Мондштадтское солнце

      Дождавшись ночи и собрав небольшие пожитки, Тома скользнул мимо неосвещенных участков подле домов, пытаясь слиться с окружающей его мглой. Ему повезло на этот раз, ведь вечерняя роса в нагревшемся на солнце Рито превратилась в густой туман, стелющийся по улицам.       Тома не знал, чем закончился визит главы клана Камисато к комиссии Кандзё, но был уверен, что для него это хорошим не обернется. Чем больше внимания твоя персона вызывает к членам трикомиссии, тем меньше шансов на спокойную жизнь.       Вечерний караул медленно прошел мимо, и шанс ускользнуть наконец-то открылся ему. Медленно спускаясь с обрыва и окунаясь в прибрежную пелену, Томе вдруг послышался шорох где-то справа от него, но он не предал этому особого значения до тех пор, пока из пелены тумана не выступил страж комиссии Кандзё.       — Тома, — отозвался голос стражника, — Прекрати уже скрываться от меня! С сегодняшнего дня тебе позволено покидать остров в любое время. Так что можешь просто…       — Фух, это ты, Кáгума! — выдохнул Тома, стряхивая с одежды пыль, — Как же я рад тебя видеть! Так ты знал, что я ухожу с острова каждую ночь?       — Конечно! Никто и ничто не может скрыться от моих глаз, — гордо отозвался о себе Кáгума, пока Тома остерегающе оглядывался по сторонам, — Не бойся, об этом знал только я. Некоторые меры воздействия Сёгуната на мирных людей бывают слишком жестокими, и я не могу разделять их взгляды в этом… Тем более, ты спас моего Тотóмо.       — Тотомо? — удивленно вскинул брови Тома.       — Пёс с коротким хвостом и белыми пушистыми кисточками на ушах, его зовут Тотомо. Постоялец выгнал его из дома, пока я находился на службе, я пытался найти его, но все мои попытки были безуспешны, пока я не увидел тебя и Тотомо, перебегающих по насыпи на Наруками. Я знал, что тебя назначили «ночным убойным», но я не мог поверить своим глазам, что кто-то может жертвовать своей спокойной жизнью ради никому не нужных питомцев. Я очень благодарен тебе за это, поэтому и позволял тебе каждую ночь незамеченным пробираться на остров, — Кагума сделал небольшой поклон в благодарность.       — Так получается мне никогда не удавалось ускользнуть незамеченным и все мои надежды на то, что когда-нибудь я смогу стать по меньшей мере самым настоящим ниндзя, были тщетны?       — Получается, что так.       Они оба усмехнулись и с теплом посмотрели друг другу в глаза.       — Иди, — похлопав Тому по плечу сказал стражник, и развернувшись, направился к своему посту.       — Боюсь, что я не верну…       — Я знаю, — перебил его Кагума и кивнул с одобрением, — Найди то, зачем оказался здесь. Надеюсь, когда-нибудь я смогу тебя отблагодарить за твою доброту.       Тома кивнул в ответ и быстро направился через отмель к острову Наруками. Впереди виднелась знакомая деревня Конда с ее теплыми лампадами на окнах и стрекотом насекомых в густой поросли вокруг неё. Хоть ему и удавалось сбегать с острова, чтобы навестить пушистых товарищей, но Тома никогда не приближался к деревне так близко, как сейчас. Раньше ему казалось, что она раскинулась на половину острова, но в действительности вся деревня состояла не более, чем из пяти обветшалых домов.       От небольших поселений всегда веет теплом и уютом, разве что это было исключением. Если бы не трясущееся пламя в лампадках на окнах, можно было бы сказать, что люди давно уже покинули это место… Либо по какой-то неясной причине они стараются не выходить из своих теплых домов по ночам.       Сзади послышался шорох, словно кто-то неспешно следовал за ночным гостем и прятался в тени, как только он начинал оглядываться по сторонам.       — Здесь есть кто-то? — едва слышно спросил Тома. По спине пробежал холодок, обдавая прохладой взмокшую спину.       Теперь шорох повторился, но находился уже совсем в другой стороне. Пытаясь не паниковать, парень натянул ремешок сумки, взявшись покрепче, и медленно пошел дальше мимо домов.       Что-то сверкнуло в кустах, и теперь небольшое волнение стало перерастать в интерес. Быть может это спасенные им животные пытаются обратить на себя внимание? Он подошел ближе и в этот миг прямо перед ним из высокой травы выпрыгнула лисица. Её пушистый рыжий хвост завилял из стороны в сторону, а горящие глаза блеснули в сторону маленького напуганного мышонка, который пытался спрятаться за ногой парня.       — Ох, так это ты и не за мной вовсе следила, — выдохнул Тома и потянулся в небольшой боковой кармашек сумки, — Вот, держи, и отпусти этого кроху к его семье.       Парень протянул кусочек хлеба и положил недалеко от лисицы. Она медленно потянулась за кусочком, принюхиваясь к нему своим большим мокрым носом. Мышка же, ощущая, как внимание лисицы переключилось на что-то другое, юрко помчалась между травинок, пытаясь убежать как можно дальше, пока её пропажу не заметили. Лисица быстро расправилась с предложенными угощениями и переключила внимание на Тому, оценивающе разглядывая его с ног до головы. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, пока она не развернулась и не пошагала вдоль дороги, постоянно оборачиваясь на нового знакомого, будто бы зазывая его с собой. Тома принял приглашение и медленно последовал за ней.       Они недолго брели по насыпной тропинке, пока лисица не запрыгнула на небольшое освещенное свечами возвышение. Это было похоже на скромное святилище, посвященное чему-то, о чем Тома не знал, а рядом с небольшой деревянной застройкой стояла каменная статуя, размером точь-в-точь как лисица, что позвала его за собой.       — Должно быть, ты защищаешь это место… Оно священно для тебя, не так ли? — спросил Тома.       Лисица лишь несколько раз обернулась вокруг себя, пытаясь удобно расположиться.       — Прости, но я не знаю, что это за место и для чего оно предназначено. Но если вдруг оно посвящено какому-то божеству, я хотел лишь спросить, не видел ли священный дух моего отца? Быть может, он тоже проходил здесь однажды?       Ответа, как и ожидалось, не последовало. А лисица улеглась на лапки и устремила свой взгляд на огромную луну, которая как кстати освещала всё вокруг. Он обернулся, чтобы тоже увидеть его голубой лик на темном небе, но внимание привлекло огромное дерево, раскинувшееся перед обрывом, и две человеческие фигуры, сидевшие на краю, и примкнувшие лицами друг к другу. Тома решил не тревожить влюбленных, потому распрощался со своей новой знакомой небольшим поклоном и побрел дальше по тропинке, в сторону густо освещенного города.

