Лето – это...

Лето — это игры и обещания. Очередное утро очередного дня. Хантер тут всего около недели, а ему уже осточертело просыпаться в этой комнате и видеть перед глазами тумбочку с таблетками. «Терпеть не могу» — мысленно выругивается юноша и нехотя поднимается с постели. Лучи не пробиваются сквозь плотно задёрнутые шторы, и лишь тонкая полоска солнечного света спасает Хантера от того, чтобы погрязнуть во тьме комнаты окончательно. Юноша спускается вниз по лестнице и уже слышит, как Дариус говорит с кем-то по телефону. Работа. Хоть мужчина и нашёл способ работать удалённо, чтобы больше времени посвятить новому подопечному, дел и хлопот у него стало раза в два больше. Всё-таки так вести дела тяжелей, не говоря уже о заботе о юном Виттебейне. Когда Хантер вошёл на кухню то застал следующую картину: рослый, впечатляюще подтянутый мужчина воевал со сковородой и тестом для блинов, попутно что-то недовольно восклицая собеседнику на другом конце провода. Телефон он кстати держал у уха плечом, что добавляло ситуации ещё больше комичности. Еле сдержав смешок, который предательски подкатил к горлу, парень подошёл к столешнице и клацнул кнопкой электрического чайника. Тут его и заметил Дариус. — О, ты уже проснулся, малыш Хан, — улыбнулся опекун, но тут же его лицо исказила гримаса раздражения, — Нет, Грег, конечно я говорил это не тебе! И что у вас там за неразбериха с бумагами, чёрт бы вас всех побрал! Мужчина снова переключился на разговор с неким Грегом, оставив Виттебейна в покое и дав ему оценить масштаб катастрофы. Вообще, словосочетание «Дариус готовит» само по себе является синонимом слов «анархия» и «сущий кошмар». Мужчина был холост и работа его долгое время подразумевала то, что он скорей всего будет завтракать, обедать, а порой и ужинать в каком-нибудь ресторанчике. Если же Дариус оставался дома, то заказывал еду или ел заготовленную, которую нужно просто разогреть. Мужчина не то чтобы был бытовым инвалидом — он умел ухаживать за своими вещами, хорошо убирал дом, просто приготовление пищи, которое требовало больше чем одно-два действия, ну никак ему не давалось. — Нет, ну ты представляешь, из отпуска и то выдернут, — выдохнул опекун и наконец совладал с блином, — Что ж будет когда отпуск закончится и придётся каждый день вот так им всё по телефону разжёвывать. — Мы ещё можем верну– — Не-а, даже не пытайся, молодой человек. Мы тут на всё лето, — усмехнулся Дариус, чем вызвал лишь недовольное фырканье Виттебейна, — Да ладно, малыш, тебе здесь понравится. Это замечательное место для того чтобы дать мозгам отдохнуть! — Угу. — Тем более погода чудная, сейчас только чуть за середину июня, а уже так тепло. Хантер посмотрел на мужчину с выражение лица, показывающим, что это нихера не плюс. Дариус кажется понял что к чему и сбавил энтузиазм. — Ну, вот на неделе дождик обещают. — Круто, — кивнул Виттебейн, — Чем завтракать будем? — Завтракать… Блин! Сначала Хантер подумал, что мужчина так ругнулся, а потом понял, что Дариус говорил про настоящий блинчик, который медленно, но верно подгорал. — Ты сегодня пойдёшь к Блайтам или завтра? Я немного запамятовал, — наливая тесто на сковороду, спросил опекун. Парень вздохнул и ответил лишь тихое «сегодня». Он уже третий день не виделся с кем-либо из компании кроме Луз, не столкнуться с той было попросту невозможно. Да и, если быть откровенным, он никуда и не хотел идти. Во-первых, шумные компании слишком утомляли, во-вторых, уже осточертевшая тема с кофтами в плюс двадцать пять. Виттебейн умирал изнутри, ему было очень жарко. — Ты выпил таблетки? Хантер замер с блином у рта. Ну что за отвратительное утро? «Бл*, да как ты всё помнишь?» — Судя по твоему молчанию, нет, — вздохнул Дариус. Парень, у которого уже от злости подгорало не хуже, чем у опекуна блины на сковороде, в угрюмом молчании отправился наверх. Он пил антидепрессанты неделю, но никакого положительного эффекта не чувствовал, лишь бессонница и тревога. Хантер вообще очень плохо спал, сегодня он тоже не выспался и плюсом видимо встал не с той ноги, ибо настроение было ужасным. Юноша вошёл в свою спальню и зло смерил взглядом пачку таблеток, к его несчастью, антидепрессантам глубоко плевать, как на них смотрят. — Это всё из-за вас, — прошипел Виттебейн, прожигая пачку таблеток взглядом, — Я таким не был. Я был нормальным. Хантер очень настороженно относился абсолютно ко всем лекарствам. Дядя говорил, что доверять врачам и больницам вообще то ещё дело, лечил тот Виттебейна обычно горячим чаем с лимоном, парацетамолом и дышанием над картошкой. «Если из-за каждой небольшой болячки пить горстями таблетки и бегать ко врачу, то ты к тридцати годам будешь чертовым инвалидом и нюней!» — вспомнил слова Филлипа Хантер. Да, дядя терпеть не мог всевозможные лекарства, а тем более те, которые выписывают для поправления психического здоровья. На них у него был отдельный пунктик, мужчина считал, что психику лечить нужно уже тогда, когда дело доходит до психиатрии, а всё остальное — ерунда и бред. — Понаделают таблеток на каждую болячку, а ты пей, — злобно бурчал парень, выдавливая в руку пилюлю. Кривя лицо, парень смотрел на лекарство. Эти таблетки уже поперёк горла ему встали. — Хантер! Подойди сюда, пожалуйста, — вдруг послышался голос Дариуса с лестницы, тот поднимался на верх. Когда мужчина ступил на второй этаж, Хантер кинул пилюлю куда-то в сторону кровати. Что будет, если он один раз пропустит приём этого отвратительного препарата? Да ничего не будет. — Иду. Юноша вышел из комнаты и подошёл к комнате опекуна, дверь в которую была открыта. Внутри царил небольшой беспорядок, что обычно не свойственно Дариусу. — О, чудесно, — мужчина улыбнулся уголком рта, что сразу не понравилось Виттебейну, — Пошли там чайник вскипел, я чай навёл. — Ладно. Они вернулись на кухню, Хантер сел за стол и притянул поближе чашку ароматного чая. Дариус пододвинул к парню тарелку с блинами, юноша кивнул и откусил кусок от одного. «Пресные.» — Ты зачем звал? — каким-то уж совсем настороженным тоном буркнул Виттебейн, на что опекун лишь опустил голову и начал барабанить пальцами по столу. Повисла неловкая тишина, которую разбавляло лишь тиканье часов. — Я тут посоветовался с Лилит, — начал мужчина, и сказанное уже не понравилось Хантеру. — О чём? — О твоей одежде. То есть, я имею в виду, — Дариус выдохнул и потёр переносицу, — Слушай, Хан, я понимаю что тебе очень некомфортно… М-м, в открытой одежде. — Правильно понимаешь. — Ага. Но ты же понимаешь, что ходить в кофте летом. Не самое лучшее решение. — Угу. — Чудесно, — кажется мужчина немного расслабился, но в голосе все равно сквозило напряжение. — Я не буду носить ничего с коротким рукавом, — ещё сильнее нахмурился Хантер. — Хантер, послушай… — Не буду. — Да послушай же ты! — мужчина на автомате махнул рукой, чтобы пригладить волосы, от чего Виттебейн дёрнулся на стуле. Естественно, Дариус это заметил и вздохнул, — Напульсники. Я купил тебе напульсники. Они молча смотрели друг на друга. Кажется Виттебейн поторопился с выводами. — И что? — настороженно спросил парень, нехотя вжимая голову в плечи. — Они покрывают почти всю длину рук. Думаю ты мог бы надеть футболку и напульсники, да, будет всё ещё жарковато, но ты хотя бы в обморок не упадёшь от перегрева. Виттебейн подозрительно смотрел то на опекуна, то на пакетик, который Дариус сейчас поставил перед ним. Кажется проблема решена, но в голове вертелось слишком много «а что если?». — Ладно, я попробую. — Чудно, — мужчина улыбнулся и потянулся потрепать парня по волосам, на этот раз Хантер не отскочил, но скинуть руку Дариуса ему все равно хотелось. Однако парень этого не сделал и лишь поёрзал на стуле, давая понять что ему такие жесты не по душе, — Точно сам дойдёшь? — Я запомнил, где живут Блайты, — кивнул Виттебейн. — Ну, хорошо, — не стал спорить опекун, — Но в случае чего звони. — Окей. Хантер продолжил есть, думая о том, что сегодняшний день будет тяжелее, чем он думал.

