Гарри поттер и спаситель магии

Гарри ворочался в постели, так как не мог заснуть! Плохо, что Дафна будет в Черном озере, но его брат? Зачем им понадобилось два заложника? Сириус сразу после встречи сообщил ему об изменениях. Он встал с кровати на рассвете, натянул шорты и футболку для утренней пробежки. Два часа спустя он вернулся в Выручай-комнату, уставший, но чувствующий себя намного лучше. Появилась ванна, где он расслабил ноющие мышцы, когда оказался в горячей воде. Через полчаса он позвал домового эльфа, который накормил его завтраком. Закончив, он проверил обстановку и убедился, что все готово, включая фляжку с зельем амфибии. Он сбросил с себя всю одежду и надел пару обтягивающих изумрудно-зеленых плавок, которые он специально купил для этой задачи. Чтобы прикрыться он надел мантию, а затем вышел из комнаты со всем необходимым. Гарри спокойно прошел по территории к одной из лодок, которая вела к судейскому подиуму, построенному в середине Черного озера. Он видел несколько трибун по всему озеру и десятки тысяч людей, которые пришли посмотреть на задание. Зеркала Миллер расставлены повсюду, чтобы все могли вблизи наблюдать за прогрессом чемпионов. Гарри подошел к месту, где стояли другие чемпионы, и взмахнул палочкой, чтобы наколдовать себе кресло. Он сел и закрыл глаза, чтобы сосредоточиться. Ему нужно сосредоточиться, ведь он не может позволить эмоциям взять над собой верх в такой решающий момент. Пятнадцать минут спустя они услышали выстрел из пушки, когда Лодо Бэгмен поднялся на угол трибуны. — Дамы и господа, — начал он, его голос гремел. — Добро пожаловать на второе задание Турнира Трех Волшебников. Все наши чемпионы, похоже, разгадали головоломку яйца и нашли подсказку, данную вместе с ним. Теперь у каждого из них отняли что-то ценное, и у них есть два часа, чтобы вернуть своих заложников. Начнем с Седрика Диггори, его заложниками стали мисс Чжоу Чанг и мистер Джошуа Хопкинс. Виктор Крам должен спасти мисс Гермиону Грейнджер и мистера Абеляра Мюллера. Заложниками Флер Делакур являются мисс Габриэль Делакур и мисс Абелла Моро. И, наконец, Гарри Поттер должен спасти мисс Дафну Гринграсс и мистера Дилана Лестрейнджа. Чемпионы, приготовились! Гарри снял мантию и отдал ее крестному, стоявшему позади него. — Удачи, Гарри, — прошептал Сириус, выглядя обеспокоенным. — Сделай всё, что в твоих силах, но не ищи опасности. — Там внизу мой брат и невеста, — категорически сказал Гарри. У него нет никаких сомнений, что он сделает все возможное, чтобы вызволить их из-под озера. Он взял флягу у Сириуса и стал ждать. Когда оставалось всего несколько секунд, он выпил зелье; выстрел из пушки возвестил о начале выполнения задания. Уже задыхаясь, Гарри нырнул в озеро, успокаивая свои недавно сформированные жабры. — Люмос! Яркий шар света появился на кончике его палочки, когда он поплыл вперед. Ему нужно только сосредоточиться на отслеживающем заклинании, расположенном на медальонах Дафны и Дилана, которые были привязаны к медальону, который он сам носил на шее. Он понятия не имел, как другие чемпионы должны найти своих заложников, но он не хотел этого выяснять. — Кажется, и мисс Делакур, и мистер Диггори использовали чары головного пузыря, — прокомментировал мистер Бэгмен. — Мистер Крам проделал замечательную работу по Трансфигурации над собой, превратившись в полуакулу. Как всемирно известный эксперт по Трансфигурации, я хотел бы узнать ваше мнение по этому поводу, профессор Дамблдор. Мистер Поттер — загадка, потому что я видел, как он выпил какое-то зелье, хотя, я не уверен. О, конечно, мастер Слизнорт, продолжайте… Зелье амфибии? Хотите сказать, что он сам изобрел зелье? В возрасте четырнадцати лет? Невероятно! Расскажите мне больше! Внизу, в озере, Гарри плыл к одной из своих целей, когда столкнулся с иллюзорной защитой. Просканировав ее, Гарри впечатлился. Создавалось ощущение, что все, что на другой стороне, является туннелем, ведущим его к одному из заложников, и если кто-то пересечет его, он создаст водоворот, поглотив их. Если бы не его продвинутая окклюменция, он сам стал бы жертвой защиты. Он попытался избежать ее и плыть в другую сторону, но ловушка спроектирована очень хорошо. Он не мог ее