Sharp Relief/Внезапное облегчение

НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ Ошеломленная до неподвижности, Энди едва могла поддерживать беседу с Мирандой или кем-то, кто звучит как Миранда. Она даже не осознавала, что плачет. Повесив трубку, она сломя голову побежала прямо в комнату Кэссиди, распахнула дверь с такой силой, что на стене осталась вмятина. - Ты что! - кричит Кэссиди или, может быть, Кэролайн. Энди не в состоянии сейчас различить их испуганные лица, освещенные лишь светом луны. Она включает свет в спальне. - Слушайте. Быстро собирайте вещи, все только необходимое, одевайтесь и мы едем. Прямо сейчас. - Энди, ты с ума сошла? - интересуется одна из девочек. Энди смеется и прикрывает рот рукой. - Может быть, и так, но мне нужно, чтобы вы сделали это. Немедленно. Мы кое-куда едем. Я оставлю записку вашему отцу. Та, что слева, в которой Энди теперь узнает Кэролайн, говорит: - Это из-за мамы? - Судя по выражению ее глаз, она начинает подхватывать лихорадку Энди. - Да. Девочки смотрят друг на друга и снова на Энди. Кэссиди спрашивает: - Это хорошее? - Может быть, - уклоняется от ответа Энди. Она не может быть ни в чем уверена, пока не увидит Миранду во плоти. В великолепной, чудесной плоти. - Это действительно может быть так. - Вперед, - говорит Кэссиди, и они вдвоем вскакивают с кровати, как подстреленные. Энди бросается в комнату Миранды. У нее нет собственной сменной одежды, но она думает, что Миранда не будет возражать, если она позаимствует несколько вещей. Стоит захватить и кое-какие её вещи на случай, если Миранда в телефоне действительно Миранда. Она тратит меньше пяти минут на то, чтобы достать одежду из гардеробной, а также туалетные принадлежности из ванной комнаты. Вернувшись в коридор, она встречает близнецов, которые тяжело дышат. Они все еще одеты в пижамы, но у каждой на плечах рюкзаки. Кэссиди несет две подушки, а Кэролайн держит плюшевого мишку. - Готовы? - спрашивает Энди. - Да, - отвечают обе в унисон. Все втроем бегут вниз, и Энди направляется на кухню, чтобы оставить записку для Джереми. Она должна позвонить ему, но он уже пьян и не должен садиться за руль. И Энди не хочет, чтобы он был в машине с детьми — слишком сильно отвлекает. Вместо этого она нацарапывает записку: Получила странный телефонный звонок. Девочки со мной, позвоните, когда увидите это. Скоро поговорим с вами, простите за это. Энди Она оставляет свой номер телефона внизу записки. Заметив коллекцию ключей, висящих на вешалке у задней двери, Энди оставляет записку на кухонном столе и хватает брелок с ключами от ауди. - Девочки, вы же понимаете, что мы не можем выйти через парадный вход. Мы идем к черному ходу. Убегая из дома, в полной темноте, с сумкой чужих вещей через плечо, чужими ключами в руке, и чужими детьми, Энди чувствует себя воровкой. Не издавая ни звука, они отпирают заднюю дверь, ведущую в небольшой сад. Гараж находится прямо за углом и через несколько минут их автомобиль уже сворачивает за угол на шоссе А8, которое Миранда предпочитает, когда путешествует с детьми. Это быстро, но безопасно, и она внимательно слушает, как навигатор в ауди выдает указания. 