***

      Единственным ярким городом впереди мог быть лишь центр Инадзумы. Красивый и строгий, окруженный, наверное, дюжиной стражников с любого подхода — место царствия великого Сёгуна. Но где на всём острове Наруками он мог найти то, зачем бежал посреди ночи? Находится ли имение Камисато в пределах центральной площади Инадзумы, или же ему нужно двигаться в другом направлении? Стоило задуматься об этом, как музыка, доносившаяся неподалеку отвлекла его.       Тануки! Настоящий Тануки, кружась и размахивая лапками, словно в танце, был от него в нескольких шагах. О них он слышал только из рассказов местных жителей. Только вот Томе совсем позабылось, что нужно делать, если вдруг среди ночи увидишь танцующего Тануки. Он точно знал, что в истории говорилось о том, что нужно следовать за ним, вот только не помнил, чем могло завершиться такое приключение: смертельной ловушкой или же находкой настоящего сокровища. Но Тома решил, что ничего страшнее того, что происходило с ним за последнее время, уже не может произойти, поэтому он покорно направился в сторону озорного Тануки.

***

      В какой-то момент Томе показалось, что Тануки ведет его целенаправленно в лес, освещенный волшебной красоты цветами и деревьями, но Тануки минул загадочный лес и направился дальше. Дорога лежала прямо через горы. Теперь ощущение того, что озорной путник пытался просто посмеяться над своим преследователем, не покидало его. Но надежда всё еще вела его вперед. И вот, взобравшись на последний склон, перед ним возникло огромное и величественное здание, окруженное высоким ограждением, и стоявшее прямо на краю склона. Тануки довольно похлопал в ладоши и словно испарился на месте. Тома поблагодарил его, оставив остатки провизии на небольшом камне, и направился вперед.       Начинало светать, но солнце еще не показалось на горизонте. По обе стороны от ворот стояли стражники, и при появлении Томы они машинально положили руку на оружие.       — Здравствуйте, — громко произнес Тома, обращаясь к ним, — Извините, а этот дом случайно не принадлежит клану Камисато?       — На кой тебе знать? — резко отрезал один из стражников. Тома не знал, что ответить. Ведь Аято пригласил его в гости не более, чем из вежливости. Ведь он явно не ждал, что тот решит воспользоваться предложением не дожидаясь и утра.       — Иди куда шел, — вторил второй стражник, деловито перебирая пальцами узоры ножен меча.       Он не мог сказать, что пришел сюда по приглашению Господина. Не мог, потому что стражники тут же бы его обсмеяли. Грязный, уставший в дороге, больше походивший на бродягу, чем на званного гостя. Он опустил голову, обдумывая, что мог бы сделать, а тем временем изнутри двора послышались шаги, и чей-то женский голос произнес:       — Вы, должно быть, Господин Тома? — произнесла женщина средних лет, похожая на гувернантку в знатных домах.       — Д-да, — опешил юноша, бегая взглядом с женщины на стражников, и назад.       — Прошу вас, проходите. Господа, пропустите юношу, он гость Молодого Господина.       Стражники напугано переглянулись и в повиновение отступили в стороны. И так Тома смог оказаться во внутреннем дворе имения.

