Hope is dead

      — Это было предсказуемо, — с ухмылочкой произнёс Даст, бросая трефовый туз поверх бубновых королей, — дурак.       — Да как так? — возмущённо выпалил Килл, оставшись с тремя картами. — Откуда она у тебя? Её не должно было быть в твоей раздаче.       — Просто надо нормально их перетасовывать, а не как попало, — с небольшим раздражением пояснил скелет, собирая карты в одну колоду, — учись уже принимать поражение.       — Ты проиграл, так что изволь исполнить наши желания, — напомнил Хоррор, внимательно смотря на того.       — Хорошо, но только в пределах разумного, господа, — неприлично ухмыльнулся тот, окидывая их взглядом.       — О горе мне, — устало выдохнул Пыль.       Прежде, чем они успели загадать Убийце свои желания, послышался скрип открывающейся двери. Скрип в таком пустом и тихом помещении был как гром среди ясного неба. Скрип, отличимый от любого другого. Скрип, знакомый всем не по наслышке. Побросав все карты, разом прервав игру, они резко выскочили из-за стола и построились под аркой на выходе из кухни. По крайней мере, они попытались. Киллер, ведущий себя как ему вздумается, в отличие от товарищей прислонился к стене и ждал, совершенно не обращая внимания на толчки в бок и шипение Пыльного.       Вскоре в коридоре показалось начальство, шедшее довольно расслаблено, спрятав руки в карманы. Его аура, пускай и мрачная, ощущалась спокойной. Только он хотел созвать команду отбросов, как остановился напротив них, явно удивлённый тому, что они уже в сборе.       — Приятно видеть, что вы решили взять инициативу в свои руки, — ухмыльнулся Мар, хоть это и выглядело жутко. — Мы давно уже не нападали на вселенные, так что мой наивный братец наверняка решил, что держит всё под контролем. Пора бы ему напомнить, кто здесь главный.       — Да, босс. Как скажете, босс, — словно настоящий солдат отозвался лизатель пяток начальства под чужие осуждающие взгляды. — Куда держим путь, босс?       — В «ДансТейл», — не обратив внимания на его хамство, кальмар недобро нахмурился.       Положив руку на плечо единственного, не умеющего телепортироваться, Пыльный, вместе с остальными, появился в нужном мире. Оказались они неподалёку от снежного городка и выхода в «Водопадье». Со стороны зданий доносились чьи-то голоса, а само место было как на ладони. Выпустив свои щупальца, каждой клеточкой ощущая невыносимое счастье, владыка нахмурился.       — Вперёд. Идите и заставьте их страдать, можете даже убить, если потребуется, — холодный голос звучал как никогда пугающе, — я хочу услышать все возгласы их отчаяния.       В этот раз даже Килл не стал спорить. Услышав приказ, парни дружно отправились в город. Стоило им попасться на глаза всего паре монстров, как началась паника и зазвучали крики. С упоением слушая безумные крики жертв, наблюдая за происходящим, Кошмар наполнялся негативом всё больше и больше. Душа несказанно радовалась, а аура стала заметно мощнее и ужасающее.

      «Ты действительно этого хотел?»