3-я авеню никогда еще не казалась такой длинной, но Энди терпелива и счастлива, когда наконец достигает моста Джорджа Вашингтона. Девочки молчат на заднем сидении, пока Энди не добирается до автомагистрали ведущей из города. Ее сердце все еще бешено колотится, но она спокойна, потому что ей нужно доехать целой и невредимой, чтобы снова увидеть Миранду. Она умирает от желания поверить, что это действительно она, иначе как бы кто-то другой мог знать все эти подробности? Энди понятия не имеет, как могла произойти вся эта чертовщина, но ее главная цель — как можно быстрее добраться до Миранды с девочками. - Энди, наша мама жива? - наконец робко спрашивает одна из девочек. Должно быть, это Кэролайн. Энди не хочет их обнадеживать их, но она не может сдержаться. - Я думаю, что это возможно, милая. Я очень, очень на это надеюсь. - Что случилось? - Судя по тону, это определенно была Кэссиди. Энди описывает телефонный звонок, и обе девочки внимательно слушают. - Никто больше не знал, что я помогала вашей маме этим утром. Вы двое даже не знали, что я была у вас дома сегодня утром, не так ли, - говорит Энди. - Нет, - отвечают они хором. - Кара осталась на ночь, чтобы помочь нам подготовиться утром к школе. Мы не видели ни тебя, ни маму утром, - говорит Кэссиди. - Точно. И голос по телефону был очень похож на ее. Я имею в виду, возможно, я сошла с ума. Но я чувствую себя немного сумасшедшей с тех пор, как получила известие от полиции этим утром, а если ваша мама жива, я обязана быть рядом с ней. И я в долгу перед вами двоими. Итак, мы едем. На самом деле мы почти на месте. Ни одной из близняшек больше нечего сказать, поэтому Энди включает радио на классическую станцию. Либерти — крошечный, очаровательный городок. Всего через несколько поворотов Энди въезжает на парковку медицинского центра. Кэссиди, Кэролайн и Энди выскакивают из автомобиля. Сейчас почти час ночи, так что парковка пустынна, но любой, кто встанет у них на пути, будет проигнорирован или сбит с ног. Они ворвались в небольшой вестибюль одновременно, напугав сонную медсестру за стойкой регистрации. - Я ищу Миранду, - говорит Энди. - Миранду Пристли. - Женщина таращится на нее — должно быть, они представляют собой то еще зрелище. - Меня не волнуют часы посещений, мы собираемся увидеть ее прямо сейчас. Где она? - Привет! - Другая медсестра, выглянувшая из длинного коридора зовет, машет рукой. - Вы Андреа? - Вперед! - говорит Энди, и девочки бегут по коридору. - Сюда, - машет женщина, и Энди следует за ней, более медленно. Она немного запыхалась и очень боится, что только что совершила самую большую ошибку в своей жизни. Она поворачивает за угол и видит, как девочки забегают в палату с медсестрой, и останавливается. Она не может сделать больше ни шага, пока не слышит радостные крики: - Мама! Мама! Едва дыша, она прислоняется к стене, потому что ноги больше не держат ее. Энди слышит голоса девочек всего в двадцати ярдах от себя и не может пошевелиться. Она видит, как высокий, плечистый полицейский выходит из палаты, и он улыбается, качая головой. Энди отталкивается от окрашенного в белый цвет бетона и ловит взгляд мужчины. - Здравствуйте, - говорит она. Он снова качает головой и идет к ней. - Здравствуйте и вам. Вы Андреа? - Он произносит ее имя так же, как Миранда. - Да. А вы? - Она протягивает руку, чтобы пожать его, и он берет ее. - Офицер Харрис Уэлк. Приятно с вами познакомиться. - Так вы... разговаривали с ней? Мирандой? С улыбкой он шутливо отвечает: - Она — та еще штучка, да? Даже с сотрясением мозга и дюжиной швов на черепе. Внутренности Энди сжимаются. - Швы? О боже мой. Что случилось? Офицер Харрис оглядывается через плечо, как будто понимает, что, возможно, ему не стоит разглашать информацию. Но потом пожимает плечами. - Из того что мы с моими коллегами смогли выяснить в Бруме, известно, что ваша подруга остановилась на стоянке для отдыха на трассе, и в туалете на нее напали два человека. Не думаю, что они ее там ждали, поскольку они не знали, что она остановится там, это определенно было не запланированным преступлением. Они увидели ее машину, увидели что она одна, напали на нее и утащили за здание. Вот почему ее нашли не сразу, и она потеряла много