Игра

– Без вопросов, я организую народ, – Деймос хохотнул где-то по ту сторону провода, когда выслушал просьбу Рин. – Вчера ты, конечно, отварила. Жаль, что Каспера там не было. – Да, – колдунья улыбнулась силой. Сама она об этом ни капли не жалела. – Но слушай, Рин! О таких планах нужно заранее предупреждать! — Это был спонтанный план. А теперь вот я тебя предупреждаю, – ответила девушка, краем глаза следя за тем, как Фабио наливает зелье в стакан. Заранее предупреждать о планах – хах. Передайте это итальяшке... - Надо еще вчерашнюю победу отметить. – Отметим, как только вся эта катавасия закончится… – устало ответила Рин. – В общем, ты понял. Подними столько шума, сколько получится. Пусть маги вдохновенно ищут точку на севере, алхимики мозолят глаза светлякам на юге, а ведьмы - в центре. Попытайтесь куриться настолько явно, насколько это еще выглядит достоверным. – И жертва у нас, конечно, есть. - Правильно мыслишь. – И это не ты. — Да... Я думаю после вчерашнего, даже если прийти к Касперу и заявить, что я жертва, то он не поверит. — Ну, это не сложно проверить. Но хорошо. Только тогда скажи мне, что сама будешь делать? — голос головы темных всегда звучал так, словно он издевался, но Рин за годы знакомства уже научилась улавливать в нем настоящую обеспокоенность. — Я буду делать вид, что меня не существует. И не влезать в проблеме. - Прекрасный план. Давай пришлю тебе кого-нибудь в охрану. Ты где сейчас? Рин окинула взглядом лепнину на потолке. «В самой крутой гостинице, в самом центре города, делаю вид, что я героиня голливудских остросюжетных фильмов», — улыбнулась она сама к себе, но вслух возразила: - Не надо. Ничего не нужно, Дей. Только к черту шума, чтобы сбить их с толку. – С шумом разберусь. Еще? – Еще – никому ничего. - Конечно. Держись, Рин. - Спасибо. Буду. Колдунья улыбнулась и положила трубку. – Долго еще? – Фабио с осуждением посмотрел на нее, отрываясь от экрана телефона. - Мы не спешим, - Рин выглянула в окно, где млел жаркий полдень. — Ни капли не торопимся. Сигналы автомобилей, которые торчали в пробках, звучали, как тревожные сирены. – Дело не во времени, – огрызнулся итальяшка. — Ты еще многим собираешься сообщить, кто сегодняшняя жертва? – Дей не скажет никому. — А если его встретит Каспер и выбьет всю правду? - Каса отстранили на два тура. – Деймос не жертва. Его можно хоть замучить — и судьи и пальцем не шевельнут, — Фабио раздраженно щелкнул языком и бросил телефон на диван. – Потом не говори, что я не предупреждал. – Слушай! Ты, может, внучек судьи и знаешь всякие модные штуки, но и я не последняя колдунья. Хочешь, чтобы все прошло гладко, нужно отвлечь внимание от нас с тобой. И я как раз занимаюсь организацией этого всего. Думаешь ли, что после вчерашнего кто-то из нас заработал себе больше очков благосклонности у светящихся? Да на нас нападут, даже если случайно встретят посреди улицы! И Дей занимается тем, чтобы шансы на эту встречу были как можно меньше. – Хочешь обмануть врага – начни с друга. А лучше с обоих, – возразил маг. — Да и светляки не совсем глупы, чтобы слепо за вашими бегать. — Если заставить их поверить, что темным точно известна точка, то побегут, еще как... — Рин дернула медальон на шее. – У них же проигрыш на носу. Мы ведем в счете. Мы сможем... - Не нервничай так, - перебил ее Фабио. – Все будет хорошо. – Слушай, только не надо сейчас играть в заботу, – Рин заставила себя отцепить руки от медальона и скрестила их на груди. – Я думал, что ты достаточно проницательна, чтобы отличить настоящую заботу от наигранной, – ответил итальянец каплю обиженно. — Я может и «внучек судьи», как ты сказала, но ведь не совсем бревно. Итальяшка тяжело вздохнул и растрепал и без того непослушные кудри. — Короче, слушай, если мы уже в одной лодке достались так далеко, тебе следует знать: я лгал. Пусть тебя это успокоит. Мне с самого начала были известны имена некоторых жертв. Но я сразу выбрал тебя. — Потому что я чертовски сильная... — сиронизировала колдунья. – …и очень нехорошая темная, – закончил за нее Фабио. – И потому тоже. Но ты мне действительно понравилась. Я решил, что это получится интересное сотрудничество. Местами сложное, но эффективное точно. И не ошибся. Поэтому все будет хорошо. — Думаю, что-то такое ты говорил и Кристе, когда она вокруг тебя извивалась, — сказала Рин. - Безусловно, - Фабио трепнул кудрями. – Только вспомни также, что ее я вырубил и выдал себя старику, воспользовавшись судейскими умениями – и сделал все это, чтобы светлячка забыла о твоей роли в Игре. О, а когда напали на ведьму... Стой, — Фабио вдруг улыбнулся. — Звучит, будто я оправдываюсь и пытаюсь доказать, будто действительно помогаю. Такая задача. Давай остановимся на том, с чего начали: не волнуйся. Всё будет хорошо. - Еще скажи что-то