***

      После возвращения драгоценной кисти Инк вернулся к своим обязанностям, так что Позитивный взял заслуженный выходной, чтобы немного прогуляться и отвлечься от тягостных мыслей. Выбор пал на «ЛитлТейл», где редко происходило что-то дурное, потому и можно было как следует отдохнуть, наблюдая за игрой детей и получая при этом неплохую дозу позитива. Идти одному не хотелось, поэтому он взял с собой и Свапа, такого же свободного и не знающего, чем себя занять. Шли они мимо огромной мусорной свалки, слушая журчание воды и шум водопада. Приближаясь к какому-то переулочку, скелетик вдруг остановился, чем заставил встать и друга.       — Ой, смотри! Это же мини Андайн и… мини Альфис? — с изумлением вымолвил Блу, наблюдая за их странными и непонятными действиями. — Что они делают?       — Эм. Я думаю, у них очень близкие отношения, — неловко усмехнулся тот, покрывшись еле заметным румянцем. — «Как-то неловко с ним о таком говорить, пускай это всего лишь поцелуй. Рано или поздно этот разговор придёт, так что я уже не отмажусь».       — А, понятно, — не особо понял товарищ, но переспрашивать не стал, однако продолжил наблюдать, пытаясь самостоятельно разобраться.       Сон смотрел на него с теплотой, и в очередной раз дивился тому, какой же тот ребёнок. Оставив влюблённых детишек наслаждаться друг другом, они пошли дальше, впрочем, не успели пройти и пары метров, как хранитель вдруг замер и схватился за грудь. Душа болезненно кольнула от капли негатива, попавшего внутрь. Радужки чуть потускнели, дыхание прекратилось, и он рухнул на колени, пытаясь глотнуть хоть каплю воздуха. Ощущения были не из приятных. Словно кто-то вставил нож в его душу и медленно прокручивал, вырезая сердцевину, — так можно описать проникновение в неё негативных эмоций.       — «Найтмер. Чёрт, я был так зациклен на своих проблемах, что совсем о нём позабыл. Моя ошибка», — чувство вины объяло разум, чуть заглушив боль, тем не менее, по его глазам этого не скажешь. Они по-прежнему подрагивали и сузились практически до змеиных, потеряв цвет.       — Дрим! Дрим! Что случилось? Тебе плохо? — быстро среагировал Ягодный и, подбежав к другу, помог ему подняться, перекинув его руку через своё плечо, удерживая за талию. — Пойдём к Инку. Он знает, что делать.       — В-всё хорошо, правда, — как обычно, беспечно улыбнулся тот, получив в ответ достаточно серьёзный и недовольный взгляд, — л-ладно, я открою портал.       — Нет, ты сейчас не в том состоянии, лучше я, — покачал головой скелет и, предвещая реакцию, с улыбкой заверил: — Не волнуйся: я очень много тренировался, так что, в худшем случае, мы просто застрянем в какой-нибудь стене.       — «Обнадёжил», — хмыкнул хранитель, слабо кивнув. — «Всё равно ведь не даст мне ничего сделать».       Широко улыбнувшись, обрадовавшись согласию на телепортацию, хотя, скорее всего, больше доверию на столь небезопасное действие, он кивнул и перенёс их к дому художника. Перемещение оказалось вполне спокойным и удачным, ведь остановились они прямо перед входной дверью.       — Видишь? Мы даже в сте-…       Договорить, радостный своим успехом, монстр не успел, ибо приятель не очень удачно повернул голову и ударился лбом о стену.       — Ой, прости! — как ни в чём не бывало извинился Черничка, открыв дверь и затащив вдвойне раненого внутрь. Теперь вся боль перешла в голову. Зато душа не так сильно ноет, верно? — Инк! Дриму плохо! — объятый страхом за жизнь друга, он неожиданно громко воскликнул, привлекая куда больше внимания, нежели чудом не слетевшая с петель дверь.       — Что случилось? — раздражённо спросил владелец дома, которому так и не удалось попить чая. Вместо этого он поднялся из-за стола и медленно шёл к незваным гостям.       — Не знаю! Мы просто гуляли по вселенной, разговаривали, а потом он вдруг замер, схватился за грудную клетку и упал на колени, — обеспокоенно вещал Свап, почувствовав, как его руку аккуратно убрали с плеча. — У него даже зрачки потухли…       — Это Найтмер, — тихо и как-то печально произнёс Мечта, поднимая провинившийся взгляд, — он напал на нейтральный мир, из-за чего баланс эмоций подкосился и ослабил меня. Я уже в порядке.       — Найтмер? А сразу об этом сказать нельзя было? — с усталостью и бо́льшим раздражением процедил защитник, закатив глаза, проходя мимо низкого скелетика, грубо задев того плечом.       — Я за Дрима переживал… — как бы невзначай упомянул тот, бросив беспокойный взгляд на друга, что лишь ласково ему улыбнулся.       — «Прости, Блу. Стоило сразу сказать, что происходит. Из-за меня ты так сильно распереживался».       — Не стоит: с ним ничего не случится, — сухо уверил творец, вооружаясь кистью, стоявшей не один день в углу. — Где?       — «ДансТейл», — коротко сообщил Солнечный, проигнорировав очевидный подкол.       — Тогда пошли, — также холодно отозвался скелет, покуда второй, немного оклемавшийся, призвал свой волшебный посох и открыл им портал, пускай и под недовольный взгляд Блуберри. Вскоре дом опустел.