крови. Энди чувствует легкую дурноту. Она делает вдох. - Крови? - Из ран на голове часто бывает большая кровопотеря. Как бы то ни было, она была без сознания большую часть утра и второй половины дня. Никто не заходит за здание, кроме того ее бросили там за какими-то густыми кустами. Она очнулась, выползла, до смерти напугала парочку детей, а потом скорая помощь привезла ее прямиком сюда. Доктор сказал, что какое-то время они за нее волновались, но сейчас у нее все хорошо. - Вы смогли опознать людей, которые угнали ее машину? - И умерли, думает Энди. - У детективов есть кое-какие идеи, вам не стоит беспокоиться об этом. Идите к своей подруге. Она вас очень ждала. - Хорошо, спасибо. - Энди снова пожимает офицеру руку. - Думаю, увидимся завтра? Харрис со вздохом смотрит на часы. - Да, скорее уже сегодня. Почти час ночи. Жена опять будет злиться, когда я вернусь домой. Постарайтесь и сами немного отдохнуть. Вы выглядите как ходячий мертвец, если будет позволено мне заметить. Энди хихикает. У этого мужчины отличные манеры, и она не воспринимает это как оскорбление. - Спокойной ночи, офицер. - Он кивает и уходит, а Энди оглядывается на открытую дверь в конце коридора. Наконец она начинает двигаться к палате, горя желанием увидеть Миранду, по большей части живую и невредимую. Учитывая, как быстро она ехала сюда, она не может объяснить свою сдержанность, но она есть, и ей нужно покончить с этим, черт возьми. Она очень медленно идет по пустому коридору и, больше не колеблясь, заходит в палату. К ее изумлению, Миранда действительно там. Она — все, что Энди видит в течение добрых пятнадцати секунд, а затем остальная часть палаты проясняется в фокусе. Стены кремовые и голые. В стену ввинчен старый телевизор с отключенным звуком, и Энди узнает логотип CNN в углу. Здесь нет цветов, ничего красивого, вообще ничего, что обычно ассоциировалось бы у Энди с Мирандой. Только любимое лицо, которое смотрит на нее широко раскрытыми, восхитительно открытыми глазами. - П-привет, - выдавливает из себя Энди, стараясь не зарыдать от счастья. У Миранды под каждой рукой по близнецу, но она протягивает к ней руку. - Андреа, - говорит Миранда, и тон голоса настолько знакомый и неожиданный, что Энди чувствует, как на ее лице появляются слезы. Она издает какой-то звук, и девочки выглядят встревоженными, но Миранда успокаивает их и машет подойти ближе. - Иди сюда, сейчас же, - и Энди слушается, как она всегда делает. Она подходит прямо к Миранде, и там есть место, чтобы наклониться вперед, на самом деле не над девочками, а над плечом Миранды. Она опускает туда голову, ее тело сотрясается, и рыдания вырываются против ее воли. - Андреа, - снова говорит Миранда, и Энди прикладывает руку к щеке Миранды, чувствуя, какая она мягкая и теплая. Она вдыхает кожу, засунув нос в изгиб шеи, за раковину уха, хотя немного мешает повязка. Она пахнет не так как обычно, но Энди все равно, потому что это действительно Миранда. Энди едва может надышаться, но не может перестать плакать. Она на минуту кладет голову Миранде на плечо, просто чтобы еще раз почувствовать ее. Маленькая ручка начинает неловко похлопывать Энди по руке, это Кэролайн, всего в нескольких дюймах от Энди, все еще крепко держащаяся за свою мать. Именно тогда Энди понимает, что она сделала, и ее голова резко поднимается. Она закрывает лицо рукой, чтобы вытереть нос, и шепчет: - Прости, прости. Я просто... - Не надо, - очень твердо говорит Миранда. Она протягивает руку и притягивает Энди обратно к себе, прижимая голову девушки обратно к изгибу своей шеи. - Не уходи. Тогда Энди тает, ее рыдания затихают, но слезы все еще льются, и она обнимает Миранду и двух ее детей вместе с ней.

