Hope is dead

Через два дня

      Довольно улыбаясь и расслабленно потягиваясь, разминая затёкшие конечности, Позитивный шагал по лестнице, ступая так легко, словно невесомое пёрышко.       — «Давно я так хорошо не спал. К счастью, в этот раз сны были нормальными, так что мне удалось, в кои-то веки, выспаться. Всегда бы так», — мечтательно улыбнувшись, он шёл по светлому паркету к кухонной тумбе, где в стеклянной вазе лежали различные фрукты. Большая их часть выглядела не очень и уже успела покрыться чёрными пятнами, однако среди них кое-что сохранилось. Взгляд зацепил яркий и красный плод, который тут же схватила золотая перчатка и поднесла ко рту.       Скелет сделал один, но глубокий укус спелого яблока, ощущая естественную сладость, капающую прямо на столешницу. Прикрыл глаза и сделал ещё один укус, стараясь не заляпать одежду. Возможно, это могло показаться странным, что хранитель ест то, что, по сути, является его душой, но он об этом как-то не задумывался.       Пребывая в утопающей сладости запретного плода, Сон мог стоять тут целые сутки, наслаждаясь отменным вкусом, однако возникшие поблизости эмоции заставили открыть глаза и положить яблоко на стол, призывая оружие, в лице «волшебной палочки», — как выражался Кошмар. Став в боевую позицию, он медленно и внимательно осматривал каждый уголок, дабы сообразить, откуда идёт этот шквал презрения и ненависти, за которыми так явно скрывается неуверенность. Сделав шаг по направлению к входной двери, чуть прищурившись, он громко и чётко произнёс:       — Здесь кто-то есть? Выйдите на свет, чтобы я смог вас разглядеть.       Как иронично, что ему не ответили. Подобная невежественность его раздражала, как и наглое проникновение в чужой дом без приглашения. Впрочем, стоило ему захотеть повторить свой вопрос, как чья-то тень проскочила из одного угла и скрылась за открытой дверью, учтиво закрыв её за собой. Выходит, манеры у незваного гостя всё же присутствуют. Осторожно крадясь в сторону закрывшейся двери, он миновал места, где больше всего скрипел пол и проходил там, где было посвободнее, чтобы, в случае чего, иметь возможность отступить. Очень скоро Солнечный добрался до двери в кладовую и, сделав тихий, слегка напряжённый выдох, резко открыл дверь. Но внутри никого не оказалось. Стояли стеллажи, полки, какие-то коробки и старые вещи, но ничьего присутствия не ощущалось, словно только что проникший в комнату шпион куда-то телепортировался.       — «Может, показалось? Хотя сегодня я спал нормально, так что не должно было. Глюки-то ведь от недосыпа, а не от переизбытка сна», — нервно усмехнулся он, закрывая дверь и возвращаясь к недоеденному яблоку. Глаза растерянно бродили по кухне, тело заметно напряглось, а на лице стоял немой вопрос. — «Наверное, это всё из-за стресса».       Кивнув себе несколько раз, соглашаясь с единственной разумной мыслью, светлый принц взялся за яблоко, намереваясь снова его откусить, как вдруг спиной почувствовал что-то неладное. Покусанный фрукт с глухим стуком упал на грязный пол, покуда он, резко обернувшись, сменил оружие на лук, приложил к тетиве гнездо возникшей голубой стрелы и выстрелил, прицелившись точно в центр чёрной тени. Только вот эта странная штука чем-то в него выстрелила, да с такой силой, что несчастный скелетик отлетел к стене, и рухнул на лестничной клетке. Чуть слышно простонав от боли в затылке, он согнулся и обхватил руками живот, ощущая сильную боль в рёбрах, едва сравнимую с переломом. Лук, выпав из рук, мигом исчез, а страдалец, подняв голову, болезненно взглянул в сторону входной двери, где, застряв в стене, находилась выпущенная стрела.       — «Я… не попал? Что это вообще сейчас было?» — на свой собственный вопрос ответа он не знал, так что просто с недоумением и капелькой страха смотрел на стрелу, пока та не растворилась.       Судорожно вздохнув, замечая нехватку воздуха и стоячий в горле ком, Дрим, превозмогая боль, осторожно поднялся и, держась за перила, очень медленно и осторожно спустился, добрался до бледно-жёлтого диванчика, куда не очень удачно приземлился, ввиду клубка пыли, поднявшегося в воздух.       — Апчхи!        Избавившись от залетевшей в нос пыли, он вернулся к ране. Делая тихие, неглубокие вдохи и выдохи, он освободился от лишней одежды и, взглянув на полученную рану, принялся её лечить. От рук тут же начал расходиться тёплый свет, который весьма скоро унял всю боль, позволяя дышать куда глубже. Вот только трещины, сформированные в виде странного, но точного и аккуратного узора, остались на месте.       — Чёрт, почему моя магия не работает? — раздражённо и крайне возмутительно выпалил он. — Я же не мог вложить все свои силы в одну стрелу? Если так, то это очень плохо. В любом случае всё равно надо заглянуть в какую-нибудь АВ и восполнить магию, — устало вздохнув, так и не сумев исправить проблемы, он оделся, поднялся с помятого сиденья и открыл портал. К своему удивлению. — Что? А, портал открылся… Ладно, лучше не думать о логике.       Так и не придя к какому-то ответу, почему лечебная магия дала сбой, а обычная работает исправно, Позитив покинул дом, перемещаясь в мир «ШокоТейл». Стоило лишь ступить на заснеженные сугробы, что выглядели вполне обычными, и оказаться в местной обстановке, как душа почувствовала лёгкость и тепло, а хранитель прикрыл умиротворённые глаза и максимально расслабился, поглощая свет приятных эмоций, возвращая ауре её первозданный вид. Всего одна минута — и он уже на пике своих сил, полон энергии и позитивного сияния, которым готов поделиться со всем миром. Тут и на старшего брата останется, если он, конечно, попросит. Открыв глаза, с очарованием наблюдая за радостными детишками, играющих в догонялки, задумчиво изрёк:       — Ну-с, раз уж я полон сил, то стоит заняться чем-то полезным. Совершить обход, что-ли? Всё равно Инк пока что не сможет вернуться к работе. Заодно и кисточку его поищу.       Решив надолго здесь не задерживаться и провести время с пользой, Мечтатель открыл новый портал и появился в «БёрдТейле». Совершенно никуда не торопясь, внимательно осматривая каждый закуток, он обошёл все локации и переключился на другой мир. Потом перешёл в третий, пятый, седьмой, но Бруми нигде не было. Он даже проверил «ОушенТейл», однако потерянный художественный инструмент нигде не плавал. Побродив так ещё полчаса, скелет всё же обнаружил нечто странное, закопанное в снегу леса вселенной «АндерФеттера» — малоизвестный мир, где монстры находятся под проклятием, которое не даёт им покинуть гору, даже после смерти. Их тела из плоти и крови, а после смерти души не рассыпаются. И Фриск идут только путём геноцида, ибо они были воспитаны в строгой семье, где всё делилось на добро и зло. По итогу дитя видят мир чёрно-белым.       Пускай монстры здесь не гуляют с намерениями убить, но оставаться надолго в этом месте не очень-то и хотелось. Подойдя к закопанной штуковине поближе, рассмотрев знакомое древко и малахитовые завитушки на обойме, хранитель воспрянул духом, не веря тому, что всё-таки её отыскал. Наклонился, чтобы поднять и доставить владельцу, как вдруг застыл, когда большущая кисть не сдвинулась с места. Кажется, он об этом позабыл.       — И как мне её поднять? — задал вполне логичный вопрос светлый принц, упираясь руками в бока. — Я не Эррор — у меня нет волшебных ниток или чего-то похожего. Да и никакой жидкости, чтобы Инка призвать тоже. Как быть?       Казалось, сейчас он не был способен принять какое-либо решение, и ему требовалась помощь. Ну, или совет. Походив вокруг неподъёмной штуковины, периодически озираясь по сторонам, совершенно не чувствуя себя здесь в безопасности, его вдруг осенило. Открыв портал прямо под Бруми, заранее выкопав ту из-под снега, он, с гордостью во взгляде, наблюдал, как та просто упала на пол чужого дома. Спрыгнув следом, оказываясь в спальне художника, замечая того всё ещё спящим, несмотря на то, с каким грохотом упала кисть, он устало закатил глаза и повернулся к виновнице шума. К счастью, Инка даже пушечный выстрел вряд ли разбудит, так что можно было не переживать.       