carry on my wayward brother

0.

      Тревожная мелодия забила по перепонкам, вынуждая Шэнь Юаня подскочить на твёрдом матрасе испуганной ланью.       На соседней кровати, кивая головой в такт мелодии, причёсыванием волос занимался умиротворённый Шэнь Цзю. Заметив перепуганное после пробуждения лицо брата, он шкодливо ухмыльнулся:       — Проснись и пой, диди.       Крохи сна тут же испарились, и Юань недовольно промычал в знак приветствия, потирая тыльной стороной ладони мутные глаза.       — «Предательство Поупа»? — поинтересовался он, вытягивая руки над головой. — Вот уж и тебе доброе утро.       Цзю ловко собрал волосы в плотный пучок, подкрепил остроконечной заколкой, служащей по совместительству оружием, и пожал плечами.       — Бессмертная классика, братик, — и опережая просьбу уменьшить звук, вкрутил мелодию погромче, не позволяя вновь погрузиться в сон. — Не ленись, у нас дело ещё.       …Ну да. Поленишься тут.       Дело, которое им подкинул Му Цинфан, было, мягко говоря, странным. Сюрреалистичным, даже.       Итак, популярный городской журналист, прослывший в округе разоблачителем шарлатанов — ну вроде фокусников и мистификаторов — бесследно пропал, прибывая в Мистическом Доме; заведомо ненастоящем способе содрать денег с туристов и наивных жителей. Конечно, это всё могло быть глупым совпадением, но… Разве не стоило всё равно проверить?       Колокольчики, висящие на стеклянной двери небольшой забегаловки, приветственно звякнули, и братья Шэни неохотно проскользнули вовнутрь, оглядываясь по сторонам. Ничего особенного: потрёпанное заведение, завтракающий у стойки мужчина преклонного возраста, листающий газету, и взбалмошный юноша, спорящий о чём-то с женщиной у кассы. Совершенно обычное заведение в обычном городе.       — О, — внезапно воодушевился Цзю, тыкая на настенную вывеску, — сегодня тому, кто заказал фэнлису бесплатно заварят билочунь. Будешь?       Шэнь Юань постарался скрыть удивление.       Его старший брат являлся не меньшим сладкоежкой, чем он сам, разумеется, но… Обычно он предпочитал прятать этот факт за салатами и всякой полезной пищей, притворяясь придирчивым к пище богачом, обворовывая потом Юаня, заказавшего себе чего-нибудь более вредного и сладкого. А сегодня, видимо, не удержался.       Или… Решил не ограничивать себя в последние…       Шэнь Юань тряхнул головой.       — Нет, спасибо. Не голоден. Закажи сам.       Прошло несколько секунд прежде чем к ним торопливой походкой подошла молодая девушка, поправляющая ослабевшую косу. Достав из заднего кармана рабочей униформы блокнот, она как-то странно-улыбчиво уставилась на младшего из Шэней, не менее подозрительно спросив:       — Приветствую, господа! Вам чего-нибудь… Сладкого? — похоже в глаз её что-то, крайне неудачно попало, потому что на последних словах она моргнула одним лишь правым глазом, в сторону Шэнь Юаня.       Отчего-то, его гэгэ презрительно закатил глаза.       — Мне фэнлису, — хмуро махнув на вывеску, заказал Цзю.       — Только кофе, — тянясь к мобильному телефону, бросил Шэнь Юань, — спасибо.       Стоило девушке ретироваться на кухню, как Шэнь Цзю резко пнул его под столиком.       — Ничего не заметил, герой?       Не отвлекаясь от поисков дополнительной информации касательно нового дела, Юань неторопливо пожал плечами.       — М-м, да нет, вроде… — опять у кое-кого паранойя разыгралась. — О, смотри. Мистический странный дом совсем неподалёку.       Шэнь Цзю то ли прыснул, то ли проныл.       — Ладно. Сходим ночью, после закрытия?       — Без проблем, — нараспев согласился он, смахивая сообщение от Ша Хуалин.       — Ваш заказ!       Всё та же официантка вернулась к их столику, лавируя с двумя подносами на руках. Первым делом она поставила заказанный Юанем кофе на стол, а затем чай Цзю. Однако, когда она планировала, наконец, погрузить перед ним пирог, рука её соскользнула с подноса, и тот с грохотом рухнул наземь. Испуганно попятившись, она сложила руки в извиняющемся жесте.       — Извините! Извините, пожалуйста.       Шэнь Цзю помрачнел практически мгновенно. Огонь в его глазах угрожающе мелькнул, и прежде чем брат успел пуститься в агрессивную тираду об ужасном обслуживающем персонале — как если бы это был пятизвёздочный ресторан, а не кафе на отшибе мира — Шэнь Юань поспешил успокаивающе улыбнуться девушке.       — Не беспокойтесь, пожалуйста. Всё в порядке. Правда.       Весь оставшийся день протянулся скучной тишиной, окружённой четырьмя стенами отеля. По большей части, они маялись совершенно ничем: читали книги, листали каналы на старом телевизоре, подготавливались к вечерней вылазке. И лишь когда время начало близиться к одиннадцати, они соизволили выползти на улицу.       Странный-мистический дом действительно оказался достаточно близко. Поэтому добрались до пункта назначения они за считанные минуты. Да и дверь взламывать не пришлось — по поразительной причине, она оказалась открытой — так что, пожав плечами, братья вошли внутрь, начиная привычную проверку.       — Глухо, — прошептал Цзю, нагоняя Шэнь Юаня со спины. — ЭМП нет.       — Серы тоже, — разогнул спину он, раздосадовано поджимая губы.       — Может, этот журналюга вышел отсюда до того, как…       — Вы ещё кто такие?!       Оба охотника вздрогнули, медленно оборачиваясь к двери. На пороге, держа внушительного размера дробовик, стоял невысокий тучный мужчина, панически разглядывающий нарушителей. Шэнь Юань не сразу распознал в нём владельца своеобразного музея, господина Фэна.       — Всё хорошо, — попытался успокоить он ничего не понимающего человека. — Мы сейчас уйдём! Честно.       — Не двигайтесь! Не двигайтесь, пока не приедет полиция!       — О, Господи, — простонал Цзю, нетерпеливо надвигаясь в сторону мужчины. — Мы буквально ничего не–       Послышался выстрел.       Шэнь Юань обескураженно застыл на месте. Его брат неуклюже попятился назад, ухватившись за грудную клетку. Господин Фэн, осознав произошедшее, мелко задрожал, выпустив оружие из рук.       — Я не… Я не хотел! — завизжал он, отступая назад.       — А-Цзю?!       Шэнь Цзю повалился в руки Юаня; дыхание тревожно сбилось, а глаза непроизвольно заслезились. Младший Шэнь в ужасе взглянул на большое кровавое пятно, чётко выделяющееся на белой кофте. Крепко прижал дрожащую ладонь к месту ранения, и сглотнул.       — Шэнь Юань, мне что-то… Не очень… — на последнем издыхании промямлил старший брат, опрокинув голову на его плечо. — Я…       — Звони в скорую, чёрт возьми! — рявкнул застывшему мужчине Юань. — А-Цзю, всё хорошо. Всё хорошо, мы тебя обязательно подлат… А-Цзю!

1.

