Когда цветёт Ликорис

      В самом начале великой отечественной войны Марк понял, что немцы - те ещё суки, погубившие судьбы молодежи (да и не только) только недавно вышедших из школ и которые уже планировали строить карьеру. Та же история произошла и с Чернышевым. С самого детства у парня была некая любовь к кулинарии и выпечке. Он не хотел идти по стопам родителей и всей его родни ведь все их генеалогическое древо состояло из одних военнослужащих, а это так называемый пропуск в военные лагеря и лучшую академию на кого угодно в этой сфере. После того как он окончил школу, то долгое время не знал куда деть себя. В навороченный ресторан или кабак не хотелось, хоть он и готовил отлично. В конце концов он решил работать в пекарне пекарем и так копить деньги на собственную пекарню. Началась только жизнь налаживаться как немцы, подобно крысам, атаковали с помощью воздушки СССР в четыре утра. Тут уж и не осталось выбора, пришлось в армию идти, в пехоту к тому же. Теперь он целыми днями и ночами в сраных окопах торчит да вшей ловит. Также, Марк даже подумать не мог, что начнёт скучать по родителям и Мюнхену, где и встретил Хайна. Вот же ублюдок, ведь он, именно он, очень хорошо отпечатался в памяти русского. Именно с ним остались те самые тёплые и гомосекские воспоминания, но также этот чертов брюнет оказался в ЧС у Марка настолько быстро как и полюбил его. На это, конечно, были свои причины, ибо Рихтер показал «истинного себя», а эта истина заключалась в том, что этот немец ещё тот высокомерный мудила, но что очень было странным и заставляло Марка ненавидеть себя больше - так это то, что при малейшем воспоминании о немце и той звездной жаркой ночи, парня бросало в жар. А тот торс и сильные руки с мощной спиной очень даже хорошо запомнились. Прошло уже 7 лет с момента той встречи, а он до сих пор тек, тоскуя по нему и надеясь, что тот, как и обещал, приедет в Ленинград. Какой же Марк наивный и это он только понял сидя в окопе и выкуривая очередную хуевую сигарету, заставлявшая стиснуть зубы.       Резкий оглушающий взрыв дал понять, что враги прибыли и красной армии в любой момент может настать пиздец. Немцы шли словно роботы у которых была прописана лишь одна задача и это: «очистить поле и захватить деревню». Все поле боя обстреливалось немцами, что усложнило задачу красноармейцев. На некоторых или рядом падали бомбы, которые разрывали полностью или только части тела человека. Эти крики товарищей и врагов, выстрелы и взрывы очень давили на Марка. Однако, он изо всех сил старался держать себя в руках и обстреливался. Советские танки также были применены в уничтожении вражеских войск , что очень повлияло на битву.       Резкий рывок и несколько раз матеря самого же себя он бежит по полю боя к самому близкому другу, которого подстрелили немцы. Тот, видя как к нему бегут, сразу кричит о помощи одновременно всеми силами доползая до ближайшей ямы, образовавшейся в результате взрыва снаряда. Солдат добегает до ямы и также резко хватает за шиворот формы и утаскивает с собой, где и в дальнейшем делает перевязку. — Марк, блять, нахуя? – с недовольным рыком спрашивает товарищ. — Я к тебе бежал жизнью рискуя, чтоб ты не сдох, а ты ещё спрашиваешь нахуя?– сведя брови также в ответ прорычал Чернышёв. — Сиди здесь, я санитара позову. — Нет! Даже не думай, убить же могут если высунешься! – схватив руку Марка, сказал друг. Однако, парень лишь молча выдернул руку и ловко выполз, стараясь скользить по земле как по маслу. Окликая санитара и подхватывая его, они возвращаются к яме, вытаскивают и тащат к окопам. Последний орет от сильной боли и рычит, но старается меньше двигаться чтобы не усложнить работу санитара и Марка.

