Пушистый парадокс

19 июля. 13:07. — Я подойду через пару минут, окей? Тому мужику не понравился мой кофе. Мой кофе! Который я сама готовила, понимаешь? Тут без серьёзного разговора не обойтись. — Хорошо, — Гермиона участливо улыбнулась и проводила глазами копну чёрных кудряшек, бодро подпрыгивающих с каждым шагом хозяйки. И почему так несправедливо: никакой магии, а такие шикарные гладкие локоны, аккуратно и искусно перетянутые обычным жёлтым тканевым ободком. Гермиона же тщательно изучила все гламурные справочники и журналы, которые только смогла раздобыть, но удачно расчесать свои волосы ей всё равно ещё ни разу не удалось. Вот и сегодня пришлось просто скомкать их в бесформенный пучок. Так. Хватит этой нелепой зависти. Девушка сморгнула девчачьи мысли и вернула своё внимание к экрану ноутбука: Чёрт знает что, а не диссертация самой выдающейся ведьмы столетия, — думала она перечитывая последнее предложение вводной части. Не то чтобы это было слишком уж плохо, но как-то пресно. Восприятие необходимости работать домашними эльфами. Она уже столько раз обмусоливала эту тему перед начальством, что не удивится, если Кингсли только закатит глаза. А ведь она сама напросилась. Сама захотела сделать всё по правилам и писать эту дурацкую исследовательскую, когда место помощника главы отдела регулирования популяций уже давно и так за ней. Солнечные лучи скользили по пальцам, прыгали по ребрам стакана холодного чая и растекались беспокойными лужицами на записной книжке. Чай пах персиком, однако все чудесные запахи меркли, потому что с улицы несло пылью и жаром. Зря она выбрала это место: прямо напротив распахнутого окна. К тому же эти непонятные крики, грохот мотора… Гермиона подняла глаза, наблюдая за громоздкой грязно-серой фурой, которая припарковывалась по другую сторону пешеходной улицы. Вместо аккуратного чистенького тротуара там красовалась теперь груда строительного мусора, палок, мешков и коробок. Гермиона любила эту кофейню не только потому, что она была прямо под её квартирой, и далеко не потому, что владелица — её хорошая подруга, но и из-за атмосферы: книжные стеллажи, ухоженные растения, которые раскинули свои пухленькие зелёные лапы на подоконники и столы, высокий потолок, тёмные вытянутые картины в узорчатых потрескавшихся рамах, громоздкий камин и даже пара длинных серебряных подсвечников напоминали ей большую гостиную гриффиндора. Свет блуждал в этом помещении очень осторожно, мелькая розоватыми бликами только на выбранных по какому-то тайному правилу поверхностях: в пузатых склянках с заваркой или, например, поглаживая корешки научной фантастики. И опять несправедливо: ни грамма магии, а её сердце трепещет. Даже стулья здесь чем-то напоминали Хогвартс: они не повторялись. Гермиона вот устроилась в кожаном, на длинной ножке, с прямоугольной продолговатой спинкой. — Опять уткнулась в свою секретную мегаважную диссертацию? — Та девушка с чёрными кудряшками плюхнулась напротив, закрывая свет от окна. Она принесла с собой тарелочку малиновых пирожных «макарун» и придвинула их подруге, одновременно вытирая руки клетчатым полотенцем. — Она не секретная, — нахмурилась Гермиона и тут же, противореча себе, перевернула записную книжку текстом вниз. — Ну-ну, ты даже не говоришь, какой университет. — Потому что я его ненавижу и заканчиваю ради мамы. — Да, это я слышала. — Мелс, не ищи смысла там, где его нет, пожалуйста, — отрезала Гермиона, понимая, что пора бы прекращать разгуливать с заметками про домашних эльфов перед носом своей подруги. Конечно, никакой университет она не заканчивала, просто Мелс Мэггис — среднестатистический магл, не подозревающий, что Гермиона гладила единорогов, убегала от тролля и дружит с полувеликаном. Этим-то она Гермионе и нравилась. Никаких вопросов про Гарри Поттера и Того-кто-позорно-сдох (если верить заголовкам газет). Девушки встретились на писательских курсах, и Грейнджер внезапно так понравилось болтать с ней о всякой всячине, да и, кроме того, обсуждать литературу, что она решила зацепиться за это знакомство. Но всё сложилось ещё лучше, чем кто-либо смел надеяться, ведь именно Мелс подкинула Грейнджер объявление о квартире над этим кафе и снабдила её пожизненной скидкой на здешний кофе. Всё просто: Мэггис и её парень — хозяева этого чудесного места. И несмотря на то, что Мелс может расслабиться и даже не выходить из дома, она любит проводить дни за кассой: говорит, что это помогает ей чувствовать собственный бизнес изнутри. — Герм, тебе нужен мужик, — серьёзно произнесла Мелс, откидывая полотенце и сдувая упрямую кудряшку со лба. — Что за бред. — Хорошо, бред, но согласись, что постоянно думать о книгах — не совсем… здоровый образ жизни? — По-прежнему бред, — Гермиона захлопнула ноутбук больше не в силах смотреть на слово «эльф». — Как ты говоришь его зовут? Ронни? — Рональд. Мы гуляли вчера. — С бывшим? — Мы друзья, — Гермиона улыбнулась, наблюдая недоверие подруги. — О господи. А есть ещё парни в твоём окружении? — Гарри. — Он красивый? — Он женат. — Не вариант, — кивнула Мелс. — Похоже на то. Я тебя не понимаю, я чувствую себя очень комфортно… — Перечитывая и без остановки переписывая те бедные десять страниц? — В голосе Мэлс проскакивали нотки своенравной насмешливости, но слишком уж тёплой и привычной, чтобы на неё обижаться. — Это не… Нет, неправда. Просто если начало книги не… Недостаточно… — У тебя просто нет ни грамма вдохновения, — оборвала Гермиону девушка, возвращая взгляду серьёзность, — Что самое безбашенное ты делала в жизни?

