувствуя облегчение, когда боль, подобная адской, стала в разы терпимее. Она старалась перевести дыхание, напряжённо думая о своей участи. — Монастырь святой Марии, — с трудом выполнила сущность, понимая, что ситуация безвыходная. Винчестер прищурился, изучая нечто из подземного мира, прежде чем вновь поднять руку, готовясь воспользоваться телекинезом. — Нет, постой, — произнесла Руби, появившись за спиной мужчины, словно из неоткуда. Ее пальцы быстро сжали его запястье, не позволяя использовать силу, — возьмём ее с собой. Тебе потребуется больше крови для схватки, чем я могу дать. Сэм колебался. Его взгляд метался между двумя демонами. Наконец он медленно кивнул, соглашаясь со словами последней. — Лжец! — взревело существо. Оно оскалилось, словно дикое животное в людском обличье. — Не забывай, что будешь пить не только мою кровь, — прошипела дьяволица, засмеявшись. После ее глаза закатились, а тело обмякло. Прошло несколько мгновений и веки женщина затрепетали, открывая взору испуганную синеву. —Где я? Я не могу пошевелиться... Помогите, пожалуйста, помогите! — захныкала медсестра, глядя на Сэма, заставляя того отступить в лёгкой панике. Демон спрятался в ее подсознание. И теперь ему придется иметь дело не с чудовищем, а с невинной медсестрой родильного отделения больницы. Руби раздражённо цокнула языком, глядя, как Сэм потерял былую решимость. — Девчонка все равно не переживет изгнание. Шеф-повар слишком долго просидел в ней, — мягко произнесла черноволосая, кладя ладонь на плечо охотника, — тебе нужно одолеть Лилит, чтобы остановить Апокалипсис, — продолжала убеждать женщина. Дождавшись едва заметного нерешительного кивка Винчестера, ее губы растянулись в довольной улыбке. Но она быстро спрятала ее. Ещё не время; ещё не время.

***

Дин недовольно расхаживал по комнате, в которой его заперли ангелы. Несколько статуй времён античности, искусно написанные картины, изображающие библейские сюжеты, необычные узоры на стенах приглушённо-зеленого цвета были выполнены из настоящего золота. От всего веяло роскошью. Первоначальное чувство благоговения прошло столь быстро, как и появилось, оставив после себя в душе мужчины раздражение. Это была клетка. Да, сделанная из золота, приятная взору, но это не меняло ее сути. У него хотели отобрать возможность действия. Запереть на то время, пока нужное им событие не произойдет. Но впервые за долгое время у охотника появилась возможность неторопливо подумать, остыть. Он воспользовался этим шансом. Раз за разом в его голове прокручивались слова Бобби, вызывая удушливое чувство где-то внутри. Дин усмехнулся, вспоминая момент их диалога. Казалось, даже рыжая кошка осуждала сделанный им выбор, показывая это своим мяуканьем. Сожаление и неуверенность с новой силой грызли его душу. В этот раз он не хотел ошибиться, не хотел напортачить.Молодой мужчина сам не понял, как телефон оказался в его руках, а пальцы начали набирать знакомый номер. Пару мгновений тишины и раздаются длинные гудки, заставляя старшего Винчестера прикрыть глаза в попытке собраться с силами. Ещё несколько секунд и звуки звонка прерываются. Автоматика переадресовывает вызов на голосовую почту. Дин прикусывает нижнюю губу до боли, когда слышит пронзительный сигнал. — Привет, Сэмми.... Это я... Дин, — прерывисто начинает охотник. Сжимая подушечками пальцев переносицу, пытаясь справиться с напряжением, — я хочу извиниться... Мы с тобой повели себя, как задницы, тогда. Столько наговорил друг другу... Ты по-прежнему мой младший брат, чтобы не случилось. Последние слова даются ему с трудом, едва прорываясь сквозь ком в горле. Он быстро откашливается, стараясь скрыть момент слабости. — Перезвони мне, — хрипло выдохнул молодой человек. Его зелёные глаза блестят от непролитых слез, делая их подобными изумрудам. Винчестер быстро убирает телефон в карман джинсов, прежде чем бросить взгляд на дверь, сделанную из ясеня. Выкрашенная в белый и блестящая от лака поверхность смотрелась величественно и статно. А матовые стекла скрывали следующее помещение. Внутри у Дина зародилось ощущение чего-то неправильно, ошибочного, словно перед ним фальшивка. Но мужчина отринул эти мысли. Быстро шагнул вперёд. Ему нужно было найти брата, а для этого покинуть сие место. Однако стоило ему шагнуть за дверь, как он вновь оказался в этой же комнате...

