Fall Together / Совместное падение

Гарри, возможно, нервничает даже больше, чем Том, когда они оказываются сидящими под Распределяющей шляпой. — Ты бы отлично смотрелся в Слизерине, — шепчет Распределяющая шляпа, пока Гарри отчаянно пытается удержать свои трепещущие нервы от того, чтобы не выплеснуться на Тома. "Как ты работаешь?" — спрашивает Том, полностью игнорируя комментарии Шляпы. «Какие заклинания могут сделать кожаную шляпу способной решать , какому факультету принадлежит ребенок?» Распределяющая шляпа издает сухой смешок. Кажется, у нее недостаточно сил, чтобы заглянуть достаточно далеко в разум Тома, чтобы заметить Гарри, скрывающегося там в темноте. «Да, ты преуспеешь в Слизерине, но еще лучше ты справишься в Рейвенкло!» Без каких-либо внешних признаков радости или печали Том возвращает шляпу неудивленному Дамблдору и решительными шагами направляется к столу Рейвенкло. Гарри испускает тихий вздох облегчения. Он уверен, что жизнь Тома станет намного проще теперь, когда ему не придется ежедневно сталкиваться с предрассудками Слизеринского факультета. Разделение тела с Томом означает, что Гарри испытывает все то же, что и Том. Он чувствует то, что чувствует Том, он пробует то, что пробует Том. Когда Тому холодно, Гарри тоже. Когда Том режет палец, Гарри тоже чувствует эту боль. И когда Том наблюдает, как на столе перед ним появляется больше еды, чем он когда-либо видел, Гарри не может дождаться, чтобы снова попробовать удивительные пиршества Хогвартса. Еда в приюте была простой и безвкусной. Много отварного картофеля, овсяных каш и водянистых овощных супов. — Ты не солгал про приветственный пир в Хогвартсе, — шепчет Том, пока окружающие дети начинают накладывать еду свои тарелки. Гарри чувствует нерешительность Тома, что попробовать в первую очередь. — Попробуй всего понемногу, — предлагает Гарри, слишком хорошо понимая, как ошеломлен Том. Он помнит свой первый приветственный пир и свое неверие в то, что сможет съесть столько, сколько захочет. — Но не переусердствуй, а то тебе станет плохо. Тому удается держать себя в руках, добавляя на свою тарелку небольшие порции жареного картофеля, лука-порея со сливками, отбивных из фарша и ростбифа. В приюте никогда не было много мяса, и Том смакует каждый кусочек баранины и говядины, закрывая глаза от удовольствия. Гарри посылает ему все теплые волны счастья, какие только может, потому что он тоже наслаждается всей едой, которую они пробуют. Когда позже тем же вечером они укладываются в постель в Башне Когтеврана, Том снова оказывается гораздо более проницательным, чем Гарри иногда считает. «Кажется, ты очень обрадовался, что я попал в Рейвенкло», — тихо говорит Том в уединении их кровати, синие занавески вокруг них плотно задернуты. Гарри вздыхает. «Я считаю, что шляпа была права. Из тебя вышел бы отличный слизеринец. Но жизнь в том доме была бы для тебя намного сложнее, и я рад, что ты избавился от этого. Том на мгновение кусает губу, обдумывая слова Гарри. «Я действительно считал Слизерин факультетом для себя», — наконец признается он. «Но я думаю, что Рейвенкло подходит гораздо лучше. В конце концов, большая часть моих амбиций связана с изучением как можно большего количества магии. — Думаю, ты прав, — говорит Гарри, полный гордости за ребенка, которого он помог воспитать своим собственным, странным образом. Том Реддл в том виде, в каком он сейчас, далек от подлого, сломленного мальчика, которым он был раньше. В течение их первой недели в Хогвартсе вскоре становится ясно, что Том вписывается в Рейвенкло, как нюхлер вписывается в Гринготтс. Том любит Хогвартс, это неудивительно. Но Том также искренне любит , когда его окружают другие дети, которые стремятся