Неудачно сделанное оружие труда упало прямо возле двери, перегородив как вход, так и выход. По идее, ничего бы не случилось, если бы Сон оставил её так, но ему ведь хотелось сделать всё аккуратно, чтобы та не мешала проходу, и чтобы обезопасить неуклюжего хранителя, который с лёгкостью мог её не заметить. Идея-то хорошая, а вот как её реализовать? Пришлось использовать подручные средства, для того чтоб хотя бы поднять и облокотить её о край тумбы. Это было очень тяжело, ибо у владельца такой бардак, что он чуть не уронил на себя кисть. К счастью, всё обошлось, и теперь проход открыт, а Бруми не мешается. Шафрановые глаза гордо горели от лицезрения своего произведения труда, он едва удержался, чтобы не приступить к уборке, стоило только заметить смятые бумажки на полу, но вовремя себя одёрнул и поскорее покинул дом, дабы не начать его умывать.       Портал его привёл в «МьюзикТейл», где он давненько не бывал. Играющая музыка тут и там, поющие монстры, смех — кажется кто-то нашёл повод устроить настоящий концерт. Позитивный особо не прятался от существ, ибо те были немного заняты и не обращали на него внимания, отдавая предпочтение громкой музыке. С тёплой улыбкой наблюдая за проявлением настолько сильных положительных эмоций, он медленно покидал громкую зону, уходя всё дальше и дальше, хотя музыка звучала также. Всё бы ничего, если бы он не ощутил какую-то тревогу. Озираясь по сторонам, пытаясь найти источник этой эмоции, он ушёл достаточно далеко, чтобы оказаться у конца «Сноудина». Тревога ощущалась точно также, словно он не сдвинулся с места. От кого же могло это исходить? И почему чувство такое знакомое?       Повернув назад, явно недоумевая, откуда исходит невиданная эмоция, Мечта медленно побрёл назад, посчитав, что лучше быть среди народа, чем не пойми где шарахаться. И чем ближе он был к концерту, тем меньше становилась тревога. Чья тревога? Может, это из-за огромного количества эмоций она заглушается? Да кто ж её знает. Остановившись где-то на полпути к шуму, в глазах возникло удивление, стоило ему только обернуться и заметить быстро идущего художника, нервно оглядываясь. По всей видимости, — это была его тревога.       — Инк? Что ты тут делаешь? — с каким-то изумлением вопросил он, следя за тем, как быстро приближается скелет.       — У меня к тебе встречный вопрос, — бросил тот, настороженно смотря ему за спину, чем немного напугал и напряг собеседника.       — В каком смысле? Я просто зашёл сюда и весьма удачно попал на концерт. Так почему бы мне не воспользоваться этим и не восполнить силы? На что это, по-твоему, похоже? — непонимающе хлопал глазами Дрим, явно не улавливая смысла столь глупой шутки. Если это вообще была шутка.       — Какой, к чёрту, концерт? Где ты нашёл позитивные эмоции в грёбаном «АндерВоролде»? — раздражённо бросил тот, смотря на приятеля рубиновыми глазами, отчего скелет опешил.       — О чём ты? М-мы же сейчас в «МьюзикТейле», разве нет?.. — его голос слышно дрогнул, уверенность пошатнулась, а на душе зародилось то самое тревожное чувство. Его тревожное чувство. Почему он сразу этого не понял? Недоверчиво косясь на шутника, что выглядел уж слишком серьёзно, он настойчиво повторил: — Правда ведь?       — Чего? Нет, мы в «АндерВоролде», — сказал тот немного тише и спокойнее, сделав шаг, словно боялся напугать и без того обескураженного хранителя, — я поэтому и спросил, что ты здесь забыл. Тебе ведь физически больно находиться в подобном месте, особенно где так много негатива.       — Ты верно шутишь, — глупо и нервно усмехнулся Мечтатель, не воспринимая чужие слова всерьёз. — Оглянись, посмотри вокруг: тут ведь полным-полно разного рода-… — с нелепой улыбкой, дрожащей от подступающей паники, он обернулся, пытаясь указать на то, что творец несёт полную чушь, ведь тут полно позитива и таких же радостных монстров. Но неожиданно замер, когда вместо красочного мира, увидел лишь мрачный и мёртвый, в тёмных и жутких сочетаниях цвета. Вместо концертного шума — гробовая тишина, а вместо радостных криков, — давящая боль и нагнетающая печаль. Сглотнув вновь вставший в горле ком, шафрановые глаза потускнели и сузились, задрожали от страха и беспомощности. Всё его тело пробрала страшная дрожь. Прикрыв рот ладонью, он рухнул на колени и упёрся рукой в высушенную землю, опустил свободную руку на грудь, сжал ткань одежды, делая частые и хриплые вдохи. Душа начала вбирать в себя весь негатив, словно губка, слишком быстро меняя цвет, заставляя морщиться от проникающей боли, — …монстров… — слово слетело с уст вместе с рвотным кашлем.       — «Какого…»       — Дрим! — художник тут же к нему подскочил и помог подняться, ибо хранитель не мог даже стоять. Освободив одну руку, спаситель открыл достаточно большой чернильный портал и протащил через него ослабевшего от негатива скелета, покидая опасную вселенную.       Открыв портал в уже настоящий «МьюзикТейл», скелет осторожно посадил напарника подле голого дерева, вдали от любопытных глаз, сам же, притаившись в кустах, стал просматривать периметр, дабы их никто не заметил. Местные жители о них вряд ли знали, но рисковать не хотелось, особенно Солнечным, который практически не двигался. Защитник лишь изредка бросал на него взгляд, каждый раз убеждая себя в том, что тот всё ещё жив и нет причин для беспокойства.       Восстановив дыхание и избавившись от мерзкого кашля, светлый принц поднял тяжёлую, словно напичканную свинцом, руку, в чьей ладони через секунду появилась душа. Золотое яблоко неустанно светилось, и он, без всякого интереса, наблюдал как чёрные полосы негатива, распространившиеся как трещины или даже корни, не собрались в единую точку. Позволив руке обессиленно рухнуть на снег, он запрокинул голову и прикрыл глаза, измученно вздохнув. Немного восстановив силы, он попытался подняться, придерживаясь за толстый ствол дерева. Ноги по-прежнему тряслись и не слушались, однако стоять, хоть и с опорой, уже можно. Взглянув за пределы своего укрытия, подмечая, что в этот раз — он действительно в «МьюзикТейле», где полно позитивных эмоций, приятной музыки и витавшего в воздухе тепла и надежды, благодаря которой он смог так быстро восстановиться.       — «Что это за чертовщина происходит? Сначала на меня какая-то хрень напала, потом магия перестала работать, а теперь, — порталы разучился открывать? Это же два совершенно противоположных мира! Нельзя перепутать негативную и позитивную вселенную, правда же?..» — в голове не нашлось подходящего ответа, так что он, сделав шаг и издав какое-то кряхтение, хрустнул снегом, чудом не рухнув в сугроб, чем заставил вздрогнуть творца и обернуться.       — Ты как? Ничего не болит? Двигаться можешь? — осторожно поинтересовался тот, сделав к нему шаг.       — Да, я в порядке, не переживай, — убедительно заверил Сон стандартно-притворной улыбкой, хотя сам продолжал держаться за дерево. — Спасибо тебе. Если бы не ты, я бы точно там откинулся. Не сейчас, так через час точно.       — Не за что, — отмахнулся Чернильный, сделав это на автомате, ибо похожее уже случалось, — ты мне лучше скажи, что ты там забыл? Это всё-таки негативный мир, и, если мне не изменяет память, по своей воле ты туда вряд ли забредёшь.       — Ну… — растерянно пробормотал заядлый врунишка, отводя стыдливый взгляд в сторону. — Я, наверное, не выспался, вот и открыл портал не в тот мир. И не заметил этого, ага.       Творец нахмурился, скрестил руки на груди и склонил голову, недоверчиво поглядывая на него.       — Не заметил разницы между негативной АВ и позитивной? С трудом верится, — сомнительно вымолвил тот, а на чужой нервный смешок закатил глаза и продолжил: — Хорошо, а трещина у тебя откуда?       — Трещина? Какая такая трещина? — крайне удивился Мечтатель, видимо, не заметивший той ранее. Тщательно осмотрев руки и ощупав лицо, он так и не смог обнаружить причину подобного вопроса.       — Та, что у тебя на затылке, — указал хранитель, молча наблюдая за тем, как тот с недоумением ощупывает слепую зону. — Нашёл?       — А, эта трещина, — он сделал странный акцент на собственной тайне. — «То есть, всё это время у меня ещё и на затылке была трещина? Вот я дурак… совершенно забыл посмотреть», — Позитив глупо улыбнулся, — так это и не трещина вовсе. Так, просто… трещинка.       — Да ты что? И как эта «трещинка», позволь спросить, у тебя появилась? — заинтересованно осведомился художник, вскинув надбровные дуги. — Или это какая-то новая мода?       — Нет, это… — он бросил взгляд на крону древа, затем на снег и только потом на ожидающего Инка, чьи глаза не сулили ничего хорошего. — Я просто был дома и… ударился головой о тумбочку? — ответ прозвучал больше как вопрос, нежели утверждение. — «Ложь».       — Она у тебя что, к потолку привинчена? Или к стене, быть может?       — Да нет, на полу стоит.       — Тогда как ты об неё ударился? — уточнил Чернильный, замечая явное противоречие в словах этого хранителя.       — Ой, ну… Я поскользнулся и упал на неё. Вот так всё и было, — быстро выкрутился Дрим, нервно усмехнувшись. — «Снова ложь. Когда я успел так завраться?»       — Что-то больно ты неуклюжим стал, даже слишком, не кажется ли тебе это странным?       — Да всё в порядке. Мне просто нужно больше спать, — пояснил он, натянув улыбку, склонив голову, — не стоит беспокоиться. — «Правда, прекрати этот допрос. Для тебя ведь это и в самом деле неважно».       Больше защитник не пытался выяснить правду или указать на очевидную ложь, поэтому тишина очень быстро застала их врасплох. Но стоять вот так, будто под давлением, Позитивный не хотел, так что сразу нашёл другую тему.       — О, я смотрю, она снова с тобой? — намекнул он на чужую кисть за спиной товарища, и только через минуту понял, как глупо это звучало. — «Я её только сейчас заметил? А как бы он без неё меня нашёл? Умник, блин».       — А, да, — тот не сразу понял, о чём шла речь, но проследив взглядом до Бруми кивнул, — нашёл её сегодня утром у двери в комнату. Я так понимаю, ты её нашёл?       — Ага.       — Где она была?       — Лежала под снегом в «АндерФеттере», чему я был поражён. Её было плохо видно, и я не сразу признал её, но увидел твой знак, в виде малахитовых линий и завитушек на обойме, поэтому сразу проверил и забрал, пока она окончательно не ушла под снег.       — А мне вот интересно: как ты её смог поднять? — полюбопытствовал тот, улыбнувшись. — Я что-то не припомню, чтобы ты с лёгкостью мог её носить.       — Ну… Я открыл портал прямо под ней, а вот поднимал уже при помощи подручных средств, всего того, что нашлось в твоей комнате, — неловко усмехнулся он, вспоминая весьма не прикольное занятие. — «То ещё веселье».       — В таком случае спасибо, — Чернильный благодарно улыбнулся, — даже не знаю, радоваться тому, что Эррор её не забрал с концами или тому, что я её вовсе не терял?       — Как тебе того захочется, — усмехнулся Сон, прыснув в кулак.       — Кстати, я, кажись, тебя чем-то обидел, да? Мы ещё поссорились… Хотел бы изв-…       — Если ты собираешься извиняться за то, что сказал, то не стоит, — перебил его Дрим, покачав головой, — «это я всё испортил», — меня это никак не задело. Ты ведь знаешь, что я уже привык к твоим резким «выпадам», да и не обижаюсь вовсе. Злюсь, конечно, негодую, быть может, но точно не держу обиды. Тебе стоит не передо мной извиняться, а перед Блу.       — Перед Блу? — изумился творец, вскинув надбровные дуги. — Я и ему чего-то наговорил?       — Нет, вовсе нет. Просто его очень задевает когда мы ссоримся, вот и извинись за это.       — Окей, тогда я пошёл, — кивнул тот и, с помощью Бруми, открыл портал. Но прежде чем покинуть ослабевшего члена команды, обернулся и с беспокойством спросил: — Ты точно будешь в порядке?       — Конечно, ступай, — невинно, хоть и не очень убедительно улыбнулся Мечта, провожая приятеля взглядом. Стоило тому уйти, как он тяжко вздохнул и, призвав свою душу, с печалью посмотрел на чёрное пятнышко. — «Что же со мной происходит?..»