Hope is dead

      — А-анализ вашей д-души готов, — сообщила учёная, поправляя съехавшие очки и выравнивая листы бумаги, взятые из устройства. — Ч-честно признаюсь, я ещё н-никогда не работала с подобным, — ваша душа разительно отличается от д-души монстра, — но, если я п-правильно поняла, то она должна состоять исключительно из п-позитивной энергии, — предположив вполне логичную теорию, она продолжила: — Ваш случай особенный. Душа всё ещё под-держивает вашу жизнь и п-подпитывает ауру, благодаря чему вы м-можете чувствовать положительные эмоции. Однако зародившаяся в г-глубине негативная энергия, которая занимает около трети души, м-медленно распространяется. Из-за неё вы стали у-уязвимым к плохим эмоциям и сменам настроения. Е-если бы вы пришли раньше, в-возможно я бы могла как-то нейтрализовать её развитие или в ц-целом не допустить его, — неуверенно дополнила рыбка, бросая взгляд на пациента, сидящего перед ней на кушетке.       — Значит всему виной негативная энергия, — глупо усмехнулся тот, покачав головой. — Так что же со мной не так? Откуда она вообще взялась и насколько это критично?       — Судя п-по симптомам, к-которые вы мне поведали, т-то я склоняюсь к тому, ч-что это БДР, — произнеся это, монстр поспешила дополнить: — если, конечно, вы у-уверены в том, что это д-длится больше года.       — Депрессия? — удивлённо выдал Сон, никак не ожидая подобного. — Но как она может быть у меня? Точнее, правильно было бы сказать так: подобное может происходить даже с существом вроде меня? Вы не ошиблись?       — Н-нет, ошибки быть не может, — я у-уверена, — заверила она, на что-то указывая в бумажках.       Лицо хранителя будто бы засветилось от этой новости, на что указывало и сильное воздействие ауры.       — «Так, если у меня может быть психическое или психологическое расстройство, как у монстров и людей, то это значит, что… у Найти тоже? Выходит, его поведение и ненависть ко мне может быть вызвана болезнью, о которой он даже не знает! Конечно, это плохо, радоваться тому, что он может быть болен, но это же просто потрясающая новость! Это всё упрощает», — росток зародившейся в нём надежды глубоко пустил корни, цепляясь за каждую клеточку души, начиная бой с тьмой, что там поселилась. — И откуда она у меня взялась? Это же из-за влияния негатива, я прав?       — Не совсем, — она сказала совершенно обратное тому, что он желал услышать, — всё к-как раз таки наоборот: из-за в-вашего заболевания душа обрела н-негативную энергию, из-за тех мыслей, ч-что вас п-посещали. Должно быть вы п-получили какую-то травму или испытали с-сильное потрясение, о котором благ-гополоучно забыли или не придали с-сильного значения. З-закрыв своё сердце от той б-боли, что вас, вероятно, т-тревожила, вы сделали только хуже. Если бы вы проговорили это и-или признались самому себе в случившемся, то в-возможно не сидели бы сейчас здесь.       — Получается, что я сам спровоцировал появление Ша-… негативной энергии, — неожиданно осёкся Позитив, опуская голову и незаметно сжимая тонкое покрывало.       — В-выходит, что так.       — И как мне исцелиться? Это ведь всё ещё возможно?       — Да, к-конечно, — с лёгкой улыбкой произнесла она, вдумчиво вглядываясь в листы, периодически переводя взгляд на пациента. — Я т-точно не знаю, подойдут ли вам лекарства д-для монстров, но мы м-можем попробовать. Начнём с н-небольшой дозы, а дальше будем смотреть по с-ситуации. Агомелатин достаточно мягкий, д-думаю с него и пойдём.       — Стойте, вы имеете в виду лекарства? — вдруг напрягся светлый принц, чуть нахмурившись.       — Н-ну да. Никакие мази или уколы т-точно не помогут.       — Нет, тогда я против.       — Ч-что? Но как же лечение? Без а-антидеп-прессантов никак!       — Как-нибудь без таблеток обойдусь. Есть более эффективные способы?       — Н-ну, психот-терапевтичес-ские приёмы, разного рода «психотехники», п-подбираются индивидуально и ещё социальная т-терапия, — начала перечислять Андайн, нервно перебирая пальцами.       — Социальная? То есть, надо будет… говорить о чувствах и том, что… происходит в моей голове? — уточнил он, получив утвердительный ответ. — Извините, но мне это не подходит.       Скелет легко спрыгнул с постели, призвал посох и открыл портал, после чего в спешке направился к нему. Не хотелось задерживаться здесь ещё хоть на одну минуту.       — П-подождите, я же хочу вам п-п-помочь! — испуганно и растерянно пробормотала она, выронив бумаги. — К-куда же вы?       — Я как-то сам справлялся без всяких таблеток, значит и дальше смогу. Спасибо за помощь и всего хорошего, — поблагодарив монстра за её помощь вежливой улыбкой, он исчез в золотом свете, оставив бедняжку с тревожными мыслями.       Портал перенёс его прямиком в дудл-сферу, куда Мечта изначально планировал сходить, ибо художник за эти дни не дал о себе знать, словно испарился. Это беспокоило куда больше, нежели старая и глупая ссора, а также поведение приятеля. Идти к дому в полной тишине было спокойно, однако кое-кто решил это нарушить.

