Loving the way you wanna talk

      Сонхва выныривает, делает желанный глоток воздуха и натыкается взглядом на фигуру Хонджуна, сидящего на корточках у края бассейна. На нём обычные хлопковые шорты и безразмерная футболка, но у Сонхва ёкает сердце от его вида в золотистом свете заходящего солнца.       Хонджун поворачивает к нему голову и тепло улыбается. В вырезе футболки виднеются плавные линии ключиц, и у Хва вдруг сводит низ живота, член тяжелеет в свободных плавках. — Выспался? — хрипло спрашивает он лидера, подплывая ближе. Ким несколько раз кивает, не переставая улыбаться. Потом меняет положение тела, садясь на бортик, и опускает босые ноги в прохладную воду.       Сонхва, не удержавшись, приближается почти вплотную и опускает ладони на незагорелые коленки рэпера. У бассейна давно никого нет, поэтому на несколько мгновений можно забыть о чужих глазах. Хонджун кладёт свою маленькую ладошку на его щёку, мягко поглаживая. — Видел сегодня твои фотки, — тихим задумчивым голосом оповещает Джун, продолжая гладить смуглую кожу. Сонхва прерывисто выдыхает, наслаждаясь прикосновениями. — В какой-то момент мне даже стало жалко, что я не пошёл плавать с вами.       Лидер плавно перемещает ладонь на его шею, завороженно наблюдая за собственными действиями. — Бассейн в твоём распоряжении, — также тихо отвечает вокалист, отодвигаясь от парня в попытке отстраниться, но Хонджун удерживает его второй рукой за талию, скользя по мокрой ткани гидромайки. — А ты разве не останешься? — Не думаю, что мой стояк будет уместным дополнением к этому, — неловко усмехается Сонхва, стараясь не обращать внимание на тонкие пальцы, рисующие узоры на его талии. Ким расплывается в широкой ухмылке и опускает взгляд вниз, туда, где под толщей воды скрывается пах вокалиста. — Очень даже уместным, — выдыхает рэпер, притягивая Сонхва к себе ближе, его лицо в каких-то сантиметрах. Хва вдыхает лёгкий аромат его шампуня, смешанный с хлоркой, и позволяет своему сознанию немного затуманиться. Хонджуну даже делать ничего не надо, чтобы это произошло; каждый раз одно только его присутствие действует на вокалиста магически: он чувствует себя крысой, что слепо бредёт на звук волшебной хонджуновой дудочки. — Тогда поплавать у тебя точно не получится, — замечает Сонхва, позволяя, наконец, собственным ладоням скользнуть по гладкой коже выше, забираясь пальцами под кромку шортов.       Хонджун прикусывает губу, еле слышно выдыхая, и Сонхва ведёт от его взгляда, стремительно темнеющего от похоти. — Ну и ладно, — мурлычет лидер, чуть царапая его шею короткими ногтями, и вокалист крупно вздрагивает. Он сам тянется в поцелуй, мягко встречая полураскрытые губы Хонджуна. Тот чуть слышно стонет, проникая языком в раскрытый рот Сонхва, и притягивает за шею ещё ближе, так, что Хва чувствует его колени, прижимающиеся к его рёбрам.       Спустя несколько долгих минут они отрываются друг от друга, жадно вдыхая кислород. — Как бы я не хотел предаться разврату в прямом эфире, предлагаю переместиться в номер, — хитро улыбается Хонджун, удерживая ладонь на плече Сонхва. Вокалист лишь кивает, смаргивая возбуждение, и, с сожалением отстранившись, вылезает из бассейна. Рэпер поднимается следом и вдруг заливисто смеётся. Пак опускает взгляд на свой пах, что красноречиво выпирает в мокрых плавках. Он хмурится и хватает с шезлонга халат, тщательно в него заворачивается. — И совсем это не смешно, — бурчит он, впихивая ноги в шлёпанцы и отворачиваясь от улыбающегося лица лидера. Тот прижимается сбоку, приобнимая за талию, и обдаёт шею своим горячим дыханием. — Ты прав, это сильно возбуждает, — его тихий шёпот ударяет прямо в болезненно стоящий член Сонхва, и ему требуется вся его сила воли, чтобы не завалить парня прямо здесь. Вместо этого он, скрипнув зубами, прижимает Хонджуна ближе и буквально тащит за собой. Джун еле успевает втиснуться в собственные тапки, семеня следом за ним.