________

Когда Миранда наблюдает, как Андреа входит в ее больничную палату после столь долгого ожидания, она с трудом может в это поверить. Она может поверить в это еще меньше, когда лицо Андреа искажается выражением такой муки, что ей становится больно. Андреа издает раненый крик, первобытный звук, и, спотыкаясь, идет вперед, чтобы встать перед ней, голова падает на плечо Миранды. Девочки сдвигаются, чтобы освободить ей место в своем кругу. Миранда ожидала яркой улыбки, возможно, дружеского, слегка отстраненного объятия. Она ожидала недоверия и волнения из-за этого беспорядка, который сегодня произошел. Что угодно, только не такое горе, как будто Андреа глубоко скорбела и не показывала этого до этого момента. Кэролайн и Кэссиди прижимаются друг к другу плотнее, и Миранда думает о боли, которую они, должно быть, пережили сегодня. Миранда помнит смерть своего собственного отца с совершенной ясностью, несмотря на то, что прошло почти сорок лет. Она злится, что ее девочкам пришлось испытать подобное, но благодарна за то, что сейчас может дать им облегчение своим присутствием. Андреа всхлипывает и вслепую протягивает руку, чтобы коснуться лица Миранды. Миранда плакала, когда девочки подбежали к ней и обняли ее, теперь она снова плачет, когда Андреа ласкает ее кожу с захватывающей нежностью. Она чувствует, как слезы Андреа просачиваются сквозь ее больничную пижаму, чувствует, как ее влажные губы скользят по шее. В этот момент она окружена любовью больше, чем за всю свою жизнь, и она никогда еще не была так благодарна за то, что жива. Когда Андреа отстраняется, Миранда притягивает ее обратно, потому что ей это нужно. Андреа возвращается и нежно обнимает ее, Кэссиди и Кэролайн. Миранда жаждет ощутить ее, ощутить ее запах. На ней платье от Шанель, которое будоражит мозг Миранды, и она закрывает глаза. Она не уверена, как долго они остаются так все вместе, но явно проходит какое-то время. Когда Андреа наконец отступает назад, ее лицо покрыто пятнами и мокрое. Под глазами размазана тушь. Она прекрасна, даже плачущая. - Миранда. Я так рада тебя видеть. Миранда очень слабо улыбается. - И я тебя. Энди бросает взгляд на повязку, которая обвивает всю голову Миранды. - С тобой все в порядке? - Полагаю, - говорит Миранда, не делая движения, чтобы прикоснуться к своей голове, которая все еще немного болит. Но отек и боль сейчас ничто по сравнению с тем, что она чувствовала ранее днем, когда впервые очнулась. - Было и хуже. А теперь, в целом, все отлично. Андреа задыхается от этих слов. - О черт, верно. Все еще думают, что ты мертва, так как я никому не сказала, что ты звонила. Я хотела попасть сюда до появления прессы, и мы просто поехали. Я лишь оставила записку для Джереми. Надеюсь, он не сходит с ума. - Она роется в большой сумке, перекинутой через плечо. - Никаких сообщений. Я должна позвонить. Думаю, что лучше я, чем ты. А потом, думаю, я поговорю с Лесли. И с Найджелом. Андреа набирает номер, и Джереми сразу же берет трубку, Миранда слышит его голос, гремящий через хрупкий динамик мобильного с расстояния пяти футов. - Джереми, послушайте меня, присядьте. - Андреа закрывает микрофон и шепчет: - Он слишком много выпил. - Миранда закатывает глаза. - Послушайте, девочки со мной, мы уехали на север от Нью-Йорка, в городок под названием Либерти. Вы готовы выслушать меня? - Она делает паузу. - Нет, вы меня. Миранда жива. Я сейчас смотрю прямо на нее. Мне нужно было приехать сюда как можно скорее и подтвердить