Песнь Красного Цветка

- Мог бы выстрелить в ту громадину, тогда Его Высочество не уволокли бы! - Что же ты сам на него с саблей не налетел?! Был же ближе! - Тебе лишь бы все свалить на меня! Всегда так было! Предатель… - Это я предатель?! Да ты…! Из сна вырвала ругань. Знакомые голоса, привычная манера брани Фэн Синя и Му Цина. Се Лянь с трудом открыл глаза, вслушался в разговоры через свист в ушах, огляделся. Храм Водяных Каштанов. За столом, откуда шел шум, на скрипучих скамьях расселись друг на против друга ругающиеся боги войны. Двое так раззадорились, что совсем не заметили пробуждение Принца, который и являлся причиной ссоры. - Я сейчас заставлю играть вас в слова, если не угомонитесь… Прохрипел Его Высочество, от чего-то улыбаясь. Генералы Сюаньчжэнь и Наньян мгновенно затихли, во все глаза смотря на проснувшегося мужчину. Доспехи генералов залиты пятнами крови, волосы разлохмачены после битв с лесными тварями. Се Лянь лежал на старой плетеной циновке, под головой оказалась мягкая красная ткань. Кровати в храме не было, пришлось оборудовать спальное место из того, что было под рукой. Только сонные глаза встретились с красным цветом сердце обеспокоенно забилось. - А где…? Но не успел Принц приподняться и задать вопрос, услышал знакомый, приятный голос с другой стороны от себя. Оказывается, Сань Лан все это время сидел у него за спиной, рядом на полу. Согнув под себя ноги, юноша поставил локти на колени и оперся головой о ладони. Он улыбался, но улыбка казалась не привычно задорно-насмешливой, наоборот, в ней таилась горечь. Что его так расстроило? - Гэгэ, лучше тебе полежать. Не вставай. Се Лянь, вопреки совету, слегка приподнялся на локтях и окинул взглядом молодого господина, сидящего без верхней одежды, в одной только рубахе. Взгляд покосился в сторону. Оказывается, все это время Его Высочество лежал головой на свернутой куртке Сань Лана. В горле застряли слова. - Долго ты там сидеть будешь, щенок?! Подал раздраженный голос Фэн Синь, хмуря брови. Встретившиеся взгляды юноши и Принца его явно задели. Как можно так обеспокоенно смотреть на малознакомого подозрительного мальчишку? - Что, завидно? Гэгэ, твои слуги совсем бесполезные. Метелку в руки брать не хотят, только трепаться умеют… Лицо юноши приобрело насмешливые черты. В черных глазах читалась откровенная неприязнь, из уст лились бесстыжие высказывания в сторону небесных чиновников. Се Лянь успел лишь неловко похрипеть, представляя, как отреагирует Му Цин на высказывание с метлой. В небесных чертогах Сюаньчжэнь нес за собой прозвище "Генерал Подметала". Стоило богу войны услышать подобную наглость, его глаза налились гневом. - Ах ты сукин сын! - Да он нарывается! Подхватил следом не менее вспыльчивый Фэн Синь. Оба вскочили со скамеек, так резко, что дерево неприятно заскрипело. На ладонях небожителей разгорелось белое пламя. Один бросок огненного шара и в храме появится еще одна дыра. - Тихо! Я вообще-то ранен! И не смейте устраивать разборки в моем храме! Тем более, оскорблять моего же гостя! Повысил голос Се Лянь, резко поднимаясь и расставляя в сторону руки, укрывая собой юнца, бесстыже скалящего зубы. Не мог же Сань Лан знать о прозвище Му Цина и специально заикнуться про уборку. По крайней мере, так думал Принц. Боги войны стиснули зубы, фыркнули, стараясь сделать лица более безразличными, словно эта выходка их совсем не трогала. Удивительно, что они вообще послушались Его Высочество. Му Цин гордо махнул длинными черными волосами, прошел к стенке и оперся о нее. Фэн Синь уселся обратно на скамью с рычащим вздохом. - Благодарю. Лучше расскажите мне о торговцах. Я плоховато помню… Когда все усмирились, юноша в красном стер с лица надменную ухмылку, расслабленно прикрыл глаза, решая больше не вмешиваться. Му Цин выдохнул, окидывая взглядом Принца в пыльных грязных одеждах. Закатив глаза, он начал рассказ. - После того, как тебя утащил волк, этот чокнутый с ухмылкой прыгнул следом. Мне пришлось управлять оставленной телегой, Фэн Синь продолжил отстреливать нечисть и псов. Выехав из леса, мы помогли старикам прийти в себя. Я остался с ними, провозился с тем дядькой, которого укусили…пришлось дать ему наших снадобий. Далее заговорил Фэн Синь. В его крепких пальцах перекручивалась золотая стрела. Густые брови хмурились, меж них пролегла яркая складка. Генерал выглядел уставшим. - Я пошел обратно на поиски. Искать долго не пришлось, этот чудак тебя на спине дотащил почти что до выхода из леса. Как он тебя вытащил говорить