The Difference Between You And Me/Разница между мной и тобой

      Живоглот был особенным котом. И из-за того, что он наполовину книзл, то стал более своевольным домашним животным, но Гермиона прекрасно понимала его отношение к тем или иным ситуациям.       Поэтому, когда она рассказала ему о том, как прошла встреча с Малфоем, ожидала, что он поймет причину ее плохого настроения. Вместо этого кот посмотрел на нее, прежде чем вскинуть мордочку и неторопливо отправиться в сад.       Словно это она была в чем-то виновата.       Девушка вздохнула и взяла с журнального столика коробку мороженого. Как раз в тот момент, когда она собиралась отправить первую ложку в рот, камин вспыхнул зеленым цветом, и из него вышел слизеринец.       — Сколько ты уже сегодня съела?       — Эта всего лишь третья.       Тео усмехнулся и сел рядом с ней на диван. Она передала ему коробку, и тот поставил ее на столик, перед тем как зачерпнуть массу ложкой.       — Что привело тебя ко мне?       — Пришел проведать тебя. Вас обоих, — сказал он, смотря на ее живот.       — У нас все хорошо. Это была долгая неделя, нужно просто выспаться.       Тео слегка улыбнулся Гермионе, и она подарила улыбку в ответ. Его смех, как и улыбка, были заразительны. Для возвышающегося над ней мужчины, Нотт был очень спокойным и дружелюбным человеком. Тем, кто всегда видит в других людях свет, тем, кто может в любой момент поднять настроение.       Он пропустил ее каштановые кудри сквозь пальцы, глубоко вздохнув, и начал дергать темный джемпер за шов.       Никто, посмотрев, не дал бы ему двадцать четыре года. Его выражение лица не сулило ничего хорошего. Девушка знала, что он что-то натворил, будучи уверенной, что чуть позже его за это отругает.       — Выкладывай, — выдохнула она, готовая услышать, что он сделал. Гриффиндорка знала, что парень все расскажет: Тео всегда был прямым человеком, ненавидел откладывать неизбежное.       — Мы с Блейзом поссорились.       Ох, Мерлин.       В последний раз они поссорились два года назад прямо перед свадьбой. Это был один из переломных моментов, который мог помочь укрепить отношения или разрушить их. К счастью, в их случае случилось первое, и на следующий день они поженились, став еще счастливее.       — Что случилось?       — Это все моя вина.       И еще о Тео. Он всегда мог признать ошибку и взять на себя ответственность.       — Подробнее, Тео.       — Блять, значит, объявился мой старый друг, и я был рад его увидеть. Ожидаемо. Но Блейз… он счастлив не был. Совершенно. Он выволок меня на кухню и сказал, что хочет, чтобы он ушел, поэтому, будучи идиотом, я не стал его слушать, унизив. Я заставил его думать, что мне наплевать на его мнение, Гермиона, будто его мысли и чувства не имеют для меня значения. Я облажался.       — Тео…       — Я знаю, — застонал он. — Он меня ненавидит и…       — Он не ненавидит тебя. Блейз никогда не возненавидит тебя, он любит тебя.       — Что я делаю? После того как Драко уехал…       Она не должна была знать, что Драко замешан в этом.       — … и Блейз тоже уехал, он возвращается раз в пару дней за свежей одеждой. Я умолял его остаться, но он говорит, что ему нужно личное пространство.       — Тео, когда это было?       — Около месяца назад?       — Месяц?       Тео вздрогнул.       — Я… я не хотел никому говорить, пока мы сами во всем не разберемся, но я больше не могу. Хочу, чтобы он вернулся домой.       В последний раз она видела кого-то из них больше месяца назад, и все это время те были в ссоре. Девушка не видела их на похоронах Рона, хотя знала, что они там присутствовали, это было две недели назад.       И теперь, когда она думает об этом, то понимает, что Малфоя не было на их свадьбе. Его не было и на помолвке Гарри и Пэнси несколько месяцев назад, но все они, кроме Блейза, всегда вспоминают его с такой любовью. Гермиона думала, что он, как один из лучших друзей, должен был присутствовать на их свадьбе, но он не появлялся на горизонте уже шесть лет. Малфой исчез с радаров, все знали, что он переехал в Россию, но никто не упоминал о нем на протяжении многих лет. Даже его лучшие друзья не говорили о нем.       Тео легко толкнул ее в плечо, и девушка тяжело вздохнула. Когда она посмотрела на него, Грейнджер заметила, каким напряженным он стал. Привычная улыбка сменилась натянутой, той, что он использовал перед матерью, у которой всегда было свое мнение по поводу их брака.       — Ты облажался, Тео.       Тео застонал и положил голову ей на плечо.       — Что со мной не так? Как вернуть его домой?       Гермиона не знала, что сказать. Лучше всех Блейза знал только Тео, и она сказала то, что всегда говорил ей отец.       — Дом не там, где люди, как все думают. Он там, где находятся воспоминания, которые напоминают человеку о том, почему он чувствовал себя как дома.       — И что ты предлагаешь?       — Я ничего не предлагаю. Это та вещь, которую вы можете исправить только вдвоем. Просто помни, что воспоминания имеют очень большую ценность.       Тео кивнул и поднялся, но Гермиона схватила его за руку, прежде чем он успел подойти к камину.       Мужчина посмотрел на ее руку, обхватившую его за локоть, и приподнял одну бровь.       — Гермиона.       — Теодор.       — Я чувствую, что ты хочешь сказать что-то еще.       — Как наблюдательно.       Тео снова занял свое место и передал Гермионе мороженое. Она съела одну ложку и отдала коробку Тео.       — Малфой вернулся.       — О, значит такой разговор, — протянул он, откидываясь на спинку дивана.       — Какой?       — Тот, когда ты отчитываешь меня за то, что я тебе не сказал, что он вернулся. Такими темпами из тебя выйдет отличная мама, Гермиона.       Гермиона почувствовала, как от комплимента покраснели щеки. Немногие думали, что она справится, девушка из всех своих друзей забеременела первая. Даже Рон никогда не успокаивал ее переживания, и сейчас это было безумно приятно услышать от Тео.       — Спасибо, но это не остановит меня от следующего вопроса. Почему ты не сказал мне, что он вернулся?       — Я не думал, что для тебя это важно. Ты даже не смотрела на него на восьмом курсе и не спрашивала ничего, когда он уехал после окончания своего испытательного срока. Это заставляет меня задаться вопросом: почему ты спрашиваешь сейчас?       Гермиона услышала в его тоне легкий намек и хлопнула парня по руке, закатывая глаза.       — Я спрашиваю, потому что он твой друг. А еще друг Пэнси и Блейза, и мне хотелось бы знать, что вы думаете по этому поводу.       — Что ж… мы с Пэнси рады. Блейз не очень, но он с этим справится.       — Когда он вернулся?       — Шесть недель назад.       Малфой вернулся уже как шесть недель, а она увидела его первый раз в Министерстве только несколько дней тому назад. Начав задаваться вопросом, кто еще знал, что он вернулся. Почему он вернулся? Малфой явно обосновался в России и пробыл там много лет, так что заставило его вернуться?       — Задай мне вопрос, ответ на который ты хочешь получить больше всего, — мягко сказал Тео, словно он видел все роящиеся вопросы у нее в голове.       — Почему он вернулся?       — Потому что его вернула Пэнси.       — Да, но почему? — усмехнулась она. — Почему сейчас? Зачем ждать шесть лет, пропустив вашу свадьбу, помолвку Пэнси и Гарри?       Тео на несколько секунд задержал на ней взгляд, потом встал и подошел к камину, взяв летучий порох и бросив в камин.       — Потому что пришло время.       И потом он исчез.

