Твоя любовь – мой главный страх

Месяц спустя

Безмамные

ChildeOmega: ЙОУУУУУ ПОСЛЕЗАВТРА У НАС С ЛЮМИН ГОДОВЩИНА ОТНОШЕНИЙ ЦЕЛЫЙ ГОД!!!! Lumine: Да-да Jean: Ох, поздравляю! ChildeOmega: А ну цыц Рано поздравлять Я пришел ПРИГЛАСИТЬ ВСЕХ НА ВЕЧЕРИНКУ В ЧЕСТЬ ЭТОГО Jean: Ты меня цыцнул? ChildeOmega: Ой Ну короче Напишите кто придет да Послезавтра у меня в особняке родители уехали ваще по кайфу в 8 вечера Kaeya: Мы с Венти конечно же придем без вопросов Ты же знаешь нас ChildeOmega: Вам лишь бы выпить мда Venti: ЧТООООО не правда . (( ChildeOmega: Да я же шучу ты че(( Heizou: Хотите расскажу анекдот про парты Diluc: нет ChildeOmega: ОППА ДИЛЮША ДОРОГОЙ нам оч нужен тот, кто будет следить за напитками И у меня там как раз барная стойка есть Diluc: В честь? ChildeOmega: НАШЕГО ГОДА С ЛЮМИН Diluc: Только для выражения уважения к Люмин. Lumine: ура! Нам надо полный список составить, кто придет Xinyan: Наша группа обязательно будет! ChildeOmega: Оо у меня как раз есть для вас мини сцена Ура отжигать Itto: Прикиньте у меня один жук другого съел У меня травма О а чё за движ ООО ВЕЧЕРИНКА А блин я бабушке помогать буду тогда сорри бро ChildeOmega: Ничего бро Hutaolovesyanfei: Я ЗААА ПРИДЕМ С ЯНЬ ФЕЕЧКОЙ Yanfeiloveshutao: Ху Тао, нет... Hutaolovesyanfei: Пожалуйста????((( Yanfeiloveshutao: Вздох Хорошо Hutaolovesyanfei: @ihavebookskink @scaramouche Подняли жопу и пошли с нами Ihavebookskink: Что А Можно Смотря пойдет ли Юнь-Юнь Scaramouche: я пас. Lumine: Почему?( Мы хотим чтоб все были Xiangling: По канончику мы с Казухой и Сяо придем Xiao: зачем? Xiangling: Шшш Гань Юй и Кэц тоже идут Scaramouche: – почему?(( не хочу, да и смысла нет. Lumine: Мы бы хотели, чтоб все пришли без исключений Мы всё-таки познакомились со всеми вами и хорошо подружились Так что! Пожалуйста Hutaolovesyanfei: Ряльно не будьте занудами поздравьте молодоженов ChildeOmega: Да именно так Скарамучче не хотелось идти куда-то в тот день, тем более мероприятие попало на субботу, когда он хотел отдохнуть от всех делать и снова залипать на экран своего компьютера. Как, в принципе, и все его выходные. Единственное, что он делает, это часами сидит за рабочим столом. В этот раз от прямого отказа во втором сообщении его останавливало объявление его матери о том, что именно в тот день к ним придет всеми уважаемая Яэ Мико, то бишь учительница литературы из их школы. Они были близко знакомы с самого рождения Куникудзуши, но она конкретно его бесила. Эта женщина была ходячей раздражающей тварью, которая не давала ему даже вздохнуть спокойно, что уж там жить. Вечные подколы по поводу его отношений с Эи. Парень бы даже сказал, что они взаимно друг друга ненавидят. Хотя, ему было абсолютно наплевать на ее мнение о нем, кто она Скарамучче? Родственник? Нет, значит можно забить на ее существование. Быть с Тартальей и множеством других людей, либо снова выслушивать ненужный набор слов от чокнутой подруги его мамаши? Сложный выбор, если бы он хотел, никуда бы вообще не пошел и остался замерзать в конце октября на улице. По крайней мере, ему бы не помешало развеяться и отдохнуть какое-то время от всей этой суеты. Поэтому, его решение было очевидным. Scaramouche: ладно Ihavebookskink: @Chongyun @chongyun !! Chongyun: а? Kaeya: Пати на хате у Чайлда Chongyun: Эм, я даже не знаю Kazuha: Бэй Доу попросила меня спросить, пустите ли вы учителей? ChildeOmega: Чо Lumine: Пустим конечно, мисс Доу лучшая вообще-то Kazuha: Тогда она тоже придет ChildeOmega: БЭЙ ДОУ?????????? Venti: Да не ссы ты Ayato: Аяка попросила передать, что мы с Томой и ней тоже идём ChildeOmega: Опа ура Lumine: Так, это почти все получается? Если что, отпишите мне в лс потом по вопросам и остальному :)

