Hope is dead

      За столом из тёмного дуба, в окружении аккуратно сложенных стопок бумаг, книг и папок работал будущий правитель мультивселенной. Свеча, стоявшая на краю, не горела, так как естественный свет из не зашторенного окна освещал весь кабинет. В данный момент монстр переписывал имеющиеся вселенные на два отдельных листа: негативные и позитивные, распределяя их от самых защищённых до тех, куда может проникнуть любая эмоция. Из-за двух несносных персон, решивших впасть в детство, часть миров была безжалостно стёрта, а так как он не терпел грязи и не мог просто вычеркнуть уничтоженные АВ, ему пришлось их заново переписывать. Работы оказалось не так уж и много, однако лицезрение практически одинакового количества позитивных и негативных вселенных сильно подбешивало. Уж лучше бы их вообще не осталось.       В какой-то момент он ощутил лёгкое головокружение и слабость, от чего рука вздрогнула и сделала лишнюю линию. Отложив металлизированную перьевую ручку в сторону, он перевёл обеспокоенный взгляд на грудь, концентрируясь на внутренних ощущениях.       — «Как странно, — я чувствую слабость, словно небольшая крупица негатива бесследно исчезла. Но как такое возможно? Кто в здравом уме будет заниматься чисткой вселенных? — чуждая ему мысль пришла в голову и засела, заставляя делать то, что он больше всего ненавидел, — гадать. — Ну конечно, кто, если не мой, помешанный на жертвенном героизме, долбанутый брат? Я бы не удивился, если бы в его дрянную бошку пришла подобная идея, только вот это невозможно. Он не способен проникать в настолько тёмные, испещренные негативом вселенные. Уж я бы об этом точно знал».       Невозмутимо хмыкнув существо вернулось к работе, наконец дописывая последний лист и аккуратно убирая своё рабочее место. Однако странное чувство, засевшее в недрах души никак не отпускало.       — «Нет, всё же мне не показалось. Там явно что-то происходит. Надо бы сходить и проверить. Я, как будущий Бог этой дыры, не должен позволять каким-то шавкам подрывать мой авторитет, позволяя делать всё, что только вздумается».       Встав из-за стола, Кошмар прошёл к выходу и, открыв дверь, вышел в достаточно просторный, но давящий своей пустотой коридор. Закрыв кабинет, дабы ничей любопытный нос туда не сунулся, он заметил стоявшую в замке непривычную тишину, совсем не внушающую доверия.       — «Надеюсь, мне не придётся об этом беспокоиться».       Заверив себя ложной надеждой, он вздохнул, и, засунув руки в карманы, решительно направился в сторону кухни, ненароком вслушиваясь, в ожидании появления хоть какого-либо звука. Тишина сопровождала до самого порога, покуда его взору не предстала вымытая практически до блеска комната, пускай с той же огромной дырой в стене, остатками сажи на полу и возле плиты. Ковра, как и штор, больше не было, а повернув голову вправо, он с печалью отметил отсутствие прекрасного, вместительного дивана, однако заметил двух скелетов, откинутых на спинки кресел с запрокинутыми головами. Третьему места не хватило, так что он бесцеремонно развалился на столе, благо его ширина и длина это позволяли. Не сдержав насмешливой улыбки, Негатив негромко кашлянул и произнёс:       — Кхм, а я смотрю вы уже закончили и вовсю отдыхаете? — услышав поставленный голос владельца замка, двое резво подскочили со своих мест.       — Босс, — нервно улыбнулся Пыль, бросая на того взгляд, — а мы не ждали вас так скоро, — по какой-то причине он ощущал себя виноватым, и потому, вспомнив о бессовестном лодыре, грубо пихнул его локтём, от чего тот свалился на пол. — Поднимайся.       — Эй, если хотел поменяться со мной местами, то мог просто попросить, — необязательно было толкать, — с возмущением поднялся Киллер, потирая ушибленный бок, покуда не встретился взглядом с кальмаром. — Ой, босс, а вы тут откуда? Что-то я вас не заметил, хе-хе.       — Действительно, откуда же мне здесь взяться? В собственном замке-то, — наигранно удивился тот, закатив глаза и вздохнув. Уже от усталости, нежели беспокойства. Нервов не хватит, если каждый раз из-за чего-то переживать.       — Вы здесь потому, что что-то случилось или просто решили проверить нашу работу? — с интересом уточнил Даст, ибо начальство было непредсказуемо.       — Да, кое-что случилось, — подтвердил его слова Мар, кивнув. — В «ГореТейле» исчезла небольшая часть негатива, и я по-прежнему продолжаю ощущать как стремительно она убывает. Стоит убедиться, что это не очередной глюк или сбой, или не порождение какого-либо вируса. Лишние живые организмы нам здесь ни к чему.       — Понятно, — кивнул Пыльный, — в таком случае нам стоит это проверить.       — Это, конечно, всё очень хорошо, но мне бы знать, куда я дел свой топор, — вставил своё слово Хорр, потирая дырявую голову, — без него я никуда не пойду.       — Каким образом ты вообще умудрился его потерять? — недоуменно воскликнул убийца, выглядывая из-за стоявшего рядом. — Вы же с ним неразлучны.       — Кажется тогда, когда я молот брал, чтобы стену сломать, — не очень уверенно выдал тот, задумчиво глядя в сторону, — только вот не помню, куда его положил.       — На, — покуда скелет рассуждал о пропаже своего единственного и любимого оружия, его приятель уже телепортировал себе в руку топор и спешно передал владельцу, — больше чтоб не терял. Я не собираюсь вечно быть твоим оруженосцем.       — О, спасибо, — поблагодарил дырявоголовый, внимательно осматривая острое лезвие и проверяя надёжность рукояти.       — Вы закончили? — равнодушно взглянул на них монстр, от чьего нефритового глаза по их спинам прошли мурашки.       — Прошу простить мою дерзость, но мне кажется, что вам не стоит идти, — неожиданно вымолвил любитель капюшона, чей голос звучал на порядок тише. — Есть вероятность, что это всего лишь глюк, из-за чего вы впустую потратите своё время, да и к тому же: нельзя так просто оставить без присмотра замок, — кто-то должен остаться.       — «Мне нравится причина столь явного беспокойства, однако я сомневаюсь, что кто-то, в здравом рассудке, решит захватить это место, учитывая, что все прекрасно знают кому оно принадлежит», — надменно улыбнувшись собственной важности, он изрёк: — Моя интуиция подсказывает, что проблема вполне реальна, и что она, скорее всего, захочет битвы, поэтому я обязан там быть.       — Как скажете, — тут же ретировался скелет, положив руку на плечо приятеля. — Тогда можем отправляться.       — Эм, босс? — неуверенно и малость встревоженно обратился Килл, нервно перебирая пальцами.       — Ах, да, как же я мог отправить тебя совершенно безоружным? — неловко рассмеялся монстр, уже и позабыв о том, что не так давно изъял всё, что тот имел. Достав откуда-то два изящных клинка, щупальца аккуратно вложили их в чужие раскрытые ладони. — Вот, возьми их.       — Спасибо-спасибо-спасибо! Босс, вы просто лучший! — радостно залепетал скелет, чуть ли не обнимаясь с ними, с улыбкой наслаждаясь вкусом и запахом лезвий. Видимо два дня — это его придел.       — А теперь в путь, — приказал тот, и они телепортировались, покинув старый, местами разваливающийся замок.