***

      В номере они целуются сразу у порога. Хонджун вжимается своим возбуждением в бедро Сонхва, и тот низко рычит, кусая лидера за нижнюю губу. Они отстраняются друг от друга на несколько мгновений, пытаясь выпутать друг друга из одежды. Гидромайка Хва всё ещё мокрая, и вылезти из неё получается только с третьей попытки. Джун хихикает и тут же опускается губами на открывшиеся ключицы, ладонями ведя вниз по спине вокалиста. Сам он уже без футболки, в расстёгнутых шортах, дышит часто и громко, облизывая плавные линии косточек и мышц. Сонхва требуется ещё одно неимоверное усилие, чтобы отстранить его и легко подхватить под ягодицы. Тот ахает от неожиданности, а после цепляется руками за плечи, обхватывает ногами, на ощупь находя рот вокалиста и впиваясь очередным голодным поцелуем.       Сонхва вслепую шагает к кровати и почти спотыкается о раскрытую сумку, но удерживает равновесие и свою ношу. — Вечно всё у тебя разбросано, — тяжело дыша, произносит он на ухо Хонджуна, и его шея покрывается мурашками. — Мой номер, что хочу, то и творю, — в тон ему отвечает рэпер, зарываясь ладонью во влажные смольные волосы. Хва только фыркает и опускает его на кровать, попутно стягивая с него шорты и бельё. Следом он спускает собственные плавки и наслаждается загоревшимся огоньком в глазах напротив. Хонджун сдвигается на постели выше и смотрит выжидающе. Сонхва не заставляет долго ждать.       Подхватив из кармашка сумки пакетик смазки и презерватив, он вытягивается рядом слева, откладывая предметы на край кровати. — Обожаю твою грудь, — делится он с Хонджуном, опуская ладонь на его грудные мышцы, и слегка сжимает затвердевший сосок. Лидер выгибается от его прикосновений и улыбается, подставляясь под ласку. — Я знаю, — самодовольно мурлычет он и чуть слышно стонет, когда чувствует горячий рот на втором соске. Сонхва тихо мычит, прихватывая его зубами, облизывая, позволяя слюне течь на разгорячённую кожу. Хонджун стонет протяжнее, прижимает его голову к своей груди обеими ладонями, чувствуя языки пламени внизу живота с каждым движением языка. — Хва… — тянет он, сжимая волосы вокалиста у корней. Если тот не остановится, то Хонджун рискует кончить, не прикасаясь к себе.       Хва отрывается от его груди с влажным чмоком и утирает тыльной стороной ладони скопившуюся слюну с подбородка. Он выглядит настолько нереально, с мерцающими глазами, румянцем на щеках, что Хонджуну хочется плакать от счастья. Счастья делить этот момент с ним.       Он смаргивает пелену подступающих слёз и приглаживает смольные пряди, что сам и разворошил. — Пожалуйста, — просит он, разводя ноги в стороны. Сонхва прерывисто выдыхает, на мгновение прикрывая глаза. Хонджун такой открытый, доверчивый сейчас, совсем не похожий на их привычного сильного капитана, что уверенно ведёт их корабль в будущее. Вокалист знает, что он такой только с ним — расслабленный, без маски лидерства, немного наивный и в чём-то невинный. От этого щемит сердце. — Хочу тебя, ну же, — маленькая ступня легонько толкает его в плечо, и Хва снова рычит, чувствуя, как дёргается член и истекает предэякулятом. Хонджун широко ухмыляется, наблюдая за ним из-под полуоткрытых век.       