∅ ∅ ∅

{Ты придёшь через час, как и договаривались? ₁₂.₁₄) Хантер раздражённо вздохнул, прочитав пришедшее сообщение от Эдрика. «Ага, если наконец соберусь выйти… В этом.» Парень смотрел на себя в зеркало, которое крепилось к внутренней стороне дверцы шкафа. Темно–синяя футболка с рукавом три четверти с лихвой закрывала верхнюю часть напульсника, который сам по себе натягивался чуть ли не до плеча. Чтож, никто не увидит что под тканью, ведь напульсники покрывали почти всю длину руки, начиная от верха предплечья заканчивая костяшками, пальцы они не закрывали, но и толстовка этого не делала так что… — Пора идти, — строго сказал себе парень и, взяв рюкзак, направился к выходу из дома. Он решил выйти через парадную дверь, чтобы Дариус видел, что он ушёл. Изменения юноша ощутил сразу, как только ступил на тропинку. Жарко, однако теперь лёгкий ветерок задувал под рукава футболки, давая немного прохлады. Парень поправил толстовку, которую все равно повязал на пояс. Ну так на всякий случай. Это была первая его прогулка по Кипящим островам в одиночестве. Из-за того, что тишину не нарушал голос неугомонной Луз или кого-либо другого, парень решил обдумать последние события, как будто не занимался этим все последние дни. Его ум сильно занимали три вещи: наказание для дяди, лето на Кипящих островах и губительное пристрастие Эдрика. О первых двух вещах он рассуждать уже устал, так что стал думать над тем, поменялось ли его отношение к Блайту. «Курит и курит, тоже мне дилема. Не я же себе здоровье порчу», — юноша свернул на повороте, в далеке уже слышался шум, доносящийся с главной площади, — «Он же не будет при мне курить… Не будет ведь?» Хантер поёжился, всем сердцем и душой ненавидя реакцию своего организма на сигареты. «Как идиот чуть в обморок тогда не ёбн*лся. Благо хоть Эдрик ничего не понял.» Он ведь ничего не понял, верно? В любом случае, сейчас парню лучше расслабиться, ведь следующие несколько часов это может не предоставиться возможным. ⌀ ⌀ ⌀ –Здравствуйте, Мериз. Я к Эдрику. Дворецкий мыгыкнул и пропустил Виттебейна в дом. Хантер переступил порог дома Блайтов, осмотрелся и… Понял, что понятия не имеет, где находится комната Эдрика. По телу пробежался холодок, в чужом доме одному было некомфортно. — Извините, а вы не подскажите… Кажется дворецкий всё понял по растерянному взгляду парня и жестом сказал идти за ним. Они направились по лестнице, и стоило только Виттебейну подняться на второй этаж, как из своей комнаты вышла Эмира. Девушка не сразу заметила гостя, она что-то печатала на телефоне, после чего погасила экран и полюбовалась макияжем в отражении. Только выполнив все эти манипуляции Блайт наконец-то оторвала взгляд от гаджета и заметила Хантера. — О, привет, — девушка в лёгком удивлении похлопала накрашенными длинными ресницами и легко улыбнулась, — А ты к Эдрику? Он у себя в комнате если что. — Привет, — наконец кивнул ей в ответ парень, — Спасибо, да, я к нему. — Хе-хе, ну, веселитесь, мальчики, я бы рада с вами, но не могу, нужно бежать, — хихикнула Эмира, — Ах, да и кстати… А хотя в прочем тебе наверняка братец сам расскажет, ну, я побежала. После этого Блайт сказала Меризу, что вернётся около девяти, и упорхнула вниз по лестнице, стуча каблучками балеток. Виттебейн поблагодарил дворецкого за помощь и пошёл в сторону комнаты, на которую до этого указал мужчина. Хантер постучался и, получив в ответ краткое «открыто», вошёл. — Привет, — поздоровался Виттебейн с парнем, который сидел спиной к двери на кровати в позе лотоса и что-то рассматривал. — О, это ты, я думал отцу что-то нужно, — Эдрик улыбнулся и повернулся к гостю, свесив ноги с кровати, — Не стой на пороге, проходи, садись. Хантер подошёл к хозяину комнаты и увидел что тот держал на коленях какую-то. Книжку? — Что изучаешь? — А? А, да вот, старый фотоальбом рассматриваю, — Блайт хихикнул и стал быстро листать страницу за страницей, — Смотри, ты тут тоже есть. Виттебейн удивлённо уставился на старое фото. Маленьких Эдрика и Эмиру он узнал сразу. А вот этот мальчик по середине. Это… Он? Ну, в принципе цвет волос тот же, нос с горбинкой и даже диастема между зубами на месте. Только вот почему-то ему все равно не верилось, что он когда-то мог так улыбаться, как лыбился на этом куске бумаги. — Ты чего, себя не узнал? — пошутил Эдрик, но заметив серьёзный взгляд парня сник. — Что-то я тут сам на себя не похож, — подал голос Хантер и нахмурился, — Странное фото, не помню ничего такого. — Я тоже. Повисло неловкое молчание парни смотрели на фотографию, думая каждый о своём. — Та-ак, давай наконец-то зарегаем тебя в Депеше, — сказал Блайт и улыбнулся, — Телефон взял надеюсь? — Конечно, — Виттебейн кивнул и достал из кармана джинс гаджет. — Хей, ты чего такой серьёзный? — Эдрик заглянул в глаза собеседника и наклонил голову немного в бок, не переставая усмехаться, — Всё хорошо? — А? Да, всё в порядке, ну, просто, — Хантер, сам не ожидая от себя этого, замялся, когда Блайт дотронулся рукой до его плеча. Ну, уж слишком проницательно парень смотрел ему в зеркала души. — Ой, какие классные штуки, — тем временем осматривал его закрытые тканью руки Эдрик, — Забыл как называются, но тебе идёт. — Напульсники, — напомнил Хантер название «штук», надетых на его руки. — Точно, — Блайт стукнул себя по лбу и хихикнул. — Ты по моему хотел помочь мне с… Эм, Депешем? — Виттебейн как бы невзначай наклонился чуть вперёд, таким образом скидывая со своего плеча чужую ладонь. — Ага, секундочку. Эдрик взял свой телефон, включил его и пододвинулся ещё ближе к гостю, садясь совсем рядом. — Смотри, заходишь вот сюда– — Я уже скачал само приложение. — Да? А, ну тогда тут делов то, — Блайт заглянул в экран телефона Хантера, — Ого, так чисто, как в аптеке! — В каком смысле? — не понял его Виттебейн. — Ну, в смысле, приложения только которые были установлены ещё производителем, заставка заводская, — Эдрик неловко хихикнул, когда Хантер хмыкнул, — Ну, не важно. Короче, заходи в Депешку. Оказалось, что Виттебейн и сам вполне мог зарегистрироваться в Депеше, нужен был лишь номер телефона и имя пользователя. — Как себя подпишешь? — с интересом спросил Блайт, на что получил такой взгляд, будто спросил самую глупую вещь в мире. — Хантер Виттебейн. — А, да точно, — Эдрик повёл плечом, качнул ногой и улыбнулся, — Ты первый человек на моей памяти, который подписывается настоящими полным именем и фамилией в Депеше. — Это плохо? — Чт–… Нет, нет, конечно нет! — юноша замахал руками в знаке примирения, — Это я глупость сморозил, прости. Повисла неловкая тишина. Обоим казалось, что они сделали что-то лишнее. Хантер смотрел на свой только что созданный аккаунт, по идее это всё, что нужно для общения в Депеше, но ему почему-то не хотелось заканчивать с этим. — Как создать юзернейм? — Что? — переспросил Блайт. — Юзернейм, — более чётко проговорил Виттебейн, — Ты спрашивал про него тогда. — Аа, ну тут всё тоже проще простого, — Эдрик усмехнулся и тыкнул на что-то в экране чужого гаджета, — Вот смотри заходим сюда… Блайт ещё раз на что-то нажал и отвёл руку немного в сторону, легко касаясь ладони Виттебейна. И опять его руки до ужаса тёплые. Почему Хантер вообще замечает подобное? Почему он обращает внимание, когда Эдрик двигается плавно, будто перетекая из одного положения в другое, а когда резко, рвано? Наверное