вроде: "Я с тобой", - саркастически ответила Рин. – Я с тобой, – глаза итальянца посмотрели на нее прямо. Девушка ожидала, что Фабио прибавит еще какую-нибудь шутку. Что хоть улыбнется. Отведет взгляд. Но он просто стоял и смотрел. Пауза затягивалась. - Тогда научи меня использовать щиты, - ответила колдунья, чтобы отвлечься чем-нибудь. - Времени все равно пропасть. — Ты думаешь, что полумифические знания правящей верхушки можно освоить через несколько часов? — хмыкнул Фабио и окончательно развеял предыдущую ауру. — Ты особенно одарена? — Сам только что сказал, что я крутая. Да и это не таинственные знания судей. Ты ведь использовал щиты часто, и дед тебя не спалил ни разу. Так что давай, — Рин сжала кулаки. — Я хочу еще какой-нибудь козырь. – У тебя не получится, – вздохнул парень. — Это слишком большой объем работы - Тогда будешь иметь причину постигаться, - колдунья решила, что лучшей возможности все равно уже не будет. До заката оставалось еще семь часов. *** – Да, мам. Завтра приду... Да. Все под контролем. Рин отложила телефон и тяжело выдохнула. Руки дрожали после экспериментов со щитами. Учитель из Фабио был никаким, а вот болтливый комментатор всех ее провалов — отличный. Девушка была уверена, что итальяшка способен заставить и самого председателя Конгломерата усомниться в собственных умениях. – Они за тебя так волнуются, – бросил парень, когда она закончила разговор. — Словно не знают, что ты способна заткнуть за пояс любого недоброжелателя. - Беспокоиться - это единственное, что они теперь могут, - ответила девушка. — Говорят, мои родители были сильными когда-то. Но сейчас их возможности скудны, поэтому они однозначно не в Игре. – Зато ты очень активный игрок, – итальянец звякнул бокалами, которые наполнил до этого, и протянул один чародейке. – На вот. Выпьем лучшее зелье усиления, которое я смог здесь раздобыть, за Катрин в Игре. И ее блестящую победу. — За Катрин в Игре, — девушка посмотрела на янтарный напиток сквозь стенку бокала и чокнулась с Фабио. — Моя блестящая победа, как я понимаю, будет в том, что я выживу? - Конечно, - кивнул Фабио. – Собирайся. Экран мобильного подсветился, выбивая новое сообщение. Рин наклонилась и с удивлением увидела, что это Эльюс. «Со мной все хорошо. С Шерил тоже», - написал он. «Отлично», — решила колдунья, но ничего не отписала. *** Рин казалось, что все взгляды обращены к ней. Как и вчера. Только вчера это было обманом, а сегодня метка действительно разгорится. Метка проступит на ее коже, как только солнце рассечет границу горизонта. — Ты выглядишь так, будто идешь на смерть, — заметил Фабио, который наоборот лучился бодростью. Колдунья не ответила. Пыталась успокоиться. Но ее непрестанно преследовало чувство, что это ошибка. Что все плохо закончится. Что все вообще плохо. Даже не очень удачные попытки использовать щиты по указаниям итальянца не отвлекли ее достаточно. — Когда ты стала такой размазней? — шепнула она сама себе, пока Фабио пошел за автомобилем. Рин сидела в вестибюле гостиницы и машинально жевала апельсиновые конфеты, предложенные на рецепции. Она подумала, что могла бы сейчас встать и уйти. И исчезнуть из глаз проклятого внука судьи. Конечно, это не отменит ее роль девятой, но если Дей и темные скорее найдут жертву со стороны светляков... Рин напомнила себе, что в таком случае план Фабио выгорит. Проклятие догонит мага. И убьет. Рано или поздно. Если он не лжет. А если лжет?.. Здесь ей немедленно захотелось к метке. Просто покончить с этим. Если итальянец верит в каких-нибудь демонов, то пусть. С этим можно разобраться потом. Пусть получит свое желание, прикажет его в конце и уничтожит то, что его сгрызает. Рин стиснула зубы, прогоняя мысли о Фабио. Однако тут же вернулся он сам. С улыбкой, за которую хотелось убить. Или уцепиться, как за спасительную нить. — Светляков не замечено, — маг подал девушке руку и помог подняться из мягкого дивана. – Можем двигаться. Рин сжала его пальцы до боли. Сумерки пахли лавандой и жарой. *** — Черт, какое же место... — колдунья окинула взглядом высокие стены часовни. Сквозь полуразвалившуюся крышу виднелось светло-фиалковое небо. Запах плесени и прелых листьев, влаги и холода всегда распространялся на кладбищах. Так и здесь. Накатившаяся в гостинице паника начисто исчезла среди надгробий, словно они успокаивали своей стоимостью. Все проходит — и это пройдет. Только каменная плита останется, как и тысячи других здесь. Воздух казался слишком сухим и тяжелым. В горле дерло. — Не я его выбрал, но пришлось хорошо поискать, — Фабио сидел на потертой плите и разминал пальцы, хрустя ими. — Часовня оцеплена петлями, поэтому мы в относительной безопасности. Как только метка проявится, сделаем запланированное и уйдем отсюда. С меня ужин. Минимум. – Боюсь, сегодня мне кусок