Гарри поттер и спаситель магии

— Гарри, что ты здесь делаешь? — в замешательстве спросил Седрик, когда в комнату вошел подросток. — Они хотят, чтобы мы вернулись в Большой зал? Гарри не ответил. В его глазах полыхала ярость из-за того, что его обманом втянули в турнир, а магия вытекала из него волнами, аура осязалась. Как кому-то удалось вписать его имя в нечто столь древнее, как Кубок Огня? Его разум работал в бешеном темпе, думая о любом заклинании, которое могло бы достичь этого. Глядя в окно, он задавался вопросом, кому он нужен здесь и почему. Он подумал, что причина очевидна. У Гарри много врагов, а турнир — отличный способ избавиться от него. Ему неизвестно, какими будут две другие задачи, но дракон наверняка повеселиться с ним. Какая великолепная попытка убийства! Тому, кто это сделал, даже не пришлось поднимать палочку! Но должен ли он конкурировать? Да, он почувствовал подергивание своей магии после того, как было произнесено его имя, а это значит он связан очень мощным магическим контрактом. Гарри слегка побледнел. Магический контракт на турнире предназначен для совершеннолетних ведьм и волшебников, а это означает, что если он будет участвовать в соревновании, то нарушит условия контракта. В то же время, если он не станет участвовать в турнире, то снова нарушит условия контракта. Кто тот идиот, решивший привнести сюда обязательные магические контракты? Но одно можно сказать наверняка: если он не найдет способ, он потеряет свою магию, а если это произойдет, то вскоре он умрет. Он не мог этого допустить. Что делать? Он оторвался от своих размышлений, когда услышал разговор на повышенных тонах. — Мы были уверены, Дамблдор, что запретная линия допустит к участию в конкурсе только учеников старших курсов, — сказал Каркаров. На лице его застыла каменная улыбка, синие глаза превратились в льдинки. — Иначе мы привезли бы сюда куда больше претендентов. — Каркаров, это всё проделки Поттера, — вкрадчиво произнёс Снейп, его чёрные глаза зло поблёскивали. — Вины Дамблдора нет в том, что Поттер нарушил правила Турнира. Этот негодный мальчишка с первого дня появления в школе только и делает, что нарушает правила. Его высокомерие явно… — Благодарю, Северус, — отчеканил Дамблдор. Он повернулся к мальчику, который все еще стоял спиной ко всем им. Прежде чем кто-либо успел сказать что-нибудь еще, дверь в комнату распахнулась, и внутрь вышел разъяренный Сириус Блэк, министр магии. — Думаю, я должен услышать объяснения, — спокойно сказал он, но его лицо все еще отражалась ярость. — Можешь спросить своего негодяя крестника, — ехидно сказал Снейп, насмехаясь над Сириусом. — Очевидно, он думает, что правила, как всегда, на него не распространяются. Высокомерный мальчишка, такой же, как его отец… — Больше ни слова, Снейп, иначе мы с тобой будем скрестим палочки, — опасно сказал Сириус. — Гарри не ответственен за это, и я хочу знать, кто и как обманул Кубок Огня! — И где доказательства, подтверждающие это утверждение? — отрезала мадам Максим, вскинув вверх свои огромные руки. — Он явно лжет, когда говорит, что не ложил свое имя в Кубок. — Я не лгу, мадам Максим, — резко сказал Гарри, поворачиваясь и пристально глядя на нее холодным взглядом. — Но поверите ли вы мне, если я скажу вам, что я не бросал свое имя в Кубок Огня? — А как бы еще кубок выбрал тебя? — спросила госпожа Максим, очевидно, не веря ему. — Это позор, — высокомерно сказал Каркаров, в его глазах отразилось ликование, — что крестник британского министра магии и сам Мальчик-Который-Выжил считают нормальным обманом проложить себе путь на турнир. Прискорбное поведение… — Не стоит Пожирателю Смерти рассказать моему сыну о прискорбном поведении, Каркаров, — мрачно парировал Сириус. — Следи за языком. — Как вы смеете? — крикнул Каркаров. — Я… — Помнишь битву при Бристоле? Кажется, я помню, как мы с Джеймсом однажды победили тебя. Возможно, со мной больше нет моего лучшего друга, но я уверяю тебя, его сын более чем готов занять его место. Помни, с кем ты говоришь, Каркаров. Каркаров пристально посмотрел на Сириуса, но, тем не менее, сглотнул, когда увидел безумный блеск в затравленных серых глазах, напомнивший ему о другом члене печально известной семьи министра — его пресловутой кузине, Беллатрикс Лестрейндж. — Сириус, это не отвечает на вопрос, как имя Гарри вообще вышло из Кубка, — тихо сказал Дамблдор. — Он, должно быть, положил свое имя! — воскликнула мадам Максим. — Действительно, что за глупость? Это Турнир Трех Волшебников! Слава, призовые деньги — это шанс, за который люди готовы умереть! — А может, кто-то и хочет, чтобы Поттер отдал жизнь, — тихо добавил Ремус Люпин. — Неужели все забыли про обязательный магический контракт? — Ремус прав, — сказал Сириус с явным разочарованием на лице. — Он магически связан и не имеет выхода. И пожалуйста, мадам Максим. О какой славе вы говорите? Мы говорим о Гарри Поттере, чьё имя знает каждая ведьма или волшебник во всем мире. А призовые деньги? Отпрыск одной из богатейших семей в нашем