жизнь с дядей настороже научила его этому. Виттебейн понял, что не слушает парня, который похоже уже закончил объяснение. — Вот, ставь «собачку» и… Ну, придумай что-нибудь, можешь имя и фамилию на английском написать, — с этими словами Блайт уставился на Хантера в ожидании. — А…А, да, окей. Виттебейну не хотелось лишний раз переспрашивать, поэтому он сделал ровно так, как сказал ему Эдрик — поставил «собачку» и напечатал «Hanter_Vittebein». Блайт удовлетворённо кивнул и улыбнулся. Они немного поболтали, Эдрик поспрашивал, что Хантер делал эти дни, пока они не виделись, тот ответил общими фразами по типу «Да, ничего особенного» и задал аналогичный вопрос. Как оказалось Блайту тоже не было особо что рассказать, единственное они с Эмирой пару дней назад устроили вечер кино из-за чего легли в пять утра, а проснулись в два часа дня, что очень не понравилось их отцу. — Мне купили новый футляр для очков, — вспомнил Эд и достал его из тумбочки, — Хотя тот нравился мне больше, признаюсь честно, но этот тоже ничего. Солидный такой, зелёный. И правда, тот фиолетовый футляр хоть и выглядел непрезентабельно, но было видно, что он через многое прошёл со своим хозяином. Весь обклеенный наклейками, исписан и изрисован разными фразочками и закорючками. Но тревожило Хантера даже не это, а та мысль, что в этом футляре такое же содержимое как и в прошлом. Да, он обдумал всё на досуге и понял, что отреагировал слишком резко, но… От одной мысли о злосчастной пачке к горлу подкатывал ком. К счастью Блайт не стал открывать его, а просто убрал обратно в тумбочку. — Не хочешь немного перекусить? — Эдрик встал и потянулся. Хантер пожал плечами, и Блайт увидел в этом положительный ответ. Парни спустились вниз по лестнице на кухню, где наткнулись на Эмити. Девушка, которая в это время доставала из вазочки яблоко, хмуро зыркнула сначала на Хантера, а потом и на брата. — Хей, Варежка, чего такая злючая? — поддел её Эдрик, на что получил лишь раздражённое закатывание глаз. — Не всем же быть такими до идиотизма весёлыми как ты. — Ну-ну, — усмехнулся Блайт и прошёл мимо сестры, — Опять будешь в саду сидеть и книжку читать? Эмити лишь издала тихое «угу» и вышла. Эд же стал что-то искать в холодильнике. — Можно спросить? — подал голос Хантер и получил утвердительный ответ, — Она всегда… Такая? — Какая? — Блайт с недоумением повернулся к гостю. — М-м… Хмурая? Насупленная? — Виттебейн пытался подбирать самые лояльные выражения, которые были бы хорошей заменой высказыванию «твоя сестра ведёт себя как с*чка». — А-а, ты об этом, — Эдрик махнул рукой и снова стал возиться в холодильнике, — Она последние месяцы всегда такая. Не вини её, пожалуйста, Эмити тяжело принимать некоторые вещи. — Некоторые вещи, — эхом отозвался Виттебейн и понял, что не понял ничего, — Некоторые вещи? — Да, некоторые вещи, — уклончиво повторил Блайт и достал из холодильника всё для сэндвичей. — Понятно, — кивнул Хантер, он не хотел лезть в душу Эду и тем более Эмити. — Что думаешь о том, что бы после перекуса пойди немного прогуляться? — А ты? — Думаю… Было бы хорошо? — пожал плечами Блайт, выкладывая на куски белого хлеба индейку. — Тогда пошли, — Хантер подошёл к столу, на котором Эдрик готовил то, что у него получалось лучше всего, и опёрся локтями на его край. Блайт кажется хотел что-то спросить, так как снова открыл рот и посмотрел на Виттебейна, но видимо передумал и продолжил делать сэндвичи. Тут Хантер вспомнил о том, что Эдрик должен ему что-то сказать, по крайней мере так говорила Эмира. Но спрашивать в лоб он не хотел, поэтому решил начать немного издалека. — Видел Эмиру, — сказал парень и принял из чужих рук еду, — Спасибо. — Не за что, — улыбнулся Блайт, — Поговорили хоть? — Да, немного, она вроде куда-то спешила. — Ага, к Вайни, — на задумчивый взгляд Виттебейна Эд усмехнулся, — Не напрягай извилины, ты скорей всего её не знаешь. Как-нибудь вас познакомим. Имя и правда не отзывалось в голове, поэтому Хантер быстро забил на это, но кажется теперь стал думать Блайт. Он жевал и потирал подбородок, хмурясь. — Вспомнил! — воскликнул Эдрик так что аж подавился. Когда юноша прокашлялся, то наконец снова заговорил, — Я хотел спросить, мне ещё Эмира сегодня напоминала, не хочешь погулять с нами? Ну, дня через три. «Так вот о чём упоминала Эмира», — подумал Хантер и кивнул. — Хм, да, почему нет. «Всё одно дома сижу. Может хоть немного отвлекусь.» — Здорово! Мы как раз хотели поиграть в захват флага, — улыбнулся Блайт. — Захват флага? — Да, я тебе потом объясню, самое главное это то, что будет весело! — Угу. Когда парни перекусили, было принято решение немного прогуляться по главной площади и разойтись по домам. — А ты так пойдёшь? — спросил Виттебейн, приподнимая одну бровь и глядя на Эда, который хотел уже идти обуваться. — М? — Ты в домашней одежде. — А-а, точно, — Блайт стукнул себя по лбу, — Ты можешь выйти на улицу, а я скоро. С этими словами парень унёсся вверх по лестнице, оставив Хантера. Виттебейну было неловко одному стоять в чужом доме, поэтому он вышел на крыльцо. Уже было за полдень, но солнце стояло высоко и продолжало печь макушки обитателям Кипящих островов. Хантер огляделся и увидел справа немного поодаль несколько кустов роз, видимо там начинался сад. Парень решил, что ничего страшного не случится, если он просто подойдёт поближе и поглядит на цветы. Хантер не спеша направился в сторону розовых кустов и остановился, когда дошёл до первых аккуратно стриженных колючих зарослей. Цветы ничем не отличались от тех, что он видел десятки раз в цветочных магазинах, хотя нельзя было не отметить их красоту: ярко-розовые бутоны во всю цвели и пахли очень приятно. Виттебейн поддел пальцами один из цветков и понюхал его, аромат был просто великолепен! — Ты что тут делаешь? Хантер вздрогнул из-за чего случайно оборвал бутон, на что из-за его спины послышалось недовольное цоканье. — Агрх! Ты, недотёпа, вырвал розу! — Эмити упёрла руку, которая не была занята книгой, в бок и нахмурилась ещё сильнее. — Ох, я не хотел! Просто ты так резко появилась, я… — Так это я по твоему виновата? — в глазах девушки промелькнула искра злобы. –Что? Нет, я имею в виду, никто из нас не хотел, чтобы так получилось, так что, — Виттебейн не знал, что ещё сказать, он нервно крутил вырванный цветок, не зная, куда деть руки. — Появляешься вдруг из ниоткуда, забираешь к себе внимание Луз и остальных, трёшься возле моего брата, а теперь ещё и портишь наш сад, — раздражённо прошипела Эмити, гляда в глаза Хантеру, — Ты… — Знаешь, может если бы ты не скалилась постоянно, то заметила бы, что я и сам не до конца понимаю, что делаю тут. Напряжённую тишину разряжало лишь щебетание птиц. Блайт видимо хотела сказать многое, но вместо этого лишь выдала раздражённое: — Ты незнакомец, который что-то скрывает. — Тоже самое он может сказать о тебе, Варежка. Даже не оборачиваясь, Виттебейн мог понять, кому принадлежит этот таинственный голос из неоткуда. Эдрик вышел из-за угла дома и, судя по вздоху, нахмурился. Хантер наконец решил обернуться и увидел ровно то, что и ожидал: Блайт сложив руки на груди, с какой-то печалью глядел на младшую сестру. — Эмити, ты ведёшь себя грубо, — в голосе Эда читались укоризненные нотки. — Я не собираюсь быть добренькой лапочкой просто из-за того факта, что он тут никого и ничего не