***

Семь часов вечера. Через полтора часа должна была явиться долгожданная гостья с никчёмными розовыми волосами и на полчаса раньше начнется вечеринка. Парень всё ещё обдумывал вариант с тем, чтоб сдохнуть от холода на скамейке какого-нибудь неизвестного парка на улице и оставить затею с походом в людные места. Скарамучча уже собрался, накинув пару совершенно случайных вещей, которые успел найти в своем гардеробе. Он не любил шикарно наряжаться куда-то, ему хватало каких-нибудь джинсов и простой рубашки черного цвета. Скарамуш никогда не понимал Син Цю, который мог выбирать свой образ лет сто уж точно, если не больше. Серьезно, как так можно? Куникудзуши лишь продолжил рисовать красную стрелку на глазу, которая в этот раз, к удивлению, подошла к его наряду. Он решил уйти настолько скоро, насколько сможет, чтоб избежать контакта с бестией в лице Мико. Обувь у него была чистая – только выстиранная, поэтому он мог позволить себя ходить в ней прям по дому без лишних упрёков и грязи. Он просто ждал подходящего момента, чтоб слинять из квартиры и пойти наконец-то на место события с Син Цю, с которым они договорились встретиться. Скарамучча не собирался идти на окраину города пешком, да и платить за хорошее такси ему не особо хотелось, так что вариант того, что Цю заплатит за него был оптимальным. (Синеволосый, на минуточку, ездит только комфорт классом или же на машине водителя) Юноша уже хотел выходить из дома, но не нащупал ключи от входной двери в карманах. Неужели он правда где-то их забыл? Либо потерял, хотя не принципиально. Вчера он вроде заходил внутрь с их помощью, значит они должны быть в пределах помещения. «Ебаные ключи, и куда вы делись?» проносилось в голове, ибо обыскивать каждый уголок ему было лень. Да и тем более на улице вероятно уже поджидало такси с его другом внутри, а ждать тот не любил и точно бы накапал на мозги с этим. Первым делом он решил зайти на кухню и, к его счастью, предмет стоял на столе и будто бы поджидал его. Как он там оказался? Без понятия. – Куда мы? – вновь не отрываясь от какого-то стремного научного журнала спросила женщина, сидящая и пьющая кружку кофе. Парню казалось, что в перерывах между школой и домашними обязанностями она то и делала, что читала непонятные газеты и книги, интересующие только ее. На лице как всегда были очки в фиолетовых тонах, которые она периодически поправляла. Тон голоса был спокойным, даже слишком (или же безразличным?). – К Чайлду на хату, буду завтра к обеду дома, – также без эмоций произнес тот, ибо Эи почти никогда не запрещала куда-то ходить, а лишь читала нудные лекции о том, что стоит делать, а что нет. Да, парня доставали эти миллионы правил о том, что он не должен есть на улице, или что переходить дорогу можно только на зеленый. Ему сколько? Пять, чтоб она так по-детски к нему относилась? Раз уж она решила просто взять и забрать у него год учебы, пусть теперь и сидит спокойно, не запрещая ему чего-то. Женщина конкретно подпортила все представление о самой себе за эти годы. Он лишь покрутил ключи вокруг пальцев и уже был готов развернуться к коридору, но чужой голос остановил его. – Завтра? А кто это тебе разрешил не ночевать дома, молодой человек? Не знала, что ты все ещё общаешься с Аяксом. Мне иногда кажется, что ты