***

      Портал, излучавший какой-то блёклый золотой свет, заставил их выйти и оказаться прямо в эпицентре событий. В последний момент присоединившийся к банде Глючный кого-то душил своими синими нитями, впоследствии оторвав бедняжке голову, вызвав на лице сумасшедшую улыбку. Хоррор, в чьих привилегиях стояла еда, размахивал довольно опасным оружием, безуспешно пытаясь поймать человека. Даст, вместе с тем, кто чаще всего никого не слушает и делает то, что хочет, орудовали в городке, откуда и слышались крики. Вот только Киллер был заинтересован в подсчёте своих жертв, так что предпочитал не просто убивать, но и пытаться превзойти товарища.       В принципе, пускай играет: «властитель мира» всё равно никак не отреагировал на проявление своеволия, а просто продолжил сидеть в воздухе на троне из собственных щупалец и, своим единственным, светящимся как нефрит глазом наблюдать за происходящим с надменной улыбкой. Он редко когда сам пачкал руки, поэтому использовал своих «рабов», которые заменяли ему не только пешек, но и, в какой-то степени, семью. Ведь за них он был готов убить любого.       Находиться в таком омуте ненависти и злобы, учитывая, что весь негатив шёл от Кошмара, который, на минуточку, стал в разы сильнее младшего хранителя, было тем ещё адом. Душа, совершенно не восстановившаяся после получения небольшой дозы, поглощала новую всё быстрее, ослабляя и туманя разум своему обладателю. Если они не поторопятся их прогнать, то, скорее всего, кое-кто откинется раньше времени, в угоду будущему «Богу». Допускать такого он, конечно же, не собирался, так что, сосредоточив всё своё внимание на брате, покуда один из товарищей дрожал от страха, а второй анализировал, светлый принц сделал несколько шагов и, остановившись, вскрикнул:       — Найтмер!       Названный, вздрогнув от неожиданности и удивления, ведь эту форму своего имени он уже давно не слышал, повернул голову в сторону голоса и обратил взор на скорченную физиономию скелета. Тут же на лицо вылезла хищная ухмылка, а он, закинув ногу на ногу, поставил локоть на подлокотник и подпёр кулаком скулу.       — Ну надо же, кого это к нам ветром принесло? — с усмешкой выдал он, выжигая его ненавистным взглядом. — «Тц, тоже мне, «герой» нашёлся».       — Найтмер, послушай. Я знаю, что ты где-то там, и ты меня слышишь, — продолжая тешить себя пустыми надеждами, ведя себя как самый противоречивый монстр, Позитив упорно повторял одно и тоже. — Прошу, прекрати этот ужас. Ты же не такой.       — Ты хочешь, чтобы я прекратил? — с таким изумлением выпалил тот, будто младший открыл целую вселенную. — Зачем? Я получаю тонну негатива от эмоций этих слабых и напуганных монстров, и это делает меня сильнее. А вот тебя наоборот, — ослабляет. Разве я могу отказаться от такого шанса?       — Нет, я в это не верю, — встряхнул головой Сон, с надеждой в чуть потускневших глазах, смотря в чужой, источавший исключительно холод. — Неужели ты не помнишь? Наше обещание…

......

— «…Ты такой трусишка, Дрим, — сдержанно усмехнулся скелетик, откладывая в сторону книгу. — Я обещаю стать самой нерушимой стеной, чтобы оградить тебя от бед. — Тогда я позабочусь о том, чтобы она никогда не пала, — глупо улыбнулся тот, склоняя голову…»

......

      Ему было больно. Даже не от того, что родной брат позабыл нечто важное, а больше из-за того, по чьей вине это случилось. Потеряв частичку той веры, что всё это время его поддерживала, он опустил голову, тупо смотря в сухую землю. Незримая сущность покинула своего хозяина, подлетев к тому, кто выглядел весьма жалко. Опечаленный взгляд сожалеющих глаз пал на хранителя, с болью смотря на того.

«Прости. Я знаю, как сильно ты хочешь меня вернуть и как сильно скучаешь, но это бесполезно. За моей спиной сотни неудачных попыток, ибо это тело - больше мне не принадлежит. Я не могу его контролировать, не могу и вернуться. Просто смирись с этим, как сделал и я когда-то...»