избежать. Спустя десять минут проб и ошибок Гарри отключил защиту и продолжил свой путь. Несколько минут спустя Гарри нахмурился, когда столкнулся с чем-то, что не мог точно определить. Это защитная охрана, но она была плохо спроектирована. Внезапно его чувства насторожились, и как раз, когда он повернулся, на него напала орда Гриндилоу. Их было слишком много, и они продирались сквозь его кожу. Глаза Гарри потемнели от гнева, когда он разнес нескольких из них вдребезги. Защитная охрана была всего лишь уловкой, чтобы отвлечь внимание чемпионов от гриндилоу. Водяные демоны поняли, что он не добыча, и отступили. Проклиная себя за то, что не предвидел нападения, Гарри поспешно применил то немногое из известных ему исцеляющих чар, чтобы излечить порезы на своем теле. Закончив, он поплыл к своей цели. — Мистер Поттер, и мистер Диггори сумели победить своих гриндилоу! — крикнул Бэгмен. — Мистер Поттер снова продемонстрировал свой талант в разрушении чар! Остался один час и тридцать минут! Там! Он видел его отсюда. Гарри использовал патронус, чтобы обеспечить свет, когда понял, что заложник — Дилан. Рассеяв патронус, он применил разделяющие чары на веревках, связывающих его брата, обнял мальчика за талию и поплыл к поверхности. Внезапно Гарри краем глаза заметил движение. Обернувшись, он напряг всю свою силу воли, чтобы не закричать. Перед ним скользила в воде огромная змея. Она приближалась к нему, широко раскрыв пасть. — Стой! Я не причиню тебе вреда! — импульсивно сказал Гарри. Пузыри вырвались из его губ, но он смог уловить шипящий звук даже под водой. Вот так сюрприз! Зелье амфибии, должно быть, дало ему способность говорить и под водой! Ему придется позже изучить это свойство более подробно. — Говорящий! — удивленно прошипел морской змей. — Никогда раньше вас не встречал. Я не хотел тебя напугать, юный говорящий. Я хотел съесть рыбу позади тебя. Гарри мог бы рассмеяться, если бы его не раздражал тот факт, что в момент паники он забыл, что морские змеи не нападают на людей. Но это едва ли была его вина! Любой, кто столкнулся с семидесятифутовым василиском, чувствовал бы то же самое. Кивнув огромной змее, Гарри использовал чары агуаменти, чтобы подтолкнуть себя и Дилана к поверхности. Когда он оказался достаточно близко, он позволил Дилану подняться, а сам остался под водой. Как только лицо Дилана показалось из воды, он вздохнул, отчаянно пытаясь дышать. Он запаниковал, когда понял, что что-то поддерживает его под водой, но быстрый взгляд заставил его успокоиться; это был всего лишь Гарри. Улыбнувшись брату, он наклонился, чтобы погладить его по голове, и поплыл к подиуму в середине озера, в то время как Гарри вернулся в глубины озера, чтобы спасти Дафну. — Посмотрите на это! — закричал Бэгмен, пока люди на трибунах громко ликовали. — Гарри Поттер первым добрался до одного из своих заложников. Дилан Лестрейндж спасен, и теперь ему нужно найти Дафну Гринграсс, чтобы закончить задание! Гарри вернулся к поискам Дафны, позволив отслеживающим чарам вести его. Каждые несколько минут он сталкивался с новыми чарами, ловушками и скрывающими чарами. Их не так уж сложно взломать, но это отнимало много времени. Двигаясь вперед к колонии русалок, Гарри внезапно почувствовал, как что-то быстро движется к нему. Обернувшись, он увидел когти всего в нескольких дюймах от своей шеи. Каппа! Черт возьми! Его могли задушить, если бы он не был осторожен! Выпустив в существ струю кипятка, он продолжил свой путь. — Все четыре чемпиона сумели спасти одного из своих заложников! — закричал Людо Бэгмен под аплодисменты. — Один час позади, и еще один впереди! Гарри вошел в колонию русалок, глубоко в озере, и начал искать Дафну. Минуту спустя он увидел ее на другой стороне колонии, охраняемую русалками. Когда он собирался перерезать веревки, он увидел что-то, что заставило его остановиться. — Кажется, мисс Делакур подверглась нападению гриндилоу! — сказал Бэгмен. — Похоже, она не в состоянии продолжить задание. — Подождите, что такое? Мерлин Милостевый, немедленно отправьте Аварийную бригаду! Седрика Диггори обманул кельпи! Это Кельпи? Гарри поплыл к Седрику, который, казалось, ехал на какой-то лошади. Лошадь спускалась ниже к дну