и хотят изучать как можно больше магии. Гарри много рассказывал Тому о волшебном мире в целом на протяжении многих лет, но он намеренно воздерживался от обучения какой-либо настоящей магии, за исключением нескольких заклинаний, необходимых Тому, чтобы сделать жизнь в приюте комфортной. Гарри не хотел, чтобы Том приехал в Хогвартс и скучал на уроках, потому что уже знал весь материал. Но теперь Том заводит дружбу со своими однокурсниками из Рейвенкло. Том с нетерпением ждет возможности провести время с этими детьми в библиотеке, где они смогут вместе делать домашнее задание и обсуждать любые магические темы, пока не наступит комендантский час и библиотекарю не придется их практически выгонять. В приюте Том всегда был немного одиноким, главным образом потому, что его интеллект настолько превосходил его сверстников, что никто не мог за ним угнаться. И у Тома никогда не хватало терпения общаться с детьми, у которых не было такой же ненасытной жажды знаний, как у него. Но теперь в Рейвенкло полно детей, которые так же хотят учиться, как и Том. И хотя ни один из них не может сравниться с гениальным уровнем интеллекта Тома, есть много детей, которые достаточно умны, чтобы не отставать от него. Так впервые в жизни у Тома появились настоящие друзья. Люди его возраста, с которыми ему нравится проводить время. И Гарри так рад видеть, как Том медленно, но верно становится менее асоциальным ребенком. У него складывается отчетливое впечатление, что Том наконец-то осознал, что значит быть человеком, живущим среди себе подобных, даже если тот все еще время от времени любит проводить время в одиночестве. Преподаватели полностью очарованы Томом, включая Дамблдора. Том — вежливый ученик, всегда рад ответить на вопросы, но не требует постоянного внимания. И быстро становится очевидным, что Том невероятно талантлив во всех видах магии. Он первый превращает жуков в пуговицы и заставляет летать перья, и все это кажется ему совершенно легким. Вот почему это немного шокирует, когда после двух недель в школе Том плюхается на кровать и с усталым вздохом говорит: «Неужели это будет продолжаться еще семь лет?» Гарри удивленно вздыхает. "Том? Я думал, ты любишь Хогвартс. — Да, — быстро отвечает Том, пиная простыни ногой. «Я люблю замок и люблю изучать магию. Просто… иногда он становится таким громким. В Большом зале и в коридорах. Это утомительно». — Это то, что мы можем легко исправить, — говорит Гарри, облегченно вздыхая. «Завтра мы поищем какие-нибудь чары, которые помогут тебе заглушать звуки». «Наверное, это помогло бы», — соглашается Том и поднимается, чтобы пойти почистить зубы. — Спасибо, Гарри. Первый негативный опыт Тома в Хогвартсе случается всего через месяц занятий. День пятницы, и после напряженной недели Тому нужно немного побыть в тишине, поэтому он прогуливается по замку в одиночестве. Они нашли несколько чар, чтобы помочь Тому избавиться от самого сильного шума в голове, но Том все еще время от времени нервничает, и ему нужно время, чтобы расслабиться. — Ну-ну, — говорит гнусавый голос позади них. — Разве это не грязнокровный любимчик профессоров? Сощурившись, Том медленно оборачивается и видит двух слизеринцев-первокурсников, стоящих позади него и достающих палочки. Гарри думает, что он узнает Малфоя и Лестрейнджа. — Просто для информации, — говорит Том с легкой улыбкой. «Я полукровка. И есть причина, почему я так нравлюсь профессорам. Позвольте мне продемонстрировать». И без дальнейших предупреждений Том поднимает обе руки, палочки не видно, и бросает два парализатора. Малфой и Лестрейндж падают, не успев даже поднять палочки. «С каких пор ты можешь колдовать двумя руками одновременно?» — удивленно спрашивает Гарри. Он