совсем от рук отбился в последнее время. Может, нам стоит поговорить? – она, наконец, соизволила поднять на него свой строгий взгляд и закрыть чертову бумагу в руках и отложить ее на стол. Эи давно перестала понимать, что же случилось в из отношениях с сыном и почему они так отдалились друг от друга. Подумаешь, она была иногда слишком строга к нему, но воспитание требует мер. По крайней мере, она так думала и была уверена, что это достаточно эффективный способ. Вон – люди слишком мягко относятся к детям и что из этого выходит? Избалованные засранцы, которые бросают своих родителей на старости лет! Она любила Куникудзуши, но правда не понимала, что происходит. «Чего? Ага, разбежалась. Уехал поезд под названием счастливая семья, поздно уже», снова навязчивые мысли. – Ты серьезно сейчас собираешься запретить мне куда-то идти? И разговаривать нам не о чем уже давно, не твое дело общаюсь я с ним или нет, – он посмотрел ей в глаза раздраженным взглядом. На что она надеялась? На то, что он сейчас же скажет о том, какой же он плохой мальчик и ему не следует куда-то идти без ее разрешения и как же он любит ее? После всей чертовщины, что она намутила за все время, те слова будут последними, что скажет Скарамучча. Он даже благодарности ей не скажет, спаси Эи ему жизнь или что-то на подобии такого. – Ты хоть себя слышишь? Как ты вообще с матерью разговариваешь, что за неуважение? Ты никогда себя раньше так ужасно не вел, а сейчас даже и слова тебе не скажешь, ты сразу же грубишь мне. – женщина нахмурилась от таких слов в ее сторону. Разве она старалась все эти годы, чтоб он мог с ней так по-хамски разговаривать? – Ты сама себя слушаешь? Ты испортила все своей выходкой в девятом классе и из-за тебя я потерял год, которые мог потратить на что-то, нежели идиотскую школу! – Что? Я все тебе сделала, слышишь? Все! У тебя есть все, о чем мечтают другие и что я получаю за то, что забочусь о тебе? Такую благодарность? Всю жизнь я обеспечивала тебя всем, чем могла и ты ни в чем не нуждался, пахала на работе без остановки, потому что твой отец решил уйти и оставить маленького ребенка на меня одну! Ты даже ни разу не старался понять меня и поддержать, а просто сел на шею со своим дурным характером. Думаешь, я не заметила, как ты никогда не говорил мне, что любишь? Обычное «я тебя люблю, мам» для тебя ничто! Я возлагала на тебя такие надежды, тратила свое время и уделяла его тебе,– тут уже женщина сорвалась на крик, становящийся все выше и выше тоном с каждым предложением. Она вскочила со стула, оперевшись руками об стол. Эмоции закружили голову, а разум затуманили раненные чувства. Она просто хотела понять, что не так? Почему все происходит именно так? Чем она заслужила такое паршивое отношение к себе в то время, когда лезла из кожи вон?! – Ах, да?! Все она для меня сделала, видите ли! Ты мечтала об идеальном сыночке, который бы учился на отлично, вечно был на твоём поводке и всегда молчал обо всем, а когда я не оправдал твои мечты и ожидания, ты просто оставила это все! Ты открыто называла меня разочарованием семьи, как думаешь, насколько хуево я себя чувствовал?! Насколько плохо мне было в это время!? – Скарамучче было плевать на маты, ему наконец удалось высказать все дерьмо, которое накопилось на душе его матери. Он не виноват ни в одной чертовой ситуации в его жизни, теперь пора признать чья это была вина все это время. Кто же решил подпортить ему жизнь таким необычным способом, не считая Тарталью, которому бы он ещё раз