***

      С первого курса Хогвартса Нора стала для Гермионы вторым домом. А живущие там люди — второй семьей. Она не могла вспомнить, когда ей последний раз хотелось уйти из Норы, словно совершая побег.       Молли поставила кружку перед собой на стол и села рядом. Гермиона улыбнулась, делая первый глоток, пока Молли суетилась доставая печенье из коробки.       — Спасибо, Молли.       — Дорогая, все в порядке. Я просто очень рада тебя видеть.       Гермиона заметила, что ее улыбка была не такой широкой, как раньше. Она значительно похудела после похорон Рона за последние пару недель, и девушка почувствовала легкую дрожь, когда взяла печенье из коробки.       Гермиона положила свою руку поверх ее, роняя печенье.       — Молли…       — Извини, это все очень тяжело. Сначала Фред, теперь Рон…       — Я понимаю, вам не нужно оправдываться.       Гермиона взяла ее за руки, сжимая. Молли одарила ее улыбкой, прежде чем убрать руки и обхватить чашку чая.       — Хватит об этом, как ты, дорогая? Без него должно быть так тяжело.       Гермиона кивнула и сделала медленный глоток, обдумывая, что ей ответить.       Она могла бы сказать о том, как ей тяжело. Что она скучает по Рону и нуждается в нем. Она могла рассказать, как сильно жених помогал ей, какая прекрасная жизнь была рядом с ним.       Но Гермиона не лгунья.       К сожалению, сейчас ей пришлось солгать Молли, она сделала это ради Рона, несмотря на то что он этого не заслуживал. Его память должна быть запятнана, но девушка не хочет быть тому причиной.       — Сначала было тяжело, но я привыкаю. Сейчас… лучше.       — Могу представить, дорогая. Я потеряла сына, но ты потеряла гораздо больше, чем мы все. Твой жених, отец твоего ребенка…       — Да, — она прервала ее. — Это большая потеря, но все будет в порядке.       Молли одарила Гермиону еще одной грустной улыбкой, и девушка возненавидела тот факт, что не была с ней честна.