это, прежде чем я начну распространять информацию. Наступает долгая тишина, потом Джереми кричит еще немного, и Миранда протягивает руку за телефоном. - Джереми, - говорит она. На этом его тирада заканчивается. - Алло? - Привет, Джереми. Я жива. На меня напали, и мою машину угнали. Детали можешь узнать здесь, в полиции, но сейчас я нахожусь в больнице. Андреа привезла девочек сюда по моей просьбе, и я прошу прощения за то, что не связалась с тобой раньше. Я звонила тебе домой, но не смогла вспомнить номер твоего мобильного. Мой телефон был уничтожен сегодня в результате несчастного случая. Слышно как он начинает рыдать, и Миранда сама обнаруживает, что плачет. Он говорит ей, как был опустошен, потеряв ее, как сильно он сожалеет о стольких вещах, как он все еще любит ее в глубине души и всегда будет любить. Это слова, которые он не произнес бы, если бы был трезв, но все равно приятно слышать излияния любви. - И я люблю тебя, Джереми. Но тебе действительно следует отдохнуть. Ты говоришь так потому что... - Она бросает взгляд на Кэссиди, которая одними губами произносит слово "пьян". - Потому что тебе нужно немного отдохнуть и поспать. Приезжай завтра. Я буду здесь. Мы все будем. - Хорошо, Миранда, - говорит он невнятно. - Я хочу все подробности от Энди завтра. - Он ненадолго замолкает и спрашивает: - Хорошо? - Да, Джереми. Хорошо. Я поговорю с тобой завтра. - Хорошо, люблю тебя, Ранда. - Да, да, до свидания. Она вешает трубку. - Лесли следующая. - Андреа набирает номер, и, к ее удивлению, Лесли тоже сразу берет трубку. Андреа произносит речь, садитесь, есть новости, Миранда жива, и реакция Лесли гораздо менее драматичная, чем у Джереми, и намного счастливее. Это приятная перемена. Она на самом деле весела и взволнована тем, что утром приедет в Либерти, и когда она разговаривает с Мирандой, она весьма мила. - А знаешь, девчуля, я знала, что тебя ничто не сможет сломить, - говорит ей Лесли. - Я так рада узнать, что была права. - Я бы не стала заходить так далеко, - говорит Миранда, дотрагиваясь до своей повязки. - Но я выжила. Найджел следующий. Андреа набирает номер и оставляет сообщение с просьбой немедленно ей перезвонить. Она не решается сообщить новости в сообщении, и Миранда соглашается, одними губами предлагая ей повесить трубку. Она так и делает, и мгновение спустя телефон в ее руке оживает. - Это он. - Она с тревогой смотрит на дверь, вспоминая правило “никаких мобильных телефонов в больнице”. Им придется заканчивать это быстро. Андреа начинает осторожно. - Я просто скажу это быстро и избавлю тебя от страданий, Найдж — Миранда жива. - Андреа прислушивается на мгновение и отвечает: - Да, клянусь богом. Ты же знаешь, я бы не стала шутить по этому поводу. Никогда. Сейчас я с ней. На нее напали, и какой-то мудак, - она морщится, глядя на девочек, - угнал и разбил машину. Она в медицинском центре на севере. Я только что приехала, и близнецы со мной. Я позвонила Лесли и предоставляю ей все уладить, но Найджел, тебе действительно следует... Ну, вот. - Андреа передает телефон Миранде. Которая прижимает его к уху. - Привет, Найджел. - Черт возьми, Миранда. Черт возьми. - Он ничего не говорит целую минуту, но она слышит звуки, доносящиеся по линии. Она не слышала столько плача десятилетиями, но когда тебя принимают за мертвого, вам следует сделать для людей поблажку. - Я так рад, что ты жива, - наконец удается ему выговорить. - Я тоже, дорогой, - говорит она, стараясь не разреветься