знает, — усмехнулась девушка, — Да и вообще– — Когда-то ты так же говорила о Луз, — это видимо сильно подействовало на Эмити, ведь та захлопнула рот и вскинула брови, — Кстати о ней, тебе бы стоило поучиться доброжелательности у своей девушки, Эмити Блайт. От того, как Эдрик произнёс последние слова Виттебейну стало немного не по себе. В тоне и голосе его сквозило нешуточное раздражение, что не вязалось с обычно расслабленным и весёлым Эдриком. Его так расстроили слова Эмити? — Ханти, ты готов идти? И вот снова на его губах играет улыбка. Нет, и всё-таки этот парень может быть резким порой. — Угу. — Чудно, ну, тогда пошли, — с этими словами Блайт положил руку на плечо юноше и легко повёл в сторону выхода из двора. Парни вышли за пределы собственности Блайтов и направились по тропинке, ведущей в город. Хантер все ещё чувствовал себя неловко из-за их с Эмити разговора, он понимал, что та придирается к мелочам, но лучше от этого не становилось. Виттебейн вздохнул и посмотрел на цветок, который остался при нём. — Я у вас цветок вырвал… Случайно. — А? — Эдрик глянул на бутончик в руке собеседника и улыбнулся, — А, ты об этом. Не переживай, у нас в саду много самых разных цветов, а ты вырвал всего один и то не специально, — Блайт вздохнул и почесал нос, — Не принимай слова Эмити близко к сердцу, она порой очень упряма! Поверь, иногда сама потом жалеет об этом. — Всё в порядке. Её, полагаю, можно понять. — Спасибо, что относишься к этому так, — Эд тепло усмехнулся, — Но её поведение всё равно было неуместно… Хей, а ты любишь сладкое? — Сладкое! Ну, да, но… — Хантер хотел добавить, что ему нельзя шоколад, но не закончил мысль, его прервал возглас Блайта. — Хей! А ну прекрати! — Виттебейн заметил впереди белую гладкошёрстную кошку, которая что-то прижимала лапами к земле, — Беги к Эмити, пускай она тебя покормит, охотница! Кошка хотела было схватить в зубы добычу, но парень её опередил и выхватил пойманное ей существо прямо из-под клыков животного. Белая несколько секунд стояла в растерянности, после чего горделиво развернулась и грациозно потопала в сторону дома Блайтов. Хантер подошёл к Эдрику, тот держал в руках тельце птицы. — Красный кардинал, — констатировал Виттебейн, — Ох, так вот о каких красивых птичках говорила Ида. — Он живой. — Думаю, это ненадолго. Птице выжить в одиночку с травмами очень трудно, тем более у неё наверняка что-то вроде контузии, пока она очнётся её съест кто-то другой. — Ты так говоришь, будто мы бросим её так. Хантер уже было открыл рот чтобы спросить «А мы так не сделаем?», но передумал говорить что-то подобное сентиментальному Эдрику. Кажется тот уже всё решил, так зачем ставить себя в неловкое положение? — Ей нужно тихое место, где её никто не потревожит, чтобы она отошла от шока. Если ничего сильно не повреждено, то она сама улетит уже завтра. Дай-ка посмотреть. Виттебейн взял птицу в руки, та кажется была напугана, но из-за шока не двигалась. Ещё бы, кошка её неплохо потрепала. Кажется у неё было что-то с лапкой, да и левое крыло выглядело не очень, это не говоря уже о царапинах от когтей, одна была прямо под глазом. В общем, даже без досконального осмотра можно было сказать, что птица не полетит ни сегодня ни завтра. — Хм… — Ну? — нетерпеливо спросил Блайт и, оперевшись сзади руками о плечи Хантера, переклонился через его плечо. Рост ему это позволял. — Не думаю, что она легко отделалась. Но если ты хочешь ей помочь, то для начала, как я и говорил, нужно тихое место. А так же коробка, немного воды и неплохо бы ещё перекись водорода. — Ага! Сейчас, я быстро принесу это из дома, — Эдрик уже было убежал в сторону дома, но вдруг обернулся, — А коробка зачем? — Домик ей сделать, зачем же ещё? «Ну, и похоронить в ней сразу, если помрёт.» Может показаться, что Хантер терпеть не может птиц, раз так относится к ним, но на самом деле это не так. Парень просто не видел смысла мешать естественному отбору, что только что сделал Блайт, выхватив птицу из лап кошки. Будучи маленьким он тоже тащил в дом раненых птиц, но дядя доходчиво объяснял, что так делать не стоит, выбрасывая их в окошко. И каждый раз Филлип говорил одно и то же: «Если кто-то настолько слаб и жалок, что не может позаботится о себе сам, то жизни ему в мире не будет. Таким существам лучше сразу умереть и не мучиться.» Волей-неволей, а Хантер усвоил урок дяди, к этому однако прислушиваешься, когда третья птица на твоей памяти глухо ударяется о асфальт. Жестоко, но за то очень доходчиво, ведь он будучи ещё совсем мальчишкой знал — мешать естественному отбору нельзя. Птичка, которая всё также лежала на ладонях Виттебейна, дёрнула лапкой. Парень немного вздрогнул и ещё раз оглядел пострадавшего. И где Эдрик собрался её держать? У себя в комнате? — У меня есть одно место, — сообщил Блайт, когда вернулся со всем необходимым, — Там она будет в тишине и покое, пошли! Понятное дело о прогулке по городской площади речи больше не было. Парни сначала шли по дороге, после чего свернули на тропу в лесок, а потом и с неё сошли. Это не понравилось Виттебейну, он опасался, что они могут заблудиться, в конце концов одно дело идти по дорожке, а другое топать по лесу исходя лишь из воспоминаний Эдрика о дороге. К счастью, опасения Хантера не оправдались, они сначала вышли к какой-то еле видной тропинке, а после пришли в место назначения. Перед ними было широкое дерево. — Вон там, смотри. Блайт указал вверх и теперь Виттебейн увидел небольшой домик на дереве. — Ого. — Да! Я бы взял птичку домой, но папа не любит летающих животных в доме, да и к тому-же у него вроде аллергия на голубиные перья… Не хочется проверять есть ли у него аллергия и на перья красного кардинала, — Эд заглянул в коробку, в которую они положили раненого, — Это нормально, что он сидит так, как мы его посадили десять минут назад? — Он в шоке, может просидеть и несколько часов. Блайт кивнул и, взяв коробку за край зубами стал подниматься в домик по лестнице, которая представляла из себя широкие палки прибитые к дереву. Хантер решил не отставать поэтому ухватился за одну из «ступенек». На удивление подниматься так оказалось не трудно, палки были достаточно толстыми, чтобы обхватить их. Когда Виттебейн залез в домик, Эдрик сидел в одном из его углов и возился у коробки. Подойдя ближе, Хантер заметил, что товарищ капает перекись на ватку. Парни обработали царапины птицы, налили в крышку от бутылки воды и решили дать несчастной отдохнуть. — Откуда ты знаешь, как ухаживать за больными птицами? — спросил Эд и присел возле выхода из домика, свешивая ноги из него. — В книге прочитал, — честно ответил Виттебейн и селя рядом. — Ты кажется любишь читать. — Конечно, чтение это очень полезный вид времяпровождения, — уверенно отчеканил Хантер, но тут же вздохнул и понурил голову, — Только в последнее время что-то мне не читается. — Что-то случилось? — Да, кое-какие обстоятельства. Эдрик понимающе улыбнулся и кивнул. Виттебейн не лез к нему с расспросами, и он тоже не будет. — Я иногда почитываю, — Блайт неловко усмехнулся, ловя на себе заинтересованный взгляд, — Но не думаю, что ты такое читаешь. — Наверное. Парни снова замолчали. Хотелось что-то сказать, но в то же время и нечего. — А в той книге про птиц не было написано как их кормить? Хантер, сам не зная от чего, улыбнулся. — Написано. Пошли, найдём ей еды.

