дождь

его глаза были ярче, чем луна, освещающая всё. он плакал, но продолжал смотреть в глаза Юнги. в его глазах можно было увидеть страх, боль, непонимание, обиду, злость, пустоту.. через всю боль он шёл к Юну. в этот момент казалось, что время остановилось вовсе. но вот, он уже рядом. тихо, как никогда. Юн слышит его дыхание. оно такое родное, тёплое и близкое. и сразу появляется страх, что, если сейчас Юн сделает вдох, то он растворится в воздухе, пропадёт, словно он и всего лишь иллюзия и его вовсе никогда не существовало. через весь страх, Юн всё-таки сделал ещё один шаг и врезался в него, прижался к нему крепче, чем когда-либо. не хотелось дышать, двигаться, да и вообще что-либо делать. но время не может оставаться навсегда, как и они стоять так, ни о чём не думая. пытаются удержать этот момент хотя бы на пару секунд, но и эти секунды быстро проходят, и вот, они смотрят друг другу в глаза и не понимают, что им делать. дрожь. они стоят в воде, промокшие полностью. —блять,—юнги забыл про письмо, которое он держал в руках. оно слегка намокло, но он вовремя вспомнил об этом, но чернила там кое-где потекли. второе письмо было полностью сухое, так как он не достал его, это не могло не радовать,—пошли,— было очень холодно, взяв парня за руку, Юн повёл его на берег. — ох, давно не виделись. —и что ты тут делаешь?, —да, грубо, но он не может сейчас по-другому. ему больно, душевно больно. душевная боль - это тот момент, когда ты на стену лезть готов, лишь бы хоть на чуть-чуть заглушить неприятно изнывающую боль в районе грудной клетки. в голову лезут совершено разные мысли, считаешь, что тебе уже ничего не поможет, но в твоей жизни появляется человек, который достаёт тебя со дна. когда мы говорим, что мы одиноки и у нас нет никого, мы забываем про тех, кто всей душой тянется к нам, могут часами сидеть и выслушивать нас и это никогда им не надоест, потому что они искренни в своих намерениях. никогда не отталкивайте таких людей. именно эти люди могут заглушить нашу душевную боль, именно они отнесутся к нашей проблеме со всей серьёзностью, а не скажут «да забей, это глупость, по сравнению с тем, что было со мной…». тот самый парень, который и является тем самым лучиком света, который причиняет ту самую боль смотрит мне в глаза. — ты так и не ответил, что ты тут делаешь? —а ты что тут делаешь? —прошло три года, а ты так и продолжаешь отвечать вопросом на вопрос. ответь сперва ты, что ты тут делаешь в такое позднее время? —умирать пришёл. —что, блять, ты пришёл здесь делать? —умирать. —с ума сошёл что-ли?! ты сегодня не умрёшь, понял меня? даже если ты посмеешь что-либо сделать с собой, то я сделаю всё, чтобы это произошло только после моей смерти. дождь - единственное, что сейчас издавало звуки. но со временем он становился всё сильнее и сильнее. Юнги это настораживало, это было не очень хорошо. —знаешь, я всегда думал, что со временем чувства к человеку угасают. честно говоря, я пытался тебя забыть, но я ощутил, что у меня ничего не получается, когда прошли первые полтора года без тебя. как бы я не старался не вспоминать о тебе, о том, что было между нами, со временем мои воспоминания становились только ярче и эмоциональнее. из памяти стирались некоторые моменты, но я никогда не мог забыть твоё лицо, твою улыбку, твой смех. сейчас идёт дождь, из-за тебя я каждый день стал ждать дождя, с ним столько воспоминаний связано. я постоянно ждал, что в один дождливый день ты придёшь ко мне. из-за тебя я после зимы безумно жду первую грозу. теперь я безумно люблю смотреть на эти сверкающие молнии в небе и на серые тучки, на капельки дождя. из-за кого это всё? это всё из-за тебя. дождь заставляет меня не забывать тебя. я не знаю, почему я здесь, но всегда, когда идёт дождь, я прихожу сюда и остаюсь здесь, пока не прекратится дождь...