      Шэнь Юань в ужасе подскочил на месте, в тревожной панике вертя головой по сторонам.       — Проснись и пой, диди!       Шэнь Цзю, его любимый брат, был там же, где и в прошлое утро, а из динамиков небольшой колонки играла всё та же неизменная мелодия.       — …Ты чего? — вдруг поинтересовался Цзю, пытаясь рукой прощупать температуру Юаня. — Выглядишь херово.       О, Шэнь Юань не только выглядел так…       — А-Цзю, — немного заторможено пробормотал он. Автоматически потянулся навстречу прикосновению, и схватил Цзю за локоть, щипая бледную кожу. Настоящий. — А-Цзю.       — Кто ещё? — фыркнул брат, тяжело вздыхая. Наверняка решив, что у Шэнь Юаня очередной ночной кошмар, поспешил перевести тему: — Не ленись, у нас дело ещё.       Хорошо, возможно, Шэнь Юань немного бредил.       Они зашли в то же кафе, что и вчера, пересеклись с теми же людьми по дороге, а ещё Шэнь Цзю повторял одинаковые реплики, раз за разом. А на вопрос о вчерашнем дне — который технически должен был быть четвергом — лишь крутил у виска, отвечая, что вчерашнюю среду они провели в дороге.       Итак, предположительно это был слишком длинный и чёткий вещий сон. Пускай после смерти Линьгуана-цзюня они перестали его посещать, а такого рода детальных предсказаний он никогда и не видел, но другого объяснения найти он не мог.       Ему просто предстояло сломать события увиденного. И спасти Шэнь Цзю. Он справится! А потом расскажет обо всём брату, и тот посмеётся с нелепости несостоявшейся смерти. Право, такое уже бывало.       — О. Сегодня тому, кто заказал фэнлису бесплатно заварят билочунь. Будешь?       — Пожалуй, обойдусь…       Обслуживающая их девушка странного поведения не изменила. И подавая заказы, практически вновь уронила пирог его брата. Практически, потому что осведомлённый об этих событиях Юань, вовремя поймал заказ. Оба, его брат и официантка, уставились на него с широко распахнутыми глазами.       — С-спасибо, господин!       — Обращайтесь, — натянуто улыбнулся он.       Стоило ей отойти, как Цзю, прибрав к рукам свой злосчастный завтрак, пошутил:       — Как дела с паутиной, Паркер? — младший Шэнь закатил глаза. — Ну, что там по делу?       В этот раз, информацию искать не пришлось.       — Он находится буквально неподалёку.       — Пойдём туда ночь…       — Нет! — слишком поспешно, чуть ли не истерично, выпалил Шэнь Юань. Осознав свою ошибку, поспешил исправиться: — То есть… Нет. Направимся сейчас, как следователи. Не стоит… Так выворачиваться, вот что.       — Ну, ладно? — терпеливо вздохнул его брат, пожимая плечами.       В этот раз, по улице, ведущей к Странному Дому, удалось пройтись не пустынной ночью, а пока ещё ранним утром. Шэнь Цзю ненароком задела плечом бегущая куда-то девушка, прижимающая к груди листовки — его брат одарил её раздражённым взглядом вслед — чуть поодаль на них несдержанно зарычала большая собака, привязанная ко двору жилого дома, а ближе к пешеходной дороге, нашлись двое рабочих, перетаскивающих мебель. В прошлый раз этого всего не было, и Шэнь Юань заметно успокоился.       Господин Фэн, владелец развлекательного музея, встретил их почти приветливо. По крайней мере, без дробовика. Никакие улики или зацепки так и не нашлись, и они неторопливо двинулись обратно.       — Может, этот журналюга вышел отсюда до того, как пропал? — в этот раз его брат завершил свою мысль, попутно ослабляя на шее бордовый галстук.       — Может быть, — радостно согласился Юань, позволяя себе, наконец, расслабиться. — Знаешь, давай-ка проверим…       Цзю вышел вперёд, на дорогу. А потом… А потом раздался визг колёс, и Шэнь Юань, от неожиданности, даже не закричал. Только уставился на распластавшееся тело своего гэ, бессильно раскинувшегося руки.       Блять.

10.