определенно никогда раньше не видел, чтобы Том справлялся с этим. Или даже пробовал, если уж на то пошло. — С сегодняшнего дня, — говорит Том, продолжая свой путь, оставляя двух бессознательных слизеринцев в пустом коридоре. «Я некоторое время размышлял над теорией, стоящей за этим, и не нашел причин, по которым нельзя было бы использовать обе руки для беспалочковой магии. Сейчас самое время проверить мою теорию. — Умница. Гарри светится от гордости, прежде чем немного протрезвеет. Эта конфронтация определенно привлекла внимание слизеринцев к Тому, и Гарри понимает, что пришло время усилить способность Тома защищать себя. «Том, я думаю, пришло время научить тебя нескольким заклинаниям щита. И нескольким проклятиям. «Можем ли мы использовать Выручай-комнату?» — спрашивает Том, все его лицо светится в предвкушении. У них еще не было времени посетить Комнату, и Том, очевидно, более чем готов исследовать почти мифическое место, о котором Гарри так часто рассказывал ему. — Конечно, — отвечает Гарри, и прежде чем он успевает сказать больше, Том уже бежит на седьмой этаж. В течение следующих нескольких месяцев Гарри обучает Тома некоторым основам дуэлей в большой дуэльной комнате, предоставленной Выручай-Комнатой. И это тоже хорошо, потому что вскоре становится ясно, что Малфой и Лестрейндж недовольны тем, что полукровка с Рейвенкло так легко их победил. Эти двое слизеринцев поставили перед собой личную миссию — опустить Тома на столько ступеней, на сколько они смогут. Они подстерегают за углами и доспехами, чтобы проклясть Тома в спину. Том спокойно относится ко всему и не позволяет издевательствам отнять у него радость от изучения магии. — Это хорошая практика, Гарри, — говорит Том с той практичностью, которой Гарри восхищается. Том редко позволяет своим эмоциям влиять на какие-либо действия, предпочитая использовать холодную, жесткую логику, чтобы обходиться в жизни. «Я стал намного лучше уклоняться и накладывать щиты, чем когда-либо, посещая занятия по защите в одиночку». — Ты прав, — соглашается Гарри, хотя он все еще злится каждый раз, когда тот становится мишенью. Том обычно закатывает глаза, когда Гарри разглагольствует об этих трусливых нападках, но всегда одновременно вспыхивает теплая признательность. Во время рождественских каникул, когда Хогвартс опустел, а общежитие принадлежит Тому, Гарри показывает ему, как пройти в Комнату со спрятанными вещами. К настоящему времени Том освоил несколько заклинаний обнаружения, которым его научил Гарри, и Гарри чувствует себя комфортно, позволяя Тому копаться во всех горах потенциально проклятого хлама. Естественно, Том собирает все книги, которые он может найти, независимо от их состояния или темы. Гарри учит его, как расширить несколько сумок, которые им попадаются, чтобы Том мог хранить все свои новые сокровища. Тому приходилось довольствоваться фондом Хогвартса для бедных студентов, и он мог позволить себе только очень простой чемодан без каких-либо дополнительных функций. Но таким образом он все еще может начать собирать свою личную библиотеку. «Мы вернемся до лета», — обещает Гарри Тому, пока они перебирают всевозможные предметы, которые смогут продать. Жезлы, котлы, весы, инструменты для вырезания рун и бесконечное множество одежды. «Мы оставим то, что тебе нужно, а остальное продадим. Таким образом, у тебя будет немного денег на ближайшие годы». — Я мог бы снять комнату в «Дырявом котле», — говорит Том, собирая палочки, которые они нашли. Ни одна из них не подходит Тому, поэтому их всех можно продать. — Так мне не придется возвращаться в приют. Это именно то, что Гарри планирует сделать, когда Том немного подрастет и в Лондоне начнется Блицкриг. Тому будет