∅ ∅ ∅

— Хантер, ты собрался? Голос Дариуса выдернул парня из раздумий. Он наконец отошёл от зеркала и выдохнул. Прошло четыре дня с тех пор, как они с Эдриком нашли птицу и с тех пор они каждый день наведывались к ней. Не то чтобы Виттебейн горел особым желанием, но его товарищ всё ещё немного переживал, когда делал с ней что-то в одиночку, так что Хантер решил, что было бы неплохо понаблюдать за ним, дабы тот в случае чего, паникуя, не сделал глупость. К тому же проще сразу лично ответить на сто и один вопрос Блайта, а не писать это всё в Депеше. Так и получилось, что каждый день они неизменно носили Оладушку еду и воду, осматривали раны и думали как же с ним поступить. Кстати, имя Оладушек птице дал Хантер, сам того не хотя. Он объяснял, что будет если сейчас попробовать дать птице полететь с высоты домика на дереве и сравнил итоговый результат с оладием, Блайту пришёлся не по душе исход мысли, а вот имя Оладушек очень понравилось. — Иду! Парень спустился вниз по лестнице, убирая телефон в карман джинс. Он сегодня идёт гулять с Луз, Эдриком, Эмирой и остальными ребятами. Блайт даже сказал, что будет та самая Вайни. Дариус как раз собирался навестить Аладора, поэтому предложил подвезти Луз и Хантера до дома Блайтов, на что те согласились. — Здравствуйте, Дариус! — послышался голос Луз где-то возле выхода, где стоял опекун. — О, привет, Луз! Ничего не забыла? Аладор говорил, что вы собираетесь долго веселиться на улице. — Не-а! Взяла побольше воды, — девушка сняла со спины тряпичный рюкзак и потрясла его. Послышалось бултыхание жидкости в бутылках. — Это ты правильно, сейчас только час дня, солнце высоко. — Я здесь, — привлёк внимание Виттебейн и помахал девушке, — Привет, Луз. — Привет, Ханти! — Носеда приветливо улыбнулась парню и одела обратно рюкзак. По дороге Луз рассказывала, что произошло с ней за все эти дни, и расспрашивала Виттебейна и Дариуса. Те одинаково невнятно отвечали, Дариус потому что эти дни состояли из звонков по работе, ухода за домом и поездок «Кое-куда», где бы это ни было, а Хантер просто потому что ему не сильно нравилось рассказывать о всём что он делал. На месте назначения их уже ждали Эдрик, Эмира и Эмити. Блайты стояли на пороге и о чем-то болтали. — Привет, дядя Дариус, — почти хором поздоровались дети. — Привет-привет, мелкота, — хохотнул мужчина, — Где батяню потеряли? Опять у себя в кабинете возится? — Не волнуйся, проныра Ди, я иногда выхожу из кабинета. На крыльцо вышел хозяин дома и улыбнулся. Аладор выглядел всё таким же уставшим, кажется в мешки под его глазами можно будет скоро складывать картошку. Виттебейн вздохнул понимая, что сам недалеко ушёл от старшего Блайта. — Правда? Ничего себе, какая новость! — Дариус подошёл к другу и похлопал его по плечу, — Ай-ай-ай, опять не спал. — Ох, боги, не начинай, — Аладор потёр переносицу и зевнул. — Мы пойдём уже, — подала голос Эмира, — Не скучайте тут, отцы одиночки. Хантер заметил как искоса на неё глянула младшая сестра, а брат усмехнулся уголком рта. Да и сам Виттебейн задумался, он ведь ни разу не видел маму близнецов и Эмити. В любом случае мужчины улыбнулись Эмире и помахали детям рукой. Ребята пошли по дороге, ведущей к главной площади. Дариус и Аладор провожали их взглядом, пока те не скрылись за деревьями после поворота. — Слышал? Мы теперь отцы одиночки, — вздохнул старший Блайт. — Да, дочурка у тебя умеет поддеть, — хмыкнул Дариус и усмехнулся, — Да и Эдрик с Эмити не промах. Похоже это у вас семейное. — Да уж, эта черта характера у Одалии выделяется, не удивительно, что они её переняли. — Ну, не скажи, ты и сам умеешь хорошо отбрить, вспомни школьные годы, — рассмеялся собеседник. — Да, за свои острые языки мы с тобой часто попадали в передряги, — слабо улыбнулся Аладор, но вдруг стал серьёзным, — Ты навещал его? Дариус вздохнул, он сразу понял о ком говорил друг. — Да. Знаешь, я не понимаю, я ходил туда уже несколько раз и постоянно мне кажется, что я… Угрх, не знаю, — мужчина потёр ладонями лицо, которое приняло совсем усталый вид, — Будто я не совсем честен с собой и. С ним. Я знаю этот взгляд, Ал, ты думаешь, что я спятил, да? — Нет, ты же знаешь, я понимаю. — Знаю, — вымученно улыбнулся Дариус, — Не могу нормально спать, я должен что-то сделать, но не понимаю что. Дариус ещё раз вздохнул и потёр веки. Вдруг ему на плечо легла тяжёлая рука Блайта, кажется Аладор понимал его сейчас как никто другой. — Ты обязательно разберёшься с этим, — хозяин дома улыбнулся другу и жестом пригласил его в дом, — А пока пошли, дам тебе хорошее снотворное. Оно буквально спасает меня от смертельного недосыпа. Дариус как-то грустно усмехнулся и кивнул. — Спасибо, Ал.

∅ ∅ ∅

— Захват флага это очень-очень весело! Уверена, тебе понравится, Ханти! Хантер еле удержался чтобы не вздохнуть, порой Луз такая шумная. На её фоне даже Эдрик казался ну просто наиспокойнейшим человеком, особенно когда он вот так, молча улыбаясь, шёл рядом с Виттебейном. Вся компания направлялась куда-то за пределы города. — Наверное. Я не то чтобы часто участвовал в подобных… В подобном. Юноша пожал плечами. Единственное, что его сейчас правда радовало, это то, что по бокам от него стояли Луз и Эдрик из-за чего Эмити не могла незаметно для всех подойти. Хантер не боялся её, было бы чего, эта девчонка ему ничего не сделает, но от её нахождения ближе чем на два метра становилось не по себе… Даже не так, становилось не просто не по себе, Виттебейна раздражали эти косые недоверчивые взгляды Эмити, напряжённые руки, готовые пихнуть его в живот за любое неправильное слово и вообще то, как та пыталась его отгородить от других. — Может сделать его судьёй? Он всё равно играть не умеет, — хмыкнула младшая Блайт и, сжав ладонь Носеды, утащила её немного в сторону от Хантера, — С секундомером он справится думаю. — Прекрати, Варежка, ты когда-то тоже не умела играть в это, — усмехнулся Эдрик и положил ладонь на плечо Виттебейна, — Никогда не поздно научиться чему-нибудь новому. — Эдрик прав, милая. Если Ханти будет сидеть в стороне, то он не поймёт всей прелести игры в захват флага. Младшая Блайт хмыкнула и пожала плечами. Виттебейн встретился взглядом с Луз, которая внимательно посмотрела на него, на Эдрика, а потом и на Эмити. Девушка явно ощущала недосказанность между ними всеми, но что делать с этим не понимала. Вдруг Вайни, новая для Хантера девушка в компании, идущая впереди с Эмирой, Уиллоу и Гасом, помахала Луз и Эмити. Видимо она хотела что-то им рассказать. Девушки убежали вперёд, оставив Эда и Виттебейна вдвоём плестись позади всех. В любом случае, кажется никто из них не был против этого. — Я не успел навестить Оладушка сегодня, — Блайт наконец убрал руку с плеча Хантера, — Как думаешь, ему хватит еды, которую мы принесли вчера? — Думаю более чем, — кивнул Виттебейн. — Хм-м… — Ты не уверен? — Да… То есть нет! Я имею ввиду, не то чтобы я не доверял тебе или что-то в этом роде, — Эдрик почесал затылок и глупо усмехнулся. — Всё в порядке, я знаю, что ты хотел сказать, — Хантер задумался после чего посмотрел на собеседника, — Хочешь, мы можем навестить его вечером, если не будет слишком поздно. — Было бы неплохо, — на лице Блайта засияла улыбка, — О, мы скоро уже будем на месте. Виттебейн кивнул, после чего наконец задался вполне логичным вопросом. — Эд, а куда вообще мы идём?