Ограбила банк на драконе? Воевала с сильнейшим тёмным магом?

— Вот! Тебе нечего сказать! Как же ты книгу напишешь? — тряхнула головой Мелс, видя, что Грейнджер замешкалась, — Тебе нужна искра! Чувства! — Как скажешь, — кивнула Гермиона, — А что происходит? — Девушка поморщилась, когда очередной, сомнительного вида мужчина заорал под окном, что-то вроде: — Грузи правее! Урод, правее — это значит не левее! — Какой-то тип выкупил дом напротив, — пожала плечами Мелс, — Теперь, судя по всему, у него по плану капитальный ремонт. — Дом?! — Ага. Кажется, теперь там будет бар. Я видела нового хозяина. — Гермиона закусила губу, слушая подругу. — Тот ещё индюк напыщенный. Но… Я пока не планирую с ним воевать. — Шума от них слишком уж много. — Мы это обсуждали. Он сказал, что через неделю закончит. Уж не знаю, как он ремонт так быстро закончит, но ладно, речь не об этом. Тебе нужен мужик. Я правда так считаю. В глубине души Гермиона, скрипя зубами, согласилась с Мелс насчёт вдохновения. Ей правда сложно сдвинуться с мёртвой точки: не хватает то ли уверенности, то ли фантазии. Но почему это должен был решить парень? — Лучше заведу кота, — поставила точку Грейнджер. Но по правде, она и кота заводить была не готова. — Гермиона-а-а-а, — взвыла Мелс, — Какого ещё кота? — Не знаю, не рыжего. — Рыжий напоминал бы ей Живоглота — это слишком больно. Во время войны Глотик сбежал в неизвестном направлении, и больше о нём никто ничего не слышал. Вряд ли он всё ещё жив, раз до сих пор не отыскал Гермиону. — Я тебя с кем-нибудь познакомлю. — Мелс, ты… — Знакомство никому никогда не вредило, — живо и бескомпромиссно перебила её Мелс. — Делай, что хочешь, — Гермиона глянула на время: на дальней стене, над кассой, висел большущий циферблат, — Мне пора. — Куда? — Надо… — связаться через каминную сеть с Сарой (более или менее адекватным репортёром Пророка) насчёт очередного пламенного интервью от героини войны, — Кое с кем поболтать по работе. — Ты не работаешь, — подозрительно сощурилась подруга. — Пока что, — кивнула Гермиона, — Но всё может измениться. — Ага, вот значит как. — Да просто… — Не объясняй, — помотала головой Мелс, понимая, что в любом случае услышит лишь половину правды, — Я пойду спасать Марка. Он сегодня перепутал латте и капучино. И будь другом, съешь хотя бы парочку, а то их уже некуда девать. — Девушка кивнула на пирожные. — Я возьму с собой, — улыбнулась Гермиона. — И! — обернулась Мелс, уже уходя, — Ты обещала прочитать мой рассказ для сайта, помнишь? Сегодня обсудим? — Да, точно, сегодня. Несмотря на жару и пыль от неожиданно образовавшейся стройки, на улице было хорошо. Даже чуть лучше, чем просто хорошо. Солнышко приятно грело кожу, и создавалось ощущение, что ты обернут в воздушное одеяло из витамина D. Периодически в лицо дул ветерок, поэтому и дышать было легко. — Ну, живее, уберите херовы мешки с дороги! — орал мужчина в синей футболке из открытого окна