намного безопаснее в Косом переулке, чем в маггловском Лондоне. — Сомневаюсь, что они позволят мальчику остаться в пабе на все лето, не задавая вопросов, дорогой. Но через несколько лет ты станешь достаточно взрослым, и всем будет наплевать». Плечи Тома опускаются, и он пинает помятый квоффл, отбрасывая его в ближайшую кучу сломанной мебели. — Мне не нравится в приюте. — Я знаю, — успокаивающе говорит Гарри. — Но это только на несколько лет. И прежде чем мы покинем Хогвартс в июне, я покажу тебе, как обойти надзор. Это сразу оживляет Тома. — Я смогу творить магию? — В пределах разумного, — сурово говорит Гарри, хотя в то же время не может сдержать смешок. Том такой нетерпеливый маленький волшебник. «Ты можешь использовать ее, чтобы чувствовать себя комфортно и безопасно. Но это все». "Ага-ага." Том снова начинает рыться в коллекции журналов по квиддичу. — Я не стану проклинать магглов просто так, не волнуйся. Гарри прекрасно знает, что это именно то, что сделал бы Том, если бы думал, что ему это сойдет с рук. Том не поддерживает никаких кровных предубеждений и не считает себя лучше, потому что у него есть магия. Но многие дети старшего возраста в приюте на протяжении многих лет причиняли Тому боль. Все, от подножки в коридоре до кражи еды. И Гарри уверен, что Том хотел бы немного отомстить теперь, когда он прилежно изучает магию. Они берут с собой только несколько предметов для продажи, оставляя остальные для сбора в какой-то момент в будущем. Маленький ребенок с кучей товаров для продажи вызовет подозрение, и Гарри хочет избежать этого любой ценой. Но таким образом у Тома будет дополнительное золото, которое можно потратить на припасы на следующий год, хотя Гарри уже совершенно уверен, что все это будет потрачено на новые книги. До сих пор Гарри еще не упоминал Тому о Тайной комнате или василиске. В основном для того, чтобы Том не потребовал встречи с этой чертовой тварью как можно скорее. Гарри считает, что Тому будет гораздо лучше подождать несколько лет, прежде чем встретиться лицом к лицу со змеем-убийцей. Но как только он это сделает, Гарри уверен, что Том сможет уговорить василиска отказаться от части его яда, плюс они смогут собрать часть сброшенной кожи. Это принесет им небольшое состояние. Том - самый молодой ученик, которого когда-либо приглашали в клуб слизней Слагхорна. Слагхорн обычно ждет, пока ученики не перейдут хотя бы на третий курс, прежде чем он их пригласит. Но Том такой талантливый ученик, что Слагхорн не может удержаться от того, чтобы рано добавить его в свою коллекцию. Это позволяет Тому встречаться со всевозможными интересными людьми, как нынешними, так и бывшими студентами. И хотя Тому нет дела ни до игроков в квиддич, ни до служащих министерства, которых приглашает Слагхорн, он очарован мастерами нескольких предметов, с которыми ему приходится встречаться. Мастер рун, мастер чар и мастер трансфигурации. Том задает им столько вопросов, сколько вежливо задавать во время интимного званого ужина. Всякий раз, когда кто-нибудь из гостей Слизнорта спрашивает Тома, на каком предмете он хочет специализироваться, когда вырастет, Том всегда отвечает: «На всех». Это обычно вызывает тихий смех со стороны взрослых, потакающих нереалистичным мечтам ребенка. Но Гарри знает Тома намного лучше, и его ничуть не удивит, если Том в конечном итоге станет мастером практически во всех интересующих его предметах. Том гений, несмотря на свой юный возраст. Остальной учебный год проходит примерно так же. Том проводит время, обсуждая со своими друзьями всевозможную магию. Он посещает каждую вечеринку, которую организует Слагхорн. Он уворачивается от любой магии, которую Малфой и Лестрейндж бросают в его