∅ ∅ ∅

Все ребята сидели на большом камне, кроме Уиллоу, та объясняла правила. Хантеру было немного неловко, ведь из-за него пришлось разжёвывать всё с самых азов, которые уже знали остальные. — Итак, в этом состоит суть игры, — Парк деловито взмахнула пальчиком вверх и посмотрела на Виттебейна, — Ты всё понял? — Да. — Повтори, — подала голос Эмити, сидящая на другом конце камня вместе с Луз. — Захват флага — это игра, в которой главная задача захватить флаг с базы противника и не дать захватить свой. Условно очерчивается площадь на которой будет проходить всё действо… — Божечки, запомнил всё слово в слово, — вскинула брови Эмира. –… Все игроки делятся на две команды, после чего каждая команда ищет себе место для базы. После этого– — Спасибо, Хантер, — прервала его Уиллоу, — Эмити, ты убедилась, что он запомнил? — Угу, — хмыкнула Блайт и зевнула. — Кхм, если все поняли и вспомнили правила, то осталось только определиться с границами. Предлагаю взять всё те же, что и в прошлом году, и в позапрошлом. — Идёт! — Эдрик вскочил с камня и потянулся, — Давайте делиться на команды. — Я буду только там, где будет Эмити, — заявила Носеда и обняла Блайт. — Я бы не отказалась быть в одной команде с Вайни и братишкой, — сказала Эмира. — Я хочу быть в команде со с тобой, Уилли, и с Луз и Эмити, — пролепетал Гас и улыбнулся. — Так, короче всё как всегда, — усмехнулась Парк, — Но не забывайте, что есть новый игрок. Хантер, с кем бы ты хотел быть в команде? Виттебейн не сразу понял, что все смотрят прямо на него. Сердце пропустило удар, а тело похолодело. В команде? — Я? — Хантер машинально глянул на Эдрика, который стоял рядом, — С ним. Виттебейну пришлось отвернуться в сторону Уиллоу, когда Блайт улыбнулся так обворожительно, что парню захотелось провалиться сквозь землю. — Вот и славно, — хлопнула в ладоши Вайни, — Эдрик, Хантер, Эмира и я: команда номер один, а вы, ребятки, команда номер два. Андестенд? — Андестенд, — согласно кивнула Уиллоу. — Тогда засекаем время и погнали. Вайни и Уиллоу одновременно щёлкнули заранее достанными из сумки секундомерами и разошлись. Игра началась.

∅ ∅ ∅

Правила игры предельно просты, проблем с этим не было. Вообще, Хантеру всегда нравилось играть в разведчиков или что-то на подобии этого. Ещё его радовал тот факт, что ему не нужно ползать по кустам с болтливой до ужаса Луз или же с молчаливой Эмити, за что-то на него озлобленной. — Хм, неплохое место для базы, — вдруг остановилась Эмира и указала на опушку впереди, — Вон там дерево примерно посередине, на него повесим флаг. На самом деле Виттебейн не совсем понимал границы их «поля» для игры, но Эдрик пообещал не бросать его в этой беде. Парень решил не мешать ребятам и просто ходить за ними, выполняя указания. — Итак, — Вайни завязала флаг на ветке и упёрла руки в бока, — У нас ещё пять минут до начала игры, давайте определимся с ролями. — Предлагаю поделиться на пары, — выдвинула предложение Эмира, — Одна пара охраняет флаг, другая идёт на разведку. — Я не хочу сторожить флаг, это скучно! — заявил Блайт и сложил руки на груди. — Я не против охранять флаг, — хмыкнула близняшка, — Вай-Вай, ты со мной? — Ох, ну, да, почему нет. — А я тогда с Эдриком, — неуверенно добавил Виттебейн. — Вот и порешили! — Блайт хлопнул в ладоши и улыбнулся. — Хм, тогда вы можете уже решать куда пойдёте в первую очередь. Осталась минуточка. Хантер не особо-то и знал здешние места, поэтому решение лежало полностью на Эдрике. Он подумал куда им идти в первую очередь и парни выдвинулись на разведку. Сначала они шли по той тропинке, по которой пришли, после чего резко свернули в кусты. «Для конспирации» — пояснил Блайт. Виттебейн спорить не стал, полагаясь на опыт товарища. — Эта игра будет в сто раз круче, чем в том году! — в пол голоса заявил Эдрик. — Почему? — поинтересовался Хантер, желая узнать побольше, чтобы не быть совсем слабым звеном, — Новые места? Изменения в правилах? — Хе-хе, нет, потому что в этом году ты с нами, — хихикнул Блайт и снова переключил внимание на маршрут. — Ох, — Виттебейн почувствовал как щёки немного порозовели, ему не часто говорили что-то подобное и это смущало. И как только Эдрик мог говорить что-то подобное так легко и невзначай? Хантер поправил напульсники, которые немного перекрутились и выдохнул. «Не важно, нужно следить за ходом игры.» ⌀ ⌀ ⌀ — Трава на этом поле такая высокая. Хантер посмотрел на колос рядом, который был с него ростом. Они бродили уже порядка пары часов. Эдрик, который высматривал что-то вдалеке повернулся к парню и улыбнулся. — Да, поэтому то мы и идём по дороге, в траве мы бы просто не продрались, — Блайт посмотрел под ноги и ойкнул, — Одуванчики! — Ого, уже белые? — Виттебейн склонился над парочкой цветов. — Ага, — Эд присел, обхватил цветок пальцами и вырвал. Хантер не разделял такого увлечения к одуванчикам поэтому сел на камень у края дороги и стал осматриваться. Они были скрыты травой, лишь спереди и сзади, на дороге, их могли поймать. Вдруг со стороны куда они шли послышались далёкие шаги. Виттебейн присел и ухватился за плечо Блайта. — Кто-то идёт, — прошептал парень. Для побега был только один путь — сторона откуда они пришли, но у Эдрика кажется были другие планы. Парень ухватился за запястье Виттебейна и чуть ли не запрыгнул в траву, таща за собой товарища по команде. Хантер хотел было спросить, что тот задумал, но ему в нос тыкнули одуванчиком, как бы говоря «тихо ты!». Спустя полминуты шаги стали совсем близко и стали слышны разговоры. Это были Эмити и Луз. — О-ох, мои ноги, они меня убивают — простонала Носеда. — А я говорила, что не стоит одевать новые сандалии, — нравоучительно ответила Блайт и горько вздохнула, — Вон камень, сядь посиди. А я пока поищу пластыри в барсетке. Виттебейн повернул лицо к Блайту, тот внимательно слушал. Было очень непривычно видеть его таким сосредоточенным, Хантер даже поймал себя на мысли, что тот достаточно очаровательный, когда вот так прищуривает глаза в задумчивости. — Где нам вообще искать их базу? — произнесла Луз, — Может в зарослях дикой малины? — Хе-хе, ну нет, ты, хитрюга, просто хочешь малины, — хохотнула Эмити, — В любом случае, мы уже поймали Эмиру, так что задача немного облегчена. Вот, держи пластырь. — Спасибо. Ладно, тогда пошли, быстренько умыкнём флаг и вернёмся к большому дубу. — Тш-ш, Луз, говори тише! — А что? Никого рядом нет, — оправдывалась Носеда, — Пошли, пошли. Блайт вздохнула, и они с Луз выдвинулись дальше. Эдрик и Хантер ещё с минуту посидели в траве, пригнувшись к земле, после чего выползли обратно на дорогу. — Ушли? — огляделся Блайт и хохотнул, — Чудно! — Да, хорошо, что нас не заметили, мы ведь на их участке, — Виттебейн отряхнулся, — А то были бы рядом с Эмирой в плену. — И не только это, ещё… — Эдрик повернулся к Хантеру из замолчал. — Что? Что такое? — Виттебейн обернулся и снова вопросительно глянул на товарища. — У тебя в волосах… Пх-х, там это, — Блайт не удержался и захихикал, — У тебя в волосах пушинки одуванчика! Парень расхохотался, когда Хантер стал в недоумении копошиться в