Новиградские закоулки

Внезапный вой собаки неподалёку выдернул Флетчера из воспоминаний. Замечтавшись, он просидел в своём убежище почти до рассвета, его давно немолодое тело затекло и болело. Но оно хотя бы было целым и невредимым. С тихим кряхтением Флетчер выбрался на мощёную дорогу, отряхивая с себя крошки извëстки и кирпичей. На улице было тихо, даже самые поздние места Новиграда закрылись, чтобы хозяева могли выхватить пару часов сна перед наступлением нового дня. Флетчер поправил свою сумку и направился в дыру, которая на данный момент была его домом. Он менял место каждые пару месяцев, бегая по нищим районам города, как одна из уличных крыс. Именно поэтому он всё ещё был жив, несмотря на то, сколько он всего знал. А то, что в последнее время он всё чаще обитал на территории Травника… Ну, так просто удобнее. И кто бы отказался от покровительства ведьмака? Пусть редкого, но всегда своевременного. Попетляв у своей ночлежки ещё полчаса, чтобы наверняка сбросить хвост, Флетчер зашёл в покосившийся от времени дом и поднялся на последний этаж. Тут были все его вещи (не считая ещё пары нычек по городу) и старая кровать с прохудившимся матрасом, которая сейчас представлялась ложем королей. Сдëрнув с себя уличную куртку и верхние штаны, Флетчер завалился на постель. Он почти всегда спал одетым, готовый бежать, в случае облавы. Ну… Почти всегда. Проклятый ведьмак просто ненавидел, если в постели между ними был хоть клочок одежды, так что он раздевал Флетчера догола, а потом ещë и обнажал его душу, забирая себе всё с потрохами. Флетчер закрыл глаза и, повинуясь настроению, снова обратился к воспоминаниям о том, самом первом, их разе. Его ладонь ненавязчиво накрыла напрягшийся член… Было страшно, волнительно, снова страшно, Флетчер понятия не имел, зачем он предложил себя ведьмаку и заранее боялся тех ужасов, что про них рассказывают, включая матерные частушки, в которых воспевался «огромный хер, как у коня». Ничего удивительного, что в такой ситуации Флетчер совершенно потерял фильтр речи и начал болтать вообще всё, что в голову взбредëт: — Ты возьмёшь меня прямо тут? Ведьмак удивленно поднял одну бровь, пытаясь понять, не шутка ли это. — Нет. — А где? Тяжело вздохнув, тот огляделся и проворчал себе под нос: — Хотелось бы там, где чисто. Флетчер засмеялся так, что распугал всех окрестных котов: — Тогда ты приехал не по адресу, милый, это Новиград. Тут не бывает чисто. Разве что в банях у Сигги Ройвена, но, поверь мне, нам с тобой туда совершенно не нужно, — на секунду задумавшись, Флетчер просиял. — Но у меня есть на примете одна подворотня. Идём. Неожиданно воодушевившись, Флетчер обогнул ведьмака по дуге и пошел вперёд, в лабиринт улиц. Ведьмак последовал за ним. — Кстати, я Флетчер. А ты? — Реймонд, — нехотя бросил тот. — Реймонд из?.. — Просто Реймонд. — Хорошо, милый, нет проблем. Спустя несколько улиц, Флетчер вывел их к задней стороне одного из храмов Вечного огня. Монахи регулярно мыли водой и мылом стены храма, запрещали выливать нечистоты ближе чем за квартал и держали территорию вокруг в чистоте и порядке. Реймонд огляделся, повёл носом, кивнул сам себе. Запоздало Флетчер вспомнил, что это была не экскурсия по интересным местам Новиграда. Они пришли сюда с конкретной целью. Сердце забилось где-то в горле, от всколыхнувшегося волнения, а потом Ведьмак повернул голову и Флетчер заметил, что его вертикальные зрачки расширились почти во всю радужку. — Я… Э-э… Ведьмак двинулся ближе, и у Флетчера подкосились колени. — Я не насильник, — прозвучало вдруг очень вкрадчиво. Флетчер даже не сразу понял, что это Реймонд. — Если ты не хочешь, уходи. Страх скрутил живот, но любопытство и отчаянное желание были сильнее. Флетчер сам не знал, зачем он делает некоторые вещи вопреки чувству самосохранения, но этот тон Реймонда, его нежелание брать кого-то силой, окончательно убедили Флетчера в правильности того, что он делает. Так что не позволяя себе больше думать, Флетчер бухнулся на колени, поднимая взгляд на Ведьмака. Тот горячо выдохнул через нос, быстрыми движениями разбираясь с поясом и доспехами. Звякнули пряжки, несколько кинжалов в ножнах упали на землю, а потом среди ткани подштанников и кольчуги, свисающей сверху, появился крупный член. Не как в матерных частушках, но тоже ничего. Флетчер почти сразу качнулся ближе и поймал головку на язык, ещё до того, как пальцы Ведьмака окончательно разобрались со штанами. Ведьмачий член на вкус был ровно как и человечий, и эльфский. Разве что сильнее пах пóтом и был крупнее, распирая губы. Флетчер двинулся ближе, утыкаясь лбом в доспех, пытаясь взять как можно больше. Реймонд наверху стиснул зубы и тихонько зашипел. Кажется, это было хорошим знаком, так что Флетчер высунул язык и принялся обсасывать и облизывать всё, до чего удавалось дотянуться. Слюна вместе с предсеменем текла по его заросшему подбородку, путалась в волосах, капала на брусчатку. Член самого Флетчера болезненно ныл, зажатый в одежде. Реймонд тяжело дышал, как загнанная лошадь, но не двигался, позволяя Флетчеру изучать и трогать губами каждую венку, каждую морщинку кожи. Флетчер не помнил, сколько они так стояли. Чертов Ведьмак был вынослив, как какой-то похотливый бог. У Флетчера давно затекли колени и пальцы, вцепившиеся в бёдра Реймонда, а проклятый член всё стоял и только крепчал от обрушивающихся на него ласк. В конце концов, когда небо порозовело от приближающегося рассвета, Реймонд вдруг опустил свои большие, мозолистые ладони на голову Флетчера. — Я хочу кончить. Постарайся не задохнуться. А потом он толкнулся в податливое горло, постепенно наращивая темп, двигаясь так, что Флетчер чудом успевал глотнуть воздуха. За несколько секунд до оргазма, Реймонд прижал голову Флетчера к себе, впиваясь пальцами в его волосы, утыкая носом в мягкие кудряшки в паху. Флетчер успел задержать дыхание и расслабить горло, позволяя горячей сперме стекать по пищеводу. За грохотом сердца он не сразу разобрал глухой, долгий стон. Подняв глаза, Флетчер наткнулся взглядом на взъерошенного Ведьмака, склонившегося над ним, — кажется, Реймонд даже не моргал. Усмехнувшись себе, глядя Ведьмаку в глаза, Флетчер показательно аккуратно отстранился, позволяя члену медленно выскальзывать из губ, обрывая нитки слюны, протянувшейся между ними. По лицу Реймонда пробежала брезгливость, но его член заинтересованно дёрнулся, вопреки желаниям хозяина. У Флетчера появилось хорошее предчувствие по поводу их знакомства, даже несмотря на то, что он кончил в свои единственные чистые штаны в подворотне у храма Вечного огня.