сторону, отвечая метким проклятием примерно в половине случаев. В других случаях Том просто игнорирует слизеринских хулиганов, что, кажется, еще больше их бесит. Том получает высшие оценки на выпускных экзаменах, что никого не удивляет. Гарри следит за тем, чтобы Том сварил зелье старения прямо перед тем, как пришло время покинуть школу. "Действительно?" — подозрительно спрашивает Том, добавляя в котел нарезанные корни дуба. «Зелье старения может обойти надзор? Это все, что нужно? — Ага, — весело отвечает Гарри. Он был так же оскорблен, когда узнал секреты незамеченного разрыва надзора во время обучения авроров. «Прими зелье старения после выхода из замка, и ты сразу потеряешь за собой надзор. Лучше всего делать это в туалете Хогвартс-экспресса. Эффект должен длиться всего минуту, но тогда никто не заметит, что ты делаешь». Том именно так и делает. Он запирается в туалете, раздевается, чтобы не повредить одежду, и принимает зелье. Он вырастает на фут менее чем за минуту и ​​в изумлении смотрит на свое лицо в маленьком зеркале, прежде чем зелье перестает действовать, и ему снова становится двенадцать лет. — Ты определенно станешь очень красивым мужчиной, — указывает Гарри, пока Том снова одевается. «У тебя не будет проблем с девушкой, когда ты немного подрастешь. Или парнем». Удивительно, но Том полностью игнорирует замечания Гарри, но почему, Гарри не уверен. До сих пор всякий раз, когда Гарри упоминает, что у Тома будут какие-либо романтические отношения, в ответ он всегда получает молчание. Ах хорошо. Том еще ребенок, поэтому в будущем у него будет достаточно времени для любых разговоров о безопасном сексе. Хотя Том явно разочарован тем, что ему снова приходится возвращаться в приют, благодаря возможности использовать магию, жизнь в приюте не так уж и плоха. Все вещи Тома охраняются, поэтому никто не может их украсть или уничтожить. И Тому нужно всего лишь несколько раз бросить свои обычные заклинания без палочки, прежде чем старшие дети вспомнят, что лучше не связываться с Томом Реддлом и просто оставить его в покое. Миссис Коул очень рада его видеть и, к его большому удовольствию, выделяет Тому отдельную маленькую комнату. Том выполняет простую работу по дому, которую он должен выполнять в приюте, и три раза в день спускается в столовую, чтобы отведать простую, безвкусную пищу, но все остальное время он проводит, растянувшись на своей кровати, и читает то множество книг, которое он забрал из Выручай-Комнаты. Они посещают Косой переулок несколько раз. Один раз, чтобы продать предметы, которые Том принес с собой из Комнаты, а в остальное время просматривая все букинистические магазины, которые они могут найти. Выбор книг Тома весьма разнообразен, к большому удовольствию Гарри. Там есть введение в алхимию, а также толстый том о домашних заклинаниях. Конечно, Том находит хорошее применение последнему, чтобы ускорить свои дела в приюте, чтобы он мог проводить больше времени за чтением. Второй год проходит почти так же, как первый. Профессора практически боготворят землю, по которой ходит Том, как и большинство студентов, за исключением нескольких избранных слизеринцев. Малфой и Лестрейндж продолжают издеваться, а Том продолжает использовать эти инциденты в качестве практики для своих дуэльных навыков. «Не могли бы вы приложить больше усилий для использования более сложных проклятий?» — спрашивает Том однажды ноябрьским днем ​​после того, как он обезоружил и Малфоя, и Лестрейнджа менее чем за полминуты. «Ваш репертуар заклинаний немного упрощен, и это больше не представляет для меня особых проблем». Гарри хихикает, глядя на полные недоверия лица слизеринцев, а Том уходит, словно ему наплевать на весь мир, по дороге