мире. Уверен, что у него сейчас в кармане более двадцати пяти тысяч галеонов. Если он говорит, что не клал свое имя в кубок, значит он не клал! Гарри, возможно, и талантлив, но я, честно говоря, не сомневаюсь в неспособности Дамблдора провести возрастную линию! — Вы все забываете очень важную деталь, — тихо сказал Гарри. — Какую, Гарри? — с любопытством спросил Ремус. — Мне четырнадцать лет. Пусть я и учусь на седьмом курсе, но мне всё ещё четырнадцать. — Какое возраст имеет отношение к чему-нибудь? — растерянно спросил Людо Бэгман. — Мать-Магия, помилуй! — простонал Сириус, закрывая лицо руками. — Контракт рассчитан только на совершеннолетних ведьм и волшебников. Гарри четырнадцать, а не семнадцать. — В ту секунду, когда я выйду на арену для выполнения первого задания, я нарушу контракт, — объяснил Гарри, снова поворачиваясь к ним спиной и глядя в черную пустоту за окном. — И если я не буду участвовать, я нарушу контракт. Я ходячий мертвец, связанный контрактом Кубка Огня. Я почувствовал, как моя магия зарегистрировала это. Наступила полная тишина. Черные глаза Северуса Снейпа выражали самодовольное торжество, но никто этого не заметил. Барти Крауч-старший задумчиво смотрел на Гарри. — Я так не думаю, мистер Поттер, — резко сказал мистер Крауч. — Есть способ избежать этого пункта. — Что вы имеете в виду? — потребовал Сириус, хотя и не смог удержаться от пристального взгляда на человека, который отнял десять лет его жизни. — Он сам так сказал, министр, — ответил Крауч. — Мистеру Поттеру четырнадцать. Нужно, чтобы он достиг совершеннолетия. Он по-прежнему будет стороной контракта, поскольку выхода из турнира нет, но есть способ, благодаря которыму он не лишится магии и продлит его жизнь в день первого задания. — Как так? — с любопытством спросил Ремус. — Эмансипация. Если он будет магически и юридически эмансипирован, то контракт, санкционированный Кубком Огня, признает его взрослым. Голова Сириуса резко вскинулась, и все посмотрели на Гарри. Лицо четырнадцатилетнего мальчика было бесстрастным, но его взгляд показывал, что он понял то, что сказал Крауч. — Мне нужно поговорить с моими адвокатами, — тихо сказал Сириус. — Мы узнаем, работает ли это, только после того, как проконсультируемся с экспертами. Если эта теория неверна… — До сих пор остается вопрос о том, как имя Поттера попало в кубок, — сказала профессор МакГонагалл. — Это определенно мой почерк, — сказал им Гарри, глядя на листок в своей руке. — Нельзя отрицать, что имя было написано мной. Поддельный лист пергамента не мог быть использован, как объяснил нам вчера профессор Дамблдор. Вероятно, он был взят из школьных или министерских архивов или даже из домашних заданий. — Заклинание Конфундус могло бы сработать, — размышлял Дамблдор. — Хотя человек, который его наложил, должно быть, достаточно опытен, чтобы обмануть Кубок Огня, а Гарри, вероятно, стал учеником четвёртой школы. Я проверю кубок на предмет каких-либо манипуляций, но нет никаких сомнений в том, что Гарри и Седрику придется соревноваться. Мадам Максим, Каркаров и Снейп выглядели разъяренными. Трое первоначальных чемпионов молчали, наблюдая за противостоянием широко раскрытыми глазами. Реальность опасности, исходящей от турнира, была видна у них на глазах, а задания еще даже не начались! — Барти, инструкции? — заговорил Людо Бэгмен. Похоже, на него не слишком повлияло произошедшее. На самом деле он, казалось, был вне себя от радости, что Гарри принял участие. — Ах, да, первое задание, — сказал Барти Крауч, как всегда безупречно. — Первый тур проверит вашу смекалку. Мы не посвящаем вас в то, какое испытание вам предстоит. Для волшебника крайне важно действовать смело и находчиво в неожиданных обстоятельствах. Первый тур состоится двадцать четвёртого ноября в присутствии зрителей и судейской бригады. Участникам Турнира воспрещается принимать от учителей хоть какую-то помощь. Единственное оружие чемпиона — волшебная палочка. По окончании первого тура вы получите инструкцию для второго. Учитывая затраты сил и времени для подготовки к Турниру, чемпионы освобождаются от годовых экзаменов. — Но я буду сдавать ТРИТОН в конце года, — обеспокоенно сказал Гарри, глядя на Сириуса. — Мы справимся с этим, как только решим проблему, связанную с тем, что ты не взрослый, — тихо сказал Сириус. Гарри кивнул. — Это всё, я полагаю? — Да, министр, — коротко ответил Барти — Хорошо, Гарри, — сказал Сириус, кивнув головой в сторону выхода. Не глядя ни на кого, Гарри грациозно подошел к двери, обняв крестного отца за плечо. За ним следовал Каркаров, ведя своего ученика, а мадам Максим уходила с Флер. — Ну, я не это имел в виду, когда говорил об этом вечере, — криво сказал Ремус. — Действительно, — сказал Дамблдор, в его голубых глазах не было привычного блеска. Знаки присутствовали. Он должен был предвидеть это. Северус предупреждал его, что Темная Метка становится сильнее, а это значит одно. Волан-де-Морт вернулся, но какова была причина принудительного участия Гарри в турнире?