волосах. В этом смехе не было и капли издевательства, только юношеский задор, как от небольшой шалости. — Теперь ты цветочек… Одуванчик! Да, одуванчик! — Й… Я кто?! Виттебейн вскинул брови от удивления. Как он его назвал?! — О-ду-ван-чик, — по слогам повторил Эдрик и пару раз хлопнул в ладоши, — Ха-ха, а тебе идёт! Хантер открыл рот и, издав только несколько нечленораздельных звуков, захлопнул его. Юноша чувствовал, как кровь приливает к щекам от негодования и смущения. Подумать только, одуванчик! Пока Виттебейн думал что сказать Блайту, тот уже переключился на что-то другое и стал рассматривать деревья в дали. — Дуб. Кажется я понял, где их база! — юноша усмехнулся и поспешил вперёд, — Не отставай, Одуванчик! «Тоже мне, нашёл цветочек» — мысленно бурчал Хантер, но ничего не сказал и лишь поспешил за товарищем. Разберётся с этим потом. ⌀ ⌀ ⌀ — Смотри, там впереди небольшой пригорок, — прошептал Эдрик Хантеру, который как и Блайт прятался за деревом, — На нём есть большой дуб, я думаю, что Луз говорила о нём. — Я так понимаю флаг охраняется, что делать будем? — Виттебейн оглянулся на шелест травы, это был просто ветер. — Слушай… Ты умеешь подкрадываться? — Я? Хантера на секунду отбросило в то время, когда он на цыпочках пробирался ночью попить воды. Темнота квартиры скрывала его и в тоже время мешала ему добраться до кухни тихо, чтобы не потревожить чуткий слух дяди. Да, он умеет подкрадываться. — Короче, план такой: я отвлекаю всех и пытаюсь коснуться Эмиры, чтобы освободить её, ты в это время хватаешь флаг, а потом мы все вместе даём дёру. Устраивает? — Более чем, — кивнул Виттебейн. — Чудно, — юноша глянул из-за дерева и стал пальцами отсчитывать секунды. Три… Два… Один… Погнали! Блайт пошёл от дерева к дереву в одну сторону, Хантер же поспешил в противоположную. Так волнительно, у Виттебейна такое ответственное задание — свистнуть флаг! Юноша чуть ли не подполз к одному из деревьев на пригорке и с опаской глянул на лагерь противников. Эдрик был прав, другая команда тут, и Хантеру очень повезло встать именно с этой стороны, так как охраняющие флаг Уиллоу и Гас были повёрнуты к нему спиной и о чём-то болтали. Виттебейн вздрогнул, когда услышал громкое «Ай!» с той стороны, где по идее был Блайт. Охранники флага тоже это услышали и заметили парня, который стоял у Эмиры. Та сидела в круге из веток и камней, который был подобием тюрьмы для пойманных. — Лови его! — весело крикнула Парк и бросилась в сторону Эдрика. Блайт коснулся сестры и они вместе рванули в сторону. Виттебейн решил, что это хороший шанс и тихо подбежал к дубу, на ветке которого висел зелёный флажок. Парень сорвал ткань и собирался было так же незаметно уйти, но его заметил Гас, который запыхался гоняться за близнецами и остановился. — Уиллоу, флаг! — спохватился парень. Хантер понял что нужно делать ноги и метнулся вниз с пригорка. Он слышал как за ним бежит Портер и поражался тому, какой тот быстрый со своими то короткими ногами. Виттебейн стал петлять между деревьев, тем самым путая Гаса, но тем самым он и сам переставал понимать где находится. Стоило парню оторваться, как он споткнулся о корень дерева и упал. «Твою ж мать!» — юноша вскочил и осознал, что понятия не имеет где он, — «Где все? Бл*ть, я же совсем не понимаю куда мне идти.» Хантер почувствовал как по спине прошёлся холодок. Он один. Но испугаться слишком сильно ему не дали звуки быстрых шагов в его сторону. — Беги, Хан, беги! — во весь голос закричала Эмира и оглянулась, — Фак! Близнецы убегали от несостоявшихся охранников года и неслись прямо на него. Виттебейн от чего-то впал в ступор и остался стоять на месте. Это заметил Эдрик, поэтому, приложив усилие, обогнал сестру и схватил парня за руку. — Бежим, говорят! С этими словами Блайт понёсся вперёд, не выпуская чужую ладонь. Хантер не особо сопротивлялся, ему казалось, что Эд знает что делает. Их догнала Эмира, близнецы переглянулись и кивнули друг другу, походу у них уже был план. — Раз, — выдохнул Блайт и мельком обернулся. — Два, — Эм резко затормозила, что сделал и её брат, а вместе с ними и Хантер. — Три! От хорового выкрика близнецов Виттебейну чуть не заложило уши, вдруг тот осознал, что они с Эдриком опять бегут, но вот Эмира побежала в противоположную сторону. — Уходят! — крикнул Гас, — У кого сейчас флаг?! — Не знаю! — воскликнула Парк, — Беги туда! Пока товарищи по команде переговаривались, близнецы и Хантер смогли немного оторваться. Юноши неслись между деревьев, не оглядываясь, будто за ними гонится дикий зверь. Виттебейн не слышал ничего кроме грохота собственного сердца. Прямо здесь и сейчас для него не существовало ничего кроме поля, по которому они теперь неслись, флага и теплой ладони Эдрика, которую он сжимал, пытаясь угнаться за парнем. И вот уже высокая трава кончается и начинается новый лесок. Они на своей половине, теперь их не смогут запятнать. Уиллоу и Гас отстали от них ещё когда те добежали до начала полевой дороги, выдохлись. Потихоньку парни стали сбавлять скорость пока не перешли на шаг. Юноши жадно вдыхали горячий воздух, обливаясь потом. Боже, сколько они бежали? Вдруг из груди Эдрика вырвался смешок, который больше походил на предсмертное сипение, потом ещё один и ещё, и так пока парень не рассмеялся, хватаясь за бок. Хантер тоже устало усмехнулся, сам не понимая почему. — Мы сделали это! Флаг у нас, — прерывисто выдохнул Блайт, улыбаясь. — Но я почти ничего не сделал, — Виттебейн пожал плечами. — Шутишь? Да если бы не ты ничего бы не вышло! — Поверить не могу, что мы так бежали из-за флажка. — Оно того стоило! Эд стиснул ладонь Виттебейна в своей, и только тогда до Хантера дошло, что они шли всё ещё держась за руки. Сердце парня отчего-то вновь застучало сильнее, хотя он уже почти перевёл дыхание. Юноша прикрыл веки, делая глубокий вдох и выдох. — Ты… Ты поранился? — спросил Виттебейн и выпустил чужую ладонь из своей, — Ты так громко крикнул там тогда. — Я сделал это специально, — пожал плечами Эдрик, — Если бы я стал кричать «Хееей, я тут!» это было бы странно, не находишь, Одуванчик? — Блайт произнёс последнее слово на выдохе из-за чего его голос на секунду стал сиплым и низким, — А что, волновался за меня? — Нет… Ну, то есть да. Точнее, — Виттебейн пытался что-то сказать, но ничего внятного не выходило. — Хе-хе, да ладно я шучу, — Эд усмехнулся, — А вот ты походу себе что-то содрал, когда упал, вон, напульсник у тебя съехал. Виттебейн окаменел, осознав сказанное. Когда юноша опомнился, то Блайт уже натянул обратно ткань, которая съехала чуть ли не до локтя, обнажая руку. Хантер заглянул в лицо товарища, но не увидел там ничего кроме теплоты янтарных глаз и привычной улыбки. — Пошли, Одуванчик, нас с флагом уже наверняка заждались на базе. Парни направились к базе. Эдрик стал рассказывать, как проходила игра в том году. Виттебейн кивал, хотя толком его не слушал. «Он видел? Видел же всё, только слепой не увидит!» — Хантер украдкой глянул на руку, хоть та и была закрыта напульсником. Виттебейн решил не спрашивать об этом. Да и это сейчас не так важно.