фуры. — Сам убери! — Я те ща по роже дам! — Нахер иди! Гермионе, к сожалению, надо было пройти мимо этой свалки, чтобы попасть в свой тихий уютный двор, и когда она уже была готова свернуть в нужную арку из белого камня, то боковым зрением уловила среди досок и прочего строительного мусора еле заметное, мягкое движение. Что-то побудило её тут же остановиться и вглядеться повнимательнее. Через секунду из-за пыльного мешка вынырнули два острых сероватых уха. — Боже мой, — прошептала Гермиона себе под нос, убеждаясь, что судьба в самом деле подкинула ей кота, стоило пожелать этого буквально десять минут назад. Это знак, — в ту же секунду решила девушка и оглянулась по сторонам, желая избежать лишних свидетелей: благо, рабочие ругались на всю улицу, им явно было не до Гермионы, а кроме слишком уж позитивного пса на крыльце вокруг больше никого не было. Девушка не позволила себе ничего долго анализировать, потому что знала: её рациональность ухватится за возможность передумать. Всё-таки тащить домой кота с улицы — затея серьёзная. Однако рассмотрев животное поближе, она убедилась, что это судьба: кажется, этому созданию срочно нужна была хорошая порция заботы и любви, а также мыла. Он был весь чумазый: морда была смешно перепачкана пылью, на усы что-то налипло, а лапы настолько грязные, словно он прошёлся по всем лужам мегаполиса, да и потом, слишком уж он был худой. Её сердце затрепетало от счастья, однако кот как-то не разделил её энтузиазма. Увидев девушку, он замер, потом его глаза расширились в ужасе, а хвост взметнулся к небесам. — Глупыш, я тебе помочь хочу, — улыбнулась Гермиона. Сначала девушка приглядела сбоку удачно выброшенную пустую коробку и тихо очистила её заклинанием, умело пользуясь беспалочковой магией. Но как только она потянула свои пальцы к коту, он рванул в сторону словно ошпаренный. — Остолбеней, — тут же среагировала девушка. Война воспитала в ней поразительные рефлексы, — Всё для твоего блага, — утешила она испуганное животное, аккуратно обхватила его неподвижное тело ладонями и опустила в коробку, — Вот и славно, — довольно хмыкнула девушка, — Кстати, а почему я решила, что ты мальчик? Может, ты хорошенькая послушная девочка. Так ещё лучше. Её захлестнули мысли о том, что она помогает бедному животному. Это было настолько волнительно, что Гермиона чувствовала, как тепло вибрирует у неё под рёбрами. Да и сердце приятно ныло, осознавая всю ценность предпринятого мероприятия. — Сомниум, — чуть погодя шепнула девушка над коробкой, и кот безмятежно заснул. Гермиона поднялась на второй этаж с коробкой в руках, которая не была тяжёлой, водрузила её на полу в прихожей, но не собиралась пока снимать действие заклинания, потому что настало время всё знатно обдумать. В голове у девушки сразу возник план, например, ей срочно нужно было купить шампунь для животных. И пока она разбирается со всем этим, кот вполне себе может отдохнуть в коробке.