врезал со всей силы. Это Куникудзуши ещё не считал количество раз, когда она называла его позором и жаловалась Мико на то, насколько же он бесполезный и бестолковый. Почему она с самого начала не бросила его тогда? Зачем мучать обоих Райдэнов? – Ты думаешь, я никогда не старался? Не мечтал быть для тебя хорошим сыном?! Я не оправдал твоих даже мизерных ожиданий, а ты сразу опустила руки, опуская меня все ниже и ниже, говоря, какой же я бестолковый. Ты сама то хоть раз сказала, как любишь меня? Обняла ли ты меня ночью, когда у меня были кошмары и я не мог уснуть от страха до утра? Помогла ли мне и поддержала, когда я потерял всех своих друзей в школе и стал изгоем? Была ли ты рядом тогда, когда по ночам я плакал от того, что никогда не буду достаточно идеальным для тебя?! Давай, ответь своему любимому сыну! Ври о том, что ты всегда была рядом, когда я нуждался в этом, а не когда нуждалась ты сама. Ври о том, что любишь меня и гордишься, ведь ты ни разу в жизни не сказала о том, какой же я молодец, даже если я выигрывал какие-то соревнования! Ты не замечала моих стараний, а только лишь проколы и падения, а после осуждала меня за них. Я ненавижу себя, а самое главное, – он сам кричал, даже не замечая этого. Он знал, что ещё чуть-чуть и его глаза станут наполняться горькими слезами. – Я... – казалось, будто бы она потеряла дар речи на пару минут, закрыв открытый от удивления рот рукой. Женщина внимательно слушала каждый новый звук, вырывающийся из уст ее сына. Она не верила. Не верила в то, что все что он сказал – правда... Эи серьезно никогда не поддерживала его? Не помогала ему, оставила его одного со всеми проблемами внешнего мира? Этого не может быть, она же всегда была рядом! Или нет...? Ее лицо впервые было не строгим или спокойным, оно было обеспокоенным и разочарованным. Только вот она была разочарована не в парне напротив, а в себе самой. Глаза наполнились жидкостью, а рука на лице задрожала. Как она сама не могла заметить все это? Не то чтоб для парня теперь это имело значение. Он привык решать проблемы один и быть нелюбимым. Такой уж была его судьба и юноша с раскрытыми руками принял ее, будучи прямолинейным мудаком и высказывающим все, что он думает о людях прямо им в лицо, насколько бы ужасной правда не была. – Я ненавижу тебя, мама. Я устал играть в счастливую семью, – уже перешёл на громкий шёпот Скарамучча. Он ненавидел сейчас все, от своей матери до всего, что с ним произошло за это время, да и в принципе за всю жизнь. Он впервые за три года назвал ее мамой, хотя раньше называл по имени либо вообще никак не обращался. Она слишком чертовски мерзко поступала с ним и не заслужила называться матерью. Она не заслужила и прощения, ведь по ее глазам можно было понять, что она сожалеет о содеянном. Куникудзуши было плевать ещё с того момента, как он называет себя Скарамуччей. Ему плевать на чувства других с того момента, когда его собственные разбили вдребезги, не оставляя ни единого целого кусочка. Он наконец-то развернулся и двинулся в сторону выхода, буквально бросая мать одну посреди кухни, медленно падающую на свой стул и пряча свое растроганное лицо в ладони. Он накинул лёгкую куртку, больше похожую на джинсовку и с громким стуком захлопывает дверь, не закрывая ее на замок. Уже на выходе из его глаз начали лить слезы, будто бы водопадом и остановить их он даже не пытался – не мог, слишком много негативных эмоций. Скарамучча сел возле соседской двери в подъезде, упав на пол и судорожно вытирая