      — Эй, недоумки, живо сюда, — нахмурившись, грубо заткнув того, из-за кого в голове неосознанно проскочили воспоминания, Мар щёлкнул пальцами, призывая свой малочисленный отряд. Все, вместе с Эррором, бросили своих жертв и переместились к главнокомандующему, — разберитесь-ка с этой троицей.       — Да, босс, — льстиво улыбнулся главный подхалим в лице Киллера, отдав честь, не переставая быть «серьёзным». — Будет сделано, босс.       — О чёртов лицедей… — устало вздохнул и закатил глаз Кошмар.       Не давая противнику взять ход битвы в свои руки, плохие парни напали на них, разбивая и вынуждая отступить в разные стороны. Глючный занимал своего радужного мудака, на Блуберри сосредоточились двое психов, а хранителю достался весьма интересный и непоседливый враг. Конечно, он пытался помочь младшему и отогнать от него хотя бы одного дебила, но очень ревнивый Убийца его никак не мог отпустить, так что приходилось изворачиваться.       Дитя ночи, без какого-либо интереса смотрел за очередной битвой со своей прекрасной высокой точки. При этом не чувствовал абсолютно ничего, словно не имел души, правда продлилось это не долго.

«Может, прекратишь?»

      Рядом с ним раздался до отвращения высокий и тонкий голосок того, кто с большим беспокойством смотрел на бой.       — С чего вдруг? — вскинув надбровную дугу удивился он. — Я всегда хотел его прикончить, и ничто этого не изменит.

«Он всё-таки твой брат, Найтмер»

      — Вот именно, что он твой чёртов брат, Найтмер, — напомнил тёмный принц, насмешливо хмыкнув, — я — всего лишь твоя улучшенная версия, так что со своими телячьими нежностями дуй прямиком к нему.       Увернувшись от очередного удара ножа, Мечтатель ненароком бросил взгляд в сторону брата и вдруг застыл. Рядом с тем, кого он до сих пор называет родственником, в воздухе витал такой же склизкий осьминог, только с жёлтым отливом и будто бы прозрачнее. Неподвижные радужки слегка удивлённых, но в то же время испуганных шафрановых глаз едва заметно сузились и подрагивали.       — «Ч-что? Почему он там? Разве Найтмер может его видеть? О чём они говорят?» — все его мысли крутились на одном только разговоре двух жутких существ, которого он, к сожалению, расслышать не мог. И это стало его большой ошибкой. Покуда противник пребывал в странном ступоре, Килл решил этим воспользоваться и атаковал, с лёгкостью задев чужое тело. Подобное действие вернуло хранителя в реальность, и, почувствовав довольно сильную боль в груди, он тупо упал на колени, лишившись большей части своих сил. — «Чёрт, я совсем о нём забыл. Вот идиот», — растерянные и явно обозленные на самого себя глаза стали ещё прозрачнее, а душа медленно наполнялась чёрным ядом.              — Ух ты, — с восхищением ахнул мерзавец, рассматривая свой чудо ножик, — мне так это нравится.       Только он замахнулся, чтобы нанести смертельный удар, как его остановил чужой грубый голос:       — Стой!       Подняв голову, Дрим увидел лишь спину художника, что прикрыл его от удара своей кистью. В это же время Блуберри, быстро подняв его на ноги, потащил в сторону чернильного портала, уводя как можно дальше от сражения. В самый последний момент, прежде, чем провалиться в тёмное пятно, он обернулся и заметил брата, который спрыгнул со своего трона и бежал в сторону Убийцы, с весьма встревоженным взглядом. Так и не узнав, что случилось, ребята исчезли из этого мира, а следом ушёл и творец, позволив оставить на своей кисти трещинку.       — Ты что сделал? — склизкое чёрное пятно осталось на чужом затылке от весьма сильного удара.       — Ай! — тут же схватился за поражённое место Килл, негодующе смотря на босса. — А что такого? Вы же сами его убить хотели.       — Тебе никто не давал приказа его убивать, ясно? За такое самодурство ты месяц будешь собирать свои кости по подвалу, — практически прорычал Мар.       — Понял-понял, — якобы «виновато» согласился тот, дождавшись, когда начальство уйдёт, снова нацепив на лицо придурковатую улыбку.       За всем этим наблюдал Пыльный с полной неприязнью и отвращением к товарищу.       — «Пора бы ему уже поумнеть».