отказывается, отшучивается. Шутник, мать его. Принц выслушал рассказы богов войны, слабо кивнул в качестве жеста благодарности. Стоило взглянуть на юношу, сердце едва кольнуло, грудь обдало холодом. Всплыли воспоминания: холод черной воды, растерзанный, словно более опасным зверем, волк. Звон серебра, низкий голос от которого дыхание замирало. Сань Лан ощутил на себе пристальный взгляд, приоткрыл левый глаз. На мгновение показалось, что привычный черный омут залился мерцающей кровью. Моргнув еще раз, Се Лянь увидел черный глаз. Показалось. - Что-то не так, гэгэ? - Нет, Сань Лан. Спасибо тебе… Его Высочество скромно улыбнулся юному другу, в ответ получил такую же приятную улыбку. Вновь послышался скрип скамейки. Генерал, держащий золотую стрелу, возмущенно протянул. - А нас ты поблагодарить не хочешь? - Вот именно. Мы подорвались к тебе на помощь, а все благодарности достаются ему! Поддакнул Му Цин, сдувая с недовольного лица локон. Се Лянь неспешно поднялся, опираясь о стену, затем поправил грязную рваную одежду и выдохнул, окидывая взглядом генералов. Те смотрел на него в предвкушении. - В качестве благодарности я приглашаю вас отужинать. Принц пригласил небесных чиновников с лучезарной улыбкой, но стоило им услышать "отужинать" зрачки в глазах сузились до мелких горошин, лица побледнели. От одной мысли о кулинарных навыках Его Высочества подступала тошнота. Му Цин и Фэн Синь торопливо направились в сторону выходу из храма. - Ваше Высочество, вам лучше отдохнуть, спасибо за приглашение! - Уже поздно, нам пора идти. Поправляйтесь! - Мы позже заглянем проверить как дела, а… этот что, здесь останется? Му Цин задержался на выходе, пристально впился взглядом в юнца. Сань Лан уже подобрался к потрепанному Принцу и довольно оскалился, смотря на уходящих мужчин. Се Лянь сложил руки на груди, утвердительно кивнул. - Останется у меня, ему некуда идти. - Ну, а спать он где будет? Фэн Синь нашел только одну циновку. На нее же и указал Его Высочество. - Здесь. Глаза двоих генералов округлились от возмущения. Му Цин поперхнулся, прокашлялся и заголосил. - Вдвоем?! - Угу, больше негде. А что такого? Ни один из богов войны не ответил. Их лица перекосились, словно оба съели сразу несколько кислых лимонов. На прощание послышался лишь неприятный звук плевка. В храме настала тишина. Безмолвная ночь безветренна, стеклянный колокольчик со сколами у входа даже ни разу не звякнул. Совсем глухо. Пламя светильников освещали большую половину бедного помещения. На столике для подношений добавилось несколько горшков с соленьями, вяленое мясо, пучок пшеницы. Зажглось несколько палочек благовоний. Преподношение от спасенных торговцев. Заметив добрый жест, Се Лянь скромно улыбнулся, грудь налилась приятным теплом. Яшмовые глаза плавно скользнули на юного друга. Только сейчас, в тихой обстановке Его Высочество заметил, что его молодой знакомый выше его чуть ли не на голову. От осознания скрипнули зубы. - Мы остались одни. Что желаешь поесть… Хуа Чэн? Принц сам не верил, что вымолвил это имя. В темных глазах напротив разгорелись искры, тонкие губы растянулись в довольнейшей ухмылке, сверкнули клыки, неожиданно появившиеся в ряду ровных зубов. Лицо с аккуратными чертами приблизилось. Юноша склонился, смотря ровно в большие золотые глаза. Дыхания не ощущалось. - Все же мне нравится, когда зовут Сань Лан. *** С момента как ушли боги войны прошло чуть больше часа. Се Лянь привел себя в порядок, сменил одежду, умылся, распустил волосы, очистил их от мелкого мусора, прицепившегося по дороге. Синяки на теле, разбитая губа покрылись тонким слоем мази. Ушибленные места все еще горели, но мужчина привык, почти не чувствовал. Грязная одежда замочилась на ночь в тазу. В старой печи разгорелись поленья. На сковороде шипели тушеные овощи, Его Высочество готовил запоздалый ужин. Сердце слегка билось от волнения. В полуразрушенном домишке, где даже отсутствовала кровать, а еда готовится на древней сковороде, находился Непревзойденный Князь Демонов. - Собиратель Цветов под Кровавым Дождем… - Ваше Высочество Наследный Принц… Пока Се Лянь занимался ранами, Хуа Чэн успел оглядеть все сквозящие дыры в стенах, насобирать на пальцы несколько слоев серой пыли. Изучать особо нечего, всего пара столов, несколько скамеек, печь, шкафчики с мелочью, старое рваное тряпье. Все затхлое и пыльное. Однако обращение от демона прозвучало без доли усмешки. Даже в полу развалившемся храме Его Высочество оставался тем, кем являлся со времен сверкающих золотом