***

      Сухой и разгорячённый воздух был достаточно тяжёлым, а само пребывание в подобном месте лишь удручало и заставляло чувствовать себя как на ладони, будто мишень для стрелка. Парням такая атмосфера нисколько не мешала ощущать свободу и безнаказанность, покуда их босс реально наслаждался витавшими в воздухе чувствами страха и безнадёжности. Заметив кого-то впереди, Кошмар уверенно направился к возможному источнику своей слабости, покуда его команда, чуть разойдясь по сторонам, охватывая большую территорию для пущей безопасности, шла за ним и внимательно осматривала местность.       — Тут, конечно, знатно повеселились, — присвистнул убийца, окидывая взглядом кучки праха, — правда жаль, что это веселье прошло без меня.       — Думай, что говоришь, придурок, — напомнил Пыльный, раздражённо цокнув. — Тот, кто это сделал, решил навредить нашему боссу, а это — сродни предательству.       — Думаешь, это был Кросс? — невзначай упомянул тот с интересом.       — Нет, точно нет, — покачав головой, скелет отвёл взгляд, прислушиваясь к странным звукам, идущим спереди.        Остановившись где-то в нескольких метрах от потенциальной опасности, пока ещё стоявшей к нему спиной, Негатив вдохнул полной грудью шквал сильных эмоций, шедших от скелета, чей наряд был до боли ему знаком.       — «Инк? Так это его рук дело? Вот уж неожиданность. Эррор, конечно, упоминал, что разрушение миров сделали его сумасшедшим, но я не думал, что настолько. От него так и разит злобой. Не думаю, что он согласится присоединиться ко мне, но попробовать стоит», — его удивление было понятно, ибо бывший хранитель уж точно не вписывался в картину происходящего, однако подобное нисколько не помешает ему воплотить план. — Меньше всего на свете я ожидал увидеть здесь именно тебя, — поприветствовал он лёгкой ухмылкой своего оппонента. — «Почему-то я даже рад, что это не Дрим».       — Жрать захотел? — грубо спросил тот, обернувшись. От ясного и внимательного взгляда нефрита не скрылось ловкое движение руки, где уже образовалось опасное оружие, что вынудило остаться на месте. Троица также заметила этот жест, и, приготовив оружие, оставалась настороже. — Если нет, то я не знаю, с хера ли ты сюда пришёл.       — Пребывание здесь и вкус твоих эмоций уже насыщают мой организм, — лукаво улыбнулся принц, переводя взгляд с оружия на чужое лицо. Он пытался распознать в этих меняющихся глазах эмоции, что скрыты внутри, но был неприятно озадачен. — «Что? Почему я ничего не чувствую? Разве может быть его гнев вызван без какой-либо поддерживающей эмоции? Он может чувствовать только злость? Такое разве бывает?» — нахмурившись, теперь уже с недоверием смотря на художника, он продолжил с немного тревожной улыбкой: — Знаешь, как ощущается страх? Как дрожь в руках при виде окровавленного тела. Или как обжигающий воздух в пустых лёгких.       — И на кой чёрт мне сдалась эта информация? — раздражённо бросил тот, крепче сжимая оружие.       — Не обращай внимания: это так - мысли вслух, — беззаботно повёл плечами монстр, подмечая такую же нервозность у противника, как и до этого, — я здесь по другой причине. Думал, что если просто зайдёшь и перебьёшь парочку монстров от скуки, то этого никто не заметит?       — И что? Ты мне выговор хочешь сделать? — недовольно поднял скелет надбровные дуги, смотря с презрением. — Что-то по типу: «ты не злодей» или «хранители так не поступают»?       — Нет, мне просто было любопытно воочию увидеть то, во что ты превратился, — широкая улыбка отразилась безумием на его лице, покуда щупальца извивались в скользком танце. — Знаешь, ты проделал отличную работу, — это даже превзошло все мои ожидания, — нефритовый глаз хищно прошёлся по следам смерти, оставленных творцом, — однако похвалить тебя не могу, ибо ты зашёл на мою территорию.       — Создатель правый, я что, должен был испугаться твоего командирского тона?       — Ты сильный, Инк, — подметил тот, — и мне бы хотелось иметь тебя в качестве союзника, а не врага. Ты бы мог помочь мне избавиться от моего никчёмного братца и поспособствовать моему становлению Богом. Я же подсобил бы тебе с уничтожением миров после этого. Что скажешь? Забудем старые обиды и объединим усилия ради общей цели?       — Не в твоих интересах предлагать мир, — скептически хмыкнул скелет, хмурясь. — А если я откажу? Убьёшь меня?       — Мне бы очень этого не хотелось, — честно признал он, слабо улыбнувшись.       — В таком случае, я убью тебя раньше, — скелет встал в боевую стойку, готовясь напасть в ближайшие секунды.       — Что ж, если хочешь по-плохому, будет по-плохому, — несколько разочарованно вздохнул принц, щёлкая пальцами, привлекая внимание подчинённых. — «Если он не хочет идти по своей воле, значит пойдёт против, — не вижу разницы», — его глаз сверкнул недобрым светом, на лицо выползла жуткая и широкая улыбка, больше похожая на оскал, и уста произнесли лишь одну фразу: — Разберитесь с ним.       Услышав приказ, парни молча перекинулись понятными для них взглядами и отбросили былую беззаботность, надев на лица серьёзные маски. Они практически одновременно рванули со своих мест, правда первым в бой ринулся Хоррор. Решив брать врага своей прямотой, он атаковал в лоб, размахивая достаточно тяжёлым орудием. Вот только художник мастерски увернулся, из-за чего топор ударил землю и в ней же засел. Ему потребуется лишняя минута, чтобы его оттуда вытащить. Прикрывая своего товарища, Пыль атаковал на расстоянии, посылая ряды заострённых костей в Чернильного, интервалом в пять секунд. Тот, пускай и был застигнут врасплох, быстро сменил оружие и, уходя прыжками с линии атаки, отбивался Бруми. Пока он оборонялся, ещё один скелет решил напасть со спины, вот только когда он бросил нож в чужой череп, оружие рассекло лишь воздух, ибо враг успел ретироваться. От такого исхода он даже впал в короткий ступор.       — Да блять, — негромко цокнув, выразившись крайне некультурно, Киллер принялся высматривать местность, гадая, где же тот соизволит появиться.       Троица разбрелась в стороны и внимательно прислушивалась, осматривая внушительную территорию, оставаясь настороже. Каждый был готов отскочить в сторону, если скелет возникнет прямо перед лицом, однако кое-кто с этим не справился. Выбив из рук топор того, кто не сразу опомнился, бывший хранитель задел рукав синей куртки, тут же переключаясь на напавшего Даста. Впрочем, ему всё же удалось увернуться от стен костей, шипов из них же и ряда летящих друг за дружкой гастер-бластеров, что конкретно раздражало нападавшего. Таким образом они атаковали с двух сторон, намереваясь вымотать этого монстра, ибо другой тактики в голову не пришло. Идея казалась не сложной, и вполне реальной. Тем не менее убийца стоял неподалёку и совершенно не участвовал в том, что так сильно любил, — он лишь молча наблюдал и анализировал ситуацию, пытаясь придумать план получше.       — «Нет, так не пойдёт. Мы превосходим его количеством, а он нас — силой и ловкостью. Он гораздо выносливее нас троих, так что сыграть на усталости не получится. Можно атаковать одновременно всем, но от этого он также легко может уйти. Думай. Что можно предпринять? Ребята долго не протянут, я должен что-то придумать», — тревога в теле лишь усиливалась, никак не помогая найти верного ответа. Скелету оставалось молча наблюдать за битвой, критикуя себя за бестолковость, попутно следя за состоянием товарищей и надеясь, что враг сдастся первым.       За происходящим, с достаточно удалённой точки, наблюдал тёмный принц. Он хорошо чувствовал накалённую атмосферу, ровно как и смятение подчинённого, а также странную ауру вокруг бывшего хранителя. Вмешиваться он не собирался, так как был полностью уверен, что останется в выигрыше. Единственное, что его беспокоило, — это дурацкий голос, шедший справа.