озера. Если они доберутся до дна, то Седрик будет обречен, так как единственное, что останется, — это части его тела. Действуя инстинктивно, Гарри наколдовал уздечку и использовал Чары Размещения, чтобы надеть ее на голову Кельпи. Эффект был мгновенным. Кельпи остановился, на мгновение смутившись, и Седрик взвизгнул, спрыгивая со спины существа. — Мистер Поттер усмирил Кельпи! — крикнул Бэгмен. — Седрик Диггори больше не в опасности! Гарри Поттер теперь движется к своему заложнику. Ну, ну, это, конечно, интересно, не правда ли? Перерезав веревки, Гарри обхватил рукой талию Дафны, потянув девушку за собой. Задача была почти выполнена. Еще около тридцати футов, и второе задание будет выполнено. Эту мысль пришлось отложить, когда Гарри увидел, что его окружают два десятка или больше гриндилоу. Они снова напали на него и Дафну, царапая их кожу, отрезая им всякое место для побега. Гарри истекал кровью, пытаясь отбиваться, но его рука с палочкой тоже была ранена. Рыча от гнева, он бросил беспалочковое губительное проклятие на тех, кто был слева, и с большим усилием бросил еще одно губительное проклятие из своей палочки. Оставив позади мертвых и уничтоженных гриндилоу, Гарри и Дафна вынырнули, оба хватая ртом воздух. Дафна поморщилась от боли, когда поняла, что ранена. Кровь лилась из ее ран, когда они с Гарри плыли к подиуму. С помощью Сириуса и Сайруса им двоим удалось подняться на подиум. Гарри даже не дернулся и не поморщился от боли, его лицо было бесстрастным, как всегда, но Дафна поморщилась. Она думала, что ее раны были плохими, но это было ничто по сравнению с ранами Гарри! После того, как несколько заклинаний были произнесены студентом-целителем, находящимся там, их раны были запечатаны, и их обоих быстро провели в медицинскую палатку, которая была возведена для чемпионов и заложников. Было установлено несколько экранов конфиденциальности, и пара быстро поискала кабинку, которая была… — Дилан! — встревоженно воскликнула Дафна, бросившись к мальчику, лежавшему на кровати, и быстро обняв его. — Ты не ранен? — Просто несколько царапин, — ответил он. — А как насчет вас двоих? — Отлично, — пробормотал Гарри. Его лицо сморщилось от дискомфорта из-за ношения рваной, грязной и мокрой одежды; мгновение спустя он стянул с себя плавки и для пущей убедительности избавился от этого неприятного предмета одежды. Он повернулся налево и увидел две пары удивленных глаз, смотрящих на него. — Что? Дафна и Дилан не могли не рассмеяться. — Что между тобой и мокрой одеждой? — спросила она, и ее глаза заблестели от веселья. — Даже после того, как ты наложил высушивающие чары, ты все равно пытаешься избавиться от неё при первой возможности! Гарри просто фыркнул. — Мне просто не нравится ощущение мокрой одежды, прилипшей к телу, вот и все! — Я вообще удивлён, что он вообще надел плавки, — усмехнулся Дилан, лукаво ухмыльнувшись и похлопав Гарри по подтянутому животу тыльной стороной ладони. — За то время, что я тебя знаю, я ни разу не видел ничего подобного в твоем гардеробе. Ты всегда плаваешь голым, Гарри, что изменилось? Гарри нырнул, чтобы нанести удар по затылку своего брата, но тут их прервал местный целитель школы. — Успокоились! — сердито сказала мадам Помфри. — Мистер Лестрейндж, разве я не говорила, что вам нужно отдыхать? — Я отдыхаю, — невинно сказал Дилан. — Я лежу на кровати и все такое! Вы же знаете, что я никогда не нарушаю ваши распоряжения, верно, мадам Помфри? И мне обидно, что вы подозреваете своего любимого пациента в проступке, когда настоящий виновник — мой слабоумный брат. — Эй! Мадам Помфри продолжала бормотать себе под нос, сканируя палочкой новоприбывшую пару. Гарри смог разобрать несколько слов, вроде «ненавижу иметь дело с», «братья и сестры» и «близнецы Уизли». Гарри обиделся. Они с Диланом не такие плохие, как близнецы Уизли! — Я вылечила все ваши раны, — сказала она им несколько минут спустя. — Но не перенапрягайтесь в течение следующих дня или двух. Приходите ко мне, если почувствуете себя плохо. Бросив последний взгляд на нахального отпрыска Лестрейнджей, целительница ушла. Троица возобновить разговор, когда в их кабинку вошла девушка с каштановыми волосами. Она бросила взгляд на Гарри, который