***

Гарри поднялся по ступенькам Астрономической башни. Сириус только что покинул Хогвартс. Было уже довольно поздно, поэтому они не смогли встретиться со своими адвокатами в это время. Завтра утром они узнают, что делать. Достигнув вершины лестницы, он подошел к краю. Он довольно далеко. Перекинув ноги через перила, он посмотрел на небо и закрыл глаза. Сейчас идет сильный дождь, капли дождя падали на его тело. Глубоко вздохнув, Гарри подпрыгнул. Он падал быстро, земля приближалась, а воздух хлестал ему в лицо. Когда он был примерно в десяти футах от земли, он извернулся в воздухе. Большой беркут даже не царапал землю, поднимаясь к облакам. Взмахнув крыльями, орел скользил по воздуху, дождь хлестал по его мощным крыльям. Час спустя орел приземлился на Астрономической башне и снова превратился в Гарри Поттера. Гарри вздохнул с облегчением, когда на его одежде активировались согревающие и осущающие чары. Полет всегда успокаивал его. Обернувшись, он увидел пятно и на него напали две фигуры. Он заворчал от удара, но обнял их в ответ. — Как вы меня нашли? — спросил Гарри в замешательстве. — Карта, — пробормотал Дилан. — Она была в твоем сундуке. — Ах. — Гарри, что произошло сегодня вечером? — спросила Дафна с обеспокоенным видом. — Я не знаю, — выдохнул Гарри. Он оперся на стену, объясняя им ситуацию. Оба они выглядели бледными. Вскоре Дафна ходила по комнате, пытаясь все обдумать, пока Дилан спорил с Гарри. — Но это возможно, верно? — серьезно спросил он. — Если ты эмансипирован, то контрактом ты должен быть признан совершеннолетний. — Это магический контракт, Дилан, — объяснил Гарри. — Это не просто лист бумаги, который подписывают магглы. Если когда-нибудь возникнет подобная ситуация, когда контракт сам себе противоречит, то вступает в силу воля магии. Это отдельная область исследований под руководством Магического Права. Завтра я поговорю с экспертами по этому вопросу. Если эта теория сработает, то Сириус немедленно объявит меня эмансипированным, как по закону, так и по магии, у него есть полномочия. — Это сработает, — сказал Дилан больше самому себе, чем Гарри. — Должно сработать. С тобой ничего не случится. Гарри посмотрел на них обоих и нежно улыбнулся. Он крепко обнял каждого. Каким-то образом бремя, казалось, уменьшилось, пока у него были люди, которые заботились о нем. Он победит. Он — Гарри Поттер. Он выжил после того, как в возрасте одного года получил удар Авада Кедавра по лицу! Он не позволит магическому контракту сделать это с ним.