—говорить было крайне сложно. все эмоции, что накопились за столь долгое время, вырываются наружу. он не в состоянии контролировать их. они просто переполняют его, заставляя захлебнуться в собственных слезах. он чувствует себя опустошённым изнутри,— письма. —что? —ты прочитал письма? —ах, да. —три? —что три? —три письма? —там их три? в ответ только отрицательное покачивание головы. —сколько ты прочёл? —одно. —понятно. нет там третьего. —а тогда зачем ты намекаешь на то, что их там три? —не важно, нет там третьего. —ложь. —знаешь, правда не всегда в силах обрадовать, и чаще всего мы не хотим её принимать. после горькой правды душа приобретает новые шрамы. будь та самая правда ложью, жилось бы намного легче. —значит, правда есть. ты никогда не умел врать. зачем ты только стараешься? —из-за тебя. каждый день ты говорил, не сдавайся, старайся во всём, в любых мелочах, даже если неудач больше, чем удач, не сдавайся, старайся так, как никто другой. забыл? —единственный. —что, прости? —единственный, кто с не очень хорошей памятью запомнил каждое моё слово. —хах, больше никого не нашёл? нашёл? ой, блять. нет в мире живой души, которая смогла бы заменить того самого человека, душа покидает тело вместе с потерей, кем он дорожил больше жизни. такой души больше не существует. даже если отпустить и забыть всё, прошлое всегда напомнит о том, что в нём было. на этот вопрос совершенно нет никакого желания отвечать, из-за этого он просто молчит и игнорирует. —не нашёл и не найду. вернёмся к твоему суициду. зачем? —потому что мне надоело жить, я больше не хочу улыбаться, смеяться, любить, стыдиться, плакать или вообще что-то чувствовать, я не хочу с кем-то дружить, встречаться, разговаривать, не хочу чувствовать боль, не хочу чувствовать что-либо, не хочу уставать или слушать что-то, просто хочу покончить раз и навсегда, в прошлый раз я не смог из-за тебя, и на этот раз опять ты, почему ты не даёшь мне никак уйти? — и не дам никогда. —ты ведь сам думаешь над этим каждый день, не так ли? — в такие моменты я просто остаюсь наедине с собой со своими мыслями. это очень помогает во многом, особенно для хорошего морального состояния. так как никто, кроме нас не знает, чего мы желаем от этой жизни и для чего мы живём. поэтому, никто, кроме нас самих не в силах помочь нам или же изменить наше состояние. я не иду умирать, я думаю и думаю. —ты счастлив?, — он тихо, очень тихо произнёс эти слова, было сложно что-либо понять, но Юн понял. сложно сказать, что Юн был счастлив за эти три года. очень сложно. даже те моменты, когда он был счастлив, сложно вспомнить. хорошее быстро заканчивается, и от этого так больно. не успев насладиться моментом, он теряет всё то, что ценил. счастье либо общее, либо его нет совсем. одинокий человек, живущий лишь для себя, никогда не будет счастливым. —а ты был все эти три года в моей жизни? нет. и счастья не было. дождь. дождь. дождь. все сильнее и сильнее. —блять, иди сюда, — Юнги подбежал к парню и уткнул его собой. сняв с себя пальто он накинул его на парня. —спасибо, но не нуж.. —что за "не нужно"?! замолчи и стой так, пока дождь не закончится, понял? —хорошо... *** дождь уже почти закончился. начинает светлеть. —думаю, можно уже выйти из "убежища". убрав пальто, казалось, что уже день. было светло, солнышко было яркое. —пошли. —куда? —до дома тебя доведу. —да я и сам могу дойти. —ну, хорошо, пошли. тишина. они шли в полной тишине, не говоря ни слова. и вот, они уже подошли к дому. —ну что, прощай. —что? мы ещё увидимся и не раз, это была не последняя наша встреча, понял? —понял. пока. вместо слов, Юн просто его потрепал. это его прощание, он всегда так прощался. *** придя уже к себе домой, Юн просто лёг на кровать, сняв с себя только промокшие вещи, от тяжёлой ночи ему сложно было передвигаться. ближе к обеду, Юн, чуть ли не падая с кровати встаёт и бежит к джинсам, в которых была шкатулка... найдя шкатулку, он сразу открыл её и стал искать третье письмо. он не знал, где оно, его просто там не было. не сумев найти его, он оделся в сухую одежду и побежал. он боится. но чего? он не знает, чего он боялся, но он бежал. в мастерскую. он пришёл, открыл дверь и увидел... —здр...авс..твуй..те..., — было сложно говорить из-за бега, приходилось через вдох говорить. но когда он увидел женщину, которая была в той самой кафе, он был в огромном удивлении,—ох, это вы. —здравствуй, —она повернулась к Юну и уставилась на него беспокойным взглядом, — ты что, бежал?, —она и вправду была обеспокоена состаянием парня. —да,— когда Юну было уже легче дышать, он продолжил, —к сути...вы можете, пожалуйста, разобрать мне одну шкатулку?,—достав из кармана уже такую потрепаную жизнью шкатулку, он передал её женщине. —ох, я попробую. можешь мне свой номер оставить, чтобы если что-то получится, то я тебе смогу позвонить или написать? —да, конечно... оставив номер и всё, что нужно, Юн пошёл домой. страх и беспокойство не покидали его. *** звонок —да, алло. —Юнги...., —голос женщины был такой странный, дрожащий и пропитанный страхом, она еле как произнесла имя Юна..