***

— Фините Инкантатем, — тихо махнула палочкой девушка. Обсудив детали интервью с Сарой, что никогда не занимало дольше десяти минут, Гермиона побежала за покупками в ближайший торговый центр, и теперь на ковре перед ней была разложена куча добра по уходу за животными, даже книги — кто-то же зачем-то потратил время на их составление, а значит, они не могли быть абсолютно бесполезными. — Привет? — неуверенно позвала Гермиона, наблюдая, как уши и нос кота зашевелились после сна. Некая торжественность витала над девушкой, то и дело будоража волны приятных мурашек. За те полчаса, пока кот спал в коробке, она уже успела легкомысленно к нему привязаться — настолько сильно билось в её груди возбуждение от происходящего. Даже сам факт того, что она решилась на что-то подобное, завораживал. Война кончилась три с лишним года назад, и все эти три года девушка, откровенно говоря, не знала, куда себя деть, путаясь в книгах, планах и сомнениях. Сначала она решительно и бойко помогала людям оправиться от хаоса, устроенного Пожирателями, много выступала публично и участвовала в восстановлении Хогвартса. Но потом… Потом она осознала, что выдохлась и больше ни черта о себе не понимает. Гарри с Джинни сыграли свадьбу, примерно в том же месяце они с Роном решили перестать играть в любовь, которая в какой-то момент была их единственной опорой, но позже потеряла любые основания существовать. Она встретила Мелс, иногда болтала с Полумной или Парвати. Иногда плакала в одиночестве. На какой-то момент вообще потеряла связь с миром: почти ни с кем не общалась просто потому что перестала понимать, о чём говорить с людьми. И на самом деле она уже примерно год работала на Министерство, просто не совсем официально. Она не хотела появляться в офисе, но как доверенное лицо проверяла стопки отчётов, которые сам Кингсли присылал ей рано утром с совами. Курс писательства стал верным шагом — она почувствовала, что её старания не просто занимают свободное время, но и нравятся ей самой. Ну а позже, совсем недавно, Грейнджер решилась наконец форменно ступить на карьерную лестницу: пока что будет помощником, но перевыборы главы отдела контроля популяций не за горами. Осталось только домучить диссертацию. Сейчас же она собиралась сделать новый верный шаг, но в абсолютно другую сторону: она собиралась подарить кусочек своего сердца. Вот так просто, честно и откровенно. Какому-то ушастому оборванцу с улицы. Девушка не была уверена, что действует правильно: где-то в голове маячила мысль о походе к ветеринару. Но для начала Гермиона умело опробовала на животном пару диагностирующих заклинаний и, не обнаружив ни одной проблемы со здоровьем, решила вымыть его и накормить самостоятельно. Она должна ему понравиться. Гермиона завороженно проследила, как сонное животное вытягивает лапы и зевает, обнажая ровные белые клыки, а потом, тряхнув головой, неторопливо усаживается, озираясь по сторонам. Как только серые глаза наткнулись на умилённое лицо Гермионы, кот сразу насторожился — хвост напряжённо дёрнулся. — Не бойся, — робко улыбнулась девушка, как будто оправдываясь. Впрочем, она чувствовала, что вообще-то должна была это сделать: надо же что-то