Под покровом ночи

      — ебать, малой, ебанулся что ли совсем на отходосах? — Коломиец вскинул брови от удивления, а глаза расширились. это появление скорее вызвало больше недоумение, нежели удивление. Дрейку на секунду даже показалось, что перед ним стоял Мазеллов, нежели тот незнакомец напротив: голоса были чем-то схожим. рыжий медленно Коломийца обходит, смотрит на него зелёными глазами, а Денис чувствует ничего, даже не тревогу, паренёк спокойный напротив был, и глаза хорошие были, но и снова доверять себе не может после того случая с парнем.       — че я делаю тут? — спрашивает младший, а нож убирает обратно в то место, где взял его, и у рыжего незнакомца как будто камень с души падает, жертв он явно не хотел, уж особенно в квартире его.       — нашёл я тебя, не совсем в хорошем виде и пьяным около забегаловки трухлявой. если бы я тебя не подобрал — там бы и подох от холода, на улице не лето все же. — спокойно сообщает зеленоглазый, остаётся в стороне и не пугает младшего, тот как на иголках стоял, адреналин в крови из-за наркотиков еще не до конца выветрился, глюки иногда он спонтанно может видеть, как и случилось при встрече с рыжим, подумав, что это Коряков перед ним. а Денис кивает, говорит спасибо, а тот отмахивается, говорит благодарить не надо, по собственному желанию захотел помочь тому, Дрейк малой всё-таки еще.       — я Данила, звать можешь просто ДК. — улыбается так по-доброму, руку протягивает и они жмут их. рука у Данилы была широкая, но тёплая, что мурашки прошлись невнятные даже. — а как зовут тебя я знаю. — и белокурый кивает, усмехается немного.       — у тебя есть родные там? могу отвезти тебя к ним, ну или можешь на время остаться у меня, пока в себя окончательно не придешь. тебе б вообще в наркологичку сгонять, провериться, наркотики нихуевые были. — говорит Кашин, подходя к столешнице, чайник ставит кипятится и корпусом разворачивается, глядит внимательно на паренька, а тот стоит, в ахуе, смятении. его на усмешку пробивает, забавный парень.       — ты, — начинает рыжеволосый, — как вообще на эту хуйню подсел-то?       — с парнем познакомился там, ну мы распизделись что-то, я ничего не помню, провалы в памяти были большие. то есть, я как глаза закрывал, уже в другой локации оказывался, смутно помню, но когда я принял препарат, тот парень, который был с той компанией, ушёл моментально. — блондин присел на стул, потирая свои вески.       — а, бля, тебя так просто уломать на что-то? — усмехается язвительно. — как они с тобой что-нибудь ужасное не сделали, ты ж был неуправляемый. — Дрейк молчит, а тут уже и чайник успевает закипеть. кружки две Данила достаёт, сахар насыпает на свое усмотрение, не спрашивает Коломийца и пакетик чайный кидает, а после заливает кипятком и ждёт заварки, попутно перемешивая ложкой тщательно. лишнее выбрасывает в мусорное ведро под раковиной и кружку перед носом пацана ставит, а сам садится напротив.       — да ты не волнуйся главное, всё нормально будет. — говорит Даня, при виде стеклянных голубых глаз. — ты главное не злоупотребляй этим. ты еще молодой, нахуй тебе надо это, а, Денис?       — это ошибка, я конечно в рот больше не возьму. — серьезно сообщает младший, а потом замолкает, анализируя собственные слова, а Кашин уже смехом заливается на всю кухню, от чего Коломиец сам смеяться начинает от собственной глупости.       — ну, и это тоже. — смеётся старший, после немного успокаиваясь. — тебе, кстати, на телефон дружок звонил твой, Вова. я ответил, сказал, что ты находишься дома у парня и сбросил. — улыбается коварно, а Денис в ахуе сидит.       — ну заебись блять, всё порешал.       — заебал названивать, но ты чай-то пей, остынет ведь. — сообщает Данила и на кружку с тёплым чаем кивает, который скоро и остыть может. Денчик берет, делает глоток, полоская напитком сухое горло, словно воду не пил он веками, и легче сразу же будто становится. чай ромашковый был, а вот у Дани был обычный, разновидность Дрейк сначала даже не заметил. но и за все их времяпрепровождение вместе Коломиец видел в Дане хорошего человека, хоть и имеет северный характер, но так он добрый, даже позаботился о том, чтобы Денис жажду утолил на утро, а пока чай они пили, Данила рассказал свою историю, которая была похожа на подростка, но только по юности он с другом наркотики попробовал, сначала не брало его, как казалось тому, и залил больше половины в себя, вот тогда он и почувствовал всё то, что ощущал тогда Денис. было хуево, очень даже, и с того момента он никогда не притрагивался к этой херне, осуждать начал такое.       — ты ж сможешь меня довезти до дома? — спрашивает подросток, чай допивая.       — да, без проблем. — соглашается старший, обе пустые кружки берет и кидает в посудомоечную машинку. Денис говорит краткое «спасибо» и направился вслед за уходящим Даней в коридор. там они обуваются оба, куртки накидывают и Кашин ключи от машины берет, подростка вперёд пропуская, а сам выходит последним и дверь закрывает, а затем следует за парнишкой.       у Кашина машина была дорогая, внешне так точно. Коломиец даже удивился немного, а квартира его была тоже простая, но мебель там дорогая была точно, но и деньги он нового знакомого не считал, не заинтересован был, просто везло ему богатеньких встречать, и все. а едут они под музыку молодёжную, и под треки самого Данилы, которую музыку сам пишет и не то чтобы известным музыкантом,но все впереди еще было, особенно с таким стремлением, как у него. за полчаса доезжают, без пробок практически, что удивляет немного, но даже к лучшему было. а Кашин у подъезда не паркуется, рядышком встаёт и младшему говорит, чтобы домой пиздовал, а тот выходит, сигарету стреляет у рыжего, и дверь закрывает под шутки старшего, не мал ли тот для сигарет взрослых, но Коломиец знает, что самому то похуй на самом деле.       стоит пару минут и лупит, как знакомая марка машины выезжать из двора начинает, а сам затем сигарету в рот берёт, зажигалку находит в самом дне кармана куртки и к подъезду направляется, топчась по едва расстаевшему снегу. доходит и останавливается, закуривает, а сигарету Денис держал между большим и указательным пальцем, его затяжки всегда недолгие, но сегодня было исключением, а дым, который он выдыхает, быстро улетает в сторону. парень уверен в себе, а сигарета в руках добавляла ему мужественности. лёгкая ухмылка на лице появилась после того, как кусочек пепла упал в глубь снега. Коломиец знал чего хотел, что будет завтра и почти всегда был сдержанным. ведь нет ничего невозможного для человека, столь уверенно подносящего огонь к губам. вообще курить сигареты не любил он, были только редкие случаи, когда блондин позволял себе курить: когда он эмоции сдерживать не мог или морально плохо было, а с учётом его жизни – стабильность морального состояния вообще мала, что уж тут говорить о эмоциях... но живет как-то.       и при предпоследней затяжки вкуса едкой сигареты у парня в голове что-то щёлкает, думает, что сейчас очередной глюк словит, но он не думал, что будет это далеко не галлюцинация, а воспоминание о Илье. о Илье, который за все предыдущее время ни разу не позвонил, ни разу не написал, и даже не пытался как-то связаться с подростком. да и сам Денис настолько забылся на этих всяких а-ля вписках, что забыл о нем, о его существовании в мире, о всем забыл. но, видимо, не он один забыл, а та страсть, что произошла между ними в ту ночь — была минутной слабостью обоих, и Коломиец терзать себя начинает, мыслями душевно больными, флешбеками, и прочей хуйней.       пустота в душе и чувство какой-то беспричинной неполноценности переполняли парня и мешали ему спокойно жить. с одной стороны ему было неописуемо грустно, а с другой, ему было абсолютно всё равно. он не мог понять, что с ним происходит в данный момент. Денис знал, что обычно чувство пустоты наблюдается, как реакция на потерю близкого человека или серьезные изменения в жизни, но ничего подобного с ним не происходило. Дрейку было некомфортно. хотелось разобраться в себе, но в тоже время хотелось забить на все проблемы и жить дальше. в такие моменты, он искренне ненавидел себя. за свою "слабость", за свои эмоции, хотя прекрасно знал, что это нормально. На какое-то время Коломиец просто выпал из жизни, и перестал понимать, что происходит вокруг.       его стеклянный и ничего не выражающий взгляд застыл на определенной точке, не сдвигаясь с места. мысли путались, перебивали друг друга и заполняли голову. парень устало вздохнул и слегка закинул голову. Так это всё ему надоело, что просто не передать словами. любимые вещи и занятия уже не радуют, негативные новости не вызывают никакой реакции, сюрпризы и подарки перестали быть чем-то интересным и важным. Внутри было пусто, совсем пусто. столько говна с ним произошло, что он терпеть уже не может.       но курит до самого фильтра, чтобы на лёгких остался осадок боли, сильной такой, чтобы еще в нервы отдало, умеренно навреждая себе, потому что переварить все то, что с ним происходило – он был не в состоянии, хотелось забыться, убежать, убиться. но третий вариант он отложил на крайний случай, и просто бычок выкидывает в сугроб за лавочкой, а сам поднимается на одну подъездную ступеньку и заходит внутрь тёплого помещения, согревая руки в карманах.       