в горло не будет лезть, – Рин сладко потянулась и скользнула взглядом по тонкой покрасневшей полоске вчерашней раны от пореза. Шерил хорошо подлечила ее, хотя и не должна этого делать. – Я знаю хорошие места, – маг щелкнул пальцами. - Просто сказочные. – Слушай, – Рин посмотрела на него и решительно сменила тему. — Скажи лучше, кто рассказал тебе эту сказку о демоне? Да так что ты поверил. — Да сказка убила всех мужчин в моей семье, — сказал маг немедленно и сверкнул в ее сторону острым взглядом, без тени улыбки. - Трудно не поверить. Стоило подумать, что тени часовни ложатся на лицо Фабио и сам он пригибается под их давлением, словно под давлением гробовых плит вокруг. – Но кто? – настаивала девушка. — Кто-кто... старый же. Но это знали все родственники. Мои родители и их тоже. – Это тоже он тебе рассказал, твой дед? - заподозрила колдунья. — Ты ведь говорил, что родителей не помнишь почти. — Да... Из-за рассказа старика я в детстве до дрожей боялся демона. – И у тебя что, даже не возникало желания бороться? - Смеешься? — хохотнул Фабио. – Да у меня возникало желание повеситься! Дед - мастер рассказывать страшные истории... Впрочем, до поры до времени я его просто обожал за спасение. – Думаю, к этому он и стремился, – хмыкнула девушка. Маг согласился: – Дед любит послушание. А что лучше сдержит в шорох молодого мага, как не родовое проклятие? – А пути победить демона? — не сдавалась Рин. — Разве ты, прекрасный, умный и талантливый наследник судьи, не нашел за эти годы поискать их? — Забыла о двух родах защитниках, которым кранты? — Забыл о тайных архивах Конгломерата? — О да, ты открыла личному помощнику судьи глаза на существование архивов! - Сиронизировал маг. – О защитниках я там и прочитал. И о пути снять проклятие, хоть дед и считает, что это все ахинея. У меня в общем-то довольно неплохие знания истории нашего Конгломерата. Итак, два рода в конце Игры должны были сдержать силу демона... – Мы ходим по кругу с тем демоном, – застонала Рин. – Твой дед говорил, что проклятие существует. Когда встретился со мной в музее. Он рассказал и о золоте, да. Но об адских созданиях не упоминал... — Это информация, которая не должна выходить за пределы судейского круга. Еще нам паники здесь не хватало... Но почему это тебя беспокоит? — Фабио поднял брови. – У меня уже все продумано. Рин едва удержалась, чтобы не послать итальянца к чертовой матери со всеми его хитроумными планами, в которых продумано все — все, кроме того, чтобы посвятить еще и ее. — Но мне не улыбается идея о том, что за считанные дни ты можешь погибнуть, — выдохнула она. — А по городу теоретически будет гулять могучий демон. – Первое – это не критично для тебя, – ответил маг отстраненно. — А со вторым, я думаю, судьи и голова разберутся. На то они и выше правления. Я уже все для себя решил. Сейчас мы обозначим точку твоей кровью и точка. Ты свободна. Дальше я сам. Если хочешь, могу даже не трогать тебя до конца Игры. – Ну спасибо. Говорил же, что до конца вместе, — Рин усмехнулась, хотя удавалось это тяжело. Но она желала отпустить эту напряженную струну меж ними. — Итак, все. Не исчезай никуда. И… торжественно желаю тебе избавиться от проклятия. Так, как я избавлюсь от своей метки сегодня. А когда-нибудь впоследствии проведешь мне экскурсию по Риму. – Смелое заявление, – Фабио рассмеялся в ответ. – Я думал, ты подозреваешь меня во всех грехах, нехорошая темная. — На то я и нехорошая темная, чтобы не считаться с грехами, — Рин пожала плечами. - У всех их достаточно. — До 25 июля я хотел бы воздержаться от долгосрочных планов... — ответил маг задумчиво и встрепенулся. – О, посмотри. Девушка опустила взгляд на пол склепа-часовни. Медный люк с девяткой, похожей на геральдического дракона, проступил там. В темноте он казался совсем черным. — Думаю, самое время, — выдохнула колдунья и шагнула вперед. - Покончим с этим! Где это судья, удостоверяющий твой успех? – Я сам засвидетельствую. У меня есть такая возможность. - А в отчет что впишешь? – Это уже решено, не беспокойся. Берток прикроет меня. Он немного скрипел зубами, что точка достанется светлякам. Но мне удалось его убедить. – Хорошо. Девушка решительно протянула руку над люком и перевела взгляд на Златана. – Ну? Чего застыл? Маг безмолвно подошел к ней. Рин смотрела в его глаза и думала, что он не может, просто не может быть проклятым. Столько энергии, столько энтузиазма, столько иронии... И исчезнут через несколько дней. Это неправильно. Пусть хотя говорят, что смерть не бывает правильной или нет. Пусть хотя говорят, что она просто забирает все, отсекает все и уничтожает все начисто. Да он здесь. Он здесь — жив. И все его существо – противоположность смерти. И в этот краткий миг Рин подумала, что дала бы гораздо больше, чем немного своей крови, если