дворцов. - Из твоих уст это обращение звучит совсем иначе, нежели от других… Деревянной лопаткой Принц помешивал овощи, которые собирался подать с мясом, заодно открыть баночку солений, в кастрюле варилась небольшая порция риса. Чем же можно еще угостить демона? Занимаясь готовкой, мужчина даже не заметил, что юноша вновь приблизился к нему и вертелся за спиной. Присмотрев табурет около печки, Хуа Чэн присел на него. Изогнув длинную черную бровь, он поинтересовался. - Как же оно звучит? - Так, словно высоко ценишь. Се Лянь накрыл сковороду крышкой, а когда повернул голову, замер, увидев, что юнец уже стоял около его плеча и взял инициативу помешать рис. Закончив, Хуа Чэн улыбнулся глазами, плавно зашел за спину мужчины. В ответ Его Высочество торопливо развернулся, не желая выпускать из взгляда демона. - Зачем ты следуешь за мной? - Хм-м-м. Есть два варианта. Либо ты мне интересен, либо у меня полно времени и нечем заняться. Какой привлекательнее? - Видимо у тебя полно времени. Сложив руки на поясе заключил Принц. Юноша в ответ только хмыкнул, взялся за растрепанную косицу и начал с ней играться. Се Лянь нахмурился, глаза озадаченно защурились. - Ты совсем не такой, как о тебе говорят. Я слышал, что демоны способны создавать двойников или кукол, порой так искусно, что не отличишь от живого человека. Твое мастерство поражает… Неожиданно демон прыснул со смеху, выпустил из пальцев косу и махнул ладонью перед своим лицом. Сделав шаг вперед, Хуа Чэн заявил. - Это мое настоящее тело. Можешь убедиться. Сказанное поразило Его Высочество. Настоящее тело?! Так это никакая не подделка? Получив разрешение, не задумываясь, мужчина сделал шаг навстречу и без капли стеснения взял лицо демона в руки. Ладони ощутили тепло кожи, щеки юноши под ними начали заливаться румянцем. Кто же знал, что Принц действительно с таким интересом и энтузиазмом бросится в исследование? Пальцы скользнули от острых бровей к вискам, подцепили черную прядь волос. Только Се Лянь хотел отодвинуть верхнюю губу, чтобы разглядеть рот, в миг опомнился, что он вообще творит. На него уже смотрели два изумленных глаза, залитые огненными бликами от светильников. Смущенно отпрыгнув, Его Высочество нервно посмеялся и закружился на месте. - Овощи! Наши овощи! Сейчас сгорят! Когда Се Лянь бросился к плите, Хуа Чэн еще более весело рассмеялся. Подпрыгнув к Принцу, заглянув ему через плечо, он убедился, что овощи пострадали, но не критично. Есть будет можно. За спиной послышался протяжный хитрый голос. - Так Ваше Высочество считает мой облик неплохим? - Да, очень даже хороший. Только вот… - Только вот? М? Его Высочество не договорил, увильнул от демона в сторону, чтобы снять рис, уже готовый. Пришло время накрывать на стол. Принц с виноватой улыбкой протянул тарелку с тушеными, слегка горелыми, овощами. Хуа Чэн кивнул, помог накрыть стол, на котором скоро разместилась миска риска, тарелочка солений, мяса. Уже усевшись, взяв в руки палочки для еды, юноша напомнил о разговоре. Се Лянь, цепляя мясо, протянул. - Мы встречались с тобой ни раз, но я так и не увидел твоего истинного лика. Можешь показать? Демон не ответил. Опустил задумчивый взгляд в тарелку и принялся за пробу овощей. Уголки губ слегка дрогнули, кажется, было горьковато, но высказываний не последовало. Юноша съел еще несколько подгоревших овощей. Его Высочество начал переживать, не оскорбил ли он Князя Демонов своей глупой просьбой. - Сань Лан, не принимай близко к сердцу, я просто спросил… мое любопытство не доводит до добра. - Гэгэ, не переживай. Покажу при случае. Черные улыбчивые глаза оторвались от тарелки. Хуа Чэн подпер подбородок кулаком и внимательно смотрел на сидящего напротив себя Принца. Ненадолго Се Ляню показалось, что демону доставляет удовольствие смотреть за его приемом пищи. Тогда брови изумленно изогнулись. Без слов Его Высочество поинтересовался, что в нем такого? Князь Демонов лишь хмыкнул и продолжил трапезу. Даже после раскрытия личностей Се Лянь продолжал звать Хуа Чэна - Сань Лан, а Собиратель Цветов под Кровавым Дождем учтиво звал его - гэгэ. Так двоим было привычнее. - Гэгэ, ты неплохо готовишь. - Лгунишка. Все мне говорят обратное! *** Печь остывала, последняя свеча в храме Водяных Каштанов догорела, оставляя в подсвечнике лужицу воска. Близился рассвет, но Се Лянь и Сань Лан только устроились на циновке, накрытой несколькими тканями для удобства. Его Высочеству было неловко использовать красные одеяния демона как подушку, но тот настоял, что так будет лучше