— «И чё ты такой хмурый? Правда глаза режет или ты так ошеломлён, что не знаешь, как себя вести?» — прозвучал насмешливый голос над самой макушкой.

      — Это всё из-за тебя, — очень злобно прошипел хранитель, сжимая кулаки и сдерживая свой милейший голос, дабы тот не перешёл в крик.

— «А вот тут ты не прав: рыбка дело говорит — ты сам виноват в моём появлении, да и в своём "плохом настроении" тоже. Иной раз поражаюсь тому, как не озвученные и не оговорённые эмоции, копящиеся внутри, могут привести к таким серьёзным проблемам, — с улыбкой усмехнулась сущность. — Что же тебя так задело? Неужто превращение брата? Или то, как с ним обходились всё это время? Ах, нет, такого эгоиста как ты может мучить только одно: чувство вины, я прав?»

      — Заткнись, — он сжал руки до самого хруста, позволяя гневу управлять не только чувствами, но и изменить ауру, чему «паразит» был рад.

      — «И чего ты от лечения отказался, я не пойму? Тебе же невыгодно иметь эту депрессию. Попил бы таблеток, поговорил по душам и всё — здоров. Зачем в таком темпе удрал?» — всё никак не унимался тот, вслух задавая интересующие его вопросы.

      Мечтатель ничего на это не отвечал, лишь стиснул зубы и терпел его выходки, прекрасно понимая, чего он добивался. Однако ублажать паразита он не намеревался.

— «А, кажется, я понял. Ты просто боишься стать, как он, я угадал? — с издёвкой ухмыльнулся тот, наблюдая за тем, как на секунду дрогнуло лицо скелета. — Прав же, не притворяйся. Думаешь, что эти таблетки превратят тебя в зависимого овоща; считаешь, что станешь таким же пустым как и твой приятель? Глупо, конечно, у тебя ведь есть душа, в отличие от него».

      — Я и без тебя знаю, что у меня есть, — всё же не сдержался и ответил истинный владелец тела, не пытаясь отрицать то, что и так очевидно, хоть и… нелепо. Подойдя ко входу в дом, он уже собирался постучать, как заметил, что дверь не заперта и открыл её. — Кажется, он опять забыл закрыть за собой дверь…       Широко распахнув деревянную дверцу, позволяя свету попасть внутрь дома, он ужаснулся при виде того кавардака, что царил в гостиной. Кресла, как и диван, были перевёрнуты, картины сброшены со стен, стол сломан, повсюду капли красок и чернил. Осторожно ступая меж валявшихся частей кресел и тумб, хранитель заглянул на кухню, но и там было не лучше. Разбитые тарелки и чашки, расцарапанный стол и сломанные стулья, открытые дверцы шкафов и перевёрнутое, высыпанное на пол их содержимое. Заметив на полу кое-что знакомое, он осторожно поднял осколок и осмотрел, моментально признав вещь.       — Это же… его любимая кружка, вернее то, что от неё осталось, — печально произнёс он, поднимая осколки с пола, благо их было немного. — Так вот что это был за звук тогда, но… он ведь разбил её ещё тогда, когда мы с Блу приходили, неужели всё это время его дом пустовал?

— «Ого, вот это погром. Похоже здесь была та ещё заварушка».

      — Не думаю, что он приходил сюда за последние трое суток, если только не ради сна, — предположил Дрим, с беспокойством осматривая гостиную, — а что если… его кто-то похитил или он в опасности и нуждается в моей помощи? — тревожные мысли его ужаснули и лишили всякого здравого смысла.