ему сказать, перед тем как навсегда запереть в собственной квартире. — Хочешь есть? Мяса? Сырого или варёного? Рыбу? Если хочешь пить — вот вода. Она подготовила разные варианты, хотя подозревала, что ему абсолютно всё равно, чем лакомиться. Но не тут-то было: выпрыгнув из коробки, кот даже усом не повёл в сторону съестного, и смело куда-то направился, оставляя после себя маленькие грязные отпечатки. Гермиона посмотрела ему вслед, пока что не особо соображая, как на это реагировать. Кот же остановился прямо у входной двери, громко и требовательно мяукнув, как будто понимая, что за дверью то место, откуда его забрали. — Нет, тебе сюда не надо, — девушка растерялась в ответ на кошачью уверенность. Вся торжественность куда-то испарилась, но Гермиона Грейнджер окончательно перестала бы быть собой, если бы так быстро сдалась. Чтобы кот не укусил её раньше времени, она аккуратно подняла его магией в воздух и пошла в ванную. Зверь снова пронзительно мяукнул. В ванной она заранее подготовила полотенце и новенький специальный шампунь. А также, предугадывая, что кот захочет сбежать от воды, возвела вокруг бортиков ванны невидимый барьер. Однако и здесь её ожидания не оправдались: коту было всё равно и на воду, и на сам процесс тщательного намыливания. Он лишь один раз, в самом начале, попробовал что-либо предпринять, но уткнувшись мордой в барьер, больше не пытался. Уже смывая грязно-коричневую пену струёй воды, девушка восхитилась платиновой белизной его шерсти: ни единого пятнышка. Но когда высушила кота заклинанием на полу гостиной и впервые его оглядела, чистого, под лучами солнца, то уже не смогла отвести взгляд: светло-серая шерсть на свету отливала одновременно голубым и золотистым, как будто что-то металлическое или даже брильянтовое. Она не удержалась и протянула руку, чтобы его погладить, но как только пальцы нырнули в шерсть, которая, к слову, оказалась вовсе не такой мягкой, как она представляла, он издал странный мявк и отпрыгнул подальше, распушив хвост. — Прости, — с перепугу извинилась девушка. Гермиона уже замечала, что у него необычно осознанный взгляд, но сейчас ей стало даже как-то не по себе: он смотрел ей в глаза. Обычно коты не фокусируют взгляд так однозначно и правильно: пялятся туда, где что-то шелестит, или же на руку с кормом, но никак не следят за твоими эмоциями, причём так пристально. Он её изучал. Он будто знал о жизни всё, и это заставляло девушку чувствовать неловкость и быть подозрительной. Серые круглые радужки окинули её фигуру взглядом, задержались где-то внизу и вернулись к глазам. Затем кот грациозно прогнулся и снова, мягко ступая, направился к входной двери. — Нет-нет, там ничего интересного, — попыталась противостоять ему Грейнджер, но тот вновь лишь громко мяукнул, — Смотри! — Она снова взяла в руки две полные миски всего, что должны были, по её мнению, есть обычные коты. Но этот даже не взглянул в сторону говядины, скумбрии и чьей-то печени. — Не нравится? Совсем? — Гермиона, честно, даже не догадывалась, что эти животные бывают настолько привередливы. — Я оставлю это здесь, — настойчиво продолжила девушка, устраивая миски в углу гостиной, — Захочешь — поешь.