для отдыха. Спорить с юнцом оказалось бесполезно. В ответ Его Высочество решил снять белый халат, чтобы задействовать его в качестве пледа. Князь Демонов уже лежал, заведя руки за голову. Сапоги не снял, лишь подогнул угол циновки, чтобы подошва не касалась постели. Часть завязок на рубашке расстегнута, ворот неряшливо торчал в разные стороны, обнажая грудь. Черные глаза недовольно впились в накрытую слоем бинта шею Принца, затем скользнул к его обнаженным лодыжкам. На одной из ног Се Ляня обвилась черная отметина, напоминающая оковы. - Ах, это… Но Его Высочество не договорил. Демон и так знал, что столь спешно прячет от него мужчина под белыми тканями. - Проклятые канги. Почему две? - Одна сдерживает магическую силу, другая удачу. Се Лянь прилег на спину, укрывая двоих халатом и уставился в дырявый потолок. Юноша смотрел в ту же дыру. Из уст последнего вырвалось тихое, но едкое ругательство. - Урод. - Что? Принц возмущенно вскинул брови и резко повернулся. Чем он заслужил оскорбления перед сном? Оказалось, то адресовано вовсе не ему. Хуа Чэн хмурился, злобно смотря перед собой. Впервые на его лице читалась столь откровенная ненависть. Желая как-то отвлечь от мыслей друга, Его Высочество мягко хлопнул его по предплечью. Тогда, повернув голову, демон объяснился. - Цзюнь У. Он тебя ненавидит. Низверг дважды. - Сань Лан… в мире есть вещи, которые нельзя обосновать одной лишь неприязнью. Владыка исполнял свой долг. Были причины и на изгнание, и на две проклятые канги. Се Лянь смущенно поправил свою белую рубашку, пряча за воротом половину лица, затем осторожно обнял красную ткань под головой. Усталость за прошедшие дни наваливалась все сильнее. Глаза закрывались против воли. Белое лицо напротив с черными глазами мутнело. Образ искажался. На долю секунды Его Высочество вспомнил случай с Духом Раздора. Тогда он, как сейчас, лежал на постели, а перед ним Собиратель Цветов под Кровавым Дождем в истинном, но запрятанном тенями, облике. Что же такое скрывает в настоящем лице Сань Лан… Когда дыхание уже выровнялось, послышался тихий низкий голос. - Отдохните как следует, Ваше Высочество. *** Рассвело. Солнечные лучи окутали поля, пробежались по крышам деревенских домов, заглядывали в окна, чтобы развеять остатки сна крестьян. Свет не обошел стороной отреченный от селения полуразрушенный храм. Лучи хитро пробивались меж дыр в крыше, в щели стен, но до спящего так и не добрались. Постель находилась в одном из темных углов, где пространство отделялось рваным полотном, прикрепленным на веревку. Место подле спящего Принца опустело. Над ним нависла высокая черная тень. Длинные прохладные пальцы поправили белый халат, который служил одеялом. Ладонь, источающая холод, едва ли прикоснулась ко лбу Его Высочества, желая проверить температуру. Одно дерганье уголка губ на спящем лице заставило руку со страхом отдернуться. Из темного угла, откинув рваную занавесу, вышел высокий мужчина в красных одеждах, его ровные шаги сопровождались тихим звоном. На подоле одеяния блестела серебряная вышивка с россыпью бабочек и листьев клена, ткань едва ли не волочилась по пыльному полу из которого торчали гвозди. Полы одежд не задели ни один гвоздь, острый нос сапога не оцарапался ни одной прогнившей доской. На свету проглядывались летающие пылинки, но мужчина не морщился, даже не втянул пыль носом, ему просто не требовалось дышать. Мертвая бледная кожа, холод тела выдавали в нем демона. Половина лица сокрыта глазной повязкой, взгляд одного черного глаза впился в пустеющее полотно над алтарем для подношений. Храму не хватало образа божества, статуи или хотя бы портрета. Хмыкнув, господин заметил на столе свежие краски и пару кистей, купленные Се Лянем вчера на рынке. Пальцы с черными ногтями обхватили остроконечную кисть из конского волоса, длинный рукав красных одежд придерживался свободной рукой. Волосы цвета вороньего крыла то и дело спадали на полотно, но даже это не мешало кисти скользить по холсту, вырисовывая изящные линии. Рука мастера тверда и уверенна. Он не стеснялся размашистых мазков, не страшился своенравной акварели. Краски покорялись его воле, расплывались, превращаясь в мягкие, приятные глазу, образы. В конце работы демон довольно улыбнулся, сверкая острыми клыками. Над столом для подношений появился потрясающий портрет. На самом алтаре воцарился порядок. Господин в красном выложил для прихожан новые палочки благовоний, зажег свечи, поставив их в красивые светильники в виде лотоса, их Его Высочество отыскал