бы это могло наверняка спасти Фабио. - Посчитай до трех, - прошептал итальянец самими губами. – Раз, два… три, – машинально выдохнула колдунья. Тогда ее руку сковало холодом. – Смотри на меня. – Генерал нашелся, – огрызнулась девушка. Но все равно не отрывала взгляда от двух черных углей, на которые во тьме превратились глаза мага. Горение магии. Тогда вспышка. И резкий укол. Дальше боли не было. Только отвлеченное чувство потери. И такое же чувство находки. Как будто сейчас, проливая свою кровь, она одновременно получала что-то в ответ, что-то важнее. Рин не знала, как долго стояла там застыв. Глаза в глаза с Фабио. - Полно, - наконец выдохнул он. Девушка потупилась. Метка, залитая ее кровью, вспыхнула. Энергия бухнула вверх. В голове закружилась голова. Слабость победила. Знакомые руки схватили ее крепко. Рванули к себе. — Кровь же... вымажешь свою чертовски дорогую рубашку, — пробормотала колдунья. Однако пальцы Фабио сгребли ее волосы так, словно он хотел обнять всю-всю Рин, прижать ближайшее к себе в каком-то неясном порыве, в горении энергии, которая освободилась и захватила его. – Ты только что спасла мою жизнь, – шепнул он, прижимая ее быстро, порывисто и до боли крепко. — Рин, ты спасла мою жизнь... от тьмы, — он прошептал что-то еще, но так тихо, что девушка не услышала. Рин отстраненно думала о том, что волосы Фабио щекочут ей нос; что никаких демонов не существует; что его дед, должно быть, будет дико злой; что 25 июля через три дня; что маме Фабио понравился; что Деймос с ума сойдёт, когда услышит о ее «проигрыше», — но все это будет завтра. Завтра. Завтра... Девушка шумно вдохнула и прижала мага к себе обеими руками. На несколько роскошно долгих секунд. *** — Скажи, что все чешут, — угроза в голосе Дея звучала так, будто он уничтожит соперника и без магии. – Нет. Я проиграла, — устало повторила Рин, должно быть, в третий раз. – Не верю. Не с твоей силой, – отрубил голова темных. – Что произошло? - Ничего. Затем поговорим. - Вчера ты говорила, что у тебя... Колдунья быстро положила трубку, однако через минуту телефон снова отозвался - теперь Эльза. — Ринчик, привет! – крикнула подруга в трубку. - Что это Ружичка говорила, будто ты проиграла светлякам? – Так и есть, – процедила Рин сквозь зубы. - И не надо мне об этом напоминать снова. Эльза помолчала две секунды; по ту сторону проволоки что-то, вероятно, баночка со зельем, хрустнуло на пол. — Чтоб мне с дуба упасть! — сказала ведьма. — Но ты хоть одному нос сломала? Ну, скажи, что сломала! Я ведь не переживу, если моя крутая подруга сдалась без боя! – Не переживешь? Так иди прыгай с крыши. Колдунья почувствовала секундное раздражение и щелкнула отбой. Она чувствовала себя отвратительно. Настолько отвратительно, что не выходила из дома и пропустила весь десятый тур, победа в котором досталась светлым. Среди тех, кого девушка называла друзьями, нашлось достаточно и тех, кого удивил ее проигрыш. Что уж говорить о других темных, которым словно язык чесался прийти к причинам того, что Катрин Форс вроде бы подарила очко светлякам. - Следующего, кто у меня об этом спросит, Катрин Форс убьет собственноручно, - пообещала она Винсенту, когда услышала его голос в трубке. — Мне безразлично то, что произошло. Это только на твоей совести, – бросил маг тихо. Рин подозревала, что он до сих пор не доверяет ей после обвинений Энтони. – Я звоню сообщить, что у светлых есть виды на следующую жертву, – продолжил Винни тихо. – И что это вроде Арчи. - Откуда информация? — Рин и сама имела догадки, что темный не просто так связался со светляками. Он хотел получить гарантии своей безопасности вероятнее всего. Хотя, если бы она сама имела дело со святоши, то в последнюю очередь полагалась бы на их гарантии. – Джо узнал, – выдавил маг так, словно ему не хотелось признавать помощь светлого брата Дэл. - И еще он разоблачил, кто светящая жертва. Мы с алхимиками планируем найти и увлечь ее. — А не слишком ли просто все складывается? – Не проверим – не узнаем. – Хорошо. Так я вам нужна? Ведьмы и маги? – Дэл снова не хочет привлекать никого. — Тогда к черту ты мне все это говоришь? — огрызнулась Рин, чувствуя в себе больше непокорной тьмы, чем нужно для покоя. — Потому что знаю, что гонора у алхимиков больше, чем нужно. А сейчас критический момент, – хмыкнул Винсент, который через свои отношения с Дэл уже несколько лет проводил с ее друзьями больше времени, чем с магами. – Займись Арчи. Делай, что хочешь. Но лучше тебе не попадаться никому на глаза со светлыми... — Ты тоже стал поклонником слухов? – Нет. Но только я знаю, что Форс не проиграла бы священникам. Зато, если поможешь на этот раз, думаю, все недоброжелатели заткнутся и забудут о твоем подозрительном проигрыше. – Спасибо за беспокойство, – силовато улыбнулась Рин. — Но