***

Он не переставал мяукать уже полтора часа, сидя около двери. — Да что ты там забыл?! — в конце концов взъелась девушка. Сначала она терпеливо слушала его вопли, надеясь, что это скоро закончится, по истечении часа, она уговаривала себя, что с животным надо найти общий язык, а не решать проблему магией, да и орать вечно он не сможет. Но после того, как она перечитала одну и ту же страницу десять раз, так и не уловив смысла из-за пируэтов кошачьих связок на фоне, сил сидеть сложа руки не осталось. Она махнула палочкой, игнорируя здравомыслие, подсказывающее, что это не выход, и прошипела: — Силенцио! И наконец-то блаженная тишина. Но наслаждалась Гермиона ей недолго, потому что как только у неё получилось снова сосредоточится на рассказе Мелс — раздался грохот. — Да чтоб тебя, — выругалась девушка, быстро подскакивая. Читая, она всегда настолько погружалась в книгу, что переставала замечать всё вокруг, особенно если ей нужно было попутно формировать комментарии и правки! Оказалось, что прямо перед её носом, а в её квартире-студии всё, что бы ни происходило, происходило перед её носом, кот успел прогуляться по кухонному столу и сейчас увлечённо скидывал посуду на пол. Девушка бросилась его ловить, но зверь перепрыгнул на подоконник: — Не трожь орхидею! — завопила девушка, но было поздно: её любимый бордовый горшок полетел вниз, — Ах ты ж! — Она, хвала богам, успела подхватить цветок левитирующими чарами, но в этом не было особого смысла, потому что лапа кота потянулась к следующему цветку. Быстро сориентировавшись, она поставила орхидею на пол и резким движением палочки притянула кота прямо к себе в руки. Он сначала замер, явно не ожидая такого поворота, а затем зашипел, обнажил клыки и цапнул девушку за руку, заставляя отпустить его на пол. Гермиона потёрла пострадавшее место и поняла, что это был не совсем укус. Кот лишь чуть предупредил её, но не собирался делать больно. Коснувшись земли, он снова рванул к входной двери. — Чёрт, — выдохнула Гермиона, устало наблюдая, как это дивное создание недовольно машет хвостом, вновь восседая у двери и требовательно смотрит перед собой. Мой верный шаг оказался нелепым провалом, — вдруг подумала девушка, и руки опустились. Всё это было сплошной забавной глупостью: она в кои-то веки решилась впустить кого-то в свою унылую рутину, но ничего не вышло. От неё хотел сбежать кот, причём так настойчиво, словно от проклятой. Давайте будем честны, ей просто не суждено избавиться от одиночества. Наткнувшись на эту мысль, девушка почувствовала, что не против расплакаться, но вместо этого лишь уселась на пол и подползла чуть ближе к зверю. Гермиона чувствовала, что он не причинит ей вреда и спокойно разглядывала его серые, водянистые глаза. — Слушай, я не знаю, почему ты так отчаянно хочешь уйти, но… может, всё-таки передумаешь? Я давно хотела кота, понимаешь? Хотела кого-нибудь рядом, кого можно будет обнять. Кто не заявит внезапно, что вы всего лишь друзья, что ты скучная и что не пригодна для семейной жизни, потому что не умеешь готовить чёртову рождественскую индейку! Ты мне нравишься, ладно? Характер у тебя не сахар, но я, правда, хочу с тобой подружиться! Я даже выкину орхидею, если она так тебе не нравится, — девушка выдохнула, понимая, что упустила тот момент, когда её голос начал дрожать. В глазах всё ещё пекло. Она чувствовала, что хватается за последнюю соломинку в попытке удержать бедное животное.

Зачем он ей вообще сдался?

Зачем-то.

Зачем-то всё случившееся стало безмерно важным.

Она уже рискнула, она перешагнула через себя, а отступать после такого она просто не умеет.