среди хлама. Пухленький горшок, похожий на вазу, украсили полевые пестрые цветы, на их лепестках все еще сверкали капли утренней росы. В блюдце лежали свежие фрукты. Не удержавшись, мужчина взял приглянувшийся ему персик, хотел было укусить, но положил обратно. Махнув волосами, сплетенными на конце косой, длина которой едва ли не доходила до пят, господин разогнал остатки пыли, витающей в воздухе и вышел из храма. Мягкий звон серебра более не беспокоил слух спящего Принца, последнее, что он услышал, скрип двери. *** Се Лянь слабо дернулся, золотые глаза с трудом разлиплись. Отек на нижней треснутой губе все еще держался, от боли в теле не осталось и намека. Мужчина тяжело поднялся, смотря перед собой сквозь мутную дымку полусна. Растрепанные каштановые волосы торчали в разные стороны. Проснувшись, Его Высочество заметил, что держит в пальцах помятую красную куртку. Ресницы подпрыгнули, с сухих губ сорвалось. - Сань Лан? Ты где? Принц аккуратно сложил красные верхние одежды, оставил на циновке и поднялся, прихватив свой халат. Яшмовый взгляд заскользил по пространству храма, но не нашел нужного лица. Юноша проснулся первым. Край взгляда заметил яркое пятно над алтарем. В следующий миг сердце Его Высочества стало биться на несколько ударов чаще. Взгляду предстал потрясающей красоты портрет Бога Войны Увенчанного Цветами. Добродушный лик с легкой улыбкой, мудрость и любовь во взгляде золотых глаз. Золотая корона держала пучок волос, на шелковых прядях переливались разноцветные бусины. Роскошные одеяния красных, белых и желтых оттенков расшиты золотом. Бог держал в одной руке пестрый цветок, в другой меч. Чем больше Се Лянь разглядывал портрет, тем больше узнавал себя в роли воина, радующего богов во время поклонения Небесам восемьсот лет назад. Кисть мастера в точности передала черты лица, костюм и мелкие детали. Глаза скользнули и задержались на коралловых серьги в ушах. В воспоминании пробивался момент, словно когда-то он передавал коралловую бусину в чьи-то руки. Как давно это было… Алтарь выглядел прилично. Дымили благовония, горели свечи. Полнейший порядок. В душе стало тепло, губы невольно растянулись в улыбке. Принц заметил персик, лежащий вне тарелки и прихватил его, хитро сверкнув взглядом. Кто еще мог покушаться на сладкий фрукт? Его Высочество поспешно расчесался, заделал волосы шпилькой и подбежал к тазику с водой, чтобы умыться. Только сейчас он понял, что другой таз с замоченной на ночь одеждой пропал. Послышался шум на улице. Мужчина вышел из храма и поразился увиденному. Листья сметены в кучу под дерево, монашеские одежды уже постираны и развешены на веревке, а Сань Лан стоит и рубит дрова. Юноша хмурился, черная коса совсем растрепалась, выпавшие пряди прилипли к мокрой шеи и груди, рубашка слилась со спиной. Принц приметил, что демон плохо переносит жару, но совсем не боится трудиться даже истекая потом в человеческом облике. Дрова раскалывались пополам от мощнейшего удара топора в сильных руках. От звука треска дерева Его Высочество тихо кашлянул. Тогда его наконец заметили. - Гэгэ, уже проснулся. Как спалось? - Очень хорошо, даже выспался. Ах, Сань Лан… тот портрет на стене храма написал ты? - Угу. - Получилось очень красиво. Молодой господин едва ли глянул на друга. Лицо залилось румянцем от духоты. Когда последовали вопросы о портрете, Сань Лан резво собрал нарубленные дрова, чтобы перенести в отведенное для них место, а другую часть кинуть к печке на розжиг. Принц почувствовал себя неловко, глядя на хозяйственного Князя Демонов. Его титул только сильнее вгонял в краску. Не успел Се Лянь предложить помощь, так юноша сам перенес дрова. Дождавшись, пока занятые руки освободятся, мужчина подпрыгнул к Хуа Чэну и протянул ему персик, уже очищенный от кожуры. - Сань Лан, поешь. Ты уже столько всего успел сделать, пока я спал… - Пустяки. Не заслуживает внимания. Безразлично протянул демон, но когда заметил персик, сверкнул довольной улыбкой. В бездонных глазах разгорелись радостные звезды, клыки сразу же впились в сладкий фрукт, откусывая, с такой дикостью, что брызги сока полетели в стороны. Его Высочество тихо усмехнулся, про себя сравнивая, что Хуа Чэн похож на дикого зверька. - Спасибо, гэгэ. - Я помню, что ты хотел персики. В следующий раз обязательно куплю их для тебя. Сейчас нужно придумать что приготовить на завтрак. Не успел Его Высочество Наследный Принц омрачить себя думой, как вдруг послышались возгласы крестьян. Группа людей из человек восьми двигалась в сторону