«Это была плохая идея…»

      — О чём ты говоришь?

«Неужели ты не заметил? С Инком что-то не так. Его эмоции ощущаются иначе, нежели у остальных. Они словно… ненастоящие».

      — Да, я тоже это почувствовал, — согласился тот. — Я хотел узнать, что скрывает его гнев и такая сильная злость, но там было пусто. Он будто способен испытывать лишь одну эмоцию за раз. Разве такое возможно?

«Ты сам прекрасно это знаешь. Подобного рода эксперименты делают эмоции пускай и неполноценными и кратковременными, однако они становятся в два раза мощнее обычных. Не мне говорить, что такое за собой влечёт».

      — Чёрт, так вот что за тревожащее чувство меня поедало, — негромко цыкнул монстр, нахмурившись. — От этого урода можно ожидать чего угодно, ведь он — не контролируем. Почему ты сразу мне не сказал?

      «Я говорил, просто ты не хотел слушать…»

      — Парни, мы уходим! — крикнул он что есть сил, вот только опоздал.       Дырявоголовый уверенно бежал на противника, размахивая топором, но он не заметил направленного на него оружия и тупо налетел на него всем телом, позволив острой кости пройти сквозь душу и выйти из-за спины. Суженый алый зрачок трепыхался от боли в груди, где виднелась небольшая дырочка. Руку пробрала судорога, вследствие чего она выронила топор. Тело прошибло холодным потом, ноги совсем не держали, а глазница потухла. Упав в пучину беспамятства, он издал посмертный хрип, больше похожий на стон, после чего превратился в кучку праха. Осыпавшись горкой возле топора, эта серая масса одиноко лежала на снегу, будто забытый кем-то мусор. Однако долго она так не пролежала: бывший хранитель безжалостно её растоптал, подняв пыль в воздух, не переставая улыбаться.       Даст, впав в оцепенение, недоумевающе смотрел на стоявшую перед глазами картину, никак не осознавая, что это реально. В его голове просто не укладывалось, как такое вообще могло случиться? И главное, почему именно Хоррор? Пока душа отбивала тревожную симфонию, в голове стояла угнетающая пустота. Он ощущал разные эмоции, разные спектры реальности, но никак не мог выделить что-то конкретное. Казалось, словно в его голове нарастал странный гул, постепенно сводящий с ума. Когда же его напуганный взгляд упал на кучку праха, то увидеть он смог лишь пыль, осевшую возле топора, но никак не товарища. И всё было в таких кровавых тонах… ещё и этот голос.

«Это всё из-за тебя»

«Из-за тебя он погиб»

«Ты его убил»

«Убийца»

«ПРЕДАТЕЛЬ»

      Глубоко-синие радужки на миг оставили глазницы, но буквально через минуту вспыхнули так ярко, что источали ледяной холод, смешанный с острой опасностью. Сжав кулаки до тихого хруста, он вдруг дёрнулся с места и, опьянённый жаждой мести, побежал на врага. Голос говорил, что ему делать, направлял его, — он же следовал инстинктам. Послав кости в художника, тем самым отвлекая, он телепортировался ему за спину, готовясь к решающему удару. Вот только враг и это предвидел. Отразив чужую атаку, он взялся за противоположный конец оружия и резко рассёк воздух позади.       Объятый гневом и ненавистью отуманенный разум не сразу понял, в чём дело. Он лишь ощутил странную боль в душе и рёбрах, а также дрожь по всему телу. Тупая боль перешла в голову и отдавала в спине, однако даже после того, как кость из него изъяли, он лишь смотрел на рану, прикрывая ту руками и ничего не осознавал. Ноги подкосились, и ему не удалось сделать и шага назад, из-за чего он упал на холодную землю.              — Нет, нет, нет… всё не должно было так закончиться! — взгляд пал на одиноко лежавший на снегу топор, вызывая приступ вины. — Хоррор… прости. Ты не должен был умирать. Никто не должен был… Это всё я… нужно было прислушаться к своей интуиции, — вдруг его затуманенный взгляд обратил внимание на стоявшего вдалеке, после чего он практически шёпотом произнёс: — Килл… прошу, уходи, не геройствуй. Кто-то должен остаться с боссом…       На последнем издыхании попросив приятеля, скелет обратился в прах, который сразу же безжалостно растоптали. Убийца, что всё это время молча стоял и глядел на жуткие картины, неожиданно начал смеяться. Не так, как от боли или переходя в плач, а так, словно он услышал лучшую шутку в своей жизни. И с каждым разом смех становился всё громче и громче, пока не стал оглушающим. Это помогло кальмару прийти в себя.       — Ох, чёрт возьми… — первое, что он сказал, спустя несколько минут немого ступора. Он отчётливо видел их смерть, но так ничего и не предпринял. Впал в ступор, как какой-то слабак. Почему он вообще там стоял?       Душа Киллера, некогда бывшая в виде красной мишени, превратилась в мутное пятно и бешено вращалась. Достав из кармана ещё один острый нож он ухмыльнулся, а белые точки зрачков покинули глазницы. Из тех тут же начала медленно стекать чёрная и вязкая жижа, понемногу капая на снег.       — Ух, вот это сейчас было красиво, — с ухмылкой вымолвил он, размазывая по лицу грязь. — Я так и не понял, что он там бормотал, но, надеюсь, что это не была просьба убегать. Потому что я не собираюсь её выполнять.       Решительно бросившись в бой, он безостановочно атаковал врага, сумев порезать его скулу, отрезать кусочек шарфа, прорезать ремень подтяжки и даже оставить небольшую дырочку в футболке. Только этого было недостаточно. Будь у него хоть немного времени, он бы смог хоть как-то серьёзно того ранить, однако вышло всё с точностью наоборот. Когда Инк сменил оружие и дождался нужного момента, то он с лёгкостью нанёс удар по открытой душе. Слишком поздно отскочил от него скелет и, потеряв равновесие, рухнул на колени. Боли он не чувствовал, но пошевелиться просто не мог. Душа, хоть и разделилась на две половины, однако всё ещё держалась вместе, давая шансы прожить чуть больше. Если бы у него были силы, то он бы с лёгкостью убрался отсюда. Но сил нет. Ни жить, ни сражаться.       — «Вот же ж. Чёрт», — тихо усмехнулся тот, смеясь над собственной слабостью.       Медленно ступая к своей жертве, творец остановился перед ним и окинул пустым, хоть и раздражённым взглядом. Подняв вверх своё оружие, намереваясь убить ещё одного, он замер, стоило сидевшей на коленях жертве заговорить:       — Знаешь, в чём разница между тобой и голубым сыром? Благородная плесень испортила его внешний и внутренний мир, но от этого он стал лучше. А тебя эта плесень не приняла, — отравила, и теперь ты отравляешь всех остальных.       Монстр, чей взгляд был пуст, а череп покрыт стекающей ненавистью, продолжал улыбаться, словно радуясь тому, что наконец-то смог это сказать. Разумеется, что сыр не имел ничего общего с бывшим хранителем, но эта первая ассоциация, пришедшая в голову. Может, он не был так хорош в понимании чужих эмоций как близнецы, однако даже он смог разглядеть особенность Инка, хоть и не до конца её понимая. Задумавшись на секунду об этих словах, скелет встряхнул головой и замахнулся. Убийца лишь прикрыл глаза и ждал своей участи. Всё равно он больше не сможет драться. Да и… защищать ему больше нечего.       — Нет, только не снова! — в каком-то аффективном состоянии воскликнул Мар, бросившись спасать единственного, кто ещё мог дышать. Его вектора оттолкнули творца, заставляя того отлететь на неопределённое расстояние. И пока тот поднимался, он схватил своего вялого подчинённого, крепко обмотал щупальцами и произнёс напоследок:       — До встречи в аду, тварь.