***

      — Мне нужно купить ребенку одежду.       Малфой оторвал взгляд от лежащего на столе пергамента и посмотрел на девушку. Она сидела в кресле напротив него, ожидая реакции.       Но после двадцати минут молчания ее терпение начало заканчиваться.       — Сегодня?       — Да.       — Хорошо, — кивнул он. — Планируешь купить что-то конкретное?       — Я… я еще не думала об этом…       — Хорошо, решим, — усмехнулся он, закатывая глаза.       И в этот момент она почувствовала, как внутри начал зарождаться бурлящий гнев. По его выражению лица было понятно, что он считал ее глупой, бестолковой девчонкой, которая не понимает, что делать. И хотя отчасти это было правдой, Малфой все равно не имел права ее судить.       — Прекрасно, — отрезала она. — Мне нужно купить боди, пижамы и чертову кучу подгузников. Для начала нормально, Малфой?       Она видела, как его язык прижался к внутренней стороне щеки, словно он что-то обдумывал. Драко удерживал зрительный контакт, и девушка не собиралась сдаваться первой.       Молчание затянулось, поскольку ни один из них не хотел отводить взгляд. Глаза Малфоя сузились, и Гермиона вложила в свой взгляд все презрение, на которое была только способна. Не было смысла скрывать от него свои истинные чувства. Она терпеть не могла этого придурка.       — Жди здесь, — его холодный тон уколол ее, но Гермиона сосредоточилась на том факте, что Малфой сломался первым.       Он поднялся, положил документы в ящики стола, запер их невербальным заклинанием и, не отрывая от нее взгляда, подошел к двери и исчез.       Гермиона закатила глаза, будто он предполагал, что она бы начала рыться в столе, пока его не будет. Это предположение было крайне оскорбительным.       Оставшись одна в кабинете, она откинулась на спинку кресла и наконец-то расслабилась.       — Все же пройдет хорошо? — вслух сказала девушка, поглаживая живот. — Он сведет нас к концу дня с ума.

***

      Малфоя не было уже почти час, и Гермиона не могла сосчитать, сколько раз собиралась уйти.       Большую часть времени она провела в попытках снять защитные заклинания Малфоя с книжных полок, когда поняла, что не может даже прочитать названия. Когда Гермиона брала книгу в руку, то текст сливался, и девушка не могла разобрать ни единого слова. Ее охватило желание швырнуть книгу обратно на полку, но любовь к чтению побудила аккуратно положить ее на место и сесть в кресло.       После еще десяти минут ожидания распахнулась дверь. Она тут же схватила палочку, направляя ее на источник звука, и инстинктивно схватилась за живот. Малфой пробормотал что-то себе под нос, останавливаясь на пороге. Он смотрел на направленную на него палочку, пока Грейнджер медленно ее не опустила.       — Боги… — прошептала она, когда поняла, что в безопасности. После войны прошли годы, но Гермиона так и не смогла побороть ту часть себя, которая до сих пор была готова ринуться в бой.       — Ты всегда приветствуешь людей, направляя на них палочку? — Малфой закрыл за собой дверь и повернулся к девушке лицом. — И только подумать, что именно ты рассказывала мне о приличном поведении во время наших встреч.       — Я прокляну тебя, Малфой, не нужно меня испытывать. Тебя не было больше часа, и тут внезапно распахивается дверь. Конечно, я готова защищаться.       Его черты заметно смягчились, когда он взглянул на ее руку, крепко державшуюся за живот. Казалось, что он хотел что-то сказать. Единственное, что должно было слететь с его губ — извинения, но Гермиона дурой не была. Волшебник скорее умрет, чем извинится, в частности, перед ней.       — Я был в Гринготтсе, забирал золото. Теперь, если ты закончила драматизировать, можем идти.       Гермиона не сдержалась. Жалящее заклинание сорвалось с кончика ее палочки, прежде чем она успела это обдумать. Малфой вздрогнул, когда проклятие попало в левое плечо, и зарычал, делая шаг вперед. Гермиона ахнула, отходя назад, но мужчина быстро пришел в себя, сразу же отступая.       — Она беременна, — пробормотал он. — Нельзя проклясть беременную женщину, даже если та чертовски сумасшедшая.       Гермиона усмехнулась, призывая свою сумку и направляясь к двери.       — Пойдем, Малфой. Покупки сами себя не сделают.