***

Они остановились примерно в двух милях от монастыря. Необходима была передышка и возможность обдумать следующий шаг. Погода стояла пасмурная. Немного накрапывал дождь, оставляя мокрые следы на асфальте, покрытом ямами и трещинами. Это пустынная дорога являлась местом, где встретить проезжающий автомобиль было редким явлением. Сэм отошёл от машины, встав под одиноко стоящее небольшое дерево. Мысли мужчины хаотично метались, когда он пытался сосредоточиться, проводя пальцами по своим уже отросшим волосам. Из головы не выходили громкие и отчаянные крики медсестры, сопровождавшие их большую часть пути. Сначала это вызывало раздражение, но после плач женщины, запертой в багажнике, приносил чувство горечи. В данный момент охотник не был так уверен в своем выборе. Его терзали сомнения. Он задавался вопросом, а действительно ли смерть этой несчастной необходима, чтобы остановить Апокалипсис. Да, в таком соотношении это казалось малой ценой... Но ему не хотелось марать руки в крови невинной, которую ещё была возможность спасти. Пусть шанс на успех был невелик, но он мог бы попытаться изгнать демона, а в случае успеха отправить девушку обратно к семье. Теперь у него не было четко ответа. Винчестер запутался сам в себе — в своих мыслях и в своих идеалах. Несут совершаемые им поступки зло или добро? Невольно ему вспонесутмнился Дин. Обычно именно старший брат помогал понять, что хорошо, а что плохо, когда усталое сознание не справлялось. Сэм достал телефон. Его сердце взволнованно пропустило удар, когда он увидел голосовое сообщение от брата. Глубоко внутри вспыхнула надежда, что все наладится, что они вновь будут вместе охотиться, что произошедшее в том мотеле будет лишь жалкой общей ошибкой. Пальцы быстро нажали на нужную комбинацию клавиш. — Я тут подумал, Сэмми. И знаешь что? Я был прав. Мы никогда не были братьями, — раздался из динамика хрипловатый и полный яда голос, — как мы можем быть родственниками с тобой? С монстром и кровопийцей?! — на записи раздался тихий смешок. Младший из двух братьев Винчестеров почувствовал себя подавленным, когда в оцепенение и каком-то ужасе смотрел на экран устройства. — Помнишь слова отца: "спаси или убей"? Я выберу второе, Сэм. Ты больше не мой брат. Ты кто угодно, но не он, — от последних слов мужчина чувствовал себя полностью раздавленным и разбитым. Требуется время, чтобы прийти в себя. Сейчас ему хочет завершить начатое, доказать Дину, что все было не зря. Возвращаясь к авто, он не замечает довольной улыбки Руби, наблюдающей за ним.

***

Я по-прежнему лежала на крышке шкафа, спустившись пару раз, только чтобы уталить жажду. Есть совсем не хотелось, несмотря на тихое и редкое бурчание в животе. Лёгкая тошнота отбивала всякий аппетит, грозя рвотой при попытке приема пищи. Все мои мысли занимал момент исчезновения Дина, заставляющий хвост нервно дёргать из стороны в сторону. В сознании раз за разом прокручивалась эта картинка, вызывая чувство страха и беспомощности перед появлением высших сил. Дымка ангельской энергии рассеялась за прошедшие часы. Однако это не мешало мне посматривать в ту сторону, где она находилась. Не могу сказать, что я ожидала там увидеть, но поселившиеся внутри чувство напряжённости заставляло сохранять бдительность. Казалось, что скоро должно произойти какое-то значимое событие, которое поменяет многое. И от сего ощущения сердце билось в разы быстрее, заставляя ощущать себя кроликом. Бобби чертыхнулся, раздражённо бросив ручку на письменный стол, вновь заваленный книгами. Я испуганно мяукнула от неожиданного звука, пронизывающего тишину. Пожилой мужчина тяжело выдохнул, потирая мозолистыми руками свое исчерченное морщинами лицо, прежде чем бросить взгляд на меня. — И где они? — конкретно ни к кому не обращаясь, произнес сквозь стиснутые зубы охотник. Оба брата Винчестера не отвечали на его звонки и СМС, а странное исчезновение Дина только усугубляло положение. Бобби прикрыл глаза. От происходящего голова шла кругом. Так ещё и его друзья — охотники сообщали о странном затишье среди демоном, словно нечистые готовились к чему-то. Ни одного признака их активности: ни резкой смерти скота, ни странных погодных явлений, ни большого количества людей, будто сошедших с ума за один вечер в одном месте и в одно и тоже время. Все было тихо. Сингер поднялся со своего места с тихим кряхтение, похоже от долгого сидения на одном положении у не эго все затекло. Мужчина прошёлся до кухни, а после вернулся обратно с бутылкой пива у окна, задумчиво глядя вдаль. — Как думаешь, Рыжая... С ними все в порядке? — тихо проговорил охотник, демонстрируя редкий момент слабости. Он сделал глоток алкоголя, намного поморщился от вкуса напитки. Повисло молчание. Ну а что я могу сказать? Вернее, как я могу это сказать? А даже если бы и могла, то ответа на этот вопрос у меня не было. Мы вдвоем смотрели в окно, когда неожиданно где-то вдалеке вверх ударил белый столб энергии, а после по небу пронеслась волна света. Я резко дернулась от ужаса, прошедшего по моим нервам. И не заметила, как соскользнула вниз. Сквозь какую-то пелену до моих ушей дошел мягкий звук приземления. Коты ведь всегда приземляются на лапы, верно? Но счастья мое длилось не долго. Облегчение от осознания, что я не убилась, упав с высоты почти два метра, пропало достаточно быстро. Мне казалось, будто мое тело горит изнутри, а все органы объяты пламенем. Из горла вырвался крик, который резко оборвался. Я не могла издать ни звука, ведь горло сдавило так, что мне приходилось молча давится слезами. Мои уши уловили торопливые и тяжёлые шаги мужчины, но они быстро потерялись на фоне оглушительного треска. Если бы я могла, то закричала. Каждую клеточку пронзила адская боль, словно мои кости ломались и выгибались в разные стороны, причиняя вред мышцам и коже, разрывая их на части. Кажется, когда я испытывала похожее ощущение, когда ведьма меня прокляла. Но эта мысль не успела оформиться, ведь сознание ускользнуло во тьму.