***

— Мистер Крауч был прав, министр, — сказал мистер Мартин, просматривая лежащее перед ним дело. — Магический контракт, находящийся в противоречии сам с собой, может быть исправлен путем эмансипации мистера Поттера. Как только он будет объявлен совершеннолетним, он станет взрослым гражданином со всеми вытекающими из этого правами и обязанностями. Сириус вздохнул с облегчением. — А что насчет турнира? — От него невозможно избавиться, — мрачно сказал адвокат. — Контракт авторизован Кубком Огня, древним магическим артефактом. Возможно, его обманули, но магия, стоящая за ним, законна. Мистер Поттер должен участвовать во всех трех заданиях, как любой другой чемпион, иначе он рискует нарушить условия контракта. — Мы также обсуждали еще одну теорию, — сказала миссис Уиттиер. — Мистер Поттер, возможно, был признан взрослым Кубком Огня, когда тот выплюнул его имя. Если эта теория верна, то это никак на него не повлияет, поскольку он уже признан взрослым. Конечно, нет способа доказать данную теорию, поэтому магическая и законная эмансипация — лучший вариант. Сириус кивнул. — У вас есть документы? Несколько папок с формальными листами пергамента были переданы Сириусу и Гарри на подпись. Первый документ — Сириус, как опекун и министр магии, дал разрешение на эмансипацию. Второй документ — Гарри был объявлен взрослым гражданином, что, среди прочего, дало ему право голоса. Остальные документы — деловые вопросы, а Сириус больше не является его опекуном. Гарри теперь — Лорд Поттер, и к нему будут обращаться соответственно. Регентство в Визенгамоте, которое Сириус занимал до тех пор, пока он не стал министром, а затем было передано лорду Сайрусу Гринграссу, теперь будет недействительным. Вместо этого Гарри назначит Сайруса своим доверенным лицом. Как только Сириус подписал форму об эмансипации, Гарри магическим и юридическим образом стал взрослым. Затем Гарри подписался в нескольких формах как «Лорд Гарри Джеймс Поттер». — Есть еще для одного титула Лорда мне нужно назначить доверенное лицо, — тихо сказал Гарри. — Ещё одного? — резко спросил мистер Мартин. Гарри просто продемонстрировал кольцо Слизерина. Глаза мужчины расширились. Он посмотрел на свою дочь, которая тоже смотрела на кольцо. Они оба сразу его узнали. В конце концов, они носят один и тот же герб на своей форме семь лет. — Я лорд Слизерин, — объяснил Гарри, — но, как вы можете себе представить, это вызовет большой хаос. Все думают, что Волан-де-Морт — наследник Слизерина, но они ошибаются. Он, конечно, потомок Салазара, но не наследник. Этот титул принадлежал моей матери, а после ее смерти я буду претендовать на свое место во время зимней сессии Визенгамота, поэтому, пожалуйста, подготовьте и подготовьте документы. — Конечно, лорд Поттер, — сказал мистер Мартин, мысленно танцуя от радости. Его клиент — Лорд родов Поттер, Гриффиндор и Слизерин, не говоря уже о другом важном клиенте — Лорде Блэке, являющийся также министром магии. Он уже чувствовал вкус новых клиентов, приходящих к нему. — Свяжитесь с «Obscurus Books» и сообщите им, что дневник Годрика выйдет первого декабря. Я также включил в эту книгу личное письмо от самого Салазара. Это должно решить любые неприятные проблемы со стороны тех, кто ставит под сомнение мою позицию. — Никто не может допросить тебя, Гарри, — сказал Сириус, нахмурившись. — Отдел тайн позаботится о том, чтобы на тебе действительно была настоящая перстень-печатка, а не что-то поддельное. — Тем не менее, это не помешает людям обвинять меня в краже линии, особенно тем, кто поддерживает Волан-де-Морта, — сказал Гарри, ухмыляясь. — Таким образом, они узнают правду за неделю до того, как я претендую на власть. — Будет сделано, лорд Поттер, — сказала миссис Уиттиер.