       Кот замер. Повернул голову в сторону Гермионы, лишь ухо нервно подрагивало, и пристально, даже как-то удивлённо, смотрел на девушку в упор, но по кошачьей морде было нереально определить, что происходит в его маленькой голове. Глаза округлились и застыли непроницаемыми блюдцами. Однако вскоре он поднял лапу, и будто машинально, несмело, не смотря, что делает, погладил ею входную дверь. — Чёрт, — Гермиона проследила за его действием и поняла, что все старания зря, и он просит открыть дурацкую дверь, — На! — Она подскочила, резко щёлкнула замком и распахнула дверь так, что та ударилась о стену. — Ну и вали! Уходи! Давай, беги на все четыре стороны! Проваливай! — Девушка чувствовала, что её щёки намокли, но ей было плевать: она смотрела на зверя, который всё ещё ошарашено и испуганно на неё пялился, тяжело дышала и ждала, пока долбаный кот наконец уберётся восвояси. — Ты же так хотел! Ну?! — Но он не двигался, чем разозлил девушку ещё сильнее. Она от злости рыкнула и побежала к кровати — запрыгнула туда, укрываясь пледом из жалости к себе. Она вспылила из-за какого-то кота, который даже думать толком не умеет. Но ей всё равно было чертовски обидно, и с этим она не могла ничего сделать. Где-то в груди кровоточило.        Уняв слёзы, девушка прислушалась к тишине. Всхлипнув напоследок, она вытянула голову и оглядела прихожую с распахнутой дверью: там никого не было. Проглотив очередной комок обиды, который хотел вернуть её хрупкое самообладание в болото бессмысленных терзаний, она спустила ноги на пол, но тут же застыла. У её кровати сидел серый кот и смотрел на неё снизу вверх. — Я открыла дверь, чего тебе ещё надо? — буркнула Гермиона, смотря в туманные радужки. Кот неуверенно встал и, медленно, словно сам не понимал, что делает, уткнулся носом в её ногу. Потом развернул голову и примирительно потёрся о неё ушами. Девушка вскинула брови. — Так ты умеешь быть милым? — Она сразу же слабо улыбнулась. Сейчас ей больше ничего не нужно было для счастья — она потянулась, чтобы его погладить. И он разрешил. Он покорно склонил голову.

***

— Ты чего такая довольная? — Мелс вышла из-за стойки с двумя объёмными кружками кофе и большой тарелкой оставшихся под вечер сэндвичей и круассанов: как у неё получалось каждый раз всё уместить в руках — загадка. Было ещё не поздно, около шести вечера, но зал уже опустел: в глубине сидела только какая-то заядлая парочка фрилансеров в обнимку с шестой чашкой кофе по счёту. — Не поверишь, что я сделала, — улыбнулась Гермиона, вдыхая расслабляющий запах. — Только не говори… — Ага, я, кажется, завела кота, — девушка горделиво вскинула голову и снова тепло улыбнулась сама себе. — О боже, Герм. — Мелс не смогла не улыбнуться в ответ, но всё же мастерски состряпала укоризненный взгляд. — Ладно, теперь о важном. Что скажешь? — Так, — Гермиона с пониманием дела кивнула и открыла ноутбук с заметками. Но сказать что-либо ещё не успела, потому что дверь в кафе неожиданно распахнулась, впуская какую-то парочку. Мелс вздрогнула, но, опознав вошедших, закатила глаза: — Владелец стройки пожаловал. С какой-то дамочкой. На вид — такой же напыщенной. Ещё и собаку приволокли. Я обслужу, подожди секунду. — Да-да, — бросила Гермиона, просматривая свой собственный план и вспоминая, о чём конкретно хотела поговорить с Мелс, с каких пунктов начать, а какие вообще лучше вслух не произносить рядом с ранимой душой писателя. Когда же она сосредоточена, как мы уже выяснили, до неё плохо долетали новости из внешнего мира, поэтому очнулась девушка только, когда подруга потрепала её по плечу со словами: — Слушай, а где ты кота нашла? — Кота? — не поняла шатенка и вскинула голову. — Хера! Грейнджер?! — Слишком уж знакомый голос заставил её встрепенуться и быстрее найти глазами новых посетителей кафе. — Забини, — поражёно замерла Гермиона. — Вы знакомы? — удивилась Мелс вслед за подругой. — Школьные приятели, — неуверенно кивнул мулат. — Приятели? — переспросила Гермиона, пока не особо понимая, что происходит. — Ну… типа того. Он не изменился. Стал, может, чуточку выше и шире в плечах, но его лицо всё такое же, словно подросток забыл съехать, хотя уже собрал вещи. — Я и… Этот район — дело обычное. — Гермиона аккуратно обошла все сомнительные термины. — Но ты-то тут что делаешь? — Затем она, наконец получив обратно способность управлять своим удивлённым телом, перевела взгляд на его спутницу. — Привет, Астория, — неуверенно добавила девушка, замечая под дальним стулом бешено виляющий хвост мопса. — Бизнес. — Алкоголь, — поправила Гермиона. — Не без этого, но вернёмся к коту. Только не говори, пожа-алуйста, что он у тебя, ладно? — Серый? — девушка спросила это с такой всепоглощающей надеждой получить отказ, что слова прозвучали очень тихо. — Ты нашла его сегодня? У моего бара? — допытывался парень, и Гермиона нехотя кивнула. — Твою ж налево, — ухмыляясь присвистнул Блейз, кажется, что-то наконец складывая в своей голове. Было странно говорить со слизеринцем посреди магловского кафе, не слышать криков и оскорблений, не чувствовать натянутость, а скорее наоборот ностальгически приятную вовлечённость в общую тайну, в общие воспоминания. Забини был спокоен, выглядел очень уставшим, сам себе на уме, и, кажется, даже на её стороне. Ну уж точно не на стороне маглов вокруг. — Нам срочно он нужен обратно, — встряла Астория. — Не-не, зачем? — Забини даже вскинул руки, показывая, чтобы девушка заткнулась. — Просто знаешь ли… Этот кот был… Своего рода игрушкой Драко Малфоя, помнишь такого? — Ч-что? — Гермиона испуганно застыла.