храма. Случилось чего? Никогда еще не подходило столько людей. Стало шумно. - Даочжан! Добрый день! - О, даос, вы взяли себе ученика? - Даочжан Се, мы пришли поблагодарить вас за спасение! - Да-да! Вчера не удалось с вами поговорить лично, только с вашими помощниками. - Мы видели, что вас тварь утащила в лес! Не покусали? А то есть одна микстура… Среди лиц Се Лянь узнал тех стариков торговцев, один из них был с перевязанной рукой, но выглядел здоровым и радостным. В руках пришедших крестьян находились корзины с различными подношениями. Одна женщина даже принесла рисовую кашу, другая горячие пирожки. Неужели все это за спасение торговцев? Почему-то изначально взгляд скользнул к демону, стоит ли назвать его своим учеником? Хуа Чэн улыбался, слушая, как приветствуют монаха. Ранее у него не проглядывалось столь теплой улыбки. - Добрый день, не стоит благодарностей. Нет-нет, со мной все хорошо, с вами, как я вижу, тоже. Ох, проходите… Принц проводил гостей в храм. Пришедшие принялись зажигать благовония, оставлять дары на алтаре и с восхищением направил взгляд на образ божества. Слышались пораженные вздохи, хвала и восторг от мазка кисти мастера, переговоры о красоте бога, Наследного Принца Сяньлэ. Сколько бы Се Лянь не объяснял, что молитвы о деньгах, любви, браке, работе не будут услышаны в храме, крестьяне все рвано молились о чем хотели. Оставалось лишь хлопнуть себя по лбу. Увидев реакцию Принца, юноша рядом посмеялся. - Гэгэ… у тебя столько последователей. Сейчас словно служба проходит. Так здорово! Кто-то из пришедших услышал обращение к даосу и сразу же подал голос. - О, так это ваш младший брат! Что ж вы сразу не сказали! Се Лянь не знал смеяться ему или плакать. Взглянув на юнца с хитрой улыбкой и искрами во взгляде, мужчина решил согласиться на обман. Натянув доброжелательную улыбку, ответил. - Да, мой младший брат. Приехал ко мне погостить, помочь по хозяйству. Его зовут… Сяо Хуа. Про себя Его Высочество усмехнулся. Младший Хуа, Маленький цветок. Достойный ли псевдоним для Князя Демонов среди жителей деревни? Впрочем, сам Хуа Чэн довольно кивнул, здороваясь с прихожанами. Двое друзей тихо посмеивались. *** Хуа Чэн и Се Лянь наелись все еще теплой кашей и пирогами, запив травяным чаем. После сытного завтрака настало время уборки. Его Высочество налил в ведро воды, взял тряпку и опустился на колени мыть пол. Одни и те же доски приходилось тереть с особым усердием, вековой слой грязи просто так не отмывался. Спустя время начало казаться, что грязь необычная, в ней есть нечто злобное и темное, может стоило попробовать изгнать ее талисманами? Нет, грязь самая обычная, просто Принц развлекал себя мыслями во время уборки. Юноша, когда закончил протирать пыль, оповестил, что ненадолго отлучиться. Возражать Се Лянь не стал, продолжил корячиться с мытьем пола в одиночку. Скоро послышался грохот, сильный стук. Насторожившись, Его Высочество бросил тряпку и вскинул голову. Из дыры в крыше на него смотрело озорное лицо с черными глазами. - Сань Лан, что ты там забыл на крыше? - Я попросил у мужиков молоток и гвозди. Сейчас закрою все дыры. - Ох, прошу тебя, будь осторожнее! - Гэгэ, не переживай! Сверкнув на последок улыбкой, юнец продолжил стучать молотком, а Принц заниматься уборкой. Уже к глубокому вечеру все дыры в храме заделались умелыми руками Князя Демонов. Пыль, грязь, прочий пакостный налет ответственно отмылся с усердием Его Высочества Наследного Принца. Двое сидели за столом, доедали вчерашние сожженные овощи с мясом. Се Лянь глянул на растрепанного юнца, сидящего напротив. - Ты мастер на все руки. Еще очень хорошо рисуешь. Кто-то учил тебя этому? Хуа Чэн держал в руках чашу травяного чая, с наслаждением вдыхал приятный аромат. После глотка он ответил. - С детства руками работал. Рисовал всегда себе в удовольствие, никто меня не учил. - Твои родители были строги к тебе… На выводы Принца молодой господин лишь ухмыльнулся, не спорил, но и не горел жаждой продолжать тему дальше. Золотой взгляд скользнул на белую руку, оголенную от рукава рубахи. На коже вблизи локтя горели черные иероглифы, их линии отдавали дикостью. Татуировка. Что-то написано, возможно на другом языке, прочесть невозможно. Се Лянь склонил голову, думая, что прочтет знаки под другим углом, но татуировка уже скрылась рукавом. Ее не хотели показывать. - Ничего особенного. В детстве набил. - В детстве? Невольно тема продолжилась. Его Высочество задумался, насколько надо быть смелым в малом возрасте, чтобы бить татуировку