***

На следующий день Гарри, поджав губы, зашёл в Большой зал. Газета Magical Daily сообщила правду обо всем этом деле. Статья появилась через два дня после выбора чемпионов и описывала, что произошло тем вечером. Были упомянуты три первоначальных чемпиона, а позже упомянуто неудачное активное участие Гарри. Рита Скитер также сообщила о той части, где Гарри думал, что может умереть при первом же задании за нарушение контракта, и о своей немедленной эмансипации на следующий день, чтобы предотвратить это. Она размышляла о том, кто мог так поступить, но некоторым студентам Хогвартса было плевать. Пуффендуйцы стали полностью игнорировать Гарри. Ну, во всяком случае, половина из них. В частной беседе Сьюзен сказала, что дело не в принудительном участии Гарри, а в том, что у пуффендуйцев не было возможности проявить себя, и они чувствовали, что это была попытка отвлечь от них всеобщее внимание. Когтевраны были счастливы, что их представляют, поэтому по большей части они оказали ему поддержку. У него есть поддержка гриффиндорцев из-за положения лорда Гриффиндора, но были проблемы из-за Рона Уизли продолжавшего настаивать на том, что Гарри — охотник за славой. Слизерин всё устраивало, потому что Гарри им нравился больше, чем Диггори. Однако Гарри также недооценил, как много людей в школе ему завидовали. Для всех в Хогвартсе у Гарри есть все, и это «всё» что-то еще, чего нет у них. Гарри игнорировал их. Если бы они прожили его жизнь, они бы точно знали, как трудно быть Гарри Поттером. Он стал холоднее на публике, как и раньше, во время фиаско Тайной комнаты. Завистливых людей невозможно переубедить. Гарри известно, что слава непостоянна; он усвоил этот урок на собственном горьком опыте. Они будут сторониться его сегодня и хвалить завтра. В любом случае ему наплевать на то, что о нем думают.

***

— Почему бы тебе не произнести магическую клятву? — раздраженно спросила Дафна. — Как я объяснял тебе два года назад, я не буду рисковать своей жизнью ради этих идиотов, просто чтобы доказать, что говорю правду, — спокойно сказал Гарри. — Но они больше не будут избегать тебя, — возразила она. — Ты уверена? — спросил Гарри, приподняв бровь. — Пуффендуйцы заботятся только о том, чтобы они были в центре внимания. Те остальные, кто избегает меня, это мальчики, которые завидуют мне. Это, наверное, четверть школы. Остальные относятся ко мне хорошо, даже если они не разговаривают со мной. Почему я должен потворствовать тем, кто меня не любит или не верит мне? Если они не поверили мне после того, как прочитали, что я вполне мог потерять свою жизнь из-за этой чепухи, то они не поверят мне, если я дам им клятву. Дафна понимающе кивнула.

***

Любопытно, что популярность Гарри среди девушек ничуть не пострадала. На самом деле, она увеличилось, если это вообще было возможно. Гарри — Мальчик-Который-Выжил, и у него уже было огромное количество поклонников еще до провала с турниром трех волшебников. Но более того, его желала почти каждая девушка из Хогвартса, Шармбатона и Дурмстранга. Девушки вздыхали и хихикали каждый раз, когда видели его, и до него доходили слухи от Астории, что у многих девушек теперь в общежитиях висят большие плакаты с его изображением. Высокий, мускулистого телосложения, шелковистые черные волосы до плеч, очень красивые черты лица и яркие зеленые глаза сделали его объектом обожания многих, и это раздражало Дафну. Казалось, никого не волновало, что Гарри уже помолвлен. Конечно, у Дафны дела шли не лучше. Она получила несколько писем от учеников из других школ, которые спрашивали ее, не хочет ли она пойти с ними на свидание. Гарри пришел в ярость, когда насчитал не менее двадцати разных писем от разных мальчиков, большинство из которых описывали, какая, по их мнению, она красивая. Дафна, конечно, нашла весь этот опыт забавным и просто исчезла со всеми, но их сеансы поцелуев стали намного более частыми и интенсивными из-за того, что они хотели доказать друг другу, что их никто не интересует.