слезы. Не хватало ещё, чтоб его увидели таким жалким. Таким слабым, что его можно было просто размазать об эту же стенку, об которую он опирается спиной. Отвратительно. Пока он шел по лестнице вниз, юноша увидел розовую макушку, которая буквально бежала наверх, попутно печатая что-то в своем телефоне. Она выглядела обеспокоенной чем-то, хотя вновь было все равно. Скарамучча не переносил ее на дух, пусть теперь бегает со своими проблемами. Да и какого черта она забыла здесь так рано? Встреча была назначена на поздний вечер, как никак. Юноша накинул капюшон на голову, чтоб она его не заметила и ушла скорее. Не хватало ему ещё потратить время на эту паршивую лису. – Что ты сделал со своей матерью? – не тут то было. Она схватила его за ткань джинсовки и сорвала капюшон, проворачивая чужую голову прямиком на себя. Женщина вероятно была зла, раз уж напрягла брови и скорчила такое волнующееся лицо. М-да, это выражение эмоций ей точно не идет. Эи не отвечала ей на звонки и сообщения на протяжении часа, а на нее это было совсем не похоже. Хотя, когда на телефон Мико пришло сообщение: «Яэ, приедь, прошу...», вопросы нарастали, но она откинула их в сторону и помчалась в знакомый дом. Розововолосая знала, что в семье Райдэнов все идёт слишком неблагополучно, но вмешиваться особо не хотела, кроме подколов к сыну Эи. Она явно знала, что если что-то случилось с женщиной, то в этом был явно замешан Куникудзуши, ибо язвил он слишком часто, да и подбешивал своим сложным и вредным характером саму Яэ. Чертов малец не знал границ своему языку и он должен был хоть когда-нибудь понять это. – Лучше спроси, что она сделал со мной и её собственной жизнью, – Скарамучча толкнул женщину со своего пути, вновь накинул ткань на голову и побежал вниз по лестнице. Единственное, что он успел услышать – шаги в сторону двери их квартиры и звук ее закрытия, что же произошло дальше осталось для него загадкой. Не то, чтобы ему было интересно, что же там случилось. Парень бы хотел поскорее убежать от этого всего кошмара с семьёй. Вышел из подъезда он с громким звуком хлопающей старой железной двери. Он не был зол (только если немного), а раздражен. Он устал от всего: от гребаной Яэ Мико, которая лезет не в свое дело; от матери, которой нет дела до него; от лица Тартальи в школе, такого беззаботного и счастливого, которое сам Скарамучча иметь не мог; от самого себя, никчемного и жалкого. Единственное, что могло хоть немного подбодрить его – общение с компанией друзей и Казухой. С Казухой было легко, будто бы они знакомы всю жизнь. Все невзгоды сразу же исчезают из головы, когда они мило болтают на перемене перед следующим уроком. Каэдехара был спасением из бездны отчаяния, а Скарамучча лишь вестником неудач. Они слишком разные.                   На дороге во дворе стояла синяя машина дешёвой марки, откуда с заднего сиденья махал рукой Син Цю. Куникудзуши быстрым шагом пошел к автомобилю, открывая дверь и садясь рядом с парнем, вновь хлопая дверью, за что водитель на него фыркнул, но чтоб не спугнуть клиентов, решил промолчать. Всё-таки не каждый день берут такси, а жить на что-то надо, даже если на самые малые гроши. – Привет! Водитель не смог меня отвезти, так как у отца была какая-то важная встреча и бла бла. Зато, ты никогда не поверишь, как же я отпросился! – он повернулся лицом к собеседнику, воодушевленно размахивая руками в разные стороны. По нему было видно, что тот прям гордится собой и хочет поскорее рассказать об этом, – так вот, я