***

      За все время войны Марк задумался о жизни, задумался над тем, как она меняет человека и каким он впоследствии становится. До войны Марк всегда был дружелюбным и общительным, любопытным и любящим животных. Сейчас же его сердце стало холоднее льда, а лицо вовсе не выражало никаких эмоций. Сейчас его лучший друг лежал в госпитале и неизвестно поправится он или умрет. Ранение серьезное… Спустя неделю…       Смерть близких людей – самое ужасное, что может произойти с человеком. Александр Шевченко – лучший друг детства Марка, который был всегда рядом в трудную минуту, который всегда поддерживал и помогал. Марк всегда доверял ему самые секретные секреты о которых никому больше не рассказывал.       Стоя напротив креста, под которым теперь уже покоится его лучший друг, Марк не находил слов чтобы сказать какой же Саня дурак. Он не знал как выразиться правильно и не обидно в то время как другая его сущность разрывалась на куски от злости на Сашу и на себя самого. И это ледяное сердце мгновенно растаяло и стало самым болезненно чувствительным, а глаза начали слезиться. Тут же Марк почувствовал, что больше не может держать всю эту боль, все эти чертовы чувства и эмоции. Он уже не держит себя в руках. Он понял кого потерял и понял, что остался совсем один. Падая на колени и роняя первую слезу за все эти годы на свежую землю, Марк держится до последнего, но не сдержался… Всхлипы, рыдания… Вот что происходило на могиле и эта потеря очень сильно повлияла на состояние здоровья Марка.       Следующий день был просто ужасен (до сих пор отходняк после потери). Она ничем не отличалась от предыдущих. Все те же битвы, душераздирающие крики врагов и товарищей, выстрелы и грохоты, а потом приевшиеся сигареты и шнапс, найденный у какого-то мертвого немца. Все это надоело Чернышеву из-за чего даже во время боя он переставал стрелять и задумывался над происходящим. Зачем ему это надо? Идти воевать, убивать людей при этом ставя свою жизнь под ежедневную угрозу – это своеобразный долг Родине? Или так ты защищаешь от фрица свои земли? Скорее всего то и другое, но Марк бы лучше предпочёл остаться в пекарне и заниматься любимым делом, не подвергая себя опасности.

***

•Воспоминания•       — О чем задумался? – приятный задорный мальчишеский голос показался до жути знакомым Марку. Тот поднял взгляд и увидел Сашу. — Да так, о парне одном. – пробубнил Марк, смотря на реку. — Кто это? Можешь рассказать? – после Саша подсел к Марку и навострил уши. Весь во внимании. Марк улыбнулся и вздохнул, в животе появились приятные ощущения, а на щеках показался легкий румянец. — Помнишь я тебе говорил что я нетрадиционной ориентации? — Помню — Так вот, я недавно из Мюнхена приехал и там я две недели учился в немецкой школе. Там был парень на два года старше меня. Как потом он мне сказал, он два раза в десятом оставался. И между нами начали строиться отношения… совсем не дружеские… Теперь он постоянно сидит в моих мыслях и я не знаю что делать.. – Марк вздохнул с каким-то сожалением, ведь эти мысли о Хансе уже заебали его. Они тупо мешали ему учиться, засыпать и даже готовить. Охх, сколько раз он пересаливал еду и сколько раз его подкалывали родители насчёт этакой приметы… — Так со всеми бывает в первые отношения. Думаю, тебе жестко надо занимать себя чтобы не возникали подобные мысли. — Пытался, но…

***

      — Эй, рядовой! Зажигалки не найдётся? – по плечу как вдруг трясти начал старшина, который и вытащил из воспоминаний Чернышева. — Да, товарищ старшина. – встав, Марк залез в карман и поднеся огонь зажигалки к сигарете старшины, убрал. Тот деловито выдохнул дым и взяв в руки сигарету уставился на рядового. Марк также в ответ смотрит с покер фейсом на старшину, не понимая чего тот хочет. В итоге парень тоже решается закурить сигарету, обратно садясь на какой-то ящик.