стоял рядом со своей невестой, скрестив руки на груди, совершенно не заботясь о своей одеждой, и ее глаза расширились. — Эй, Астория, — улыбнулся он. — Заходи. — Ииипп! Астория Гринграсс выскочила из кабинки, ее лицо было пунцовым. Гарри в замешательстве повернулся к невесте и брату. — Что только что произошло? Дафна закатила глаза. — Ты голый, идиот, — сказала она с усмешкой. — А что по твоему должно было произойти, если твои гениталии были выставлены на всеобщее обозрение? — … Ой. Дилан фыркнул. — Ты, как всегда, бестолковый, яйцеголовый. Твой фан-клуб получит новые постеры для своих комнат. Теперь у них есть неограниченный доступ к Мальчику-Который-Выжил, одетому только в плавки. — По крайней мере, он был в плавках. По правде говоря я думала, что он вообще придет голым! Меня бы это не удивило, — вставила Дафна, ухмыляясь своему брызжущему слюной жениху. — Я бы этого не сделал, — слабо запротестовал Гарри, не в силах отрицать тот факт, что таков был его первоначальный план. Почему кто-то хочет носить одежду во время плавания? — Я не думаю, что приходить на второе задание Турнира Трех Волшебников в таком виде было бы для меня полезно! Ведь весь мир смотрит! — Да, это попало бы в заголовки, ладно, — ухмыльнулась она. — Мальчик-Который-Выжил полностью обнажился! — Турнир Трех Волшебников превращается в Турнир Трех Обманщиков, — добавил Дилан, лукаво ухмыляясь. — Уверен, он бы угодил более широкой аудитории, если бы ты выставил напоказ свой член и яйца. Еще не слишком поздно, знаешь ли. Все, что тебе нужно сделать, — это выйти из палатки! — Вы закончили? — раздраженно спросил Гарри, и они захихикали. Надев чистую одежду, которую им принес домовой эльф Хогвартса, они вышли на улицу и стали ждать результатов. Флер получила тридцать очков, Седрик — сорок пять, Крам — сорок очков, а Гарри — целых пятьдесят очков. — Ты лидируешь! — взволнованно воскликнул Дилан, крепко обнимая старшего брата. — Ты выиграешь турнир, я знаю! Гарри ухмыльнулся. Да, он победит. Они все еще не выяснили, кто бросил его имя в Кубок Огня, но в конце концов кто-то оступится; и когда это произойдет, Гарри позаботится о них. Кто бы ни был ответственным, он живой мертвец. *** — Присутствие Грюма в Академии авроров творит чудеса, — сказала Амелия, продолжая свой отчет. — Качество авроров заметно возросло, и благодаря новым стимулам в корпус авроров вступает все больше молодых ведьм и волшебников. — Отлично, — сказал Сириус, просматривая несколько файлов на своем столе, в которых было много отчетов из других отделов Министерства магии. — Я не хочу, чтобы мы рухнули, как в прошлый раз. Багнольд должна была пресечь все в зародыше, когда Волан-де-Морт начал подниматься, но поскольку большинство его Пожирателей смерти были видными членами Министерства или Визенгамота, она приняла неправильные решения. Тактика Крауча пришла слишком поздно, и она принесла больше вреда, чем пользы. Если какая-нибудь темная ведьма или волшебник снова поднимется, я хочу прикончить его или ее, прежде чем всё выйдет из-под контроля. — Пройдёт ещё пять лет, и наши Авроры станут такими, какими они были во время войны с Грин-де-Вальдом, — успокаивающе сказала Амелия. — Есть ли новости о Берте Джоркинс? — Нет, — поморщилась Амелия. — Я и знать не знала о ее исчезновении, пока по всему Министерству не распространились слухи. Видимо, Людо Бэгман думал, что с ней все в порядке и что она могла оказаться в Австралии, а не в Албании. Только в декабре мой отдел узнал об её исчезновении. — Мне это совсем не нравится, — сказал Сириус, чувствуя себя неловко. — Почему? Я связалась с Министерством магии Албании, но от них пока нет новостей. Я слышала, что у неё есть проблемы с памятью. Это кажется маловероятным, но, возможно, она случайно оказалась не в том месте, а там что-то произошло… — Слушай, я знал Берту Джоркинс. Она училась в Гриффиндоре вместе со мной и Джеймсом, не говоря уже о том, что была соседкой Лили по комнате, и позволь мне сказать тебе, Эми, она была идиоткой: очень любопытной, довольно глупой и любила посплетничать. Ты бы слышала, как Лили и Алиса ругались с ней много лет назад. У той девушки, которую я знал, не было проблем с памятью, так что я в