самому себе. Может надпись не читаема, потому что это детский расплывчатый почерк? Стало еще интереснее. Может правда откроется в другой раз. Чтобы не терзать собеседника взглядом, Се Лянь перевел взгляд на портрет. - Откуда Сань Лан знает Принца Сяньлэ в образе воина, радующего богов? - Гэгэ сам говорил, что я знаю все на свете. Так что же странного в том, что я знаю его образ? Он опять уклонялся от ответов. Его Высочество лишь хмыкнул, мягко улыбаясь и встал из-за стола. Сань Лан проявил желание помочь убрать посуду и помыть ее. После жаркого рабочего дня не мешало помыться, но сколько бы Принц не затаскивал в бадью помощника, тот отказывался или убегал в другую часть храма, находя себе дела. Князь Демонов уселся на табурет и начал что-то вырезать из тонкого длинного бруска. Резак крепко держался в пальцах юноши, щепки с древесной пылью летели в одну кучку. Се Лянь не стал интересоваться раньше времени задумкой мастера. Белые одежды лежали сложенными в стопку на скамье. От нагретой воды из бадьи шла блеклая дымка пара, в нее окунулась нога, увенчанная меткой проклятой канги. Се Лянь опустился в воду, легкая ткань штанов сразу же обтянула ноги. Ладони зачерпнули воды, торчащие в стороны каштановые волосы смочились. Длинные пряди задержались поверх водной глади, до сих пор источающей пар. В тишине комнаты слышался лишь звук лезвия, скользящего по дереву. - Сань Лан, сегодня ты так постарался, работал целый день. И сколько же ты уже вдали от дома? Неужели в мире демонов не нужно не перед кем отчитываться? Его Высочество медленно развернулся, положил мокрые руки на бортик бадьи, сверху уложил голову. Взгляд задержался на пламени красной свечи, затем скользнул на улыбающегося, но все еще увлеченного резьбой, Хуа Чэна. - В нашем мире каждый сам за себя. Да и перед кем мне отчитываться? Я главный, никто не осмелиться перечить. Услышав ответ, Се Лянь хмыкнул, заправил выпадающие пряди за уши и внимательнее вгляделся в фигуру, сидящую на табурете. Ранее круглые аккуратные уши, украшенные серьгами, приобрели более заостренную форму. Кожа при скромном освещении отливала холодом, даже казалась сероватого оттенка. - Вот как. Я думал, что у демонов структура та же, что и на небесах. - Мы не столь консервативны. Демон подмигнул, отложил инструменты с изделием на стол. Работа закончена, теперь в его интересе был разговор. Глядя на передвигающуюся по храму фигуру, Принц продолжил утолять свое любопытство в расспросах. - Надо же… А ты встречал других Непревзойденных? - Встречал. - Даже Зеленого Фонаря Блуждающего в Ночи? - М-м, этот отброс. Как-то поздоровался с ним, а он убежал… Се Лянь вскинул голову, изогнул брови, через хитрую улыбку приговаривая. - Наверняка не просто поздоровался…? Веки сомкнулись всего на секунду, пока мужчина протирал лицо. Когда зрение прояснилось, Его Высочество дернулся, замечая подле бадьи сидящего юнца. В черных глазах проглядывался узкий, словно змеиный зрачок. За тонкими бледными губами в улыбке блестела пара клыков. Демонические нотки проскальзывали все ярче. Хуа Чэн решил ответить. - Просто поздоровался. Заодно заработал себе прозвище Собиратель Цветов под Кровавым Дождем. В голове Принца зазвучал голос Лин Вэнь, когда та рассказывала на собрании о Четырех Бедствиях. Она говорила, что Собиратель Цветов под Кровавым Дождем однажды разорил гнездо какого-то мерзкого демона, неужели Ци Жуна? - У вас разногласия с Зеленым Демоном? - Немного. Рожа мне его не нравится. Не только мне он противен, еще Черноводу. С злорадной ухмылкой протянул молодой господин. Его пальцы опустились в бадью, заскользили по горячей воде, разгоняя дымку. Такой жест слегка смущал Его Высочество, но он решил не придавать этому значения, наоборот, воспользоваться возможностью. Незаметно для демона Се Лянь набрал в ладони воды и вылил ее прям на белоснежное лицо. Зрачки в демонических глазах сузились в иглу от удивления, тонкие черные брови вскинулись, а мокрая челка прилипла ко лбу. - Гэгэ! Через смех возмущенно выпалил юноша, но его лицо уже начали протирать ладони. Принц заставил потемневшие веки сомкнуться, чтобы лучше промыть лицо. Невозможно было не относиться к демону как к незрелому юнцу, даже если это не истинный облик. Сань Лан капризен, своенравен, любит натворить дел и оскалиться. Молодая кровь так и разгонялась по жилам. Чувствуя себя значительно старше, Его Высочество взял часть ответственности на себя, как за младшего брата. - Не хочешь мыться, так хотя бы умойся! Капризный, как ребенок… Кстати, о