***

      Наполненный запахом чернил и папирусной бумаги портал открылся прямо перед домом Инка, сокращая им долгую дорогу. Свап, придерживая раненого друга, поплёлся к домику, стараясь не кряхтеть от тяжести. Владелец домишки, вышедший чуть позже, быстро подскочил к двери и открыл её, пропуская ребят внутрь. Переступив порог и оказавшись в гостиной, скелетик дотащил пострадавшего до мягкого анемонового кресла и осторожно на него усадил. Позитивный, облокотившись на старую спинку, сощурился и тихо прохрипел, положил руку на грудь и попытался выдохнуть.       — Я схожу за аптечкой, — уведомил Чернильный, закрывая входную дверь, и направляясь в сторону кухни.       Погрузившись в наступившую тишину, хранитель приподнял голову и прикрыл глаза, глубоко вдыхая и выдыхая. Болело всё. Рёбра, будто их перекрутило в механизме, и душа, так как во вселенной остался рассадник негатива. А ещё он чувствовал за собой тяготящий груз вины и непомерного стыда. Ведь из-за него им пришлось обречь на погибель мир, и бросить тех, кто нуждался в помощи. Из-за него они сбежали. Это давило куда сильнее, чем физическое страдание. И в этих эмоциях он совершенно потерялся.       — Ты как? Всё в порядке? Ничего не болит? — продолжая беспокоиться о состоянии друга, Ягодка его осматривал, будто пытался найти какие-то другие ранения. Именно этот голос вывел его из власти самобичевания.       — Всё хорошо, не паникуй, пожалуйста, — с заметно натянутой, но всё же благодарной улыбкой попросил тот, после чего отвернулся и, устало вздохнув, стал раздеваться.       Драгоценный плащ, который носился в виде шарфа, он решил оставить, так что пришлось просто спустить светло-жёлтую накидку до локтей, и снять чёрный свитер без рукавов. Это далось легко и быстро, несмотря на лёгкую слабость, поэтому, оголив тело, он аккуратно сложил одежду и положил себе на колени. Хоть и с одним только голым торсом, но ему уже было как-то неловко сидеть перед другом, поэтому смущённые глаза смотрели исключительно в пол.       — Д-дрим… — знакомый голос, заметно дрогнувший, вынудил названого поднять вопросительный взгляд и моментально забыть про всякое стеснение, впав в немой ступор. Блу, прикрыв ладонями рот, практически не двигался, однако руки предательски дрожали. А бирюзовые радужки, сильно сузившиеся, также подрагивали и источали единственную эмоцию — страх. Не сразу, а спустя примерно минуту нахождения в замешательстве, скелет и сам вздрогнул и отстранился, вжавшись в спинку кресла.       — «Чёрт, чёрт, чёрт. Нет! Он не должен был это увидеть. Никто не должен был об этом знать. Теперь за меня будут беспокоиться ещё больше и пытаться помочь. Но это всё бессмысленно. Мне нельзя помочь».       — Я принёс аптечку, — творец показательно поднял руку с красным чемоданчиком, возвращаясь к гостям. Резко остановившись, он с недоумением посмотрел сначала на одного, затем на другого, и, резко помрачнев, спросил у Чернички:       — Что случилось?       — Дрим… Его рёбра… — тихо указал скелетик, убирая от черепа руки. Его всё ещё обеспокоенный взгляд упал на грудную клетку сидящего. Владелец дома, услышав непонятный ответ, решил сам посмотреть, поэтому он тоже рассматривал чужую грудную клетку.       Спрятав свой чрезмерно виноватый и стыдливый взгляд, Солнечный буквально вжимался в кресло, пытаясь слиться с ним воедино. Никому не понравится, когда его тело так пристально разглядывают, но ему было что скрывать. И это — должно было остаться тайной.       — «Может, всё обойдётся?..» — потерянно прозвучала его мысль в пучине тягостных дум.       — И что это такое? — подавляя искусственную злость, полюбопытствовал Инк, склонив голову и скрестив руки. — Что за полосочки на твоих рёбрах? Или это «всего лишь трещинки»?       — Э… э-это старые шрамы, не более, — нелепо усмехнулся хранитель позитивных эмоций, натягивая глуповатую улыбку и почёсывая затылок, словно ребёнок, уронивший цветочный горшок. — «Прошу, просто поверьте мне».       — Да? А как же ты их получил, изволь спросить? — подняв голову уточнил художник, недовольно хмыкнув. Вероятно в этот раз подобная ложь не прокатит.       — Да по случайности, — отмахнулся тот, — ударился просто о… — резко замолчав, не придумав ответа, он окинул взглядом комнату и, заприметив знакомый предмет, поспешил договорить, — …тумбочку. Об угол тумбочки, если точнее.       — Где-то я это уже слышал, никак новых отговорок не придумаешь? — подметил скелет, закатив глаза и измученно вздохнув. — Что за чушь? Ты думаешь, что я в это поверю? Опять? — лжец молча опустил глаза, не в силах что-либо сказать. — Ты хоть знаешь, как нелепо звучишь? Случайно ударился о тумбочку до таких трещин? Это невозможно! Ты должен был как минимум на неё налететь, и то не факт, что это была бы случайность.       — Так может я от кого-то бежал, — с недовольством пробубнил себе под нос достаточно тихо Позитив.       — Ладно, мне всё равно, что там с тобой было в прошлом, — честно признал Инк, — меня интересует настоящее. Какого чёрта ты стоял как истукан в «ДансТейле» и позволил себя ранить? Позволил Киллеру себя ранить? — он выделил голосом названого скелета, словно имя что-то меняло.       — Я прос-… — начал было говорить правду тот, как тут же осёкся. — «Ага, и что я скажу? Что у меня галлюцинации возникли? От этого только хуже будет».       — Что «просто»? На брата своего засмотрелся, да? Помощи от него ждал? Или у вас там какая-то телепатическая связь проскочила? — кажется кто-то выпил слишком много красной краски…       — Что? Не говори ерунды. Я тольк-…       — Так, достаточно, — подняв свободную руку вверх, он заткнул желающего говорить, и продолжил: — мне это надоело. Ты больше не будешь работать в команде.       — Что? — в один голос воскликнули ребята, с недоумением посматривая на того, кто явно нёс чушь.       — «С чего он вообще решил, что является лидером и это даёт ему подобное право?», — довольно грубая и жёсткая мысль отразилась злостью на лице принца.       — Вот так. Я не могу быть в тебе уверен, Дрим. Не после сегодняшней лажи, — говоривший так печально вздохнул, словно был разочарован. — Мне нужно, чтобы ты мог в любой момент прикрыть тыл, но ты не справился со своей задачей. Ты ненадёжный, поэтому я исключаю тебя из команды «Звёздных».       — Это я-то ненадёжный? — едва сдерживая смех, озлобленно добавил сидевший: — Ты за себя говори, эгоист хренов.       — Как раз таки я тебя и спас, хотя мог и не делать этого, — припомнил творец, ставя того на место.       — Ой, не ври. Ты сделал это только потому, что с нами был Блу, — Сон конкретно намекнул на присутствие того, кто вообще ничего не понимал. — Почему? Да потому что рядом с ним ты всегда добрый, милый, настоящий герой. Разумеется, что ты не станешь пятнать свою репутацию. Если бы не он, — ты бы меня там и оставил.       — Инк? Это правда? — осторожно и неуверенно поинтересовался Блуберри, обращаясь к другу уже не с такой сильной симпатией. Тот, поняв своё положение, не вытерпел и дал волю эмоциям.       — Да пошёл ты, — крикнул он бывшему товарищу, кинув аптечку в сторону Ягодного, который очень удачно смог её поймать. — Лечись и вали к чертям отсюда.       После чрезмерной грубости он ушёл, хлопнув дверью, оставив Бруми в углу. Утопая в нахлынувшем потоке негативных слов и мыслей, наполненных ощущаемым чувством вины, Мечта сглотнул и, тихо вздохнув, отвёл взгляд в сторону кухни.       — «Зря я так вспылил. Выставил себя полным идиотом перед тем, кто всегда мне верил. Как он теперь будет на меня смотреть?»       — Слушай, а может… зайдёшь ко мне завтра? — чувствуя себя не очень комфортно в тишине, поинтересовался скелетик у своего молчаливого друга, открывая аптечку и доставая оттуда нужные приспособления. — Я найду чем нас занять.       — Спасибо за приглашение, правда, но нет, — отказался от столь желанного приглашения тот, кто его не заслуживал. — Я не смог-…       — Отказы не принимаются, — серьёзно произнёс он, используя на его костях свою магию. И старые, и новая рана зажили достаточно быстро. — Прошу, просто приди. Тебе нужно отвлечься.       — Ну хорошо, я согласен, — с теплотой вновь сверкающих шафраном глаз и ласковой улыбкой ответил будущий гость. — Твой брат же не будет против?       — Его завтра не будет дома, по идее, — задумался на мгновение тот, используя чудодейственную мазь и забинтовывая практически незаметные раны. — Не волнуйся: он нам не помешает.       — Что ж… В таком случае я обязательно приду, — так тепло и благодарно улыбнулся Солнечный, что душа постепенно наполнялась всё большим светом, избавляясь от остатков негатива.       И будь что будет.