замешательстве, как это вдруг произошло. Это опасное сочетание и… — Она могла наткнуться прямо на группу Пожирателей смерти? — спросила Амелия, подняв брови. — Ну, я бы определенно не исключал, что Беллатрикс могла убить её, — мрачно сказал Сириус. — Но какой в этом смысл? Она скромный сотрудник Департамента магических игр и спорта. У неё нет доступа к какой-либо полезной или секретной информации. Я просто не вижу в этом смысла! Они сидели молча минуту. — Есть новости о Пожирателях Смерти? — тихо спросил он. — Нет. Наша сенсорная сеть все еще работает с максимальной мощностью, поэтому мы бы узнали, если бы они вернулись в Британию. Теперь сеть включает в себя подводный туннель между Англией и Францией, так что пути назад нет. Поэтому нам придется сделать вывод, что они все еще за границей. — Это на нее не похоже, Эми, — сказал Сириус, чувствуя себя довольно расстроенным. Встав со стула, он начал мерить шагами комнату. — Я знаю Беллу. Она не была бы такой тихой, если бы не планировала что-то. Нас всю жизнь воспитывали как брата и сестру, так что я нутром чувствую, что она что-то замышляет, но не могу понять, что именно. А как насчет помилованных Пожирателей смерти? — Не о чем сообщать. Они ведут себя достаточно тихо: занимаются своими делами и, как обычно, играют в Визенгамот. Конечно, у них тут и там были какие-то сомнительные сделки, но это не повод для беспокойства. О, и Уолден Макнейр взял длительный отпуск, насколько мне известно. Сириус пренебрежительно махнул рукой. — У него за эти годы накопилось достаточно отпусков, и не похоже, что его работа так уж важна, — сказал он. — Продолжай. Я все еще ищу медальон. Клянусь, мне интересно, что Регулус с ним сделал! Это последний! Если мы его уничтожим, у Волан-де-Морта не будет никаких шансов вернуться! Амелия вздохнула, закрыв глаза. — Когда наша жизнь была легкой? Сириус фыркнул, потирая виски. Он не понимал, как Фаджу могла нравиться эта работа. Должность министра магии довольно ответственная, но он знал, что будет на этом посту долгое время; по крайней мере, семь лет. Он мог бы привыкнуть к ней. *** Лицо Гарри ничего не вырожало, когда дюжина манекенов окружила его. Его палочка свистела и кружилась в воздухе, когда проклятия вылетали из кончика его палочки. Когда большинство ведьм и волшебников в мире используют магию, их заклинания имеют цвет. Это связано с тем, что у них нет большого контроля над своей магией, что ослабляет заклинания. Сама магия в своей чистой форме не имеет цвета. Когда она не достаточно сфокусирована, то заклинания, соприкасаясь с чем-либо вне заклинателя, приобретали цвет. Однако такие опытные волшебники, как Дамблдор и Волан-де-Морт, имеют достаточно контроля, чтобы уменьшить количество производимого света, тем самым увеличивая силу и эффективность заклинаний. Единственным свидетельством применения магии является рябь в воздухе. Эта техника заворожила Гарри, когда он наблюдал за воспоминаниями Волан-де-Морт. Гарри решил попробовать технику Волан-де-Морта. Гарри избегал лучей света, летящих в его сторону, создавая щит из всего тела, чтобы защитить себя. Он уклонился и бросил на них несколько проклятий, уничтожив их. Гарри составил расписание, по которому он будет практиковаться каждый день, и сегодня Темные искусства. Извиваясь в воздухе, бледный луч зеленого света ударила в последнего манекена, разнеся его вдребезги. Он тяжело дышал, на его губах медленно появлялась ухмылка. Наконец, после слишком многих неудачных попыток, ему удалось невербально наколдовать смертельное проклятие. Это настоящие достижение, потому что большинство вообще не могут произнести проклятие, а сделать это невербально — захватывающе и вряд ли кто-то оценит. Он не понимал, чем Смертельное проклятие хуже множества других проклятий, предлагаемых Темными Искусствами. По крайней мере, оно не такое кровавое, как проклятие кипящей крови или проклятие разжижения органов. Сейчас конец мая, и Гарри тренировался без остановки со дня второго задания. Он использовал каждую возможность, чтобы учиться или тренироваться, иногда пропуская сон, просматривая воспоминания Волан-де-Морта. Но вот в чем проблема — чем больше он смотрел, тем больше ему становилось жаль Тома