carry on my wayward brother

      «Что ты в действительности знаешь о своём дагэ? Я имею в виду, Юэ Цинъюаня. Попробуй пройтись по списку его друзей. Ваших родственников. Что ты там найдешь, Шэнь Юань?»       Шэнь Юань устало потёр виски, перелистывая неаккуратно расписанные, множество раз перечёрканные, бумажки. Чем больше он выписывал информации — тем меньше понимал суть происходящего. А ведь как знал, что Ша Хуалин доверять не стоит.       Присутствие странного сверхъестественного в ней, он ощутил практически сразу, пускай и не мог понять в чём проблема конкретно. Его вечно беспокойный брат и вовсе воспылал к ней странным доверием, и он, не выяснив точного замысла девушки, так и не решился побеспокоить его с этим вопросом. Однако за чем бы она не явилась к ним тогда — это не могло быть хорошим.       — Твой братец очень милый, — перекрикивая музыку в баре, улыбнулась Хуалин, облокачиваясь об потёртый столик.       Отовсюду грохотала музыка, пахло алкоголем и подпалёнными сигаретами, вперемешку с едкой смесью духов и одеколонов посетителей. Освещение, постоянно сменяющееся разноцветными, мигающими софитами, раздражало глаза. Шэнь Юань и сам полноценно не понял, зачем подыграл дружескому акту малознакомой медсестры, позволив утащить себя в бар.       Он выцепил в толпе прямую спину Шэнь Цзю, заказывающего им выпивку, и кивнул.       — Да. Он хороший.       — Жаль, что твой второй брат не такой же.       Брови Юаня сошлись на переносице. Когда он взглянул на Ша Хуалин, то та продолжала улыбаться ему совершенно будничной улыбкой.       — Прошу прощения?       — Ох, ну, — она пододвинулась поближе, склоняясь над ним достаточно близко, чтобы он различил её шепот, даже сквозь шум. — Я про вашего Ци-гэ. В наших кругах его запомнили, как Юэ Цинъюаня. Ой-ой, ты не знал его второго имени?       На следующее утро, столкнувшись с дичайшим похмелием, и заполучив порцию издевательств со стороны старшего брата, он решил, что ему это причудилось. Пьяная галлюцинация, сильно смешавшаяся с реальностью. Но потом, ровно неделю спустя, Ша Хуалин вернулась в его жизнь простым сообщением, доказывающим, что тот диалог, прерванный вернувшимся Шэнь Цзю, был реальностью.       И Шэнь Юань начал изучать информацию про человека по имени Юэ Цинъюань.       Как же велико было его удивление, когда он обнаружил на это имя документы с фотографиями своего потерянного брата, Шэнь Ци. Человек на фотографии выглядел таким же, как в памяти Шэнь Юаня. Просто чуть более усталый. Но узнаваемый. А ещё, человек по имени Юэ Цинъюань скончался через пять лет после того, как Шэнь Ци попрощался со своими братьями.       Он не знал, что и думать.       Единственные найденные друзья Юэ Цинъюаня погибли достаточно странным образом, прямиком после его смерти. Их общие родственники? Что ж, признаться, братья Шэнь их совершенно не помнили. Они стали сиротами в том возрасте, когда не умели толком говорить и ходить самостоятельно. Все воспоминания лежали на плечах тринадцатилетнего Ци-гэ, сказавшего им, что никаких родственников у них не было, исключая родителей. Однако, отталкиваясь на документы… Они были. Две тёти со стороны отца, дедушка со стороны матери, даже двоюродная сестра. И все умерли. Через несколько недель после того, как мир покинули их родители.       Шэнь Юань и Шэнь Цзю знали: Ци-гэ не был им родным братом. Долгое время мистер и миссис Шэнь не могли завести детей. Сдавшись, они усыновили ребёнка по имени Ци, ставшего частью семьи. Тот редко разговаривал с братьями о своём прошлом, где прожил до восьми лет. Какими бы любопытными Цзю с Юанем не являлись, они всегда замолкали, стоило им столкнуться с пустующим взглядом дагэ, вспомнившего что-то из собственного детства.       Сейчас Шэнь Юаню казалось, будто знание о прошлом их брата могло их сильно выручить.       