      На третий день Шэнь Юань догадался, что дело было вовсе отнюдь не в вещих снах. Чем бы это не являлось — какой-то зацикленностью — оно было сфокусировано на Шэнь Цзю. Если точнее, на его смерти.       Как бы он не старался обезопасить своего брата от происходящего, Цзю всё равно умудрялся напороться на совершенно уникальный, идиотский способ умереть. Например, позавчера — то было восьмой попыткой — он попытался остаться дома, уговорив Шэнь Цзю никуда не идти. По итогу, тот подавился заказанной едой и умер. А уже вчера, когда Шэнь Юань запретил им завтракать, Цзю умудрился свернуть себе шею в ванной.       Сегодня, на юбилейный десятый четверг, Шэнь Юань всё же решил попытаться спасти его не в стенах отеля.       — Ты сегодня какой-то нервный, — заметил старший Шэнь, косясь на него с подозрением. — О…       — Сегодня тому, кто заказал фэнлису бесплатно заварят билочунь, — прервал он с немного натянутой улыбкой. — Нет, не буду. Спасибо.       За столик они уселись в гробовой тишине. Не выдержал первым Цзю.       — Ладно. Что не так? Скажи мне.       Кроме того, что он, похоже, сходил с ума? Ну, погода была немного раздражающей.       — А-Цзю, я думаю… Я думаю, что с этим городом что-то не так, — осторожно начал он, неуверенный в своих словах. — Мужчина, который пропал в Странном доме… И, кхм, со мной тоже что-то не так. Я вижу этот день уже какой раз подряд. Ты умираешь в каждом.       — Как сон? — рассеянно поправляя волосы, поинтересовался Цзю.       Он был слишком скептичным для происходящего, разумеется.       — Нет, совершенно не так.       Ожидаемо, брат его не совсем понял. Но всё-таки поддержал.       — Ладно. Давай просто попробуем всё делать наоборот. Нарушить цикл того, что ты… Видишь. Не сказать, что я верю в твой бред, но мы ничего не потеряем, да? Просто предупреждай, что я обычно делал в твоих видениях…       Разбитое «я не хочу умирать», прошептанное на повторе, дрожащим голосом брата, возникло в голове Шэнь Юаня моментально.       — Ты закажешь фэнлису, — поведя плечами, неспешно поведал он. — Но официантка уронит его.       Будто по велению, она подошла к их столику, повторив всё те же действия, что и в прошлые разы. За исключением, его брат в этот раз изменил ход сюжета.       — Мне… Салат Цезарь, — Шэнь Цзю заговорщицки подмигнул ему. — Тебе, диди?       — Апельсиновый сок, — подыграл он, по-прежнему напряжённо осматриваясь.       Может, стоило обсудить это с братом раньше десятой попытки? Думалось им всегда вдвоём лучше, чем по одиночке, да и контролировать действия Цзю так легче, чем когда он ничего не понимает.       — Видишь? — успокоил его он. — Всё будет отлично.       — Собака начнёт рычать и лаять.       Справа раздалось громкое гавканье.       — Я же говорил, что не поместится, — сделав голос ниже, заговорил Шэнь Юань. Затем откашлявшись, добавил: — Так расчёт и не я делал, придурок!       — Я же говорил, что не поместится…       — Так расчёт и не я делал, придурок!       Шэнь Цзю поражённо захлопал ресницами, принимаясь оглядываться на всех с недоверчивым прищуром.       — Осторожно, девушка с листовками.       Заметив приближение упомянутой личности, его гэ плавно отскочил в сторону, позволяя ей беспрепятственно пройти вперёд.       — За все эти… Дни. Мы когда-нибудь останавливали её? — полюбопытствовал он.       Шэнь Юань непонимающе нахмурился.       — Нет, а что?       Не было у него как-то времени на то, чтобы обращать внимание на наименее проблематичную фигуру данного спектакля. На этой улице у Цзю всегда чаще всего происходили смерти, чем в каких-либо других локациях.       — Секунду.       Первая: сбивающая его на всех скоростях машина — за эти дни Шэнь Юань умудрился выяснить, что владельцем её являлся тот же тип, что ссорился с кассиршей в кафе, перед их входом. Вторая: перетаскивающие мебель ребята, что неизменно роняли на голову Цзю письменный стол.       — Я выяснил, — вернулся Цзю, чуть запыхаясь. Всунул бумагу в руку, — что она дочь пропавшего журналиста.       Третья: люк. Гэ проваливался в раскрывшийся без единой причины люк, разбиваясь на смерть.       — И что она сказала?       Четвёртая: с верхних этажей жилого комплекса, муж, спорящий с женой, в порыве гнева выбрасывал телевизор с окна, убивая тем самым его брата.       — Если кратко, то… Блять!       — Шэнь Цзю!       Пятая: собака, сорвавшаяся с цепи. Буквально.

???