самой. - Когда я смогу тебя увидеть? Жуткий был день, все просто взорвалось. И я не имею в виду профессионально, Миранда. Мы не всегда соглашались во всем на протяжении многих лет, но ты мой лучший друг, и я безумно скучал по тебе даже всего один день. На сердце у Миранды становится легко, и она улыбается Андреа, которая блаженно смотрит в ответ. - Как только сможешь. Мы пренебрегли понятием о часах посещений. - Мы придем пораньше. Через несколько часов. Эмили спит на моем диване, давай я ее позову. - Да, конечно. Миранда ждет и вознаграждается звучанием сонной Эмили, говорящей: - Кто это, черт возьми, кто звонит посреди ночи в худший адский день моей гребаной жизни? - Эмили, это Миранда. Ответа не последовало, но последовал громкий крик, все таки у Андреа действительно была неплохая идея сначала предупреждать людей. Бедная Эмили. Она выкрикивает несколько раз "О, мой бог", прежде чем ей удается сформировать связные, хотя и короткие предложения. - Ты жива! С тобой все в порядке? - Я в больнице, Найджел все объяснит. Но я жива. И я не собираюсь умирать, так что ты не сможешь организовать переворот, который, я уверена, ты запланировала, чтобы стать вторым самым молодым главным редактором, которого когда-либо видел "Подиум". Эмили вздыхает. - О, Миранда. Я так счастлива. Я... не знаю, что сказать. С возвращением. Миранда улыбается при этом. - Отдыхайте пока с Найджелом. Работа подождет. - Конечно, Миранда. Увидимся завтра. - До завтра. - Да. - Прежде чем Миранда повесит трубку, она слышит радостный возглас на другом конце провода. Это уже они вдвоем, и они так счастливы, как и сказала Эмили. Андреа тоже это слышит и ухмыляется. - На данный момент этого достаточно? - спрашивает она. - Да, думаю, да. Завтра нам придется решить, что делать дальше, но я устала, и девочки тоже, не так ли, Боббси? - Они кивают. - А ты... - Андреа выглядит ужасно, бледная и усталая. - Тебе нужен отдых. Андреа кивает, к удивлению Миранды. - Конечно. Я дойду до медсестры и спрошу насчет кроватей для девочек. - И она уходит, хотя через несколько секунд снова просовывает голову в палату. - Просто проверяю.

________

Энди помогает медсестре, которую зовут Мойра, притащить в палату две раскладушки. Больше спальных мест нет, но Мойра обещает, что на следующее утро выписывают пациентку из соседней палаты и оставят там пустую кровать для тех, кто нуждается в отдыхе. Они застилают раскладушки чистыми простынями, и подтаскивают их по обе стороны от кровати Миранды. Энди решает занять кресло в углу, и она совершенно уверена, что заснет ровно через тридцать секунд после того, как сядет в него. Она помогает девочкам устроиться под одеялом. Затем оглядывается на Миранду, которая спрашивает: - Ты захватила одежду? Энди бросает взгляд на свою сумку, в которой большой выбор невероятно мягкой домашней одежды Миранды: брюки, майки, тонкое термобелье, футболки, теплые носки. - Захватила, но я бы предпочла спать одетой. - Она указывает на кресло. Миранда поворачивает голову, как бы желая покачать ею “нет”, но морщится. - Мм, - стонет она, и Энди нервно делает шаг вперед. - Со мной все в порядке. Просто нужно помнить, что этого делать нельзя. Я собиралась сказать: - Нет, ты будешь спать здесь. - Она указывает на место рядом с собой, на кровати. Энди нервно сглатывает. - О, это так мило, Миранда, но мне и кресло прекрасно подойдет. Миранда делает глубокий вдох. - Андреа, я думаю, мы обе знаем, что чувствуем. Глупо притворяться, особенно после