***

      В одну секунду они появились в замке, благо существо не нуждалось в трате времени на открытие порталов. Переводя дух, слишком часто вдыхая, он наконец оправился, и, бросив взгляд на едва стоявшего на ногах подчинённого, подхватил его со спины, придерживая щупальцами, и довёл до дивана, куда весьма жёстко посадил и опустился пред ним на колено.       — Э-эм, босс? — удивлённо и как-то взволнованно вопросил Килл, немного не понимая, чего тот хочет.       — Только попробуй мне помереть, — я тебя из-под земли достану, — раздражённо бросил Мар, хмурясь.       — Это значит, что вы готовы пойти на тот свет ради меня? — улыбнулся скелет, ощущая собственную важность. — Это так мило.       — Заткнись или я помогу тебе с этим, — сквозь зубы процедил тот, сосредоточив внимание на чужой душе. Красно-белая мишень никак не изменила цвет и даже нормально функционировала, если не брать во внимание, что она состояла из двух частей и держалась буквально на каких-то соплях. — «Чёрт, теперь я жалею, что не обладаю лечебной магией, как мой брат. Нужно что-то придумать и быстро: не думаю, что он сможет самостоятельно оправиться после такой травмы. Это тебе не ногу вправлять».       Резко поднявшись на тяжком выдохе, существо внимательно осмотрело убийцу, пытаясь прикинуть в голове план действий. Пока душа ещё функционирует — время есть, но его немного. Следовало либо привести сюда брата, либо искать помощи от кого-то другого, хотя тут уже шансы ниже.       — Мне нужно к Эррору, — не раздумывая произнёс он. — Постарайся не умереть здесь.       — Я вас понял, — усмехнулся тот, вдруг закашляв. По челюсти потекли чёрные капли ненависти, капая на диван, словно кровь при попадании в лёгкие. — Н-не волнуйтесь… не пропаду.       Закатив в раздражении и лёгкой усталости глаз, владелец замка мигом превратился в негативный шар и растворился в воздухе.