***

      Косой переулок был немноголюден после обеда, когда многие вернулись обратно на работу. Гермиона шла вдоль улицы, пытаясь не споткнуться, и огляделась в поиске детских магазинов. Малфой плелся чуть поодаль от нее, сцепив руки за спиной, отчего девушка обратила внимание на его одежду.       Бежевый костюм-тройка с белой оксфордской рубашкой. Его волосы были уложены так же, как и в прошлые разы, и она подумала о том, что без геля для волос ему идет намного больше.       Посмотрев по сторонам, девушка надеялась, что наткнется на магазин — любой магазин — где продается детская одежда, но, миновав весь Косой переулок, девушка сдалась.       — Где ведьмы покупают детскую одежду? — пробормотала она себе под нос, так и не увидев ни одного подходящего магазина. Где делают покупки другие волшебники?       — Эльфы. Они либо получают одежду для ребенка, либо она передается из поколения в поколения, — сказал Малфой за ее спиной. Грейнджер даже забыла, что слизеринец здесь. — У тебя есть эльфы, Грейнджер?       — Я похожа на ту, у которой есть эльфы? — его голос сквозил весельем, что начало раздражать девушку еще больше. — Я не такая, как ты. Я не собираюсь порабощать невинных существ, заставляя их работать на меня, словно они ничего не стоят…       — Они для этого рождены, — мужчина подошел к ней, останавливаясь. — Если бы у тебя были эльфы, то ты бы сейчас не тратила время…       — Уходи, если тебе это доставляет столько неудобств, — зарычала она. — И я бы предпочла именно этот вариант. Как я уже и говорила, мне не нужны галлеоны Рона или твоя компания, так что сделай нам обоим одолжение и найди способ обойти это.       — Нет такого способа, — отрезал он. — Так что, чем быстрее ты все купишь, тем лучше.       Гермиона глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Ей не хотелось признавать его правоту. Нужно быстрее с этим покончить.       — Нам нужно в маггловский Лондон.       Девушка ожидала, что Малфой начнет спорить, но вместо этого он протянул ей руку. Она уставилась на него, взгляд метался между его лицом и рукой.       — Возьми меня за руку.       Она продолжала смотреть, пока до нее не дошел смысл его слов.       — Я беременна, Малфой, если ты забыл. Я не могу аппарировать…       — Совместная аппарация безопасна, — он закатил глаза, пока девушка боролась с желанием снова его проклясть. Она знала, что это безопасно, Гермиона раньше уже аппарировала с Гарри. Девушка просто не хотела находиться к нему ближе, чем необходимо. Нехотя она взяла его за руку. Прикосновение было почти невесомым, он фыркнул, прежде чем аппарировать.       Приземлившись, он схватил ее за руку, чтобы девушка не споткнулась и удержалась на ногах. Она мгновенно отошла от него, и оба, не торопясь, отряхнули одежду. — Веди меня, — пробормотал он. Гермиона пошла вперед, и Драко последовал за ней.