— «Что? Бред не неси. Кому это надо?» — тут даже негативная сущность поразилась тому, сколько же у этого хранителя прекрасных и тёмных мыслей.

      — Эррор, — хмуро изрёк он, призывая посох, — надо бы наведаться к нему и поговорить. Чутьё мне подсказывает, что Инк у него.

      — «И ты думаешь, он так просто тебе всё расскажет? Не будь идиотом».

      — Кто ещё из нас идиот, жалкий паразит, который появился на свет лишь благодаря мне, — огрызнулся скелет, зыркнув на кальмара, — не зазнавайся.       Заткнув неблагодарную сущность за подаренную жизнь, он открыл портал и появился в иной пустоте, — во владениях Разрушителя. В округе было пусто, даже вещей никаких не валялось, что указывало бы на её обжитость.       — Эррор! Выходи, у меня к тебе разговор, — грубо и решительно вымолвил он, намеренно сделав голос громче. Не услышав ответа, Сон топнул ногой и пошёл искать скелета, — вот ведь…       Договорить он не успел, ибо нога наступила на какую-то толстую нить, что в одно мгновение подняла его в воздух и перевернула вверх ногами, крепко вцепившись в сапог. Верхняя одежда слегка задралась, открывая вид на чёрные одеяния под собой, однако на это он не обратил внимания, так как диадема медленно заскользила и чуть не слетела с черепа, благо в последний момент он успел её поймать.

      — «Пх-хаха-хаха, вот ты слепошара, конечно. Это надо же так невнимательно ходить, чтобы её не заметить», — разразился смехом Шатт, схватившись за живот, валяясь на спине где-то в воздухе.

      — Заткнись, — сердито бросил тот, нахмурившись так сильно, что не было понятно: от стыда ли это или от злости. Чуть приподнявшись, насколько это было возможным, он попытался развязать нить, но не смог дотянуться, — не хватало каких-то жалких пары сантиметров, ещё и диадема начала съезжать. — Аргх, бесполезно.       — Так и знал, что в ближайшее время ещё кто-то заглянет, — низкий голос возникшего перед ним скелета звучал малость нахально, покуда гетерохромные глаза насмешливо осматривали пойманную добычу, — не зря ловушки поставил. Как раз для таких незваных гостей как ты.       — Ха-ха, очень смешно, — явно не оценив шутку, светлый принц недовольно хмыкнул и скрестил на груди руки, гордо отвернувшись.       — Дай мне хоть одну весомую причину, почему я не должен выбросить тебя в замок кальмара? — вполне серьёзно спросил тот, поднимая правую руку. Внезапно висевший почувствовал, как начала сжиматься на ноге нить, вызывая, пока что, слабую боль и тихий стон. — Ты пришёл сюда без приглашения. Это невежливо.       — Да я бы и по приглашению, и по собственной воле сюда не зашёл, — хмуро ответил Позитив, поправляя диадему, — но причина есть: Инк.       — Продолжай.       — Он… в последнее время сам не свой. Слишком грубый, эгоистичный, подозрительный, крайне агрессивен и совершенно не понимает, что своими действиями ранит тех, кто рядом, — было сложно подбирать слова, чтобы описать поведение того, кто всегда казался ему рациональным. — Мы даже ссориться начали.       — Как будто вы никогда этого не делали, — раздражённо бросил Глюк, закатывая глаза и опуская руку, тем самым ослабляя хватку нити. Со стороны послышался тихий вздох.       — Разумеется, что мы ссорились и раньше: сам прекрасно знаешь, как сложно общаться с этим упрямцем, — выдавил из себя слабую улыбку Мечта, усмешкой стирая её с лица, — но сейчас всё иначе. Он явно ищет повод для ссоры, притом совершенно любой. Такое ощущение, как будто он… хочет от нас избавиться, я не знаю, — горько хмыкнув, его безысходный и какой-то пустой взгляд уставился в одну точку. — Мы были у него недавно, но он просто захлопнул передо мной дверь, наорал и не дал объясниться. Сегодня я ходил один, в надежде, что он образумится, однако дома было пусто и… там был полный кавардак.       — Ну, а чего ты ожидал? У художников вечный беспорядок как на рабочем месте, так в доме и в жизни. Это не удивительно.       — Нет, ты не понял: там реальный погром, — в его голосе зазвучали низкие оттенки мрака, покуда глаза смотрели собеседнику прямо в душу. — Погром от какой-то драки или чего-то подобного. Возможно, он пытался дать отпор, когда его похищали.