всего этого. Если только я не ошибаюсь насчет твоих чувств, в чем я сомневаюсь, но я приму это, если понадобится. Но если нет, то сегодня ночью мы разделим эту постель, так что я буду знать, где ты каждую минуту, и ты будешь рядом со мной, а это то, что мне нужно больше всего на свете. - Она тянется к руке Энди и крепко сжимает ее. Энди в изумлении смотрит на Миранду. Она так отчаянно хочет верить, но ее первые сомнения связаны с сотрясением мозга Миранды. Может быть, ей стоит пойти спросить Мойру, вызывают ли травмы головы столь странные изменения личности. Следующее сомнение заключается в том, что она неверно истолковывает слова Миранды. Может быть, она просто имеет в виду, что Энди для нее как дочь. - Андреа, - говорит Миранда. - Пожалуйста. Это слово заставляет Энди мгновенно сдаться. - Хорошо, - говорит она, все еще не уверенная во всем этом. Взглянув на девочек, ни одна из них не смотрит ни на нее, ни на Миранду, что является небольшим утешением. Она отпускает пальцы Миранды и достает из сумки кое-какую одежду. - Ты бы тоже хотела переодеться? - Да, тысячу раз да. Но мне понадобится помощь. Энди необъяснимо нервничает. Она отдает самые мягкие, самые красивые вещи, которые принесла, и отступает. - Я попрошу Мойру помочь тебе. - Она быстро хватает сумку и выбегает из палаты, ее сердце колотится в отрывистом, неровном ритме. Медсестра за углом, за своим постом. - Мойра? - Привет, дорогуша. Что тебе нужно? - Ты поможешь Миранде переодеться? Я принесла ее собственную одежду. - О, конечно. - И еще кое-что, - мнется Энди. - Часто ли сотрясения мозга вызывают... гм, изменения личности? Снимают запреты или что-то в этом роде? Мойра хмурится. - Она ведет себя необычно? Энди пожимает плечами. - Мне просто любопытно, на самом деле. То, на что нужно обратить внимание, - уклоняется она. - Это, безусловно, возможно. Сотрясение мозга может вызвать депрессию, истерики, бурные чрезмерные реакции. Это трудно предсказать. Это также может вызвать чувствительность к свету, сильные головные боли, головокружение, рвоту, спутанность сознания, проблемы со словами... - Хорошо, хорошо, - говорит Энди, ее беспокойство растет при мысли обо всех этих последствиях. - Я больше беспокоюсь о том, ну... - Ну же, дорогая, расскажи мне. Это важно, если есть вероятность, что здоровье Миранды находится под угрозой. - Является ли это частью конфиденциальности между врачом и пациентом? Даже если ты медсестра? - Конечно, - уверяет ее Мойра. - Клянусь могилой моей бабушки. Энди решается. - Бывает, что пациенты признаются вдруг в любви? Рот Мойры на мгновение приоткрывается, затем закрывается. - Ну, нет, я такого не слышала. Бывает неподобающее сексуальное поведение, если это произошло, нам нужно будет сообщить доктору. Она ведь не приставала к кому-то на глазах у своих детей, не так ли? Энди отчаянно трясет головой. - Нет, нет, ничего подобного не было. Неуместного. Или даже нежеланного, - говорит она, отмечая, как приподнимается бровь Мойры. - Просто очень неожиданно. И то, как она это сказала было совсем не в ее характере. - Это было очень прозаичное заявление, а не банальное признание в любви. - Итак, она призналась в чувствах. Тебе, я так понимаю, - говорит Мойра. Энди кивает. Странно говорить об этом кому-то, кого она знает всего час или около того. - Я не думаю, что это симптом, дорогая. Миранда перенесла ужасную травму, но выжила. Вы обе перенесли. Разве это странно, что Миранда просто хочет хоть раз принять жизнь? Энди