если бы у меня было время думать обо всех недоброжелателях, то не нашла бы ни одной точки. – Я просто говорю, – извинительно бросил Винсент. - И тебе хорошего дня, - Рин отложила телефон и уставилась в потолок. Ей не особо хотелось искать Арчи, который обязательно будет крутиться где-то у светляков. С другой стороны, Винни не лгал бы. Возможно, маг действительно хотел только помочь... – Что ты об этом думаешь? — спросила девушка у Фабио, рассказывая ему новости по телефону. — Думаю, что светляки очень глупы, если сказали Джо правду после того, как он сам сдался Тори. — То же самое. — Поэтому это или ложь, или где-то наставлены хорошие ловушки. Но мы найдем точку, — голос Фабио звучал, на удивление, бодро. – Как там твой дед? Еще не скручивал тебе руки? - поинтересовалась Рин. – Нет. Там глава Конгломерата приехал: до окончания игры будет большое и пафосное празднование вне зависимости от результатов. У них со стариком какие-то общие дела, у него нет времени пасти меня. И слава высшим! Рин усмехнулась. Близость конца радовала ее. *** – Мне нужно что-то для усиления, – неохотно сообщила Рин, когда трое ведьм с интересом оторвались от своего варева и посмотрели на нее, замершую на пороге их квартиры. - Ринчик! — Эльза лежала на диване, покрытая полосатым пледом. – Без хорошей истории ты отсюда не выйдешь! Кажется, ведьма ни капли не обижалась из-за их последнего разговора. – Заходи, садись, магичко, – Роза отреагировала не так радостно, но и не отказала гости. А когда ведьмы впускали тебя через порог, ты мог рассчитывать и на их помощь. Это правило Рин изучила хорошо. – Ты жива? - Спросила она у Эл, синяки под глазами которой могли бы напугать и кровопийцу. - Больше, чем вчера! – с энтузиазмом заявила подруга, демонстрируя руки с синяками от капельниц. — Эти люди задумали себе меня вмордить вконец. Едва вырвалось! Понятно, что от Роминого чая тоже может вывернуть, если она несколько составляющих спутает, но здесь хотя бы есть что касается работы. И хорошо пахнет зелом всяким. А в той больнице их сплошная смерть. Ведьма поднесла обе руки к лицу и глубоко вдохнула. — Ну вот, Риночка, я и сама пропахла там смертью, — Эл наклонилась к подруге и прошептала ей в ухо с неожиданным пылом: — И ты тоже. Ты тоже с ног до головы в смерть закутана. Берегись! – Спасибо, буду, – Рин невольно отстранилась. Она перед выходом брызнула на себя розовые духи и улавливала только их. Но ей не нравилось, что Эл чувствует что-то другое, связанное со смертью, пусть и на уровне ауры. — Так что такое? Большая охота? — деловито спросила Роза, вымешивая что-нибудь в глиняной миске. — Нечасто ты сама просишь о помощи. – Винни подкинул несколько идей, – неопределенно ответила колдунья. - Финал близко. Вот я и решила, что поддержка мне не помешает. — Ромцу, сильнейшего принеси! С самой высокой полки! — крикнула Ружичка третьей ведьме, которая звонила банками на кухне. – А ты, – она вернулась к Рин, – рассказывай. Все озадачены. Никто не знает, что произошло на девятой точке. Джо говорил, что светляки сами в шоке. Так ты их обвела вокруг пальца с восьмой меткой и попалась на девятой — слов нет! — Это один из этих троих что-то сделал? — спросила Эльза удивленно. - Каких троих? - удивилась голова шабаша. – Я ей гадала, как только Игра началась. На любовь... — ведьма гортанно захохотала. Рин решила, что Эльза сегодня слишком радостна по поводу своего ухода из-под опеки человеческих врачей. - Вот нашли время! Лучше бы ты умела метки наворожить, – фыркнула Ружа. Ее подруга бросилась защищать свои предсказания: — Но ведь там была любовь! – Нет, – вмешалась Рин. – Там была смерть. Трижды, — она вспомнила бессмысленные путаные слова Эл, которые в тот вечер казались шуткой. О трех, кто возле нее. О трех, несущих угрозу. Туманный светляк — не причудливый ли Эльюс? Тьмовой, с черной душой — Арчи, конечно, Арчи, который тогда же пытался разбить ей голову. И последний ни светлый, ни темный. Если в отношении первых двух девушка еще могла сомневаться, потому что смерть ей пытался принести также Каспер, то третьим точно был внук судьи. – И еще там была любовь! – настаивала ведьма. — Это она? – Нет, – Рин снова покачала головой. – Я не могу сейчас рассказать вам всего, – добавила она примирительно. – Но знайте, что моя кровь на девятой метке – это возврат долга. Кровного долга за спасение. – Овва! — Рома вышла из кухни с подносом, груженым баночками. — А лучше бы это была любовь. Правда, девушки? - Нет, не лучше, - колдунья закатила глаза и принялась быстро паковать зелье в рюкзак. Эльза наблюдала за ней и мурлыкала под нос какую-то мелодию. Ружичка вдруг отошла и вернулась с крохотной баночкой, в которой сверкало что-то серебристое, как полнолуние. – Когда речь пошла о долгах кровных, – прошептала она, вкладывая