— «Срань господня, ты опять за своё? Успокойся уже, хватит нести чушь. Такими темпами я сам скоро копыта отброшу», — практически взвыл уставший от чужих бредний Шаттер, закрывая лицо.

      — Какое, к ебеням, похищение? Ты слишком часто бывал на поверхности и пересмотрел каких-то тупых фильмов? — раздражённо высказался Глючный, нахмурившись. — Никто его не похищал, усёк? Нормально с ним всё.

— «Алилуя! Ну хоть кто-то здесь знает что такое здравый смысл», — тут же взлетел в воздух кальмар и, раскинув руки, засмеялся.

      — Что? Ты его видел? Знаешь, где он сейчас? — совершенно не обращая внимания на чужие визги, скелетик на радостях начал дёргаться и раскачиваться в стороны, из-за чего диадема чуть не слетела с головы, благо он вовремя за неё ухватился. Шафрановые глаза широко распахнулись и, казалось, стали светиться подобно солнечному свету, а счастливая улыбка была способна растопить даже ледяное сердце Кошмара. — Прошу, скажи, что он в порядке.       — Да, видел, и нет, я не знаю, где он ночует и проводит свободное время, — я не его нянька, — с недовольством пояснил тот, хмурясь от слишком резкого скачка позитивной ауры. — В порядке ли? Хрен его разберёт, но под твоё описание подходит чётко. Единственное, я бы добавил его безумное удовлетворение от убийства монстров и разрушения миров. Это действительно на него не похоже.

— «Ого, вот это поворот, я даже удивился. А этот парень неплох, может, мне к нему перебраться?..» — задумчиво пробормотал монстр, всё же вспоминая, что у того нет души, от чего разочарованно вздохнул.

      — Разрушение миров и… убийства? — изумлённо повторил Сон, вскидывая надбровные дуги. Задумчиво обведя взглядом недоумевающих глаз просторы пустоты, на его лице проскочила слабая улыбка. — Ты, верно, ошибся. Что бы у него там не случилось, какие бы цели он не преследовал, и как бы ни был расстроен, но Инк никогда не навредит тому, чем так дорожит. Это неправда. Ты врёшь.       — Хочешь верь, хочешь — нет, меня не колышет, — пожал плечами Ошибка. — Факт остаётся фактом: наш былой защитник всея АВ поумнел и выбрал правильную сторону. Я его за это хвалю, ибо времени на то, чтобы прийти к данному решению, ушло немало. Да, возможно, это и кажется очень странным и, с непривычки покажется безумным, но со временем мы все к этому привыкнем. Так что можешь отрицать правду столько, сколько тебе будет угодно. В конце концов ты всё равно проиграешь.       — Он… действительно этим наслаждается? — тревожно и боязливо спросил голос висевшего, убравшего руки от диадемы. В глазах стояла такая тоска, что хотелось лезть на стену, а всеми любимая улыбка исчезла со светлого личика. Его умоляющий взгляд приковался к Разрушителю, в надежде отыскать какое-то тайное послание или, на худой конец, заметить расхождения в его эмоциях и словах.       — Сам был шокирован, когда увидел его улыбочку, — вздрогнув, скелет махнул головой и непроизвольно выдохнул. — Безумец, что ещё сказать? Настоящий садист. Уверен, он всегда это скрывал, чтобы ему доверяли, однако всё тайное, рано или поздно, становится явью. Я всегда знал, что с ним что-то не так, но подобное всё равно шокирует.       — И как давно вы этим занимаетесь?       — Сегодня мы встречаемся третий раз, так что… около трёх дней, — задумчиво просчитал тот в голове. — Хах, надо же, а казалось, что прошло значительно больше.       — Три дня? — ошеломлённо выпалил Дрим, чьи глаза потерянно бегали из стороны в сторону; душа болезненно сжалась. — Пресвятая Ним… как я мог позволить этому случиться? Прямо у меня под носом исчезали вселенные, гибли невинные, а я и пальцем не пошевелил. Знал же, чёрт возьми, чувствовал, что что-то не так, что что-то происходит, но как обычно списал это на брата и его прихвостней. Вот идиот. Какой же из меня хранитель, когда я даже другу помочь не сумел…       Расслабив тело, позволив рукам упасть вниз, он просто замер, совсем не обращая внимания на сползающий сапог и диадему. Глаза потускнели и потеряли былой проблеск жизни, став практически пустыми и холодными. Со стороны казалось, что чернокостный намеренно повесил в своём доме труп, дабы отпугивать незваных гостей, ибо глазницы Позитивного опустели.       — «Инк… кажется я тебя совсем не знаю. Всё это время мне казалось, что я научился понимать ход твоих мыслей, но… это была ложь, — ложь самому себе. Ни черта я не знаю тебя. Мне так и не удалось разглядеть в тебе живое существо, личность, а ведь прошло уже много лет. Для меня, всего лишь сгустка позитивных эмоций, достаточно странно видеть то, что не имеет души, но при этом живо. Как бы я ни пытался думать о тебе, как об обычном монстре, сколько бы не мирился с твоими проблемами и выходками, — всё бесполезно. Я честно пытался стать твоим другом, надеясь, что когда-то смогу найти способ тебе помочь, однако мой собственный эгоизм тебя и погубил. Вместо того, чтобы задуматься о причинах твоего поведения, я пошёл на поводу у эмоций и предпочёл решать свои проблемы. Хранитель никогда не должен так поступать. Прости, что я такой слабый и никчёмный…», — эти мысли его просто убивали, тут даже Шаттеред не нужен, он сам себя добьёт.