Сонхва одним движением сдвигает его небольшую фигурку ниже, ухватив за лодыжки, и прижимает его колени к груди, улучшая себе доступ. А потом удивлённо моргает, не веря своим глазам. — Где ты это взял? — севшим от возбуждения голосом спрашивает он и пальцами оглаживает ярко-розовую анальную пробку, поблёскивающую от смазки в неярком свете торшера. Лидер смущённо прикусывает губу. — Мне Минки одолжил, — со смешком отвечает он, наслаждаясь вожделением на лице вокалиста. — Сам знаешь, у него чего только нет. А мне хотелось немного развлечься. — Когда-нибудь ты сведёшь меня в могилу, — шёпотом произносит Хва, медленно вытягивая пробку за кольцо. Рэпер чуть хнычет от ощущения и рефлекторно сжимает мышцы. Пробка сантиметров восемь в длину и около четырёх в диаметре. Маленькая, безусловно, меньше члена вокалиста, но позволяет пропустить некоторые этапы подготовки.       Сонхва не удерживается, проталкивает сразу два длинных пальца в растянутое отверстие, наслаждаясь жалобными стонам лидера и хлюпающим звуком смазки. Тот крупно вздрагивает от сверхчувствительности с каждым медленным движением. — Хотел бы я посмотреть на то, как ты растягиваешь себя своими маленькими пальчиками, Джун-а, — мурлычет Хва, поглаживая бугорок простаты, и прикусывает нежную кожу на задней поверхности бедра рэпера. — Прекрати… Дразнить меня, — прерывисто выдыхает Хонджун, подхватывая себя под коленями. — Иначе мои «маленькие пальчики» окажутся в твоей заднице. — Как прикажете, мой капитан, — усмехается Сонхва, вытаскивая пальцы. Он разрывает упаковку от презерватива и после быстро раскатывает по собственному члену, капает смазки. — Позже надо будет поблагодарить нашу принцессу за ценную услугу. С этими словами он одним движением толкается внутрь, погружаясь до основания. Хонджун высоко стонет, закатывая глаза от того, как идеально наполняет его член вокалиста. Некоторое время Сонхва не двигается, давая привыкнуть, но Хонджун, как всегда, всё решает сам.       Он опускает ноги и внезапно сильным движением переворачивает вокалиста на спину, седлая его бёдра. Брюнет лишь восторженно усмехается, наблюдая за рэпером. Джун снова направляет его член в свой анус и нетерпеливо опускается, цепляясь за бок парня, стараясь не потерять равновесие. Сонхва жмурится, заламывая брови от острого удовольствия, от того, как слишком тесно обхватывают его мышцы Хонджуна.       Тот сразу берёт быстрый темп, поднимаясь и опускаясь на упругом члене, еле слышно всхлипывая каждый раз, как головка попадает точно по простате. В этой позе Сонхва так идеально глубоко, что слёзы снова начинают скапливаться в уголках глаз. Вокалист некоторое время пытается перевести дыхание от его действий, пелена желания туманит мозг. А после обнимает Хонджуна за талию и шею, прижимает к своей груди и влажно целует за ухом, облизывая нежную кожу.       Лидер стонет громче от сверхстимуляции, двигается резче, уже приближаясь к пику. Он прикрывает глаза, позволяя себе соскользнуть в волну удовольствия, утыкается носом в изгиб шеи Хва, и цепляется пальцами за его плечи, пытаясь удержаться в этой реальности.       Сонхва сгибает ноги в коленях и толкается бёдрами навстречу, входя так глубоко, как возможно. С каждым толчком небольшая фигура Хонджуна сдвигается на нём выше, который постанывает в его влажную от пота кожу, и вокалист держит его крепче.       Он чувствует знакомые языки пламени, лижущие внутренности, и его темп становится более рваным, пока он преследует собственный оргазм. Лидер крепко зажмуривается от того, как остро всё ощущается, собственный член трётся о пресс Сонхва, и ему хватает пары загнанных движений, чтобы кончить, раскрыв рот в немом крике.       