Реддла. Они такие похожие, но при этом такие разные… Если бы только Том не разделил свою душу, он мог бы стать одним из величайших лидеров своего поколения. Вместо этого он позволил своему страху смерти затмить его разум, поддавшись искушениям бессмертия. Каждый ритуал имеет свою цену, а бессмертие посредством разделения его души лишило Тома Реддла здравомыслия. Том никогда не умел контролировать свои эмоции. В отличие от Гарри, Том — природный легилимент, как Дамблдор, поэтому, будучи воспитанным магглами, ему потребовалось время, чтобы освоить окклюменцию. Но поскольку он расколол свою душу в нежном шестнадцатилетнем возрасте, его впечатляющие окклюментные барьеры, которые он построил в последние годы, были бесполезны против необузданного гнева, который он не мог контролировать. Вместо того, чтобы вести политическую битву как основное наступление и закулисное убийство как последнее средство, его безумие заставило его начать войну, в которой погибли тысячи ведьм и волшебников, а также еще больше магглов. Он превратился из мальчика, который хотел помочь магическому миру, в монстра, который хотел его уничтожить. Но именно здесь и возник конфликт. Гарри видел воспоминания о Томе Реддле, когда тот был человеком, и не смог заставить себя ненавидеть его. Реддл стал его наставником, его учителем, поскольку Гарри многому научился из воспоминаний. Наблюдая за тем, как Том Реддл борется за то, чтобы подняться по социальной лестнице, Гарри восхищался им. Вот еще один волшебник, которого оскорбляли магглы, которого избегали волшебники, и который все же сумел остаться сильным. Жизнь Тома была нелегкой. Его юность в приюте была ужасной, как и для Гарри и Дилана, да и воспитание во время войны никогда не было простым. Когда он был младенцем, все было не так уж плохо, но когда начались инциденты со стихийными выбросами, все стало еще хуже — как это случилось с Диланом и Гарри. Все началось с малого: со вспышек магии, когда он злился или расстраивался. С выбросами обычно справляются родители-волшебники, поскольку знают, что искать, однако магглы не готовы иметь дело с детьми-волшебниками или воспитывать их. Приюты и так плохо финансировались и остро нуждались в кадрах, не говоря уже о том, что воспитатели не всегда были лучшими, особенно во время войны, что приводило к проблемам с издевательствами. Инциденты Тома со случайной магией привели к панике у его воспитательницы, миссис Коул. Миссис Коул (также как и Дурсли и смотрительница приюта Дилана) заставила Тома пройти обряд экзорцизма, когда ему было пять лет. Все трое мальчиков были травмированы этим инцидентом, и никто из них никогда больше не говорил о нём никому; пока Гарри не упомянул об этом Дилану и наоборот. Этот инцидент сумел сломать Тома Реддла, из-за чего маленький ребенок навсегда потерял доверие к своим воспитателям и возненавидел их — точно так же, как это случилось с Гарри. Когда началась учеба, он сразу же стал лучшим учеником в классе, но не все были им впечатлены. Учителя души в нем не чаяли, в то время как другим не нравилось, как быстро он все запоминал. Зависть — опасная эмоция, а в маленькой, плохо финансируемой школе, куда Тома отправили в детстве, когда Вторая мировая война только разгоралась, это означало, что никто её не замечал. Именно тогда Том начал вырабатывать свою маску всегда вежливого человека, хотя его эмоции иногда брали над ним верх. Но была и другая проблема — хулиганы. Новости о его странных силах распространились по всему приюту, особенно после неудавшегося экзорцизма, и с ним ужасно обращались. Тому говорили, что его мать умерла, потому что даже она не хотела воспитывать такого урода, как он, и что он — сам дьявол и проклят, и, вероятно, поэтому умерла его мать. Миссис Коул также наказывала его за то, что он огрызался всякий раз, когда пытался защитить себя, делая его в процессе еще более холодным. Как и у Гарри, у Тома не было никого, кто мог бы защитить его от его мучителей. Он был один. Не имея никого, кто мог бы ему помочь, он обратился к единственной доступной ему альтернативе — тайной силе, которую все считали ненормальной. Используя свои силы, он начал мстить своим мучителям. Билли Стаббс, убивший домашнюю змею Тома, которая