быстро поднимается до своей квартиры, ключ вставляет и за ручку дёргает – а открыто оказывается, никто даже и не додумался запереть дверь, чтобы нежданные гости не посетили квартиру. внутрь проходит, а в нос в мгновение ударяет колкий запах алкоголя, похожий на водку или чего хуже крепче. раздевается в коридоре, вещей чужих не находит вроде, да и к лучшему это. тихими шагами на кухню направляется, но от скрипучего пола ничего не скроешь, поэтому под резкие звуки заглядывает на кухню – мама с сигаретой сидит около окна и курит, бездонными глазами вдаль глядя. на едва стоящем столе бутылка водки стоит, пару рюмок, видимо, от прошлых гостей, и несколько закусок на одной тарелке, а рядышком и сок апельсиновый, для запивки.       — где шлялся? — беззаботно интересуется родительница, не поглядывая на мальчишку даже краем глазом. Денис садится на стульчик рядом, бутылку алкоголя убирает в сторону от себя подальше, руки на столе держит и сочувственно на мать глядит, глаза которой были словно не живые. с Коломийца словно камень рухнул, когда он не услышал "сынок, любимый", "где ты был, солнышко?". от слов этих его уже тошнило, терпеть их не мог, и воспринимать нормально невозможно было.       — у друга ночевал. — отозвался кратко тот, а мама улыбнулась болезненно и хмыкнула, пару раз в медленном темпе кивая. последний пепел сигареты падает на поверхность подоконника, затяжка последняя остается, которую мать быстро делает и тушит окурок о края заполненной пепельницы. Денис понимает, что никакого здравого диалога у него с мамой не пойдет, поэтому медленно встает, стул задвигая под стол, и уходит к себе в комнату, которая все эти дни одиночно пустовала. дверь закрывает, а сам во внутрь проходит. а тело все знобить начало: бросало то в жар, то в холод. каждое движение рук отдавалось болью в суставах, а голова гудела так, будто там поселился пчелиный рой. парень упал на кровать, громко выдохнув и перевернулся на спину, прикрыв уставше веки. а в Дрейке вспыхнуло пламя через некоторое время. в пламе было масса эмоций: боль, ненависть к себе, разочарование, растерянность, злоба. эмоции бушевали. вокруг никого.       ноги подгибаются и совсем не держат, будто ватные. опустошенный, стеклянный взгляд скользнул по собственному отражению. из зеркала на него смотрит бледный силуэт, лишь тень реального живого человека. дрожащие пальцы коснулись впалых щек. под глазами красные выделения, на губах сухость. веки словно потяжелели, из-за чего голубые глаза стали слипаться. а Коломиец судорожно выдохнул и поднял голову к потолку, стараясь сдержать подступившие слезы. от усталости тело немного немеет и глаза закрываются, веки будто свинцовые. Дрейк не решает что-либо делать, к стенке лицом переворачивается, веки прикрываются и вовсе засыпает, стараясь отдохнуть от всего говна, что на него вылилось.       сознание блондина просыпается тогда, когда в квартире становится громко, невыносимо громко, топот чужих ног скрипит по едва живущему полу, а мужских голосов было в умеренном количестве, что Ден даже посчитать не мог, сколько людей в квартире, но вроде как было не больше четырех, хотя мог он ошибаться. проспал белокурый всего три часа, хотя время длилось как будто вечность, и лучше бы так и было. тело заставляет подняться, очки приподнимает ко лбу, сам переносицу трет, а затем слепшие глаза. на ноги поднимается с постели, немного ждет, когда тело окончательно проснется и вовсе поднимается с кровати, дверь оттопыривает и глядит в сторону кухни, а там три мужских пола гостя и мама одна среди них. и, господи, лучше он бы не высовывался из своей комнаты.       — о, Денис, иди сюда, поздороваемся с тобой хоть. — говорит один из представителей маминого гостя, а Денис не хочет выходить даже, говорит простое "здрасьте" и в комнате обратно прячется, а у того, видимо, вызвало небольшую злобу с таким отношением к нему, встает самостоятельно, а Денчик на кровать забирается, ноги под себя поджимает и ждет чего-то, а сам в часовые стрелки прислушивается, в звук их, И шаги приближающиеся считает, сколько их осталось до приближения в свою комнату, и долго ждать не приходится: в считанные секунды по двери проходится неприятный звук и за самой дверью голос мужчины, который настойчиво продолжал стучать по двери подростка, пытаясь вытащить того из комнаты. Коломийцу всего лишь семнадцать лет, что они все хотят от него? он не дорос еще даже до восемнадцати, а уже имеет плохой образ жизни.       — Вадь, да отстань ты от парня, пускай спит! — раздается еще один чужой голос с кухни, защищающий комнату и самого парня. но следует еще три последних стука, после которых все прекращаются, а мужчина уходит, оставляя мальчишку одного в комнате. к звукам старается не прислушиваться, себе хуже делать не хочет делать, и Денис пользуется тишиной его спальни: встает быстро с кровати, к столу рабочему подходит и открывает третий ярус ящика, а там пачка сигарет лежит, марки "Philipmorris" с ягодным вкусом кнопки. в самой упаковке было сигарет пять, не больше. видимо, один из дружков мамы оставил тогда, а блондин подобрал его и себе решил оставить, так, на крайний случай. такой, как сейчас. пачку кладет в правый карман, а сам к звукам, доносящими из кухни прислушивается. момент выжидает, а затем дверку тихо открывает, стараясь не сильно скрипеть, что у него отлично получается и выходит, куртку захватывает, а сам обувь натягивает спешно и из квартиры незаметно выходит, что возгласы гостей с кухни и чоканье рюмок. Коломиец выходит на лестничную клетку и садится на одну ступеньку, ноги в коленях поджимает и ставит на вторую, а сам берет из упаковки одну табачную трубочку и меж двух пальцев зажимает, поджигает и закуривает.       а чужая дверь квартиры напротив громко щёлкает в замке, Денис пугается даже ненароком, смотрит, а там рыжеволосый высокий парень выходит, выше даже, по-моему, самого Дрейка. а в ответ на него уставились два серо-зелёных глаза, и тут Денис застыл, дежавю кажется словил, и неприятное стало так на душе, а сигарета в его пальцах тлеть медленно начинает, пеплом разлагаясь. а внутри парня всё сжимается в раз, практически мгновенно, когда он видит знакомые черты лица, одежду знакомую и волосы пушистые. осознание расходится по голове, оставляя после себя отвратительный осадок, а пазлы в голове соединяются один за другим, воссоздавая полную картину из воспоминаний. в голове они прокручивались, словно на фотопленке, быстро и решительно.       челюсть юноши непроизвольно сжимается, а в горле образуется неприятный ком. в этот момент он ощущает себя полнейшим идиотом, ведь так легко повёлся на его манипуляции и вот, к чему это привело. а он не заметил. не уследил. не увидел. закрыв за собой дверь, рыжевласый прижимается к ней спиной и смотрит вперед, на Коломийца.       — вот это новость. — усмехается удивленно Миша, глядя на испугавшегося подростка перед собой. — как ты?       — как я? — переспрашивает юноша, — ахуительно, блять. когда твои дружки заставили меня ебануть наркоту.       — ты сам себя заставил. — хмурится, но на губах сверкает еле видная улыбка. — ладно, не хочешь прогуляться? вижу же, что дома ты явно не хочешь находится. — и снова в точку попадает, что бесить начинает. и Денис соглашается, особо выбора не было. наверное, вы подумаете, что он наступает на одни и те же грабли, и вы правы, но Коломиец не поймет этого, пока не начнет ошибаться снова и снова, до тех пор, пока в нем что-то не надломится. но и все же сигарету тушит об бетонную ступень, выкидывает опустив руку вниз с зажатой сигаретой — и та мгновенно летит вниз меж этажей. парень поднимает свою пятую точку с прохладного бетона и поднимается на ноги, в то время, когда Миша уже проскальзывал мимо подростка.       — не отставай там. — предупреждает рыжий, спуская по лестничным ступенкам вниз под недовольство младшего.       романтика ночного города таит в себе особую красоту, особую загадку. огни ночных дорог, тянущиеся длинной вереницей, убегающей куда-то вдаль, так и манят за собою в неизвестность ночной суеты. у ночной романтики есть своя неповторимая загадка, своя притягательность и уют. ночной слабенький ветер обдувает два тела, направляющих к одному из Питерского круглосуточного кафе, где можно было и погреться, и покушать вкусно. очень кстати ему в глаза бросилась вывеска, а ее было довольно сложно не заметить. теплый свет, лившийся из большого окна, словно манил к себе. вывеска принадлежала небольшому и уютному кафе, в котором практически не было людей. зайдя внутрь, подростку в нос ударил теплый запах выпечки, чая, от чего голова начала немного кружиться, живот немного скрутило от того, что парень давно пищи нормальной не ел.       — опа, Дениска, ебать! — окликает его знакомый голос, брови удивлённо сводит и глазами бегает по помещению, останавливается взглядом на дальнем столике – и видит Кашина.       — знакомые твои? — с лёгкой улыбкой интересуется рыжий, смотря на двух людей, сидящих за столиком, на котором был накрыт довольно недешёвый стол с закусками и алкоголем. проходит поздороваться, жмёт руку Даниле, что делает и Миша, а на рядом сидящего человека внимания обращает, видит зелёные глаза, в недоумении лупящих на него — Илья. жмёт и тому руку, здоровается попутно, а Кашин даже не интересуется, знакомы они или нет, побоку как-то.       — присоединяйтесь к нам, — предлагает Данила, а Денис отмахивается, мол, просто кофе пришли сюда попить, да и в тишине друг друга посидеть в компании приятеля, а Кашин резко смеяться начинает.       — парень твой, что ли? — шутит, но улыбается.       — ага, блять, тот самый. — смеётся Коломиец, рукой рот прикрывает, и после уходит из этой компании, с Мишей они занимают столик и делают определенный заказ, а у Ильи на душе пусто почему-то стало, бледно-зеленый глаза уставились на фигуру подростка, наблюдая за его движениями исподтишка.       — и это тот блондин, который, как ты сказал, забавным оказался? — поворачивается Кашин к Мазеллову, не снимая улыбки. Илья поднимает на него глаза, а Данила замечает, как его улыбка медленно сползает с губ. он усмехается тихо, кальян берет и закуривает.       — забей. — он морщится от тяжести в груди, но улыбку на лицо возвращает, и залпом алкоголь вливать в себя начинает, стараясь не прислушиваться к монологу Дениса с рыжеволосым парнем.       на улице шёл снежок, который летел с небес и приземлялся на холодную землю. погода стояла морозная, ночная. парни шли с кафе, по домам, ощущая всю эту прекрасную погоду. дышать становилось сложнее из-за давления, но все же когда Коломиец вздыхал, то из его рта шёл пар. под ногами хрустел снег, стояла некая тишина, и лишь шум машин прерывал эту тишину. в окнах потихоньку загорался свет, а на крышах домов висели большие и малые сосульки. совсем маленькие снежинки приземлялись на куртку, а после таяли. руки мерзли, да и само тело тоже. снежинки порхают в небе и некоторые, приземляются. весь двор укрыт белой простыней от снега, а блондин слушать стал приятное утреннее пение птиц, смотря на всю эту прекрасную атмосферу ночной зимы.       в предрассветнем сумраке по коже пробежали мурашки. утренняя прохлада хватает за нос и пробирается под одежду, не давая задуматься о чем-либо. ослеплённый первым лучом восходящего солнца, парень зажмурился. на горизонте из-за стареньких панелек показался краешек золотого шара. Коломиец неосознанно улыбнулся, наблюдая восход солнца. зимний игривый ветер ловко перебрал его светлые пряди, а он застыл на месте, не в силах оторваться от ослепляющей глаза картины. золотые лучи солнца упали на поверхности земли, согревая парня тёплыми объятиями. на её глазах только что вспыхнул рассвет, опалил небо яркими красками, оповещая о начале нового дня.       — смотри, как красиво сразу стало. — улыбается Миша, смотря на восходящее небо вместе с парнем. Дрейк мычит довольно, в мыслях отмечая, что давно не гулял он до утра, давно не видел он рассвет и все его желания, красоту и загадки. было интересно наблюдать за утренней погодой, но и спешить домой надо было, чтобы поспать хотя бы часа три до начала учебного дня в школе, давно он там не появился, спасибо хотя бы Вове, который отмазывал его перед классным руководителем в то время.       — ладно, пошли, мне домой надо. — говорит светловолосый, мимо Силажа проходит, руки в карманы куртки сунув и руки согревая там, а рыжеволосый стоит пару минут, смотрит на фигуру Дрейка и будто отмирает в последние минуты, догоняет добровольно и идти в шаг с ним начинает.       — у тебя же дом вроде с другой стороны, не? — интересуется рыжий, когда осознает, что идут они не по той дороге к дому их.       — я у друга ночую временно. — поясняет младший, а Миша понимает всё и лишних вопросов не задаёт, мирно рядом идёт, в тишине, как и молча шли они, так и будут до дома. и доходя уже до подъезда, парень останавливается, глядит на зелёноглазого, а тот в ответ. Миша поддался чуть вперёд, и Денис, находясь в прострации от действий парня, совсем не сообразил, когда его губы коснулись подростка. рыжевласый аккуратно завел руку за его голову, чуть ближе прижимая к себе. младший застыл на секунду, то ли сам не ожидая от него такого, то ли просто хотел дать ему немного времени. но нижний понимает, что все то, что происходит сейчас — ошибка. глубочайшая ошибка. руки белокурого на груди старшего располагаются, тот с силой немного оттягивает от себя партнёра и в глаза смотрит затуманенные, дыхание переводит и губы облизывает неосознанно.       — не надо, Миш. не хочу наступать на одни и те же грабли. — говорит светловолосый и разворачивается, быстро скрываясь за подъездной дверью дома.       — повезет в другой раз. — изнуряюще произносит Силаж, смотрит пару секунд неудовлетворённо в подъездную дверь, а затем руки убрав в карманы, разворачивается и к дому начинает идти. а блондин тем временем по ступенькам шагает вверх, а чувства смешанные имеет. опять он в какую-то херню ввязался с головой, которую ему же самому разгребать. но он не в силах, чтобы сейчас что-то решать или думать, до квартиры быстро добирается, открывает ключами, данными Вовой, и входит тихо, и закрыв за собой дверь, он прижимается к ней спиной и смотрит вперёд, в одну точку. осознание того, болезненно кольнуло его в бок, от чего он сильно поморщился. Дрейк ощущает, как его сердцебиение возрастает, давя на грудную клетку, и ему становится сложно дышать, он старается отогнать эти возгласы в его голове, которые крутились снова и снова, как заезженная пластинка.       — ебать, чувак, это что сейчас под окнами было? — внезапно возникший голос друга заставляет вздрогнуть парня, испугаться сильно от неожиданности, но глаза открывает и на Владимира удивлённо смотрит, который, как он думал, спать должен сейчас.       — с кем целовался? вроде не Илюха был.       — блять, Вов, это пиздец какой-то. что со мной происходит, я не ебу. — вздыхает томно, а на Семенюка стеклянными глазами смотрит, раздевается попутно, куртку вешая в шкаф на крючок, а обувь ставит рядом с Вовиной, и во внутрь проходит, но чужая рука на его локте приостанавливает движение.       — о-о-о, друг, на тебе лица нет. давай-ка рассказывай. — принудительно говорит старший, опуская руку собственную с чужого локтя, а Денис мычит что-то, говорит, спать хочет, и завтра день будет, и на моменте этом они расходятся каждый по своим комнатам, а Владимир спать не уходил, сидел только в своей комнате все время до школы, и, о боже, как же он все время переживал за Дрейка, места не находил себе, хоть и заметно не было, но это фактом было, а увидев друга, целующегося с каким-то левым парнем он вообще так приохуел, и завтра в школе Коломийца ждут много вопросов, ведь Вова собирается устроить младшему полный допрос.       пока остальные сидели на уроках, или же только собирались в школу, Вова и Денис медленно шли по родному району в направлении старой парковки и маленьких гаражей. на дворе стояла прекрасная зимняя погода, лёгкий свежий ветерок и хрустящий снег под ногами. парни завернули за угол крохотного магазинчика и тут же оказались на знакомой им дороге. приходилось идти довольно далеко, но зато так они были уверены, что никто из знакомых их не увидит и не доложит родителям. пройдя ещё несколько метров Вова заметил их любимое место и сразу же кинулся туда. запрыгнув ногами на поломанную лавочку, тот повернулся лицом в сторону друга, после принялся ждать неторопливого блондина.       — давай поживее! ну, шевели булками! — подбадривал голос друга. Конечно ему было всё равно, с какой скоростью идёт второй, но дело в том, что именно у него в кармане была пачка сигарет. наконец-то, с горем пополам, Коломиец дошел до лавочки и протянул нетерпеливому другу пачку. тот без замедления выхватил оттуда сигарету и второпях зажёг её своей зажигалкой.       — куда ты так торопишься?       — я? да никуда я не тороплюсь. я всегда всё в таком темпе делаю. и в отличии от тебя, всё успеваю.       — ну-ну... — он медлительно выдыхал чужой дым и думал о чём-то своем, пока Семенюк как-то нервно курил.       — ты даже куришь торопясь.       — да не тороплюсь я, что ты пристал, сынок, блять. — в ответ лишь незаметная улыбка и новая порция сигаретного дыма. — ты мне блять так и не сказал, будешь говорить с Ильей?       — придется. — отвечает как-то беззаботно Денис, которому будто вовсе и не нужно это, а на самом деле ссыкует, как девочка маленькая, ищет отмазки всякие и правду скрывает, будто это что-то плохое даст, хотя всем, кроме него, похуй как-то. а пока Вова сигарету свою курит, взгляд дениса упал внезапно на то место, где курил он электронку свою и Илью впервые встретил, приняв за ученика того. нелепо вспоминать такое, до боли раздирающей в грудной клетке, дежавю будто словя неожиданно. а пока Денчик беззаботно пялил куда-то, Владимиру пришло уведомление на телефон, достает и просматривает, а сообщение-то от мамы вовсе неожиданным было.       — блять. — ругается тот.       — ага, блять. — поддерживает его младший, а Вова хмурится.       — да тут мать написала, что они с бабушкой завтра ко мне приедут, проведать меня. — говорит светловолосый и телефон к носу блондина сует, смс`ку показывая, и Коломиец удивленно смотрит, брови хмуря. — тебе, друг, прийдется место найти, где переночевать на одну ночку. а то сам знаешь, не поймут. — и Денис кивает в согласии.       — без обид, лады?       — да иди нахуй. — улыбается Дрейк, посылая старшего, но этим же говоря, что без проблем, а Вова смеется немного, маме в ответ печатает что-то, при этом покуривая, а Денис думает, как ему это удается, одновременно курить и маме писать, Денчика бы совесть загрызла, если бы была такая ситуация, но ладно — думает про себя и из кармана электронную сигарету достает, закуривает и наслаждается ягодным миксом. парни курят за десять минут до звонка в школе и начинают возвращаться, а перед охранником спокойно проходят, они его знают — дядя Андрей, всегда выпускает их из школы, под предлогом "в магазин", да и сам может покурить с ними за школой за компанию или еще чего, сигаретку стрельнуть. хороший он мужик, со своими понятиями, добрый, Денчик даже сказал бы, что на его отца похож немного.       а на перемене после длительного урока музыка, как показалось Денису, Вова с Хесусом уходят куда-то, в сторону столовой вроде, а Коломиец шагает на второй этаж по лестнице вниз с третьего, и быстро преодолевают преграду в виде пятиклассников, которые учились на втором, он проходит в правую сторону коридора в самую даль и садится на подоконник около кабинета французского языка. учительница по этому предмету редко куда выходит из кабинета, только если в учительскую, поэтому спалить парня не смогла бы, чем Дрейк и пользовался. а соседние кабинеты других классов были пусты, кроме пары детей, которые занимались бог пойми чем, а учителя были в это время сейчас в столовой, либо в учительской на обеде. ноги блондин ставит на батарею под ним, согнув попутно в коленях суставы. а слово никто и не говорит. в школе давно всем все равно стало, исключением является только старые бабушки, которые работали и продолжали работать здесь со временен СССР, как говорили они же сами. но вот на Денисе сегодня была новая одежда — Вовина белая футболка и узкие черные джинсы-скинни, которые, вроде, так называются, но и Коломийцу похуй было. белый носки "Nike" на ногах и такой же фирмы кроссовки черного цвета. а через шею повешена небольшая цепочка с замочком, которую подарила ему одна девушка на двадцать третье февраля из параллели — Арина Шикина, которая являлась хорошей подругой парня, но щас они не особо общаются, возможности нет, так как Ариша полностью в учебу погрузилась, чтобы закончить школу на хороший аттестат и, если выйдет, на диплом.       но отвлекает от мыслей гул чьих-то шагов слева от себя, и Денис относительно молится, чтобы объект этих шагов учителем не оказался, а то юноша никак не хочет выслушивать нервотрепку с утра пораньше, и рефлекторно оборачивается на звук, пальцы скрестив. Илью узнает он моментально — в начале коридора, но даже через такое далекое расстояние Коломиец может узнать эту фигуру, по хихиканью по пути с другими учительницами (что, соответственно, иногда выводит подростка), стиль в одежде и шум, что издает молодой учитель. Денис немного хмурится, глаза отводит в окно, стараясь слиться в воедино с бесцветным цветом, лишь бы не оказаться обнаруженным, будто побоявшись чего-то, но через время взгляд поднимает обратно, открыто разглядывая учителя. стал редко он встречать его в коридорах или в классе — избегал конкретно, а почему, сам даже не понимает.       а Илья, видимо, тоже замечает белокурого, замедляется немного и к подростку подходит, зелёными глазами сверкая при свете солнца, которые выглядели очень даже красиво — подумал Коломиец.       — доброе утро. — отзывается Коряков первым и глядит на младшего, улыбаясь так ярко, словно само солнце перед Денисом.       — здравствуйте. — приветствие с начала «здравствуйте» звучит как-то странно, неестественно что ли, когда в пару днях назад Илья трахал его, а он стонал имя его, было немного нелепо, как показалось самому Коломийцу, что насчёт Корякова сказать не может. хотя Илью это приветствие тоже, как сердце клинком режут, было оно как будто не в место, диковато и непривычно стало.       — от меня чего-то хотели? — тон выходит более томным, пассивно-агрессивным каким-то даже, хамским. блондин головой вертит, на Илью снизу вверх лупит, сидя на полуразваленным подоконнике и переносицу сводит, а руки над животом держит, в замке сцепляет. Коряков смыкает подростка непонимающим взглядом, но улыбку с лица не сплавляет и произносит, прежде чем уйти из компании младшего:       — там учитель по физике идет, голову тебе откусит, когда увидит тебя в сидящем положении на подоконнике, который и так на соплях держится. ты в школе все-таки, которую не ремонтировали со времен еще не распавшегося СССР. — и уходит с небольшим хихиканьем. и Денис реально поднимается с подоконника и на ноги встает, но только после этого в голову сознание приходит, что старший ему скрытно так приказал, как псине, команду выполнить, ведь оглядываясь кратким взглядом в угол коридора — никакого учителя не оказывается, коридор был так же пуст и одинок.       — уебок. — шипит вслед удаляющей фигуре Денис, но на подоконник все равно не возвращается, хотя и души больше по близости нет ни единой, да и спустя секунду желание пропадает как-то. а что говорить о желаниях, так с появлением Ильи ему попарить захотелось, или даже перекусить чего-нибудь, желудок весь изнурялся и урчал всячески. но ни это, ни то, Коломиец не успевает сделать — назойливый звонок раздается по всем этажам, и хватает рюкзак он и начинает плестись на третий этаж, где должен состояться урок русского языка. а по пути он встречает по случайности Вову и Лешу, которые тоже шли на урок, но, видимо, Хес просто провожал своего дружка до кабинета.       — на тебе лица нет, друг. — приветствуется так Хесус, руку пожимая.       — чё случилось уже? — спрашивает другой, начиная подниматься вместе с парнями на третий этаж, пропуская младшеклассников попутно на лестнице, иногда сбиваясь с шагу и возмущаясь на малолеток, мол, хуль они такие широкие, и так места мало, а им спешить еще надо.       — да ничего не случилось, заебали, блять. я просто пожрать хочу. — грубо отзывается младший, голос повышая, а Семенюк с Губановым переглядываются странно, но плечами пожимают и в покое оставляют белокурого, мол, "сам расскажет", и до кабинета доходят в неспешном темпе шага, Денис сразу покидает их компанию, первым заходит, а Вова с опозданием небольшим, попутно что-то Хесусу в ответ крикнув, насчет встречи их. садятся за одну парту они под взглядом Ильи и Семенюк учебник один на двоих достает, ибо так удобнее было, когда каждый по одному учебнику носил на каждый предмет, спина не уставала хоть.       — так, я хочу начать урок с того, что Татьяна Александровна попросила каждого учителя в классе назначить одного ученика, который старостой будет, чтобы был ответственен за своих одноклассников, если по какой-то причине классного руководителя не окажется рядом. — Илья Иванович встает изо своего рабочего стола, сообщает столь "приятную" новость и на класс смотрит, в ожидании поднятых рук в желании или предложении, но ожидает его лишь — лес рук. все головы попрятали за учебники, кто-то вид делать начал, якобы в тетради пишет, а кто-то и вовсе притворился, что новость не услышал и беззаботно глядел в окно. как и ожидалось — подумал Илья, обходя каждого ученика взглядом, но выбирать тогда пришлось самому, если бы не резко поднятая чья-то рука — Дениса, руку которого держит сосед — Вова. Коломиец в шоке лупит на Семенюка, стараясь понять смысл его действий, что юноша брови вскинул от удивления, а глаза своевольно расширились. он просто смотрит на Владимира широко открытыми глазами и не может закрыться от чужих глаз, которые смотрели тоже с охуеванием, а кто-то с облегчением, что выбрали не его персонажа. и Коломиец уже хочет начать возмущаться на Семенюка, но учитель прерывает его желания.       — отлично. значит ты, Дениска, теперь ответственен за своих балбесов. — и тут класс возмущаться начал, и блондин тоже бы хотел, но к Вове поворачивается, который довольный сидел, с улыбкой широкой, словно чеширский кот перед ним сидит.       — ты нахуя это сделал, еблан, блять. — тихо возмущается младший.       — ты мне еще спасибо скажешь, дебил. вы ж теперь поближе станете, поговорить наконец-то сможете, а то я заебался видеть тебя в состоянии овоща, сынок ебаный, блять. — и против этих слов Дрейк не идет, затыкается в тряпочку и обиженно отворачивается от старшего, поближе к окну, будто высматривать что-то начинает, но на самом деле хуи пинать просто начинает, не пытаясь даже вникнуть в тему русского языка, которую Илья рассказывать начал — либо молча в упор пялить на него будет, либо будет делать что-нибудь, что привлекало к себе внимания молодого учителя к себе, тем самым немного отвлекая от урока, но Илья злиться не будет, он добрый, тоже с приколами, поэтому обязательно поддержит подростка и потакать ему будет взаимно, что и нравится Денису в Мазеллове.