роняя их палочки на каменный пол. И когда месяц спустя Лестрейндж выпрыгивает из-за доспехов, выпуская болезненно-желтое проклятие в сторону Тома, все лицо Тома светится от радости, пока он отбивает проклятие усовершенствованным щитом, которому его научил Гарри. — Это было проклятие, ломающее кости? — с восхищением спрашивает Том. — Молодец, Лестрейндж. Я надеялся, что ты будешь использовать именно такие проклятия. Понятно, что Малфой и Лестрейндж заставляют старших учеников учить их как можно большему количеству ужасных проклятий. Том постоянно в восторге от их растущего репертуара и увеличивает свои собственные исследования различных проклятий. В течение учебного года Гарри замечает, что Том далеко не так обаятелен, как Гарри думал. О, Том по-прежнему вежлив со всеми, кто его окружает, и он, безусловно, может быть очень обаятельным, когда прикладывает к этому некоторые усилия, но в основном Том просто ведет себя как Том. Немного отчужденный, сильно зацикленный на том, чтобы узнать как можно больше, и в основном живет под удар собственного барабана. И что удивительно, за это его никто не ругает. Все они согласны с тем, что этот молодой гениальный мальчик с Рейвенкло временами будет немного странным и будет делать все по-своему, не пытаясь постоянно угождать другим. На самом деле, люди, кажется, находят очаровательным само по себе то, что Том не заинтересован в том, чтобы все время притворяться. Чем больше он думает об этом, тем больше Гарри уверен, что это не только потому, что у Тома немного другое воспитание, но и потому, что на этот раз он из Рейвенкло. Никто не подозревает его, меньше всего Дамблдор. Тому нечего доказывать ни ученикам, ни профессорам. Они собирают еще больше хлама из Выручай-Комнаты для Тома, чтобы продать, прежде чем покинуть Хогвартс на еще одно лето в приюте. «Только это и следующее лето, Том, а потом ты должен остаться в Дырявом котле до конца своего обучения в Хогвартсе», — терпеливо говорит Гарри, когда Том снова ворчит о том, что ему придется вернуться к магглам. Тем летом Том открывает для себя мастурбацию. В одной из книг из Выручай-Комнаты есть несколько глав о сексуальной магии с подробными описаниями и очень откровенными картинками. Том тринадцатилетний мальчик, поэтому его тело реагирует предсказуемым образом. Том запирает дверь своей спальни взмахом палочки и приступает к работе со своим твердым членом. Гарри вежливо делает вид, что его не существует, пока Том не закончит. Однако оргазм доставляет удовольствие, и Гарри смутно понимает, что скучает по сексу. Никто не упоминает об этом после того, как Том приводит себя в порядок. С этого момента Том регулярно мастурбирует, как и следовало ожидать от большинства мальчиков-подростков, но всегда максимально быстро и эффективно. Кажется, что Том считает мастурбацию такой же рутиной, как принятие душа или чистка зубов. Гарри ничего не говорит, так как считает важным, чтобы Том разбирался во всех этих интимных вещах самостоятельно, без того, чтобы Гарри совал свой нос. На третьем курсе Том добывает пропуск в Запретную секцию благодаря Слагхорну. Честно говоря, Гарри довольно удивлен, что это заняло так много времени. Том проводит столько времени, сколько возможно, просматривая все запрещенные книги. Гарри не мешает ему ничего читать. Гарри вырастил троих детей, и он очень хорошо знает, что если сказать ребенку, что он не может делать что-то, что его привлекает, это гарантия того, что ребенок все равно это сделает. Гарри позволяет Тому читать то, что он хочет, а затем обсуждает все, что он узнал, столько, сколько Тому нужно, чтобы развить тонкое понимание всех аспектов магии. Гарри знает, что его ждет, но его все еще охватывает