жила в саду за домом, нашел своего кролика мертвым. Эми Бенсон и Деннис Бишоп, всегда говорившие жестокие вещи о нем и его матери, оказались напуганными и подвергались пыткам в пещере у моря. Дети могли быть подлыми, но если их не дисциплинировать, это прилипло к ним на всю жизнь. К сожалению, у Тома не было никого, кто мог бы ему помочь — в отличие от Гарри — поэтому он вырос и стал еще более ненавистным. Его письмо из Хогвартса стало сюрпризом, но не неприятным. Но в подземельях не все было гладко. Слизеринцы не очень хорошо отнеслись к Тому, подозреваемому в магглорожденности, из-за того, что его определили на их факультет. Тома избегали и дразнили чистокровные старшекурсники, но его природный талант к магии, не говоря уже о его способности змееуста, в конечном итоге покорили их. Вскоре он начал собирать союзников. Инцидент в Тайной комнате не был хорошо продуман, но он выжил, однако Вторая мировая война магглов потрясла его до глубины души, достаточно, чтобы он создал крестраж в возрасте шестнадцати лет. Лондонский блиц был причиной иррационального страха смерти Тома. Когда профессор Меррисот ушел на пенсию, он подал заявку на должность преподавателя в Хогвартсе сразу после выпуска. Он искренне хотел преподавать. Но ему в этом было отказано. Гнев, вызванный расколом его души, заставил его захотеть захватить больше власти. Затем Том путешествовал по миру, изучая все формы Темной Магии в процессе, принимая участие в ужасающих ритуалах, чтобы укрепить свое тело и магическое ядро. Чем больше он раскалывал свою душу, тем больше Том Реддл исчезал, оставляя после себя монстра, известного как Волан-де-Морт. Том хотел союзников, чтобы вести политическую битву, делая все возможное, чтобы спасти ведьм и волшебников от опасности магглов, но Волан-де-Морт хотел власти, только власти. Том Реддл был по сути мертв к тому времени, когда война шла в полном разгаре, а Волан-де-Морт уничтожал все на своем пути. Гарри противны действия Волан-де-Морта и то, как он искалечил Магическую Британию в своей попытке захватить власть. Темный Лорд безжалостно убивал мужчин, женщин и детей. Хотя Гарри уважал Тома Реддла как своего учителя, он знал, что Волан-де-Морт — бесчеловечный монстр; очень опасн монстр, которого нужно уничтожить как можно быстрее. Зверства, совершенные уродливым, жадным до власти волшебником, были слишком ужасны, чтобы смотреть на них; ритуалы, подобные тем, что использовал Волан-де-Морт, никогда не должны были быть предприняты. Есть черта, которую никогда нельзя пресекать, а Волан-де-Морт бесстыдно нарушил законы Магии, которые все так ценят. Если бы только они могли найти этот проклятый медальон. Где Регулус спрятал его? Гарри поднял Меч Гриффиндора, продолжая тренироваться. Меч, призванный Выручай-Комнатой, завис в воздухе, а затем замахнулся на него. Гарри увернулся, и два металла со звоном столкнулись. Дафна Гринграсс и Дилан Лестрейндж обеспокоенно переглянулись, услышав звук сталкивающихся мечей. Гарри доводил себя до предела в течение последних нескольких месяцев, и они видели, что он становится раздражительным. — Надо что-то делать, — пробормотал Дилан. — Иначе он сорвется. — Не волнуйся, — сказала Дафна с легкой улыбкой. — У меня есть идея. — Только не говори ему, чтобы он успокоился! — воскликнул Дилан, подняв руки в знак капитуляции. — В последний раз, когда я предложил это, он чуть не оторвал мне голову, и я не горю желанием встречаться с братом, когда он так зол. Дафна покачала головой, на ее губах появилась легкая улыбка.

***

Гарри вздохнул, рухнув на диван в Выручай-комнате после изнурительной тренировки по фехтованию. Теперь он понимает, почему Годрик любил свой меч. Было удивительно сражаться с ним: накал, который он получал, когда что-то столь острое приближалось к нему, когда он отбивал его, звук металлов, сталкивающихся друг с другом, быстрота и ловкость, необходимые для атаки на противника, — это было волнующе. — Закончил тренировку? — спросила Дафна, садясь рядом с ним и вытирая его лицо прохладной тканью. — Ах, спасибо, Даф, — пробормотал Гарри, кладя голову ей на колени и закрывая глаза, чтобы расслабиться. — Гарри, — тихо сказала Дафна. — Тебе обязательно так усердно