***

— Сними это, — сказал Дилан сквозь стиснутые зубы, его лицо покраснело от гнева. — Или что? — издевался Драко Малфой. — Что ты собираешься делать, Лестрейндж? Или лучше сказать, бастард? Дилан сжал руку в кулак. На груди у Драко был значок, на котором, если постучать пальцем, было написано: «ПОТТЕР ВОНЮЧКА». Что делать? Дядя Сириус всегда говорил ему не злиться, а отомстить. Он ничего не добьется, напав на Малфоя, но сможет нанести гораздо больший вред, если уйдет. Он увидел одного из пуффендуйцев с этим значком, поэтому Дилан ошеломил мальчика и спрятал значок в карман. Теперь ему просто нужно найти лучших, способных манипулировать словами на значке. К счастью, он точно знал, где найти близнецов Уизли. Злая ухмылка тронула его губы. О, эти дураки ещё не знают, что их поразит!

***

Тем вечером Гарри вошел в Большой зал на ужин, едва избежав засады, устроенной дюжиной жутких преследующих фанаток. Он сел на свое обычное место и заметил, что Дилана там нет. Как раз в тот момент, когда он откусил кусок еды, к нему подошел Драко Малфой со своими громилами. — Эй, Поттер, — ехидно сказал он. — Тебе нравятся значки, которые я создал? Поддержите Седрика Диггори — НАСТОЯЩЕГО чемпиона Хогвартса Гарри посмотрел на значки, прикрепленные к их мантиям, и приподнял бровь. — Отлично, Драко, — спокойно сказал он. — Я рад, что ты поддерживаешь чемпиона Хогвартса. Я думал, что верность — это что-то недостойное для рода Малфой, но я рад, что ты меняешь свой образ жизни. Есть ли что-нибудь еще? Драко покраснел от ярости, но постарался сохранить спокойствие. — Посмотри, что он делает сейчас! — сказал он с превосходной ухмылкой. Гарри моргнул, когда увидел это. Он улыбнулся. — Ух ты, — сказал он, и в его голосе звучало удивление. — Я рад за тебя, кузен. Лично мне он не нравится: сальные волосы, крючковатый нос и его очаровательный характер отталкивают меня, не говоря уже о том, что я по девушкам, но если ты счастлив, тогда я счастлив. Драко выглядел растерянным и нахмурился, глядя на Гарри. Тем временем профессор Снейп, только что вошедший в Большой зал, посмотрел на значки, которые носили группа мальчиков и девочек Пуффендуй, и его глаза расширились. На значке были слова: Меня отымел Северус Снейп. — Пятьдесят баллов с Пуффендуя! — Снейп сердито сплюнул, смотря на группу студентов. — Немедленно снимите эти нелепые значки! — Да, сэр, — нервно сказал один из них. Когда они попытались его снять, они поняли, что их не снять. Слова снова изменили форму: Я засунул нос в жирную, вонючую задницу Северуса Снейпа. — Еще пятьдесят баллов с Пуффендуя и недельные отработки! Кто создал эти значки? — Драко Малфой, сэр, — сказал один из них, готовый упасть в обморок от страха. — Драко, что это значит? — прошипел Снейп, подходя к бледному мальчику. — Я не знаю, сэр, там должно было быть написано «Поттер Вонючка», — ответил он, пытаясь открепить значок от своей формы. Вместо этого слова снова изменились. Я был на оргии с Северусом Снейпом и Альбусом Дамблдором, где я трахал его морщинистую старую задницу, а жирный Снейп трахал мою. — Довольно! — крикнул Снейп, его гнев достиг опасного уровня. — Драко, пойдём со мной! Мастер зелий бросал на Гарри грозные взгляды, обещавшие вечную боль. Лицо Гарри оставалось бесстрастным. — Тебе понравилось? — тихо спросил Дилан, садясь рядом со своим братом, внезапно появившись из ниоткуда и отчаянно пытаясь скрыть ухмылку. Чары «Не обращай внимания» на его лице гарантировали, что никто не обратит на него никакого внимания. Гарри знал, что дать Дилану мантию-невидимку было плохой идеей, и все же… Он был так горд. — Я тоже тебя люблю, — пробормотал Гарри