***

      Все оказалось куда сложнее, чем ожидалось. В первом магазине они увидели пижаму белого цвета с маленькими львятами. Львы, потому что Гриффиндор, белый, потому что она не знала пол ребенка.       Как только Грейнджер вошла внутрь — удивилась огромному выбору одежды для малышей, и ее сердце растаяло, когда девушка заметила маленький слюнявчик со львом.       Они находились в магазине уже полчаса, когда Гермиона положила на растущую стопку в руках Малфоя еще и белые носочки. К ее удивлению, он спокойно ее носил, не жалуясь.       — Вот, еще! — ахнула она, подходя к полке с белыми чепчиками. Девушка проигнорировала стон Малфоя, решая остановиться на разноцветных шапочках.       Добавив еще пару головных уборов, Гермиона направилась к кассе, чтобы оплатить покупки.       Грейнджер внезапно замерла, когда к ней пришло осознание.       — Малфой, — она повернулась к нему лицом. — Мы в маггловском Лондоне.       — Фантастическое наблюдение.       — Нет, придурок, мы в маггловском Лондоне. У тебя есть маггловские деньги? Ты наверно думал, что мы останемся в магическом мире…       — У меня есть с собой маггловские деньги, — усмехнулся он. — Я знал, что мы окажемся здесь, потому что в Косом переулке нет детских магазинов.       — Тогда зачем ты заставил меня бродить целый час по улицам?       — Потому что, — ухмыльнулся он. — Было забавно за этим наблюдать.       Гермиона сосчитала до трех.       — Тебе полезно гулять…       — Я гуляю достаточно…       —... и дышать свежим воздухом, — закончил он.       — Малфой, — рыкнула она, — просто заплати за одежду.       Он закатил глаза, проходя вперед, Гермиона снова сосчитала до трех.

***

      — Солнце садится, — сказал Малфой, пока она подходила к еще одному магазину. Гермиона обошла множество магазинов за все то время, которое они провели с Малфоем в маггловском Лондоне. Оба пытались избегать конфликтов, моментами безуспешно, но сейчас ей показалось, что он начал успокаиваться. Гермиона просто хотела зайти в последний магазин и покончить с этим.       Он плелся позади нее с сумками в руках, которые не мог уменьшить, потому что целый день вокруг них сновали магглы. Драко жаловался уже полчаса, и девушка из последних сил пыталась сохранять спокойствие.       — Почти сентябрь, день стал короче.       — Мы здесь уже несколько часов, Грейнджер. Как ты еще стоишь на ногах?       Гермиона толкнула дверь, колокольчик тихо зазвенел, оповещая о новых посетителях.       — Грейнджер…       Гермиона повернулась, кидая на Малфоя убийственный взгляд. Он посмотрел в ответ, ожидая, когда она, наконец, взорвется.       — Если я правильно помню, ты сказал: “чем быстрее я все куплю, тем лучше”. У тебя изменилось мнение?       — Конечно, нет, — усмехнулся он. — Не хочу тратить больше времени, чем необходимо. Особенно с тобой.       — Тогда дай мне еще двадцать минут. И мы с этим покончим.       Мужчина не ответил ей. Он прошел мимо, скрываясь за вешалками с одеждой. Гермиона в очередной раз сосчитала до трех, направившись к противоположному концу магазина.       Она выбрала еще несколько полностью белых вещей и направилась к кассе. Девушка не станет звать Малфоя, чтобы тот оплатил это, Гермиона воспользуется шансом, чтобы заплатить самой. На самом деле, ничто не могло помешать ей сделать это, даже письмо Рона. Насколько ей было известно, не будет никаких серьезных последствий, если она заплатит своими деньгами. Грейнджер передала девушке одежду, та ее сложила и упаковала в пакет, прежде чем огласить итоговую сумму.       Как только она собиралась отдать деньги, кто-то положил на стойку кредитную карточку, подталкивая ее вперед.       Гермиона проследила за рукой, поворачивая голову и сразу же натыкаясь взглядом на Малфоя. По тому, как напряглось его тело, можно было точно сказать: он зол. Словно еле сдерживался, чтобы не выместить на нее свою ярость.       — Я заплачу.       — Не надо, — перебила Гермиона, сжимая деньги, — заплачу я.       — Нет, Грейнджер. Мы договорились…       — Ты платил за все. Я могу заплатить за эти…       — Возьмите карту, — рявкнул он, девушка грустно улыбнулась Гермионе и взяла карту.       Грейнджер могла физически ощущать свой гнев. Придурок думал, что главный. Что он будет контролировать ее, отслеживать каждую вещь, которую она купит для малыша. Она что, так много просит?       — Почему ты такой невыносимый?       — Почему ты должна быть такой упрямой и…       —Ты настоящий кусок дерьма, Малфой. Все, чего я хотела, купить сама хотя бы одну вещь для моего ребенка. Хотя бы одну. Позволь мне оплатить…       — Об этом не может идти и речи. Ты знаешь условия, но все равно пытаешься их обойти…       Гермиона развернулась и вышла из магазина, изо всех сил пытаясь сдержать слезы. Она только начала наслаждаться будущим материнством, но почему застряла именно с Малфоем? С одним из самых бесчувственных людей, с которыми когда-либо встречалась?       Гриффиндорка ждала его около магазина, зная, что он должен аппарировать ее домой. Через несколько минут она услышала звон колокольчика, оповещающий, что Малфой вышел из магазина.       — Отведи меня домой, — Гермиона вытерла яростные слезы, мысленно ругая себя за то, что дала им волю, демонстрируя свою слабость.       Малфой, облокотившись на стену, не пошевелился, сохраняя молчание. Он смотрел на нее, не теряясь перед враждебным взглядом.       — Я хочу домой.       Ничего. Она фыркнула, развернувшись и зашагав вниз по улице. Через несколько мгновений она услышала приближающиеся шаги Малфоя.       — Остановись, — сказал мужчина, отчего Гермиона ускорила свой шаг. Девушка предпочла бы бесцельно бродить по улицам, нежели терпеть его общество. Она сама найдет способ добраться домой.       Подойдя к перекрестку и посмотрев по сторонам, несмотря на то, что в такой поздний час, не было машин, она перешла дорогу.       Малфой следовал за ней по пятам, и, наконец, она почувствовала последствия такого долгого дня. Она устала, ее ноги опухли. Ей хотелось поесть и хотелось в туалет. Гермиона просто хотела оказаться дома и заползти в постель.       — Грейнджер? — его голос жалил. Но ей было все равно на его злость, со всем этим было покончено. Покончено с ним. С Роном. С треклятым письмом.       Ей пришлось остановиться из-за невыносимой боли в ногах. Спустя мгновение Малфой с ней поравнялся, и она свернула налево в попытке избавиться от компании мужчины.       Девушка задыхалась, в то время, когда он казался спокойным, что еще больше разозлило Гермиону.       — Ты всегда должна выносить мне мозг? Мерлин знает, чем я думал, берясь за это дело…       Малфой замер, когда услышал сдавленный всхлип девушки. Гермиона почувствовала, как он напрягся. Она вытерла скатывающиеся по щекам слезы, проклиная себя за это. Глубоко вздохнув, Грейнджер повернулась к нему.       — Отведи меня домой.       Оглядевшись, Малфой протянул ей руку и аппарировал в Косой переулок. Отшатнувшись, Гермиона направилась к ближайшему открытому камину.       Малфой последовал за ней.       — Мои сумки.       Он догнал ее, когда девушка остановилась, развернувшись. Она протянула руку, но Малфой проигнорировал ее.       — Сумки, Малфой.       — Где ты живешь?       Когда он понял, что она ему не ответит, он продолжил:       — Скажи мне, где ты живешь, чтобы я мог отвести тебя домой. Ходить одной в такое время небезопасно.       Если бы Гермиона его не знала, то подумала, что он волнуется, но тон его голоса доказывал обратное. Мужчина был раздражен, и сейчас единственный способ от него избавиться — позволить проводить себя.