***

      — Пожалуйста, проходите, — женщина отодвинула ставню дверей в сторону, пропуская гостя вперед, — К сожалению, Господина сейчас нет в поместье, но он обещал вернуться к рассвету, как и всегда. Так что вы можете присоединиться к нему за завтраком.       Комната была очень просторной, и, казалось, крайне редко использовалась. Посреди комнаты находился небольшой столик для трапезы, в углу располагалась широкая, идеально заправленная кровать, пара книжных стеллажей, прикроватный столик с масляной лампадкой и ширма, разделяющая комнату на два пространства.       — Вам что-то нужно? Может, попросить слуг нагреть воды, чтобы вы могли омыться после дороги?       — Ох нет, благодарю вас, но, пожалуй, я просто дождусь, когда вернется молодой Господин, — Тома изобразил поклон в знак благодарности, и женщина, не сказав больше ни слова, поспешно удалилась из комнаты, оставив юношу одного.       В поместье царила тишина и спокойствие. Время, казалось, остановилось на месте, и Тома почувствовал, как все его тело ослабло, надеясь в скором времени погрузиться в сон. Но он не мог уснуть сейчас, когда он наконец-таки добрался до поместья и вот-вот лицом к лицу встретится с Молодым Господином Камисато. Конечно, он уже встречал его, а если быть точным встречал его прямо вчера, но от чего-то он сгорал от нетерпения. Почему господин пригласил его в поместье, откуда все слуги знали о его приходе, и сможет ли он помочь Томе освободиться от плена острова Рито и наконец-то заняться тем, чем он должен был заниматься с самого первого дня прибытия в Инадзуму — поисками отца.       — Госпожа, вы ведь еще не завтракали, постойте же, — послышался едва слышный женский голос и тихие шаги, приближающиеся к двери комнаты.       — Я позавтракаю сразу после тренировок, сейчас самое время, пока солнце не поднялось слишком высоко. Вы ведь знаете, как я не переношу жару. — скромный нежный голос продолжал приближаться, и Тома обернулся, в надежде увидеть его обладательницу в приоткрытую дверь.       И в этот миг мимо дверного проема, медленно вышагивая, прошла девушка, на ходу завязывая свои длинные ледяные волосы лентой. Эти волосы, он видел их вчера. Такие же завораживающие, как у господина Камисато. Тома сделал шаг вперед в тот момент, когда мимо его двери проходила другая девушка, которая явно не ожидала заметить чей-то силуэт в гостевой комнате. Она громко вскрикнула и отпрыгнула в сторону от двери.       — Что случилось, Юки? — ласково произнес голос. Парень почувствовал себя неловко за то, что испугал девушек, и, перешагнув порог, оказался в небольшом коридоре, приковывая к себе их взгляды.       — Простите, что напугал вас, я правда не хотел, — поклонился Тома, прикладывая руку к груди.       — Ой, что вы… Вы должно быть гость господина Аято? Я должно быть забыла, что вы расположитесь в северной комнате, прошу, извините за мою реакцию, — девушка низко поклонилась, в тот момент как вторая голубоглазая красавица продолжила смотреть прямо на него, едва заметно смущаясь. Кажется, ей было не больше тринадцати, но для своих лет она выглядела очень серьезной и утонченной, как и полагалось детям аристократов.       Она будто хотела что-то сказать, но остановила себя, кротко кивнула головой и отправилась дальше по коридору.       — Извините, — неловко произнесла сопровождающая девушка, и отправилась вслед за своей хозяйкой.       Томе оставалось лишь смотреть на удаляющиеся силуэты. Но в этот самый момент в давящей тишине он ощутил, будто кто-то наблюдает за ним. Тем временем в приоткрытых окнах показались первые рассветные лучи.       — Как давно вы вернулись? — произнес Тома, чем вызвал у своего безмолвного наблюдателя тихий смешок.       — Как только узнал, что мой гость добрался до имения, — ответил уже знакомый голос.       — Откуда вы знали, что я воспользуюсь вашим приглашением в эту же ночь? — сказал Тома и обернулся, чтобы наконец-то увидеться лицом к лицу со своим собеседником.       Камисато Аято выглядел так же, как вчера на торговой площади Рито. Статный и сдержанный, с легкой улыбкой и не толи усталости на лице.       — Я дал вам возможность уйти с острова, и будь вы глупцом или трусом, то остались бы там. Но я был уверен, что вы не упустите свой шанс, — Тома не понимал, произносил ли Аято эти слова с издевкой, или же был вполне искренен с ним, — Вижу, вам уже удалось встретиться с моей сестрой. Как она вам? — с интересом произнес молодой господин.       — Боюсь, она не проронила ни слова.       — Это на неё похоже. Она ещё совсем молода, и для девушек её возраста свойственно смущаться во время разговора с мужчинами старше её, тем более незнакомыми и вполне привлекательными.       Томе показалось, что на последнем слове был сделан явный акцент, отчего уши и щеки залились румянцем, но он отвернул голову в сторону коридора, куда ушли девушки, чтобы собеседник не мог заметить, что смутил его.       — Должно быть, вы правы. Надеюсь, что удастся увидеть её снова, чтобы принести свои извинения по поводу своего неожиданного вторжения.       — Как раз об этом… Что насчет того, чтобы мы с вами обсудили некоторые вопросы за завтраком? Думаю, дорога до имения посреди ночи достаточно утомила вас, чтобы разыгрался аппетит.       Тома не стал отрицать и лишь произнес:       — Вы правы, молодой Господин.       — Отлично, ведь отказов я не принимаю, — заключил Аято и велел слугам приготовиться к завтраку.