      Еще чуть-чуть и Шэнь Юань грозился слететь с катушек.       Зацикленный, казалось, навсегда, день не прекращал запускаться снова и снова. В какой-то момент, он перестал вести счёт нескончаемым четвергам. И не менее бесконечным смертям брата. Он искренне делал всё возможное. Даже выяснил, что попытки суицида тоже не останавливают временную петлю.       Зато, он сумел — капля по капле, прерываемый постоянным завершением дня — собрать полноценную картину личности, близких и пропажи этого долбанного, никому не сдавшегося, журналиста. Не то чтобы это пригодилось, разумеется.       — О Боги, ты выглядишь просто отвратительно, ты знаешь? — присвистнул с лёгким осуждением брат, когда они в очередной раз зашли в душное, уже искренне ненавистное, кафе. — О. Сегодня тому…       — …Кто заказал фэнлису бесплатно заварят билочунь. Нет, не буду, — бесцеремонно перебил Шэнь Юань, ощущая приближающийся приступ дёргающегося глаза.       Цзю бросил на него подозрительный взгляд.       Расположившись у неизменного столика рядом с окном, напротив друг друга, братья Шэни принялись молча переглядываться друг с другом — один напряжённо и взволнованно, второй — устало. Своеобразную игру прервала подошедшая официантка.       — Приветствую, господа! Вам чего-нибудь…       — Ему фэнлису, мне — кофе, — девушка растянулась в уже привычной улыбке, адресованной ему, и он раздражённо прервал: — Нет, я не заинтересован в знакомствах.       Повисла замогильная тишина. Смутившаяся работница кивнула, поспешив ретироваться на кухню. Пару десятков попыток назад у него хватало терпения на одинаковые разговоры с людьми — сейчас, нет.       Шэнь Цзю колко рассмеялся.       — Бо-оже, поразительно. Ты научился распознавать чужие намерения?       На двадцать третий день Шэнь Юань пришёл к вывожу, что Киу — так её звали — вовсе не попадало что-то в глаз. Просто она ему подмигивала, старательно пытаясь привлечь внимание. Подумать только — сколько бесполезной информации он сумел собрать, пока проживал этот день на повторе?       — А-Цзю, я уже сказал тебе…       — Да-да. Я твой утренний бред не забыл. Я всё ещё уверен, что в тебе взыграл недостаток сна. Без обид, но в то, что ты проживаешь День Сурка верится…       — …Ну, с трудом, братец, — завершил за него Шэнь Юань, растянувшись в натянутой улыбке.       Шэнь Цзю слегка напрягся.       — Эту фразу было легко угадать, — раздражённый и удивлённый голос слились в унисон. — Хватит! Ты не можешь знать всего, что я скажу. Эй! Чёрт возьми, ты…       Шэнь Цзю замолк, явно выдумывая чего бы такого оригинального сказать, чтобы поймать брата на лжи. К его величайшему сожалению, его диди проживал этот диалог последнюю неделю. Ничего нового он, увы, не услышит.       — Шэнь Цзю самый лучший старший брат.       Снова молчание.       — А Шэнь Юань бисексуал!       …       — Какого чёрта, Шэнь Юань?       Перебрасывание одинаковыми фразами было прервано приходом нервной девы Киу. Не отклоняясь от привычного сценария, тарелка с пирогом полетела вниз, когда Юань, не смотря в ту сторону, отточенным до мастерства движением, поймал заказ брата.       — Вау! — восторженно воскликнула она. — А знаете…       — Ваш младший брат такой же. Недавно даже выиграл конкурс по стрельбе. Меткость, ловкость, все дела, — завершил за неё Шэнь Юань, с пронзительным грохотом стукая фенлису по деревянному столу.       — Откуда вы…       — Угадал. А теперь, пожалуйста, оставьте нас.       Киу заторможено кивнула. Шэнь Цзю, заметив её волнение, поспешил перед ней извиниться, брякнув что-то о плохом самочувствии брата.       — Ладно, если мне, Шэнь Цзю, приходится извиняться за твоё, Шэнь Юаня, поведение, то дело действительно плохо.       