Черноводе, вы хорошо знакомы? - Не очень. Я мало с кем хорошо знаком из демонов, а те, кто рангом ниже Непревзойденного даже не смеют со мной заговорить. Наконец, Се Лянь закончил умывание. Юноша пригладил челку назад, поставил подбородок на бортик бадьи, взяв пример с друга. Принц лишь выдохнул, про себя думая, что Князю Демонов могло быть одиноко в своем королевстве нечисти. - Так интересно. У вас всего несколько значимых лиц, не то что на Небесах, где всех чиновников не упомнить. - Не запоминай. Зачем голову перезагружать? - Сань Лан! Я же могу кого-то оскорбить… Опять демон заговорил как малый, невоспитанный ребенок. Мужчина приложил палец к точке меж бровей. Но даже это не смутило юнца. Надменно прикрыв веки, он пробасил. - Если такой пустяк и может кого-то оскорбить, то он мелочное ничтожество. Ничто не исправит своенравный характер. Его Высочество не стал перечить мнению Князя Демонов. Убрав руку от лица, мягко хлопнул друга по плечу. - Уже поздно. Иди ложись, я скоро приду. - Хорошо, гэгэ. Хуа Чэн поднялся, скоро его высокий силуэт скрылся за старой, рваной занавеской. Принц закончил омовение, а когда потянулся к одежде, заметил, что поверх белых тканей лежит деревянная шпилька для волос, на верхушке которой красовался искусно вырезанный пион. На ночь осталась гореть одна лишь свеча в старом ржавом подсвечнике с кривой ручкой. Пламя колыхалось от легкого дуновения ветерка из окна. Все дыры на славу заделались юношей, сквозняков стало меньше, а спать, без риска что с утра начнется дождь, спокойнее. Неожиданно Хуа Чэн заговорил. - Я уродливый. - Что? Се Лянь лежал на постели с демоном, в этот раз под их головами свернулось старое одеяло в качестве подушки. Мять ночью красную куртку Принцу стало жаль. Яшмовые глаза вопросительно уставились на лицо напротив. Юноша лежал и смотрел на темный потолок, белые пальцы крепко стиснули халат, укрывающий двоих. - В истинном обличии. Рожа у меня страшная. - Сань Лан… чего это ты вдруг? Его Высочество осторожно приподнялся, чувствуя, что друга что-то гложет, иначе он не заводил бы разговоров среди ночи. Придвинув свечу ближе, Принц окинул молодого господина взглядом. В нынешнем обличии он казался очень даже неплохим юношей, даже с проглядывающими демоническими чертами в виде ушей, клыков и оттенка мертвой кожи. Это уже было приближенно к настоящему лику. Ходили слухи, что Собиратель Цветов под Кровавым Дождем был с рождения уродлив, но может это все слухи? Впрочем, неудивительно, почему ему не безразличен внешний вид, если с детства его дергали по поводу внешности… Хуа Чэн, резко поднявшись следом, напал с расспросами. - А если я выгляжу как черт с зеленым лицом, торчащими клыками и язвами по всему телу?! Хочешь увидеть? - Хочу. Мы теперь… друзья. Услышав ответ, Князь Демонов едва прикрыл веки, пряча взгляд. В черных глазах отражалось рыжее пламя свечи, придавая беспроглядной темноте капельку человечности. Се Лянь посмотрел перед собой с доброй улыбкой, затем мягким голосом заговорил. - Друзья должны быть честны друг с другом. Мне неважно, как ты выглядишь, главное, что мы сошлись характерами. Мне кажется, что ты не можешь быть столь некрасив, как описываешь. И даже если твой истинный облик…. Сань Лан, ты что? Смеешься?! Взглянув под черную челку, Принц заметил, что юноша действительно смеется над его откровенностью. Возмущенно фыркнув, Его Высочество, с уже красным лицом, упал на подушку, нахмурился и сложил руки на груди. - Никакой искренности! - Гэгэ… Нет-нет! Я не над твоими словами смеюсь! Хуа Чэн упал на подушку следом, как можно ближе к Се Ляню. Не успел мужчина отвернуться, его руку перехватили и объяли холодными пальцами. В следующий миг Принц почувствовал холод безмолвной груди, его ладонь прижали к месту, где должно было стучать сердце. - Ваше Высочество, я клянусь… Вы не найдете на свете никого искреннее, чем я. От неожиданного прикосновения и пылких клятв Его Высочество нахмурился, краснея в ушах. Вот негодник. Продолжает озоровать даже при серьезных темах. Все же на спокойную улыбку Князя Демонов с торчащими аккуратными клыками невозможно было злиться. Принц лишь отнял руку, неохотно отвернулся и протянул наигранным обиженным тоном. - Хватит разговоров. Спать пора. - В следующий раз. В следующий раз, когда мы встретимся, я предстану перед вами в истинном обличии. Пообещал юноша, цепляя пальцами длинные каштановые волосы. Се Лянь уже спал. Пламя свечи потухло. Послышался краткий серебряный звон, после чего в храме настала тишина.