Голова трещала от полученной информации. Как Юэ Цинъюань был связан со всем происходящим? Линьгуан-цзюнь обмолвился, что некто променял Шэнь Цзю на него. У Юаня не имелось тенденции верить демонам, но… Не мог ведь Ци-гэ…       Шэнь Юань раздражённо качнул головой. Да, их отношения с Ци-гэ были лишь на четверть такими тёплыми и важными, как у дагэ с Цзю, но… Он вряд ли бы продал его демону. Шэнь Ци казался слишком праведным человеком — справедливым! — чтобы поступать так нечестно.       — Ох-хо, я прям-таки слышу, как у тебя крутятся шестерёнки в голове.       Младший Шэнь вздрогнул. Подскочив на стуле, он немедленно вытащил пистолет, заряженный серебряными пулями, и направил на источник звука.       На подоконнике, оперившись ладонями об поверхность, сидела Ша Хуалин, болтающая ногами из стороны в сторону.       — Что ты за тварь такая, а? — раздражённо рыкнул Юань, прищуриваясь.       Вместо объяснений, её глаза залились чёрной смолью. Тонкие губы изогнулись в усмешке, когда Шэнь Юань потянулся к припрятанной в кармане святой воде. Демон! Ну конечно же. Кто ещё мог так наслаждаться игрой с рассудком Шэней, если не эти твари?       — Мы проверяли тебя, — хмуро заметил он, припоминая как Цзю не единожды закашливался, бормоча Кристо в общем шуме.       — Эта недостойнейшая слишком старая, чтобы реагировать таким образом!       Демоны либо рождались таковыми — как Линьгуан-цзюнь, к примеру, — либо становились ими. У первых имелся свой истинный облик, и к нему они могли возвратиться в любой момент, если того желали. Вторые… Постоянно искали телесные оболочки, занимая места людей. Порой случалось так, что им удавалось отыскать наиболее удачное тело. Привязывая свою грязную душу к такому «мясному» костюму посредством тёмной магии и сотрудничеством с ведьмами, они сливались с людьми достаточно хорошо. Настолько, что вытравить их в толпе становилось целым испытанием.       Похоже, Ша Хуалин приросла к своей оболочке настолько плотно, что процесс изгнания был бы невозможным. Только полноценное убийство.       — Что ты хочешь от меня? — скрежетнул зубами Юань.       Ша Хуалин притворилась задумчивой.       — Чего я хочу? Да ничего такого… Помочь тебе, разве что?       Он закатил глаза.       — Спасибо, леди Ша. Обойдусь без вашей альтруистичной помощи.       Не обозлившись, та только молча соскользнула на ноги, и приблизилась к нему, напрочь игнорируя направленный ствол.       — Шэнь Юань, послушай… Ты не глуп. Идиот, но не глуп. И сам понимаешь, что все эти волшебные детишки, вроде тебя — не совпадение. Не попытка Линьгуан-цзюня сыграть в дочки-матери. А знаешь для чего он вас растит? — Ша Хуалин приподнялась на цыпочках, и подцепив подбородок длинным ногтём, шепнула: — Армии.       Шэнь Юань инстинктивно дёрнул плечом.       Он помнит, точно помнит, что одна из девушек — которая убила себя у них с братом на глазах, не совладав с тяжестью новых сил — та, что разговаривала с Линьгуан-цзюнем во снах, упоминала что-то про армию.       Заметив его интерес, демонесса продолжила:       — У Линьгуан-цзюня есть план. Масштабный. Такой, что поднимет весь ад на уши. Он хочет революции, он хочет… То, чего он хочет… Некоторые из нас этого не желают. Я — одна из них, поверь мне. Ты, Шэнь Юань, можешь нам помочь. От лица всех тех, что не согласны с планом Линьгуан-цзюня, я здесь, чтобы наставить тебя на верный путь, мальчик.       Шэнь Юань поморщился. Сотрудничать с демонами — отвратительная задумка. Просто ужасная!       — Есть много вещей, о которых ты не подозреваешь, Шэнь Юань. Я научу тебя многому. Ты ничего не потеряешь.       О, как минимум, он лишится поддержки брата.       — Что ты предлагаешь? — наконец, заговорил он, не сводя взгляда с девушки.       Лицо Хуалин засветилось.       — Мы станем отличной командой.