баночку в руки Варты, – то я бы хотела попросить твоей помощи в ответ. Финал близко, да. Но я еще не отплатила другу нашему, Касперу. Так что если тебе случится увидеть его и если представится момент... — она крепко сжала Рин руки, — я верю, что тебе к нему легче подобраться, чем мне. - Что это? — колдунья не узнала серебристое зелье, хотя уже много видела их в ведьм. – Это козырь для тебя, – усмехнулась голова младшего шабаша. – А для Каспера самый большой ужас. Только осторожно: зелье будит много скрытого. И даже я до конца не знаю, как наш Кас отреагирует на это. — Вливать внутрь или достаточно в морду бросить? — спросила Рин с готовностью затолкать крошечную баночку прямо в горло светящему голове, который едва не угробил ее и Эл. - Как получится. Зона действия у него широкая, - усмехнулась Ружа. — Сначала я хотела просто ему глаза вырвать, но будет проблематично закапывать мою любимую болтушку так, чтобы светляк не рыпался. *** - Скажи мне, что оно того стоит, - шепнула девушка, осторожно выглядывая из кустов на старинный дом с разбитыми стеклами. Там маячила точка. И там же собралось чертовски много светляков. – Давай лучше скажу, что ты круто выглядишь. Даже в перчатках летом! – ответил Фабио. Рин хмыкнула. Длинные перчатки без пальцев закрывали порезы на ее руках. Она натянула их еще дома, чтобы не беспокоить родителей ручьями ран. – Кажется, ты тоже похожи одеваешь, когда хочешь наколдовать что-то особенно крутое, – вспомнила девушка. – Да. Эти перчатки имеют все причастные к правлению в Конгломерате. Статусная штука и не только. На совершеннолетие подарили, — возмутился итальянец. — Тсс... — Рин цькнула и прислушалась, потому что ей раздалось движение. Ауры светлых горели в доме, однако на улицу никто не выходил. Винсент недавно сообщил, что они нашли потенциальную жертву соперников и попоили ее ведьмским снадобьем, однако метка не проявилась. Джо действительно соврали и заманили алхимиков в засаду. Единственное хорошее в этом было то, что теперь Дэл окончательно утихомирила свою обиду, точнее сместила ее на светляков и объединила силы для поисков с магами и ведьмами. — Их там слишком много, — прошептал Фабио. — Надо ждать поддержки. – Сам хотел идти вдвоем. Пока мы будем ждать, они отметят точку, — выдохнула Рин. — А ты не можешь применить против них свою супермагию? – Нет, – отрезал итальяшка. — Как только я коснусь судейских сил, кто-то из судей или сам дед сможет засечь меня и устроит триндец. Как тогда после Арчи и Кристы. Слава духам, что ты убежала... — Ты ведь говорил, что твой старый шибко занят. — Да, но я бы предпочел так не рисковать. — А кто из судей сегодня на метке? – Феликс. Австрияк. Но его еще здесь нет. И не будет до вечера, пока судьи тусуются на приеме с головой. А к тому времени мы справимся. — Вот такое у суда ответственное отношение к игре? — Нет, это ответственное отношение чудесного меня к своим обязанностям наблюдателя. Я договорился, что подменю Феликса. – Я что-то не видела еще ни одного наблюдателя с такими полномочиями, – усомнилась девушка. – Во-первых, ты и так ни одного не видела. А во-вторых, среди них всего один внук судьи. — Тогда это злоупотребление должностными возможностями и семейными связями... Что ж, в любом случае часы тикают. Поэтому предлагаю просто завалиться к светлякам и потянуть время, – предложила колдунья. —Винни и Дею я написала, чтобы они дули сюда. Если внутри и точка и темная жертва, то мы проиграли, но рискнуть стоит. - Ладно, - кивнул Фабио. — Ауры наши скрыты хорошо, так что сюрприз удастся... Рин хищно улыбнулась и проскользнула к боковому входу. Тяжелая дверь отворилась со скрипом, пропуская ее в темный узкий коридор. Затхлый воздух, сплошная загроможденность и пыльные стены. – Хоть ужастик снимай, – шепнул парень. – Мы – в главных ролях? — Рин позволила паутине свободно стекать с ее пальцев вниз, чтобы каждый момент быть готовой к атаке. — Со стороны людей или потусторонних монстров? — поинтересовался Фабио, и паркет под его башмаком прогнулся с громким хрипом. — Дай подумать... Люди в ужасах обычно умирают. Но и монстры тоже – в конце. - Все умирают в конце. Самое большое, что у нас есть, – выбор, как это произойдет. И это не всегда, - маг резко остановился и неслышно поднял руку. Рин замерла рядом с ним. Теперь кто-то действительно двигался рядом быстро и шумно – явно не ожидает нападения. Колдунья обменялась взглядами с Фабио и вышла вперед. *** — Ну, поздравляю, тьма. - Взаимно, - Рин посмотрела на Кристу сверху вниз. - И ты здесь, предатель, - светлячка уже вернулась к Фабио. От прежнего интереса к итальянцу не осталось и следа — по крайней мере, на лице волшебницы. — Я вам несколько дней назад получил очко, — ответил он с улыбкой и посмотрел на Арчи. - И тебе привет. Ты совсем отбился