— «О-хо-хо, вот это прекрасно, чудесно, восхитительно! Давай, я хочу насладиться ещё более сильным чувством вины. Ты можешь лучше, я знаю», — буквально шептал ему на ухо монстр.

      — «Моя вина, что Инк страдает. Моя вина, что люди и монстры погибли, а вселенные под угрозой исчезновения. Какой из меня хранитель? Я жалкий и слабый, совершенно никчёмный…»

— «Ты ему не друг, и никогда им не был. Будь у него душа, ты бы не стал волонтёром, грёбаный эгоист. Помогаешь другим в угоду себе, не стыдно? Не удивительно, что он с ума сошёл, — с тобой любой рассудок потеряет».

      — «Эгоист. Я эгоист. Из-за меня все проблемы. Я — проблема», — скелет медленно погружался в пучину мрака. Он бы застрял там, если бы не один голос.       — Знаешь, ты вечно твердил о том, что вы с кальмаром — близнецы, родные братья, имеющие множество сходств, — завёл совершенно неожиданный разговор Глючный, благодаря которому хранитель пришёл в себя, — но на деле вы совершенно разные и ни капли друг на друга не похожи: не внешне, не характером. Да и ты, видно, малость отсталый, иначе не знаю, почему соображаешь как черепаха.       — О чём ты? — как-то равнодушно задал тот вопрос, поднимая тяжёлый взгляд.       — Да о том, что даже подобие… козла допёрло до того, что ты так яро отрицаешь, — пояснил собеседник, — и он куда разумнее отреагировал на эту новость.       — Так он знает? — удивление на лице Солнечного вспыхнуло также резко, как и диадема, решившая покинуть голову. К счастью, она всё ещё была на нём. — Когда? И… как давно?       — Недавно. Кросс слухи пустил, а он заглянул ко мне, чтобы их пресечь или убедиться, что они основаны на реальных событиях. Я и рассказал.       — И что, что он сказал?       — Ты сам знаешь: пока проблема не коснётся лично его планов и жизни, то ему глубоко посрать на всё, что будет волновать других. К тому же, он умудрился найти в этом выгоду, а именно — большая вероятность твоего летального исхода, так как заступиться за тебя больше некому, да и риск того, что тебя прирежет именно Инк, — повышается в разы. Для него это весьма хорошие новости.       — Ему совсем не важно, кто именно это сделает? — разочарованно спросил тот, будто бы на что-то надеясь.       — Разумеется, что нет, — иронически хмыкнул Глюче. — Ты для него — пустое место, и как тебя убивать — ему без разницы. Ему нужна только твоя душа, так что своими речами о братской любви ты его не переубедишь. Можешь даже не пытаться.       — Ха… Действительно, и чего я ожидал? — горестно улыбнулся Дрим, отводя опечаленный взгляд куда-то в сторону. Искажённая аура, а также противный шёпот монстра, заполняли голову мерзкими мыслями, а душу негативными чувствами.       Он бы и дальше так висел, вновь погружаясь в пучину невозврата, если бы не странный звук. Приподнявшись в самый последний момент, прямо на его глазах нить, державшая ногу, исчезла, заставив удивлённого скелета упасть на «пол» в немом молчании, если бы не удар рёбер о жёсткую поверхность. Тихо промычав, он осторожно привстал и сел, потирая спину и косясь на того, кто его всё же отпустил. Чужой силуэт расплывался перед глазами, заставляя щуриться и вглядываться; голова страшно гудела, словно бы кто-то ударил её молотком.       — Не трать моё время: у меня есть дела поважнее, чем с тобой тут возиться, — Ошибка с раздражением мягко «послал» нарушителя и развернулся, дабы создать путь отступления.       — Подожди! Я хотел ещё кое-что спросить, — окликнул его Мечта, кое-как встав на ноги. — «Ой, и почему всё так кружится?»