тренироваться? Глаз Гарри дернулся от раздражения, но он промолчал. Дафна просто провела пальцами по его гладким черным волосам. Гарри слегка застонал, когда ее руки начали впиваться в его кожу головы, нежно массируя ее. — Я не собираюсь говорить тебе, чтобы ты замедлился, — тихо сказала Дафна. — Но разве неправильно беспокоиться о своем благополучии? — Ты с Диланом должны знать, что я могу о себе позаботиться, — тихо сказал Гарри. — Так что перестаньте беспокоиться. Вам обоим следует беспокоиться о своих экзаменах в конце года, не более того. — У нас всё под контролем. Ты обучаешь нас обоих, чтобы мы опережали своих сверстников. А теперь, по крайней мере, позволишь мне помочь тебе расслабиться? Гарри молчал, и Дафна была расстроена тем, что не могла ничего понять по его пустому выражению лица. — И как ты собираешься помочь мне расслабиться? Лицо Дафны просияло. — Ладно, просто оставайся здесь и держи глаза закрытыми. Я вернусь. Губы Гарри слегка дернулись от удовольствия, когда она встала. Закрыв глаза, через тридцать секунд он крепко уснул. Два часа спустя Дафна осторожно потрясла его, разбудив. — Гарри, просыпайся, — тихо сказала она. — Все готово. Гарри моргнул, когда заметил дверь напротив себя на другой стороне комнаты. Он выполнил все инструкции Дафны до последней буквы, в том числе снял всю одежду. Когда он вошел через дверь, он понял, что это сауна. — Это должно помочь мне расслабиться? — устало спросил Гарри. — Это часть плана, так что следуй ему. Наберись терпения, — объяснила она. Щеки Гарри порозовели, когда он увидел, к своему удивлению и восторгу, что Дафна тоже снимает одежду. Совершенно равнодушно, зная, что он наблюдает за ней, Дафна вошла в сауну и закрыла глаза, чтобы расслабиться. Они провели вместе двадцать минут в сауне, но вид Дафны в раздетом состоянии возбудил Гарри, так что они целовались прямо там. Закончив, двое потных подростков вместе приняли прохладный душ. Комната снова замерцала, на этот раз превратившись в маленькую комнату, заполненную свечами. Односпальная кровать стояла посередине комнаты вместе с маслами для тела, смешанными с зельями для расслабления мышц. — Массаж? — удивлённо спросил Гарри. — Да. Теперь ложись на живот. Гарри улыбнулся ей, ложась на кровать. Он закрыл глаза и вскоре почувствовал теплое масло по всей спине. Мягкие руки коснулись его кожи, когда она начала разминать его плечи. Гарри застонал, когда Дафна медленно спустилась вниз, снимая напряжение с его больных мышц. Она массировала его плечи, позвоночник и поясницу, пока не сделала ему чувственный массаж ступней. Гарри никогда в жизни не чувствовал себя таким расслабленным! Он был так возбужден в этот момент, что даже малейшее покалывание заставляло его стонать от разочарования. Он умирал от желания разрядиться, но Дафна даже не позволяла ему прикоснуться к себе. После того, как она крепко размяла его плечи, она заставила его повернуться на спину, пока она поливала его переднюю часть маслом. Нежно проведя руками по его точеной груди и прессу, она спустилась ниже, полностью игнорируя его пульсирующую эрекцию. Она помассировала его ноги и вернулась к плечам, и к этому времени Гарри буквально умолял, чтобы его коснулись. — Пожалуйста, Дафна, — отчаянно сказал Гарри. — Я больше не могу. Я люблю тебя! Дафна победно ухмыльнулась. — Это был лучший опыт в моей жизни. И ты лучшая невеста, о которой можно только мечтать. Спасибо! — Пожалуйста, — пробормотала Дафна ему в губы. — Ну, теперь тебе лучше?» — Да, — сказал Гарри, но на его губах появилась ухмылка. — Но теперь твоя очередь. Вставая, он толкнул ее на живот, остановившись на мгновение, чтобы полюбоваться ею. Осторожно убрав ее длинные волосы в сторону, он нежно поцеловал ее позвоночник, прежде чем нанести масло, когда начал массировать ее спину. Медленно и чувственно он двинулся ниже, нанося еще больше масла, пока она раздвигала ноги. Дафна застонала от удовольствия.* — Я люблю тебя, — искренне сказал Гарри. Голубые глаза встретились с зелеными, когда Дафна улыбнулась. Уютно положив голову ему под подбородок, она пробормотала: — Я тоже тебя люблю. Закрыв глаза, они оба вошли в мир снов, и одеяло волшебным образом появилось на их телах, накрыв их.