холодный страх, когда Том впервые встречает слово «крестраж». — Гарри, — говорит Том, полный безумного возбуждения. — Думаешь, это способ стать бессмертным? Том не особенно боится смерти, не больше, чем обычный человек. Но он всегда ищет способы узнать все больше и больше, и долгая жизнь, безусловно, позволит ему провести вечность, приобретая знания. — Не совсем, — говорит Гарри так спокойно, как только может. «Душа — это то, кто ты есть. Ее разделение изменит тебя таким образом, что ты станешь неузнаваем даже для себя». Гарри делает паузу на мгновение, чувствуя, как волнение Тома медленно угасает. «Кроме того, ритуалы, требующие человеческих жертвоприношений, всегда имеют последствия». — Какие последствия? — тихо спрашивает Том, глядя на страницы «Тайны наитемнейших искусств» широко открытыми глазами. — Безумие, — говорит Гарри настолько размеренным тоном, на какой только способен. Том мгновенно закрывает книгу. — Полагаю, это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Потом кладет книгу обратно на полку и пожимает плечами. «Кроме того, можно сделать вывод, что метод не очень успешен в плане обеспечения долголетия. Если бы это было так, мы были бы окружены многовековыми ведьмами и волшебниками, у которых на шее висит крестраж». — Именно так, — говорит Гарри, внезапно наполняясь сияющей гордостью. Как далеко же зашел Том, что он так рационально сопротивляется искушению, которое погубило его в прошлой жизни. Потому что чем старше становится Том, тем больше Гарри понимает, что этот умный и амбициозный Рейвенкловец всегда прятался внутри Тома Марволо Реддла. У него просто не было возможности нормально развиваться из-за неадекватного воспитания и неудачного распределения на факультет. Хотя Том проводит много часов в Запретной секции до конца года, он больше никогда не ищет никакой информации о крестражах. Они планируют провести еще одно лето в приюте. Том снова ворчит, вытаскивая свой чемодан со станции с мрачным выражением лица. Он сразу же останавливается, все тело застыло в шоке, когда он видит, в каком разваливающемся состоянии находится Лондон после девяти месяцев постоянных бомбардировок. — Черт, — шепчет Том, что показывает его искреннее смятение, потому что Том почти никогда не ругается. На мили и мили здания разрушены, огромные груды щебня загромождают каждую вторую улицу. Некоторые здания исчезли полностью, оставив после себя огромные кратеры. Гарри знал, что приближается Блицкриг, но не был уверен, когда именно. «Да, хорошо. Пойдем, скажем миссис Коул, что ты проведешь лето в доме друга, а потом сможешь снять комнату в «Дырявом котле». Тому не нужно повторять дважды, и он маневрирует со своим чемоданом по разрушенным улицам так быстро, как только может. Миссис Коул более чем понимающая, ведь она уже несколько месяцев переживает бомбардировки. Все младшие дети приюта отправлены в деревню, остались только подростки. Всех их заставляют расчищать завалы и выкапывать тела из-под множества обрушившихся построек. На самом деле, миссис Коул, похоже, искренне рада, что этим летом у нее будет на одного мальчика меньше. Владелец «Дырявого котла», волшебник по имени Фрэнк Уайтингдейл, и глазом не моргнул, когда Том спрашивает, может ли он снять комнату на лето. Поскольку Том все еще учится, Фрэнк делает ему небольшую скидку. На следующий день Том уходит, чтобы продать больше вещей Выручай-комнаты, чтобы у него было достаточно золота, чтобы прожить с ним все лето. Гарри приятно удивлен, когда следующие несколько дней Том ходит от магазина к магазину, спрашивая, не нужна ли им помощь. В конце концов Том находит подработку в аптеке, чтобы помогать пополнять запасы на полках по утрам. Том делает такую ​​хорошую