Фраза была проигнорирована. Глаза Юаня очень кстати зацепились за странную несостыковку, которой не происходило раньше. Вместе с осознанием, на его лице расцвела удовлетворённая усмешка. Наконец-то! Он выцепил этого проклятого трикстера!       — Уходящего из кафе мужчину видишь? — заполучив вопросительный кивок, Шэнь Юань резво поднялся на ноги. — Его зовут Бай Ан. Он владелец небольшой продовольственной компании, и на протяжении всех дней он кушал исключительно шоколадный торт. Но сегодня… Сегодня он заказал клубничный.       — Это хорошо?       — Очень даже, — Шэнь Юань улыбнулся. — И прямо сейчас… Я его убью.       Невзирая на плохо скрытую обескураженность — не каждый день брат заставляет вас гнаться за стариком — Цзю возражений не высказал. Вполне вероятно, потому что Шэнь Юань подозрительно напоминал бешеного енота, которого остановить попросту не удалось бы. Не зря же лицо фальшивого Бай Ана, оказавшегося прижатым к стене, исказилось в испуганной гримасе.       — Что вы делаете?! Отпустите меня немедленно! — старик закашлялся, пытаясь оттолкнуть охотника. — На помощь!       — Этого достаточно, трикстер, — прошипел младший Шэнь, прижимая острый деревянный кончик к шее твари.       — Ты про… Сунь Укуна? — резко подхватил догадку брат, укладывая ладонь на его плечо. — Мы ведь с ним разобрались. Ты уверен, что это он виновник цирка?       — Шэнь Цзю, помолчи пару минут, — несвойственным себе тоном приказал Шэнь Юань.       Они действительно уже встречались с трикстером. Почти год назад, в окресностях столицы, когда расследовали странные и необъяснимые случаи — самое настоящее НЛО, укравшее ученика института, убийство от рук Дракулы… Вдобавок к безумствам, братья Шэни в ту неделю рассорились почти в пух и прах, из-за несуществующей ерунды. Пока не поняли, что это всё — одна большая шутка, устроенная никем иным, как хитрым Сунь Укуном, одним из главных трикстеров, затесавшимся в ряды уборщиков. Отыскав цель, братья быстро уничтожили эту нечисть.       Ну как уничтожили… Шэнь Цзю был уверен, что они его убили.       Шэнь Юань, который в тот день вернулся в зал, за потерянным в пылу битвы телефоном, натолкнулся на вполне себе живого, поедающего конфеты шутника. И очень опрометчиво его пощадил, сославшись на то, что люди, наказанные этим мужчиной являлись действительно преступниками, разгуливающими на свободе.       — Я сохранил тебе жизнь, и это твоя благодарность?       Трикстер не заставил себя долго ждать, мгновенно сбросив чужую личину. Образ старца с проседью растворился на глазах, явив им уже более знакомого статного мужчину с острой белоснежной улыбкой, пронзительным лисьим взглядом, и роскошными смоляными волосами, кудрями лежавшими на широких плечах. Они не знали ни его имени, ни примерного возраста, но вёл он себя слишком бесстыдно — как многовековой старик, чудом затесавшийся в ряды молодёжи.       В первый их разговор Шэнь Юаню он пришёлся по душе. Теперь же…       — Какого чё–       — Шэнь Юань, мальчик мой! — радостно поприветствовал балагур, как если бы повстречал близкого сердцу друга. — Мы так давно не виделись!       Удивление Цзю сменилось мрачным недовольством. Причина, по которой их давно побеждённый враг вновь разгуливал по улицам, как ни в чём не бывало, явно его сильно интересовала. Но расспрашивать брата сейчас было лишним. Вместо этого он со всей силы зарядил трикстеру по коленам.       — Это за то, что сводишь моего брата с ума. Ублюдок.       — Свожу с ума? — наигранно расстроенно закудахтал Сунь Укун, надувая губы. — Шэнь Юань, золотце, ты мне помог, а теперь помощь предложил тебе я. Хорошее сделать пытался, вот уж вот…       — Помочь? Заставляя переживать меня мой худший кошмар, раз за разом? — рявкнул младший Шэнь в ответ, неосознанно усиляя хватку на оружии, и тем самым прокалывая бледную шею колом; капля крови показательно скользнула за ткань белоснежной рубашки. — Объяснись.       — Этот уважаемый господин сильно постарался, между прочим. Ты ведь любишь книги? Я сконструировал идеальный сюжет, где каждый персонаж, даже второстепенный, получил свою роль! И что самое важное, я задействовал механику твоей любимой детской игры… Тысяча и один способ умереть! — он раскатисто рассмеялся, потянув руку вперёд. Погладив Шэнь Юаня по макушке, продолжил: — Этот уважаемый вовсе не таил в себе злых умыслов. Человек я благодарный, видишь ли. И происходящее тоже моя попытка сказать тебе спасибо. Этакое желание помочь тебе понять, что что бы ты не делал, как бы не убивался… Судьба твоего брата неизменна. Твой брат умрёт.       На короткое мгновение Шэнь Юань ощутил себя капризным маленьким ребёнком, обижающимся на взрослых за попытки объяснить нечто очевидное. Впрочем, быстро себя отдёрнул. Урок от Сунь Укуна почти довёл его до безумия.       — Не хочу я твоих уроков. Сам разберусь.       — О боже, просто убей его, — встрял Шэнь Цзю, выглядя подозрительно отстранённым.       Возможно и на него повлияли сказанные трикстером слова?       — Не стоит поступать так глупо. Иначе застрянешь в этом дне навсегда, — всякая забава сошла с чужого лица, сменившись ледяным спокойствием. — Отпустишь меня, и всё вернётся на круги своя. По рукам, А-Юань?       — Заткнись! Шэнь Юань, просто прибей его.       Названный задумчиво смолк.       Если есть возможность, что он вновь застрянет в нескончаемом потоке одинаковых дней, полных крови и смертей единственного близкого ему человека…       — Сунь Укун, ты обещаешь?       — Шэнь Юань!       — Даю слово, — кивнул мужчина. — Уж извини, если дружеский совет не пришёлся по душе. Вы, люди, такие смешные!       Игнорируя яростный взгляд, брошенный братом в его сторону, Шэнь Юань устало вздохнул, выпустив трикстера из хватки. Расправив помятый костюм, существо, названное богом шалостей, удовлетворённо подмигнуло ему на прощание.       — Спасибо, мальчик мой. И подумай о моих словах!       — Не заставляй меня жалеть о сохранении твоей жизни, — отчаянно протянул Шэнь Юань, пряча кол во внутреннем кармане куртки.       Сунь Укун красноречиво исчез.       Ярость, подпитывающая энергию Шэнь Юаня эти долгие дни пропала вместе с трикстером. Вместо этого захотелось беспричинно расплакаться. Не получалось, увы, и этого.       Шэнь Цзю разошёлся в привычном вихре ругательств и проклятий, а он не мог отыскать сил, чтобы что-то ответить. Вместо этого он крепко вцепился в рукав куртки брата, и просипел, почти неслышно:       — Пожалуйста, пошли обратно.       Шэнь Цзю моментально смолк. Выпрямился, и сменив гнев на милость, кивнул.       — Хорошо. Конечно.

0.

      Величественная, неторопливая мелодия плавно растеклась по помещению, вынудив Шэнь Юаня ленно приоткрыть глаза. Зябко потянувшись, он вслушался в виртуозную игру скрипки.       Это было не Предательство Поупа. Впервые. А Шэнь Цзю нашёлся не под боком, с расчёской в руках, а у окна, шнурующим ботинки.       — Это что… «Боже храни Королеву»? — взволнованно спросил он.       — Ага, — хмуро подтвердил гэ. — Проблемы какие-то?       Младший Шэнь неверяще поднялся на ноги, судорожно разглядывая комнату. Вещи лежали там, где он оставил их вчера. В вечер четверга. Не среды. Сделалось боязно, и одновременно, слишком радостно.       — Сегодня не четверг? — продолжил опрос он.       — Пятница. Если ты не забыл, то мы вчера пересекались с Сунь Укуном. И ты его упустил! Какими, чёрт возьми, мозгами ты… — Цзю замолчал, столкнувшись лицом к лицу с внимательным, полным любви и обожания взглядом. — Шэнь Юань, сколько четвергов ты пережил?       Сколько? О, он не знал. Правда не знал.       Вместо ответа он подался вперед, набрасываясь на брата с крепкими объятиями. Ткнулся носом в тёмную макушку, и выдохнул. Наконец, полной грудью.       Живой. Живой.       — Много. Слишком много.