— «Потому что ты висел вниз головой, придурок».

      — Что? — презрительно фыркнув, тот обернулся и с недовольством смотрел, как хранитель поднимался.       — Жёлтый флакон, — выдавил из себя он, держась за раскалывающуюся от боли голову. — Жёлтый флакон, ты его не видел?       — Чего? — кажется собеседник искренне недоумевал, что от него хотят.       — Ну, флакончик. Небольшая пробирка с жёлтым сердечком в виде колпачка. Внутри краска, — в попытках объяснить, светлый принц пытался фокусировать взгляд на одной точке, хотя ноги по прежнему отказывались его держать и заметно тряслись. Однако видимость стала получше.       — Я только что сказал тебе, что твой друг слетел с катушек и уничтожает всё направо и налево, а тебя беспокоит какая-то краска?       — Это не просто краска. Для нас, может, и да, но для Инка это нечто ценное, в особенности жёлтая. Не могу сказать почему, — опустив голову, он на секунду прикрыл глаза и тихонько выдохнул. — Он всегда носит её на своём поясе, вместе с остальными, но когда мы виделись в последний раз, — её уже не было. Может, ты знаешь где она? Или Инк упоминал, где мог её потерять?       — Пх, мне что, по-твоему, делать нечего? — огрызнулся тот, нахмурившись. — Я не рассматриваю его прикид и не слежу за тем, в каких лохмотьях он щеголяет, а если бы что-то и заметил, то не сказал, ибо мне — плевать на него.       — Понятно, — как-то разочарованно вздохнул хранитель, сжимая рукой локоть левой руки. Глупый был вопрос. — Но если что-то узнаешь или найдёшь её сообщи мне, ладно?       — Обязательно, мне же заняться нечем.       — И Эррор.       — Чего ещё? — уже с усталостью взглянул на него чернокостный.       — Знаю, глупо отговаривать тебя от сотрудничества с ним или того, чем вы занимаетесь, — признавшись себе в этом, Позитив слабо улыбнулся и отвёл печальный взгляд. — Но будь настороже.       — Ты это к чему? — поднял тот надбровные дуги. — Угрожаешь мне?       — Вовсе нет! Может, Инк и ведёт себя как какой-то злодей и делает дурные вещи, но всё это лишь из-за того, что злость искажает его восприятие и не даёт увидеть полную картину, — пояснил хранитель. — Он может говорить всё что угодно, и делать то, чего никогда бы не стал, но это не означает, что теперь ему можно верить. Из-за своего эгоизма он будет делать только то, что выгодно ему, и к цели будет идти до конца, невзирая на последствия. В любой момент он может подставить тебя или, чего хуже, просто убить, так что будь осторожнее. Лишний раз не провоцируй его и не верь всему, что он говорит, даже если это и кажется правдой.       — Ага, так и сделаю.       На том и порешили. Эррор наконец-то открыл портал и покинул так называемый «дом», оставляя ослабленного и явно побитого жизнью скелета. Устало вздохнув, потеряв всякие силы, он упал на спину и раскинул конечности в стороны, словно вообразил себя маленькой звёздочкой. Прикрыл глаза и намеревался немного отдохнуть, но не тут-то было.

— «А чё это ты тут разлёгся, а? Устал что-ли?», — удивлённо выдал монстр, глядя на него сверху.

      — Ой, отстань от меня, — раздражённо фыркнул тот, отворачиваясь и закрывая глаза, — надоел уже. Итак проблем куча, ещё и ты тут лезешь. Пошёл вон.       Посланный на это лишь улыбнулся.

— «Это только начало, Дрим».