***

      Очутился Кошмар уже в пустоте. Не теряя и секунды лишнего времени он, повернув голову вправо, немедленно пошёл в противоположную сторону. К сожалению, заметить местного жителя было попросту невозможно, так что по нелепой случайности они врезались, и лишь кальмар смог каким-то чудом устоять на ногах, отступив на полшага назад. Второй же валялся на «полу» и морщился от боли в тазу, бросая огорчённый взгляд на сломанные, валявшиеся рядом плитки шоколада, а также смиряя виновника весьма недобрым взглядом рассерженных глаз.       — Что опять? — крайне раздражённо пробормотал тот, поднимаясь и потирая ушибленное место, не прекращая смотреть исподлобья.       — Разговор есть, серьёзный. Насчёт Инка, — чётко произнёс принц, чья аура очень странно трепетала, хоть и ощущалась полной негатива.       — Я и не сомневался, — криво усмехнувшись, закатил Глюче глаза, нитями поднимая весь шоколад и отправляя в сторону пуфика. — И что на этот раз натворил наш негодник?       — Я ощутил непривычную потерю негатива в «ГореТейле», так что мы поспешили проверить её на возможные глюки или вирусы, — кратко изложил тот, покуда вектора извивались в каком-то нервном танце: вначале подрагивая, затем замирая на пару секунд. — Когда мы туда пришли, то совершенно не узнали этого места: в воздухе стоял запах крови и гниющей плоти, а в округе лежали кучи праха, а главное — гробовая тишина, и Инк, который за небольшой промежуток времени это всё сотворил. Я пытался переманить его на свою сторону, но ничего не вышло. Он был непоколебим, так что без сожаления убил Даста и Хоррора. Мы с Киллером, хоть его и ранили, едва успели унести оттуда ноги.       Разделив с ним свои смешанные чувства, Негатив внимательно следил за тем, как быстро раздражение сменилось удивлением, а следом и равнодушием на чужом лице. От скелета шёл поток беспокойства, смешанного с недоумением, однако он предпочёл сделать вид, словно ему всё равно. Подобное хранитель тьмы замечал лучше всего, в особенности то, как яро существо пытается скрыть собственные чувства. Это всегда забавляло.       — Пф, и чё? Я должен оплакивать их? — с удачно получившимся равнодушием усмехнулся он. — Они не были мне чем-то родным или дорогим, чтобы я, как сучка, сейчас рыдал.       — «Тц, он как будто души лишится, если не скажет очередную колкость», — нахмурился монстр, ненароком сжав кулаки до слабого покалывания в ладонях. — Нет, я не в этом плане, — помотав головой, он отвёл взгляд в сторону и тихо вздохнул. — Важна не их смерть, а его преступление.       — Ты можешь перестать говорить загадками и сказать нормальным языком? — раздражённо процедил тот.       — Я хотел сказать, что… Имею в виду тот факт, что ты… ну… Ты знаешь, — существо просто стало что-то бессвязно бубнеть себе под нос, никак не находя подходящих слов. Вектора за спиной активно двигались, будто бы разговаривая друг с другом; нефритовый глаз растерянно ходил из стороны в сторону.       — Чего ты там бормочешь? Не слышу.       — Я хотел сказать, что ты… был прав, — устало вздохнул он, наконец-то признав собственную неправоту. — «Никогда бы не подумал, что скажу нечто подобное. Оказывается, это не так просто».       — То есть ты признаёшь, что тоже можешь ошибаться? — лукаво улыбнулся чернокостный, решив немного позлорадствовать.       — Да, и хватит уже надо мной глумиться! — в гневе бросил Мар, возвращая серьёзное лицо. Он едва держал себя в руках, чтобы не преподать урок этому наглецу. — «Иначе я за себя не отвечаю…»       — Хорошо. И в чём именно я был прав?       — В том, что не зря искал причину, — объяснение того, что произошло с хранителем, — кратко отозвался кальмар. — Никто не способен так сильно измениться за такой короткий промежуток времени. Ты был прав, когда пытался внушить мне эти мысли. Мне стоило к ним прислушаться, возможно тогда они были бы живы.       — Значит, ты передумал? — поднял надбровные дуги Глючный. — Сам же твердил, что это прекрасная новость, так ещё и для себя выгоду извлёк.       — Я раньше так думал. После случившегося сегодня, я уже не уверен, что от него будет хоть какая-то польза, — тяжёлый вздох вышел из его уст, покуда печальный взгляд бродил по пустоте. — Мне бы хотелось иметь его в качестве союзника, чтобы заполучить последнее золотое яблоко и убить идиота-брата, но после того, что там произошло…       — Хочешь сказать, что боишься?       — Я не боюсь смерти или того, что меня могут убить, — если ты об этом. Меня волнует, что этот псих сорвёт все мои планы. Если бы я мог подчинить его своей воле и управлять, то это дало бы мне неплохие шансы в борьбе. Однако он убил моих ребят, так что у меня и желания нет с ним сотрудничать.       — А что же твой брат? Ты ведь хочешь его убить, а с таким Инком, пусть и мудаком, шансы-то выше, — полюбопытствовал тот.       Но монстр ему не ответил. Лишь отвёл взгляд и усилил негативную ауру, намекая, что подобный вопрос произносить вслух уж точно не следовало. Излишнюю честность и прямоту в собеседнике он, разумеется, ценил, но только тогда, когда это имело место.       — «Ха, понятия не имею, что он хочет услышать. Что: «да, я хочу убить собственного брата, но не могу позволить, чтобы это сделало такое чудовище»? Какая разница, кто лишит его жизни? Мне вообще на это плевать! Просто… какой бы мразью он ни был, но даже он не заслуживает умереть от рук этого психа…» — хоть и вынужденно, но осьминог признал одну правду: ему не всё равно, кто убьёт родного брата. — Я не знаю, какие цели он преследует и чего пытается добиться, поэтому и не могу с уверенностью сказать, что воспользуюсь случаем.       — Я знаю, — неожиданно произнёс собеседник, заинтересовав его.       — Правда? — удивлённо изрёк тот. — И что же это за причина такая?       — Это, как он выразился, «месть Создателям», — кавычками обозначил говоривший чужие слова. — Сказал, что они все лицемеры и лжецы, что пользуются имеющейся над нами властью и распоряжаются нашей жизнью, притом совершенно неумело. Ну, он и решил уничтожить их «дорогие игрушки», чтобы они на своей шкуре ощутили то же, что и мы.       — Звучит как первое, что пришло в голову, — скептично нахмурился кальмар. — Не думаю, что это причина, — должна быть другая.       — Ну не знаю, как по мне — и такая сойдёт, — пожал плечами Ошибка, окидывая взглядом пустоту. — Мне как-то похуй на его «истинные мотивы».       — Мы что, поменялись местами? — изумлённо хмыкнул собеседник, скрещивая руки на груди. — Помниться я раньше также говорил.       — Пф, и что? Мы уничтожаем миры, — это же круто! Мне не надо больше ни с кем сражаться, не нужно терпеть тупые идеи о перемирии. Чёртовы Создатели, да я об этом всю жизнь мечтал! На кой чёрт меня должно беспокоить его состояние?       — А ты уверен, что это то, чего ты действительно всегда хотел? — уточнил Кошмар, пронзая холодным взглядом.       — Мне кажется, я лучше знаю свои желания, — огрызнулся тот, нахмурившись.       — Знаешь, ты можешь врать другим сколько угодно, но от меня этого не скроешь, — напомнил о своей роли хранитель негатива. — Я прекрасно вижу, что за твоей чрезмерной агрессией и грубостью скрывается израненная обидой душа. Вероятно, твоя мечта показалась тебе несбыточной или ты в ней разочаровался, — не важно, — в любом случае от собственных чувств не убежишь, уж поверь мне. Будет куда проще, если ты примешь эти эмоции и будешь с ними жить, а не игнорировать и пытаться подавлять. Просто прими к сведению.       На этой ноте он поспешил покинуть пустоту и мигом вернулся в замок, так и не дождавшись ответа. На диване, удобно устроившись, по-прежнему лежал скелет, подбрасывая в воздух нож, каждый раз успевая его поймать. Ощутив чужую ауру, что медленно расширялась от негатива, он повернул голову и широко улыбнулся.       — О, босс, уже вернулись? Быстро же вы, — с усмешкой вымолвил он, на лету поймав нож, — а мне тут скучно стало, вот и решил себя развлечь.       — Киллер, — закипая от злости прошипел недовольный кальмар, сжимая кулаки, покуда аура страшно росла и чернела, — живо убрал нож, иначе я его тебе так задницу запихну, что-…