***

      Отзавтракать Господин Камисато решил прямо на открытой террасе, с видом на бескрайнее море и утренние тренировки стражников, среди которых в половину ниже всех ростом воинственно и с утонченной грацией отрабатывала свою технику молодая Госпожа Камисато.       Заметив застывший на ней взгляд Томы, Аято произнес:       — Аяка всегда была очень упорна в своих тренировках, боролась наравне со стражниками с малых лет, хоть тогда и использовала лишь тренировочный деревянный клинок. Матушка была обеспокоена её рвением в бой и пыталась отвлечь её любовью к музыке, танцам, вышиванию… В общем, всем тем, чем должна заниматься молодая аристократка, чтобы в будущем найти достойного себе спутника, — он отпил чай из пиалы и отвернул голову в сторону горизонта.       Тома последовал его примеру и тоже отпил чай из своей пиалы, отвлекаясь от откровенного рассматривания молодой и энергичной девушки. Он надеялся, что однажды сможет вот так пообщаться с Аякой и узнать что-то интересное из ее уст.       — Быть может, это судьба свела нас с вами вчера, — произнес Аято, и теперь взгляд его леденящих глаз был направлен на Тому, отчего у того пробежали мурашки по всей спине, — После смерти родителей мне пришлось многое поменять и от многого отказаться. И прямо сейчас в нашем имении не хватает человека, на которого можно было бы положиться. Который, в первую очередь, оказал бы огромную помощь мне. Тома из Мондштадта, что бы вы сказали, предложи я вам должность управляющего имением Камисато?       Тома продолжал молча наблюдать за движением губ Аято, будто ожидая, что он продолжит свою речь и скажет, что всё это было небольшой шуткой. Но Аято лишь с большой заинтересованностью и игривой ухмылкой рассматривал его собственное лицо.       — Я понимаю, вам нужно время…       — Я согласен! — не дав договорить, перебил его Тома. Сердце бешено стучало, и он не верил своему порыву, будто вовсе не он сейчас так резво произнес эти слова. Что это вообще значит, «управляющий имением»?       Аято лишь громко расхохотался, чем вызвал еще большую панику у Томы.       — Простите… прости. Я просто... Меня насмешило твое лицо. Ты будто сам испугался того, что произнес вслух, — Господин Камисато продолжал смеяться так искренне, что беспокойство Томы начало сбавлять свои обороты, и на его лице появилась улыбка. И вот они смеются вдвоем над его глупой реакцией, привлекая к себе удивленное внимание прислуги.       — На самом деле я рад, что ты ответил так скоро, ведь дела не ждут, и мне действительно нужен хороший человек, вроде тебя, — успокаиваясь, сказал Аято.       — Вы не боитесь брать на эту должность человека, которого совсем не знаете и видите второй раз в жизни?       — Конечно, в этом есть некоторый риск, но если не рисковать, то жизнь окажется скучной рутиной. К тому же, если этот риск оправдает себя, многие мои проблемы решатся быстрее, чем я предполагал, и, надеюсь, что ваши тоже.       Они еще некоторое время сохраняли зрительный контакт, пока Аято не решил продолжить утреннюю трапезу, а сразу после попросил кого-то из слуг подготовить комнату для Томы и показать ему имение.