Вокалист останавливается, поглаживает по спине, пока Хонджун мелко подрагивает, отходя от кульминации. Сонхва мягко улыбается и целует его в щёку, когда Ким поднимает на него осоловевшие глаза. Тот улыбается в ответ, а после сжимает мышцы ануса, из-за чего член Сонхва дёргается внутри. — Ты можешь продолжать двигаться, — сипло просит рэпер, обхватив ладонями лицо Хва, и коротко целует пухлые губы. — Точно? — настороженно переспрашивает брюнет, вглядываясь в тёмные глаза напротив. Лидер нежно улыбается и кивает, поправляет его прилипшую ко лбу чёлку. — Пожалуйста. Такое мы ещё не пробовали, — улыбка трансформируется в игривую ухмылку, и Сонхва почти кончает на месте от этого. — Скажи, если будет слишком, — просит он, и возобновляет движения бёдрами, уже чувствуя, как подступает лавина оргазма. Хонджун лишь высоко стонет на это, сталкивается с ним лбом и впивается поцелуем. Он всё ещё в своей послеоргазменной неге, и каждое движение чувствуется в сто раз острее, отчего его не до конца упавший член снова крепнет.       Сонхва отрывается от его губ, загнанно дыша, и толкается чаще, не в силах больше сдерживаться. Последним толчком он входит глубоко, сотрясаясь от наслаждения, и от этого Хонджун кончает снова, почти всухую, лишь несколько капель спермы скапливаются на головке.       Кажется, на несколько мгновений рэпер отключается, потому что приходит в себя только тогда, когда вокалист аккуратно переворачивает его на спину, поглаживая по ладони. — Джуни? Ты как, в порядке? — в его голосе столько беспокойства, что у лидера сжимает сердце от приступа нежности. Он приоткрывает один глаз и смущённо улыбается, видя его встревоженное лицо. — Я отлично, не думал, что это настолько круто, — делится он, прикусывая губу. Сонхва облегчённо выдыхает и на мгновение прикрывает глаза, переводя дыхание. Потом он поднимает голову и устало улыбается, наблюдая за довольным Хонджуном. — Ты как кот, объевшийся сметаны, — сообщает Хва и укладывается рядом, пристраивая голову на грудь Джуна. Тот лениво запускает пальцы в его влажные волосы, мягко поглаживая. — Это была лучшая сметана в моей жизни, — хихикает он, и вокалист усмехается, утыкаясь лицом ему в ключицу. Он решает не комментировать эту реплику, наслаждаясь тишиной, прерываемой их дыханием и стуком сердца рэпера под ухом.       Они лежат вот так, обнявшись, кажется, целую вечность. Хонджун скользит взглядом по потолку и стенам номера, не в силах остановить бешено скачущие мысли. Он чувствует столько всего одновременно, что не может выделить одну эмоцию. Единственное, что он знает наверняка — он не хочет, чтобы это прекращалось.       Его ладонь в волосах Сонхва замирает, и он чувствует, как тот делает глубокий вдох. — Хонджун? — зовёт он, приподнимая голову. Джун смотрит на него блестящим взглядом, и у вокалиста сворачивается тугой узел в животе. — Я… — начинает было говорить лидер, но осекается, не в силах подобрать слова. Сонхва смотрит на него нежно, одобряюще, и от этого тепло расползается в груди. — Ты… — наверное, впервые в жизни он не может нормально выразить свои мысли, и от этого хочется рыдать навзрыд. Сонхва лишь мягко прижимает пальцы к его губам и качает головой. — Не надо, Джун-а. Я знаю, — отвечает он, поднимаясь на подушках выше, вглядываясь в родное лицо напротив. Ему бы тоже хотелось сказать так много всего, попытаться выразить всё, что он чувствует, но он не может. Не сейчас.       Хонджун выдыхает и всхлипывает, позволяя, наконец, слезам пролиться, испытывая облегчение. Он обнимает Сонхва за шею, прижимая к себе, и тот принимается сцеловывать редкие слезинки с его щёк, сглатывая горячий ком в горле. — Спасибо.