работу и демонстрирует так много знаний о зельях, что вскоре он также помогает за прилавком, когда в магазине становится особенно многолюдно. Поскольку Том постоянно занят, лето заканчивается, прежде чем они это узнают, и у Тома больше золота, чем в начале, даже несмотря на то, что он остался жить в Дырявом котле. — Раз ты проявил такую ​​зрелость этим летом, я дам тебе награду, — говорит Гарри, когда они садятся в Хогвартс-экспресс, и оба хотят вернуться в школу. Несмотря на то, что Косой переулок хорошо охраняется и бомбы не настигли их там, Гарри все же более чем счастлив, что они вернулись в Шотландию. Том сразу оживляется. — Какая награда? — Огромная, — говорит Гарри с понимающим смешком. Ему не терпится увидеть реакцию Тома на Тайную комнату. — Но тебе придется подождать, пока мы не будем в Хогвартсе. "Гарри!" Это сказано с явным нытьем, потому что Том очень плохо справляется с неожиданностями. К счастью, некоторые из друзей Тома присоединяются к нему в его купе, и он вынужден оставить все как есть до конца путешествия. На следующий день после уроков Гарри говорит: «Иди в туалет для девочек на втором этаже». Том колеблется на мгновение. — Это какая-то странная гриффиндорская шутка? Гарри не может сдержать смех из-за колебаний Тома. — Обещаю, дорогой, тебе это понравится. "Хорошо." Голос Тома все еще звучит немного сомнительно, но он идет быстрыми шагами. Он уклоняется от изгоняющего внутренности проклятия Малфоя и защищается от плавящего кожу проклятия Лестрейнджа. «Хороший спектр заклинаний», — кричит им Том, торопясь. — Я бы вызвал тебя на дуэль, но сейчас у меня мало времени. Я скоро свяжусь с тобой, обещаю!» Том убеждается, что они одни в туалете. — Найди кран со змеей, выгравированной на нем, — говорит ему Гарри, и его голова кружится от предвкушения. Все еще явно неуверенный, дурачится Гарри или нет, Том ходит по комнате, пока не находит нужную раковину. — А теперь скажи, чтобы он открывался на парселтанге, — шепчет Гарри. Моргая, Том смотрит на себя в зеркало широко раскрытыми глазами. Прошлым летом у него был значительный всплеск роста, отчасти благодаря сытной еде, которую они ели в «Дырявом котле», и теперь он ростом со среднего человека. И Гарри знает, что он еще даже не вырос. С осторожным вздохом Том говорит: « Откройся ». Том отпрыгивает как минимум на два фута, когда вся стена начинает двигаться. Гарри в восторге от ответа Тома. Это даже лучше, чем он надеялся. «Возьми свою «Падающую звезду» и увеличь ее», — говорит Гарри, когда обнаруживается зияющая темная дыра в полу. С первого курса Гарри уговаривал Тома держать в сумке сморщенную метлу на всякий случай. Они нашли несколько старых метел в Выручай-Комнате, и Том оставил себе самую исправную из них, а остальные продал. — Что там внизу? — спрашивает Том, следуя инструкциям Гарри. Он садится на метлу и осторожно отталкивается, опускаясь в темный туннель. Он зажигает огонек, чтобы увидеть, куда он идет, прежде чем приказать туннелю снова закрыться. Никому другому не стоило бы наткнуться на этот секрет. Хотя Том и двух кнатов не может дать за квиддич, он очень хорошо летает. Путешествие по темному туннелю к металлической двери проходит более чем гладко. Еще одна команда парселтанга от Тома, и они медленно летят в огромную комнату, украшенную всевозможными деталями змеиной тематики. — Это… это Тайная Комната? — спрашивает Том, медленно приземляясь. Метла со стуком падает на пол, а Том оборачивается, снова и снова осматривая всю комнату. — Так оно и есть, — говорит Гарри с сильной волной удовлетворения. «Теперь, не хотели бы вы встретиться с василиском?» Том тут же перестает двигаться, волна ледяного страха захлестывает его. — На хрена, Гарри?