от своих. – Не трогайте меня, – заявил тот сдавленно. – Я никуда не уйду отсюда. Он сидел в старом кресле, вцепившись в перстень так, словно руки свело судорогой. — Да кто тебя трогает, — удивилась Рин. – Темные меня убьют, – выдохнул Арчи твердо. - Толку, заткнись, - Фабио хохотнул. – Мы здесь только, чтобы проследить, чтобы тебя не убили светлые... случайно. У них это очень часто случается. — Лучше и не скажешь, — Рин украдкой огляделась. На подоконнике сидели близнецы-светляки. За спиной Аякс отрезал путь к отступлению. Криста извивалась рядом. Из угла комнаты, прищурив светлые глаза, их рассматривал его бесовское величество Каспер. За дверью еще несколько. Вот попали так попали. – Вас никто не звал, – процедил Арчи. – Не вмешивайтесь. – Он сам вам сдался? — спросила Рин у Каспера. - Да, уважаемая тьма, - ответил голова светляков. — Он знает, как выбирать союзников. И смею напомнить, что при попытке нанести вред жертве, очко получим мы. — Ну, я светлый, — помахал рукой Фабио. — Технически, если я поврежу жертве, то очко получат темные. — Мне известно, кто ты, уважаемый Ди’Энджело, — ответил Каспер. — И черт ты выйдешь отсюда, если уж пришел. — Если этот научился произносить подобные угрозы и не краснеть, нам действительно крышка, — ответила Рин, быстро думая над тем, откуда Касперу известно что-то о Фабио. Итальянец ободряюще улыбнулся. — Постоянно забываю, как это называется, — кивнул он в сторону светляцкого головы и добавил резко: — Знаешь, кто я? Не дорос мне еще грозить. Вокруг Фабио сверкнуло золото щитов. — Какого черта? — вмешалась Рин, глядя на Арчи в кресле. – Ты добровольно отдаешь им очко? Убиваешь на своих? Она слабо надеялась, что ее слова будут иметь желаемое влияние, однако тянуть время лучше разговорами, а не дракой. — А ты разве не то же сделала? — сверкнула улыбка темного мага. – Нет никаких «своих». Я уже говорил. Рин запнулась. С его стороны действительно все так и выглядело: она тоже отдала свою кровь ради итальяшки и его желания, забыв о темных. – А я могу ответить вместо нашей жертвы, – бросил Фабио весело. – Мы вас послушаем, пока метка не проявила себя, – милостиво кивнул Каспер и подпер голову рукой. - Ваш новый друг Арчи в начале Игры не вовремя встретил хорошо знакомого вам судью Эммануэля, - голос итальянца стал до беспредела ироничным. — Несмотря на свою дружелюбную кутерьму, проклятый пшек умеет хорошо убеждать. Он как раз нуждался в помощи в своих планах. Поэтому Арчи открыли его роль жертвы. И поскольку этот уродец на ножах с темной тусовкой и сделал еще очень паршивое — но этого мы сейчас не будем трогать, — то решил, что выслужиться перед светляками выгоднее и безопаснее. Арчи решил, что светляки добрые, хах. Правда, Кас? — глаза Фабио нашли голову. — Он решил, что вы оцените его помощь и поспособствуете тому, чтобы он пережил Игру. - Закрой пасть. Ты вообще приблуда, – голос Арчи выражал его страх. — Я сразу говорил, что с тобой что-то не так. Но они желали твою силу. Ты... ты... - маг застонал и ударил себя кулаком по лбу. – Почему я не могу вспомнить? Что это за магия, урод? – Я знаю о тебе все, убийца. Забыл? – Фабио улыбнулся. — Забывший молодец. — Какие бы его намерения ни были, уважаемый, мы планируем цивилизованно обозначить одиннадцатую точку и отпустить темного Арчибальда, — сухо сообщил Каспер и посмотрел вниз. – Время. Держите их подальше, - приказал он своим муртадам. На полу вырисовался диск метки. Две единицы, оплетенные терновыми ветвями, проступили на медной поверхности. В этот же миг Рин почувствовала крепкую руку Аякса на собственном плече. – Только шевельнись, – шепнул тот, – и твои мозги будут на стене напротив. Криста обняла Фабио. Рин искоса взглянула в его сторону и приготовилась атаковать, чтобы отвлечь светлых. Если бы только Деймос и Винсент пришли сейчас... Каспер задрал рукав свитера Арчи. Метки не было. *** – И что это значит? — шепнул голова светляков губами. Метка жертвы не проявлялась. Воздух загустел от напряжения. - Не знаю. Но я уверен, что это я! – Арчи панически смотрел то на свою руку, то на Каспера. — Судья ведь не врал бы. – И что это значит? — повторил светляк с прижимом. Рин взглянула на Фабио. Тот все еще спокойно улыбался. - Это значит, уважаемый, - бросил он, - что господин Эмек такой же исправный лжец, как и раньше. - Нет... Нет, это ошибка. Я одиннадцатая жертва. Я знаю! — его губы задрожали, словно он изнемогал от обиды. – Это слова самого судьи. – Вот тебе слова судьи, – Фабио резким движением оттолкнул Кристу и натянул перчатку на правую руку. — Если после заката метка не проявилась за первые две минуты, тогда она и не проявится. Регламент Большой Игры, параграф третий, пункт восьмой. Я свидетельствую, что ты не жертва как официальный наблюдатель Игры от Центральноевропейского