сказал ему, что буду у тебя на ночевке, так как у нас там какой-то срочный совместный проект по анатомии и мы будем всю ночь делать его! Он, конечно, почти не поверил, но отпустил и сказал быть завтра дома утром, не позже. Скажи же, я гений! – Гений ты наш без ни, а о проблемах ты подумал? А что, если он позвонит мне домой и спросит, ты ли там? Мать сейчас в самом плохом расположении духа, так что она просто сбросит его трубку, а потом позвонит тебе. Тем временем у тебя на фоне играет шумная музыка и крики на весь район, как думаешь, насколько плохо это закончится? – он сложил руки на груди, демонстративно показывая свое недовольство в сторону этой идеи. Как у него ещё мозгов хватило додуматься до такого? Его мать сейчас сидела на кухне разочарованная и расстроенная, она вероятно даже телефон в руки не возьмёт. – Это я тоже продумал! Он никогда не звонит, когда я у кого-то в гостях, ибо у него элементарно нет времени. Максимум, что он сделает, это напишет мне сообщение о том, все ли со мной в порядке и все. И даже если он решит впервые за миллион лет набрать своему дорогому сыну, музыку можно оправдать тем, что мы включили ее, чтоб было не скучно, ведь так? Тем более ты будешь там, а голос твой он услышит! – Син Цю ухмыльнулся и положит руку на подбородок, делая задумчивый вид. Он продумал все до крохотных мелочей и теперь можно вдоволь повеселиться на вечеринке. Наконец он сможет почувствовать ту свободу, которую ему не хватало! Там будет его парень (уже как два месяца) Чун Юнь, его компания друзей, новые знакомые, которых он завел в начале года. Все обязательно должно было пройти идеально! – Ну-ну, остаётся надеется, что так и будет, – Скарамучча повернулся к окну и смотрел на то, как они проезжают разные пейзажи: деревья, старые дома и многоэтажки, всякие магазины и стоянки. Темно, ведь уже вечер, а луна накрывала всю округу. Парень не был так воодушевлен, как Син Цю.

***

Выручаем Чун Юня 16:48

Chongyun: Вы не поверите Xiao: Ты рассказал ему все? Chongyun: ..нет Лучше Kazuha: Вы расстались? Chongyun: ПОЧЕМУ ЭТО ДЛЯ ВАС ЛУЧШЕ Все ещё нет Мне кажется я тоже влюбился в него Kazuha: Вау Это и в правду хорошо У вас теперь получается взаимно все? Chongyun: Видимо... Xiao: И что ты чувствуешь? Chongyun: Я ещё ни с кем себя не чувствовал так как с ним можно сказать?? Мне так приятно находится в его компании Xiao: Ладно, я рад, что все разрешилось лёгким способом. Kazuha: Полностью поддерживаю! Даже в какой-то мере хочется также Я пытался признаться ему тогда на катке, но Итто сбил нас и у меня не получилось, ха-ха Chongyun: Уверен, у вас со Ск*рамуччей ещё все будет Kazuha: Хватит цензурить его имя, мне уже как-то неловко даже Почему вы так относитесь, он же такой классный и Xiao: НЕТ ВСЕ ЗАКРЫЛИ ТЕМУ. Kazuha: Кошмар Chongyun: Вас кстати подвезти? Тетя Шэнь спросила Kazuha: Если можно... Дедушка считает, что таксисты это зло и они меня обязательно украдут Сяо как раз возле меня живёт Chongyun: Понял

Чурки 55 рублей по скидке 19:34

Hutaolovesyanfei: И снова Седая НОЧЬ И только ей ДОВЕРЯЮ ЯЯЯЯЯЯ Scaramouche: Она уже нахуярилась? Yanfeiloveshutao: Мы только подъезжаем Она успела найти общий язык с водителем и теперь поет с ним какие-то старые песни Ihavebookskink: Увлекательно У нас водитель ворчун на всех орет на дороге Матом Scaramouche: Он ещё такие прозвища даёт, я ору "Манда ушастая" "Табуретка пещерная" Hutaolovesyanfei: И ТОЛЬКО СЕДАЯ НОООЧЬ Yanfeiloveshutao: Пожалуй, мы отложим телефоны пока что