Игрушкой?

Драко Малфоя?

— Его даже зовут также, — закивал активно Забини, — Дра-ко. — В смысле игрушкой? — Ну… Я не в курсе, что он там с ним делал. — На этих словах Астория двинула ему вбок локтём, но он лишь сухо на неё глянул. — И вы хотите, чтобы я его ему вернула? — Да нет, — пожал плечами Блейз, — Не думаю, что он ему ещё нужен. Мы просто удостоверились, что серый в хороших руках. — Чт…? — начала Астория: ей явно что-то не нравилось. — А теперь мы пошли! — перебил её Блейз, — Давай, малышка, на выход. Простите, кофейку хлебнём в следующий раз — сейчас по плану виски, — он кивнул всё ещё застывшей от удивления Мелс и вышел, утягивая Асторию за собой и окликая мопса, который что-то радостно вынюхивал под стулом: — Липтон, эу, живо сюда! — Что это было? — Тут же подсела к Гермионе Мэггис, пытливо глядя то на неё, то в окно, где всё ещё мелькал мулат. Кажется, она поняла, что у её подруги наконец в жизни происходит что-то интересное. — Без понятия. — И боже, кто догадался назвать пса Липтоном?

***

Так значит, её новый приятель — бывший питомец Малфоя. Чёрти чё и сбоку бантик. От этой жизни она ожидала всего, но не этого. Вернувшись домой часа два спустя, она тут же проверила, на месте ли кот — на месте, тихо посапывает на её кровати, подобрав под себя лапы. Она не хотела долго думать, потому что с какой стороны не глянь на сложившуюся ситуацию, всё равно вырисовывается какой-то бред, поэтому, скинув обувь, тут же плюхнулась на кровать, обнимая кота. Почему-то она была уверена, что теперь может безнаказанно его тискать, как будто между ними сломался барьер. Тогда днём глаза кота стали немного ярче, светлее, а это хороший признак. Он сдался, причём, наверное, сам себе, а не Гермионе. Не то что бы признал поражение — скорее наконец доверился новой хозяйке. Кот проснулся, но никак не отреагировал. И возможно, тут же снова уснул. — То есть, тебя зовут Драко, — вдруг задумчиво прошептала Гермиона себе под нос, прижимая его горячее тело к своей груди и поглаживая по ушам, — Как же ты выжил у Малфоя?

…

Неожиданно этот вечер окончательно её добил: внезапно кот в её руках содрогнулся, комната до самого потолка наполнилась белыми искрами магии и буквально через секунду девушка обнимала не кота, а целого живого Драко Малфоя, запустив руку в его чёлку.