конгломерата. Ты эту мою должность хотел озвучить, Кас? — Ты обманул нас, тьма, — Каспер не вернулся к Фабио. Он все еще стоял над темным. – Это не я. Обманули меня. Вы все знаете. Я не лгал вам. Арчи вцепился обеими руками в короткие волосы и, кажется, осознал глубину пропасти. – Меня обманули! – крикнул он. – Меня обманули! Энергия вырвалась из его рук и прыснула во все стороны. И волна упала... *** Рин чувствовала, что тонет. Волна накрыла их всех. Волна принесла сотни шумов. Сотни голосов. Сотни надрывных струн. Все сплелось и навалилось. Не было ни ветра, ни движения воздуха. Но колдунье казалось, что что-то уносит ее, не дает сфокусировать зрение, не дает удержаться. – Спокойно, – Фабио схватил ее запястье и стал первой надежной точкой в ​​этом круговороте. Его голос раздваивался, разлетался вдребезги. — Арчи... он силен внушать... это своеобразное безумие. Вдох. Выдох. Криста корчится на земле. Ее белые волосы становятся черными. Становятся синими. Становятся красными, как кровь. Кровь на волосах Кристы. Когда там появилась кровь? – Спокойно. Это сейчас пройдет. Держись за меня... Голос итальянца. Голос мага. Голос Фабио. Рука Фабио. Щит Фабио. Вдох. Выдох. Аякс ударился головой о стену. Вдох. Выдох. Тогда снова. – Останови это! — визжала Рин и не узнала собственного голоса. Она потянулась к внутреннему карману. Пальцы нащупали холодное стекло. Импульс пришел снаружи. Баночка с серебристым снадобьем треснула. Тонкие струйки потекли по рукам, сжимаясь на паркет. "Оно высвобождает много скрытого". Вдох. Выдох. Маятник качнулся. Грязный паркет перед глазами стал чистым и блестящим. Картины на стенах. Солнце в зеленых шторах. Музыка с гостиной. Дом ожил — другой дом, но до боли реальный. Рин сделала несколько шагов, а потом поняла, что у нее нет здесь тела и шагов нет. Она подалась вперед - сверкнуло. Девочка бежала перед ней. Девочка с длинными волнистыми волосами и в кружевном платье. Она расплывалась и становилась пятном. Она растекалась как вода. Таяла, как призрак. Рин догоняла и не могла догнать. Зеленые шторы шелестели. Вдох. Выдох. - ... мы отдадим все вам, - голоса взрослых звучали из зала. – Сила демона будет вашей. И ее хватит для исполнения нашего желания. Девочка притаилась у двери и заглянула внутрь. На стене звенели часы с большим золотистым маятником. Справа-слева. Слева-справа... — А как же задача стражников? Ди’Энджело выступят против. Темные пятна расплывались. Но их голоса звучали отчетливо, как и звон бокалов. Рин видела перед глазами высокие резные хрустальные бокалы. Слишком знакомы. — Она важнее. С итальянцами мы поговорим по отдельности. Проблем не возникнет... — Возлюбленный ребенок, конечно... О, Гатко! Иди сюда... Дверь скрипнула. Вдох. Выдох. Девочка огляделась. Рин огляделась. – Не забывай, что ты стражница. И за сотню лет ты — стражница. — Держись за меня! Рука Фабио. Глаза Фабио. «Проблем не возникнет. Мы отдадим вам все...» «Они выступят против...» Дыши. Голос Фабио. «Мой род проклял демон. Нас предали». *** Рин почувствовала это, прежде чем увидела: завихрение света, произраставшего из руки Каспера, направленное на Арчи. Атака, которая несколько дней назад должна была убить ее. Атака, едва не убившая Эл. Атака, которая... – Не смей! — колдунья бросилась вперед. Сила безумия рассеялась. Серебряное снадобье подсыхало на полу. Шумы исчезли. Мир снова стал цельным. До сих пор затуманенные глаза Каспера смотрели на темного, полного холода и злобы. Рин сплела паутину за полсекунды и рассеяла смертельную атаку. — Прочь от него! Голова светлых вернулся к ней. Его волосы поднимались вверх. Глаза закатились, обнажая белки. Кажется, его безумие коснулось сильнее других. Вторая атака пришла одновременно справа и слева. Рин неудачно вывернулась от одной. Кровь забрызгала ее футболку. Вторая волна шмыгнула о золотые искры щитов и сжалась под влиянием чужой силы к маленькой бусине, белой и жалкой. – Я же говорил, – прошипел Фабио, сдавливая бусину, – не дорос ты еще со мной драться. Он открыл ладонь. Перчатка судьи, прожженная насквозь, не скрывала обжаренную рану. Каспер клокотал что-то и осел на пол. Из его рта ушла пена. Арчи упал в кресло. Тишина запала гробовая. Ни Аякс, ни Криста, ни близнецыне шевелились. Рин сама едва стояла на ногах. — Плохая у вашего Арчи сила, — выплюнул Фабио, тряся раненой рукой. — Может действительно сорвать с катушек. - Фаб, - девушка дошла до него и положила руку на спину, - кажется, я видела что-то из прошлого. Пока его сила... и это зелье, которое дала Роза. Я думала, что голова взорвется. Но видела это точно... Род, предавший твоих предков... — Это просто сон, — рука Фабио скользнула на талию Рин, но его лицо стало холодным и отстраненным. — Спи, стражница... И она против своей воли подчинилась.