***

      Малфой аппарировал рядом с ее домом. Он располагался в тихом районе в окружении множества деревьев. Она уже подходила к своему дому, отмечая, что большинство фонарей, подключенных к деревьям вдоль дорожки, были выключены.       Взмахнув палочкой, Гермиона включила свет по всей территории. Ей нравилось жить в волшебном мире. С маггловскими соседями жить было затруднительно, когда она так сильно полагалась на магию.       Пожилая женщина, стоящая на противоположной стороне дороги, помахала, девушка ей кивнула, подходя ко входной двери. Малфой молча последовал за ней, сохраняя между ними безопасную дистанцию, если Гермиона вдруг решит его внезапно проклясть.       Он все еще нес сумки, и девушка начала задаваться такими вопросами: почему он их не уменьшил и откуда у него маггловская банковская карта.       — Откуда ты ее взял? — спросила она, забирая свои покупки.       — Я так понимаю, что ты имеешь в виду маггловскую карту.       — Первый раз, когда твое предположение верно, — усмехнулась она. Девушка видела, как Малфой колебался.       — Я сделал ее после нашей последней встречи. Я не люблю носить с собой много галлеонов, не говоря уже о маггловских деньгах, и наблюдая, как ты скупаешь детские вещи, словно завтра наступит конец света, я понял, что это была отличная идея.       В какой-то момент ей стало его жаль. Ему постоянно приходилось держать перед ней лицо. Но за те часы, которые они провели вместе, оба постоянно грызли друг другу глотки. И она ненавидела это.       — Малфой?       Он вопросительно поднял бровь.       — Уйди с моей собственности.       И она закрыла за собой дверь.