***

За неделю до первого задания должно состояться Взвешивание Палочек. Гарри направился в класс, где оно проводилось. Когда он вошел, то увидел, что Седрик и Флер тихо разговаривают, а Виктор смотрит в окно. Когда Гарри вошел, Флер широко улыбнулась. — Гарри! — сказала она взволнованно. — Я тебя не видела уже несколько дней! Куда ты убежал? — спросила она, надувшись. — В основном тренировки, — небрежно пожал плечами Гарри. — А ты? Прежде чем Флер успела ответить, прибыли Дамблдор, мадам Максим и Каркаров вместе с представителями Министерства и МКМ. Гарри узнал производителя палочек, ведь им оказался Гаррик Олливандер. Он также заметил несколько представителей СМИ, готовых делать заметки. У него было ощущение, что характеристики их палочек скоро будут обнародованы, но он понял, что его это не волнует. — Позвольте представить вам мистера Олливандера, — обратился к чемпионам Дамблдор, заняв место за столом судей. — Он проверит ваши палочки, дабы убедиться в их готовности к турнирным сражениям. — Мадемуазель Делакур, начнём с вас, если не возражаете. — Мистер Олливандер вышел на середину класса. — Да, — тихо сказал он. — Двадцать сантиметров, не гнётся, розовое дерево. Боже милостивый! Содержит… — Волос с головы вейлы, моей гран-маман. Олливандер одобрительно кивнул и приступил к проверке её палочки. Когда он был удовлетворен, он пошел к Седрику. Гарри уделял пристальное внимание тому, что говорилось об их палочках, поскольку это могло дать ему некоторое представление о том, как устроена их личность. Он изучил основы знаний о палочках, что показалось ему весьма интересным, особенно после того, что Олливандер рассказал ему в последний раз. — Содержит один волос из хвоста уникального экземпляра жеребца-единорога… Тридцать пять сантиметров… Ясень… Хорошая упругость, — сказал он и проверил её. После этого он подошел к Краму. — Хм-м. Ежели не ошибаюсь, творение Грегоровича? Прекрасный волшебник, жаль, что он ушел на пенсию… саксаул и сухожилие дракона? — метнул он взгляд на Крама. Крам кивнул. — Толстовата, довольно жёсткая… Двадцать семь сантиметров… После испытания он наконец пришел к Гарри, который вручил ему свою палочку. — И это подводит нас к мистеру Поттеру, — сказал Олливандер, принимая палочку. — Ах да, как хорошо я помню. Модификации работают отлично, я полагаю? Увидев, что Гарри кивнул, он продолжил. — Тридцать восемь сантиметров… Клык василиска… Тис и слоновая кость, с пером буревестника. Необычайно жесткая. — Гаррик, я тебя правильно услышал? — вежливо спросил Дамблдор. — Клык василиска и слоновая кость в палочке? — Да, — радостно ответил Олливандер, хотя лицо Гарри, как всегда, оставалось бесстрастным. — Это моя лучшая работа, если уж спросите моё мнение. Мистер Поттер приходил ко мне больше года назад, чтобы модифицировать свою палочку после того — инцидента — в Тайной Комнате. Приятно знать, что мои модификации работают хорошо. Экспекто патронум! Слон вырвался из кончика палочки Гарри, когда мистер Олливандер проверял ее. — Хорошо, она в отличном рабочем состоянии. Люди смотрели на Гарри даже после проверки, и Гарри заметил, что Дамблдор выглядел слегка встревоженным, без сомнения, потому, что Василиск считается темным существом. Древесина его палочки имеет темную репутацию, его сердцевина считается серой, а слоновая кость темная. Гарри закатил глаза. На самом деле, ведьмы и волшебники должны прекратить давать магии ярлыки, основанные на количестве присутствующего света. Это раздражает, и судя по тому, что он прочитал в дневниках своей матери, Лили Поттер полностью с ним согласна. Как только фотографии были сделаны, Гарри спокойно вышел из комнаты. Ему нужно подготовиться к битве с драконом.