обдумывает это. В это трудно поверить, но она так сильно хочет, чтобы это было правдой. - Может быть. Но в любом случае, ты должна пойти помочь ей, а я переоденусь в туалете. Покажешь где это? - Конечно, направо по коридору, - машет она. - Не торопись, мне надо быстро проверить Миранду. Прошло уже некоторое время, и нам нужно заглядывать к ней каждые два-три часа. Извини, если побеспокою. - Это не проблема. Энди исчезает в пустой ванной и закрывает дверь. Мгновенно переодевается в пижаму, затем она прислоняется к раковине и задумывается. Она пытается понять, что происходит, почему Миранда так себя ведет, почему она сама испытывает сомнения. После некоторых размышлений ей становится страшно. Страшно, что Миранда передумает, или что Миранда не это имеет в виду, или что у нее поврежден мозг, и утром она все забудет. Но… Энди любит ее. Она действительно любит ее. И мысль о том, чтобы лежать с ней в этой постели, обнимать ее, оберегать ее — это, как сказала ранее Миранда, то, в чем она нуждается больше всего на свете. Как только она принимает решение, ей не терпится вернуться. Но дверь палаты Миранды закрыта, и хотя ей отчаянно хочется просто войти, она ждет, проверяя свой телефон на наличие сообщений и просматривая новости. О чудесной истории Миранды еще ничего нет, и Энди этому рада. Возможно, им удастся поспать несколько часов. Когда появляется Мойра, она подмигивает Энди. - Вся твоя, - язвит она. Энди закатывает глаза. Она молится, что не ошиблась. Миранда освободила ей место рядом с собой и с надеждой смотрит на нее. Энди все еще так счастлива видеть ее живой, что озноб охватывает все ее тело. - Привет, - говорит она застенчиво, но нетерпеливо. - Ложись, - говорит Миранда, и Энди оставляет свои вещи рядом с кроваткой Кэролайн, ближе всего к двери. - Спокойной ночи, милая, - говорит Энди, целуя девочку. Ее руки обвиваются вокруг шеи Энди и цепляются. - Спокойной ночи, Энди. Спасибо, что заботишься о нас. - Конечно, милая, - отвечает Энди, стараясь не заплакать. Затем она подходит к Кэссиди, которая тоже обнимает ее, даже крепче, чем Кэролайн. Но ничего не говорит. А теперь Миранда, бледная и вся в синяках, слабая и измученная. Но она поднимает одеяло, и Энди скользит на кровать. Свет лишь приглушен, чтобы не было полнейшей тьмы, Энди чувствует ноги Миранды рядом со своими, и с трудом выдерживает напряжение. Отбросив свой страх в сторону, она прижимается к телу Миранды, дрожа от удовольствия. Затем рука Миранды оказывается у ее щеки, большой палец гладит ее губы. Рот Энди открывается, а глаза закрываются, губы прижимаются к ее лбу, и слезы Энди стекают по ее лицу, когда рот Миранды скользит по ее виску, щекам, носу. Энди хватает Миранду за рукав, и слова тихо вырываются: - Ты мне так нужна, Миранда. Я... этим утром... я никогда раньше не чувствовала ничего подобного — мое сердце словно было вырвано. - Я здесь, - шепчет Миранда, - я здесь. - Их губы соприкасаются, и от этого короткого прикосновения Энди охватывает жар. Они снова целуются, и это прекрасно. - Не оставляй меня больше. - Слова Энди так тихи, что она сама едва их слышит. - Я не буду, - отвечает Миранда, еще раз целуя ее в уголок рта. Энди откидывается на кровать, пытаясь удобно лечь на бок, не потревожив бинты Миранды или капельницу. Когда Миранда меняет позу, Энди понимает, что они идеально подходят друг другу, и обнимает ее за талию. Она ждет, пока дыхание Миранды не выровняется, затем Энди закрывает глаза и, наконец, засыпает.