***

      — А-Цзю, что ты помнишь о Ци-гэ?       Шэнь Цзю застыл с поднесённым ко рту бутербродом, подобно оленю, ослеплённому машинными фарами, и Юань немного виновато улыбнулся.       Тема Ци-гэ являлась в их семье табуированной; со стороны Цзю, особенно.       — Что он предатель, — отрезал старший брат, надкусив хлеб.       Предатель… Они предпочитали называть его так, потому что он не вернулся к ним. Но что если… Что если он понимал, что его кончина близко? В конце концов, Юэ Цинъюань погиб через пять лет. Пять лет — это половина от срока сделки с демонами, по окончанию которой адские псы разрывают свою жертву на части, отправляя душу в Ад. Так что если…       — Я тут думал… Ты простишь его, если узнаешь, что причина по которой он бросил нас — это смерть?       — Никаких объявлений о смерти человека с именем Шэнь Ци — нет, — холодно отозвался Цзю, наморщив нос.       А искали ли они когда-нибудь глубже этого? Никогда. Шэнь Юань не мог сказать наверняка, избегал ли его брат поисков информации про дагэ, потому что боялся, что тот действительно покинул этот мир, или потому что страшился, что тот мог начать отдельную от них жизнь? Что было хуже для Цзю? Быть забытым или лишиться члена семьи?       — Просто возможный сценарий, — отмахнулся младший Шэнь.       — Если ты узнал что-то, то будь добр, поделись с классом.       Шэнь Юань изначально временно не планировал сообщать узнанное гэгэ. Ни о Юэ Цинъюане, ни о Ша Хуалин, ни о Линьгуан-цзюне. Но… Связь Цзю с Ци-гэ была слишком крепкой. Более значимой, чем их с дагэ. Скрывать эту часть информации, казалось нечестным. Шэнь Цзю заслуживал знать.       — Я тут выяснил, что у наших родителей имелось кучу родственников. Правда, все умерли после папы и мамы, — издалека начал рассказывать он. Наткнувшись на безразличный взор брата — семейные ценности его мало интересовали — он продолжил: — А ещё, Шэнь Ци, оставив нас, сменил имя на Юэ Цинъюань. И умер пять лет спустя.       — Как? — Цзю уставился куда-то перед собой.       — Я не нашёл точной информации. Но он умер ровно в тот же день, что и наши родители.       Что ещё больше доказывает его теорию про сделку с демоном! Ровно десять лет!       — Хорошо, — неожиданно спокойно пожал плечами старший Шэнь. — Это мирная смерть.       Удивившись такой реакции, Юань попытался донести свои догадки вновь:       — Тебе не кажется странным, что…       — Я знаю, что ты сейчас скажешь, — перебил он, не разрешив договорить. — И я повторюсь: Шэнь Ци встретил мирную смерть. Поделом ему. Со сверхъестественным он никак не связан. Пожалуйста, оставь роль параноидального брата на меня.              Шэнь Юань щёлкнул языком.       Его брату вновь не хочется принимать что-то очевидно странное. Всё в порядке — это у них совершенно общая черта характера.       — Зачем ты вообще это искал?       Помедлив, Шэнь Юань выдавил улыбку.       — Захотелось найти родственников.       На удивление, Цзю казался настолько нервным, что быстро купился.       — Ладно. Не забудь повесить в рамочку наше семейное древо. Очень полезная штука.       — Мудак.       — Придурок.