∅ ∅ ∅

Прошло три дня с тех пор, как ребята играли в захват флага. Хантер и Эдрик всё так же ходили к Оладушку, Виттебейн понимал, что лучшим вариантом было бы отдать птицу ветеринару, но это не предоставлялось возможным. Точнее это было крайне проблематично, ведь такого врача, который бы не сообщил потом отцу семейства Блайт, что его сын ерундой занимается, не было в Кипящих островах, а везти птичку некому. Дариус занят работой, да и если быть честным Виттебейн не хотел лишний раз обращаться к нему за помощью, Аладор только пальцем у виска покрутил бы и сказал перестать дурью маяться. А сами Эд и Хан отвезти её не могут, Виттебейна так уже через пару часов спохватятся. В принципе, птица потихоньку приходила в стабильное состояние, она спокойно пила из поилки и ела еду, которую парни ей таскали. Лапка начала заживать, только вот с крылом кажется всё обстояло хуже. Сейчас юноши уже почти пришли к домику на дереве. Эдрик рассказывал Хантеру какой классный фильм они с Эмирой посмотрели, даже Эмити присоединилась к ним. Хантер в ответ интересовался слышал ли парень о том, что на сегодня обещали дождь. Погода и правда была пасмурной, но воздух всё такой же тёплый. — Слышал, так здорово! — Блайт ухватился за ступеньку, прибитую к дереву. — Что же здоровского? — поинтересовался в ответ Виттебейн. — Ты не любишь дождь? — Не знаю, думаю, мне все равно, — Хан хотел было пожать плечами, но это не совсем удобно, когда ты карабкаешься вверх, цепляясь руками за палки. — Какой-то ты безучастный, — усмехнулся Эдрик и сел у входа в домик, ожидая товарища, — На всё то тебе плевать. — Не правда, — Виттебейн нахмурился и заполз в домик. — Да? И на что или кого тебе не все равно? — улыбнулся Блайт, подходя к птице, — Привет, Оладушек! Папочка Эдрик принёс тебе покушать. Хантер открыл было рот, но понял, что ему и сказать то нечего. Всё, что подходило под ответ, он рассказать не мог. Парень фыркнул и подошёл к Блайту, который менял воду птичке. — Ну-с, придумал ответ? — Да, — запальчиво выдал Виттебейн, сам не ведая зачем врёт. — Ох, правда? Ну, и что или кто это? — хихикнул Блайт, всё ещё возясь у Оладушка. Хантер перебирал в голове всё на свете, ища отклик. Ничего не приходило на ум, тогда юноша решил искать что-то, что происходило с ним, начиная с приезда в Кипящие острова. Что-то, что вызвало бы у него ну хоть какое-то отклик… — Ты…? — скорее вопросительно проговорил Виттебейн и вскинул брови, не веря собственным словам. — Чего? — Эдрик наконец повернулся к нему лицом и приподнял одну бровь, — Я? Блайт тепло рассмеялся, на что Хантер нахмурился и смущённо фыркнул. — Надеюсь это был положительный отклик? — ответа парень не получил, но то, как Хантер отвернул голову в сторону окошка, делая вид что заметил что-то до опупения интересное, говорило само за себя, — Вот как. Что ж, это радует. Эд усмехнулся, но тут же погрустнел, что не ушло от взгляда Виттебейна. — Ну, судя по твоему лицу, ты этому скорее расстроен. — Не правда, — помотал головой Блайт, — Просто… Хм, могу ли я задать вопрос? Возможно он может показаться тебе личным, можешь не отвечать если что. В груди Виттебейна что-то шкрябнуло, неприятно так, с усилием прошлось по солнечному сплетению и рёбрам. Дыхание вот-вот готово было сбиться. Он всеми фибрами души чувствовал, что это будет крайне неприятный разговор. Однако он уверенно поднял глаза на Эдрика. Хантер не трус, по крайней мере он не хочет таковым казаться, и он не будет. — Ну. — Я хотел спросить… Ну, знаешь, твоя рука… «Так я и знал. Чёртовы напульсники. Чёртов Дариус.» — Да-да-да, я знаю что с моими руками, — Виттебейн сложил руки на груди, — В чём вопрос? — Откуда у тебя шрамы? Я имею в виду, откуда их так много? Хан несколько секунд смотрел в глаза товарищу после чего опустил взгляд. Видимо он всё же трус… — Не думаю, что ты хочешь это знать. — Как скажешь, чувак, личное это личное, — пожал плечами Блайт и улыбнулся, –Мне просто было– — Сигареты, — прервал его Виттебейн, — Большинство шрамов — это ожоги от сигарет. Парни молча смотрели друг на друга. Хантер видел, как в янтарных глазах юноши появляется вопрос и был уже готов ответить, что больше ничего не скажет, но Блайт лишь молча кивнул. — Хорошо, я понял, — Эд задумался и посмотрел в окошко, — О, дождь! Виттебейн тоже обернулся чтобы посмотреть на улицу. И правда, капли одна за другой летели с неба вниз. Блайт подскочил к выходу из домика и стал смотреть на капризы погоды. Хан подошёл к нему и тоже стал глядеть на улицу. — Эд, я хотел бы убедительно попросить, — начал было парень, но его остановили. — Я никому не расскажу о… Ну, о том, что ты мне рассказал, — заверил его Блайт, и Виттебейн поверил ему, сам не понимая почему так уверен в искренности парня, — Обещаю. Хантер кивнул и они продолжили наблюдать за дожём. Но Эдрику это быстро надоело и он стал спускаться с домика. — Ты куда? — непонимающе спросил Виттебейн. — Ты не хочешь постоять в низу? — Это тоже самое что спросить «Ты не хочешь стоять и мокнуть пока не заболеешь?». — Хе-хе, никогда не бегал под летним дождём? Ты не поймёшь пока не почувствуешь! Виттебейн мялся несколько секунд после чего сдался и тоже спустился вниз. Эдрик уже вышел из-под дерева, и его во всю поливал дождь. Парень поднял руки к небу и рассмеялся, глядя на Хантера, который стоял под навесом листьев. — Ну же, Одуванчик! Боишься промочить свои пушинки? — юноша подошёл к Виттебейну и протянул тому руку, — Да ладно, это нужно ощутить хотябы разок! Виттебейн недоверчиво глянул на небо, но всё равно неохотно протянул свою руку Блайту. Тот ухватился за неё и вывел парня на открытый участок. Дождь стал незамедлительно омывать лицо Хантера, от чего тот поморщился. Хотелось бы юноше сказать, что сейчас ему не хочется быть здесь, но… Это было бы неправдой. Ему нравилось вот так стоять, когда его ладонь сжимала чужая, даря свою теплоту. Когда Эдрик смеялся поднимая лицо к небу и подставляя его под летящие капли… Ему нравилось, когда рядом был человек, которого можно здесь и сейчас не бояться.