Space And Time

Тони Старк сидел в своей лаборатории и застывшим взглядом смотрел на множество голографических экранов с бесконечными формулами, расчетами и схемами. Из-за долгой тяжелой работы у него разболелась голова и спина, а глаза заметно покраснели. Но, пока решение на поставленную задачу не было найдено, Тони просто не мог себе позволить нормально отдохнуть и выспаться. Откуда-то с боку выпорхнула дымящаяся белая кружка и мягко опустилась на свободный от черновиков и прочих бумаг пятачок стола. - Кофе? – немного заторможено спросил Старк. - Чай, - ответила Пеппер и, встав за креслом, мягко обняла мужчину. Не отрываясь от экранов, Тони откинулся назад и взял узкие ладони женщины в свои. - Что-нибудь удалось узнать? – осторожно спросила Вирджиния. - Нет, - задумчиво отозвался Тони. – Ни черта не понятно, что это за кристалл и как работает. По большей части это обычный кусок породы, только притащенный из другого мира. Иногда он на какие-то доли секунды начинает испускать странное излучение, но мы никак не можем установить его природу и характер. Хм… Для чего-то же Локи собирался его использовать?... Черт, хотелось бы мне, чтобы реальность была похожа на приключенческие фильмы и злодей обязательно бы выдавал главным героям подробный отчет о готовящимся порабощении мира. - Да, это бы многое упростило, - с ироничной улыбкой кивнула мисс Потс. – А что на счет Натали? - Тоже ничего, - вздохнул Старк. – То есть вообще. Она в центре уже неделю, а они даже малейшего отклонения от ее обычной нормы не обнаружили. По крайней мере, в физическом плане. - А в психологическом? – немного обеспокоенно уточнила Верджиния. - Она жалуется, что ей снятся странные сны, - пожал плечами мужчина. – Она их не запоминает, но они ее беспокоят. - Все сны странные, - ответила его подруга. – Но лучше когда они есть, чем вообще без них. Поэтому давай, идем спать. Мир вполне может подождать ответ на загадку о камне, пока гений Старка отдыхает. - А если отдых не поможет? – прыснул Тони, прижавшись заросшей колючей щетиной щекой к худому женскому предплечью. - Тогда Мстители поймают Локи и заставят его самого все рассказать, - отмахнулась Пеппер и, взглянув на своего парня, ласково улыбнулась. Мистер Старк, Железный Человек и «достояние Соединенных Штатов Америки», крепко спал в кресле за рабочим столом, прижимая руки любимой к своей груди. Под переплетенными пальцами, сквозь черную майку, мерным голубовато-белым светом горело его «сердце». - Таким вот образом Коулсон забрал пол моей зарплаты. Так что не видать мне того харлея, о котором я тебе рассказывал, еще как минимум месяц, так как занять мне никто не хочет… Черт! Нэт, хорош ржать! У друга твоего, между прочим, горе! - Не хрен было с Филом в покер играть! – некуртуазно хрюкнув от смеха, ответила Наташа. – У него же покерфейс непробиваемый! - Бла-бла-бла, - обиженно передразнил подругу Бартон. – Сволочи вы все. Нет чтобы пожалеть… - Подставился – расплачивайся, - злорадно оскалилась Черная Вдова и чуть было не подавилась новой порцией хохота, выслушивая витиеватую непереводимую игру слов лучника. - Ладно, успокойся, - миролюбиво произнесла рыжая, прижимая айфон к другому уху. – Лучше расскажи еще что-нибудь. - Ну что еще рассказать, - задумчиво протянул на другом конце Клинт. – О! Помнишь Барбару Морс? - Которая Бобби? – припомнила Романова. - Да, она самая, - Наташа была уверена, что в этот момент ее невидимый собеседник согласно кивнул. – Недавно пересекся с ней опять и на этот раз она согласилась вместе выпить. - М, поздравляю, - помедлив, ответила рыжая. – Она видимо решила, что проще один раз сходить с тобой куда-нибудь, чем постоянно отбиваться. - Смейся-смейся, но у нас с ней все серьезно, - заверил ее Бартон. - Ты еще на свидание с ней не был, а уже делаешь выводы, - закатила глаза Наталья. – Как это на тебя похоже. - Но ты же пожелаешь мне удачи? – уже не таким уверенным голосом попросил мужчина. - Конечно, - мягко улыбнулась его подруга. – Но все это здорово, а что творится на работе? - Нэт, ты же знаешь, что мы не имеем права говорить о том, что происходит в организации, - неожиданно серьезно сказал Соколиный Глаз. - Брось, Бартон, - беззаботно произнесла Наташа. – Ты мне не доверяешь? - Я-то тебе доверяю. Но ты сейчас недействующий агент. По правилам тебе нельзя разглашать никакую информацию без особого распоряжения сверху, - бесстрастным тоном выдал Клинт и с искренним сожалением в голосе добавил, - Прости. - Не извиняйся, я все понимаю, - отмахнулась Романова. – Но в целом как? - В целом все нормально, - легко ответил лучник. – Ладно, Нэт, был рад поболтать, но мне пора. Давай не скучай там без нас. И не забудь про сувениры! - Пока, - отстранено отозвалась Наташа, слушая гудки. Рыжая бросила замолчавший телефон на диван и, прижавшись спиной к стене, вытянула ноги на широком длинном подоконнике. За окном шумел и жил своей утренней жизнью огромный душный город. - Мисс Романофф, я все понимаю, но мы сейчас просто не можем вас отпустить, - успокаивающим тоном произнесла доктор Роббинс. – Исследования еще не закончились и… - Нет, не начинайте, - жестко оборвала ее Наталья. – Вы уже целую неделю меня обследуете и так ничего и не нашли. Вы только зря тратите свое и мое время. Я нужна на службе. - Нам не поступали никакие распоряжения о том, чтобы мы срочно вернули вас обратно в ЩИТ, - похолодевшим тоном ответила врач. – Как видно, без вас там вполне спокойно обходятся. Поэтому пока вы остаетесь с нами и я искренне советую вам расслабиться и пойти нам навстречу. Вы себя сами накручиваете, а ваше нервное состояние сделает только хуже. Так что, прошу вас, мисс Романофф, сделайте в первую очередь себе одолжение и набирайтесь сил, пока вас вновь не призвали убивать. - И в чем-то она права, - задумчиво подвела итог Ева. – У тебя явный стресс. Неужели ты до такой степени трудоголик, что не в состоянии получить удовольствие от отпуска? Пускай такого, не совсем правильного, но все-таки отпуска. Наташа крутанулась на месте и со всего размаха в очередной раз двинула пяткой по боксерской груше. Отступила на шаг от раскачивающегося снаряда и растопыренными пальцами зачесала назад упавшие на лоб мокрые рыжие пряди. - Ева, ты издеваешься? – переведя дух, спросила шпионка. Фруа в своем безопасном уголке в конце спортивного зала развела руками и пожала плечами. - А что? – непонимающе спросила она, поднимаясь со скамейки и направляясь к подруге. – Живешь в центре, в красивой квартире. Еда из хорошего ресторана, спать можно сколько угодно. Конечно, нужно ежедневно ездить к докторам, но всего на несколько часов, а потом свободная как птица. Что тебе еще от жизни нужно? Романова помолчала, немного покусав нижнюю губу, и вздохнула. - Не этого, - прижав замотанную эластичным бинтом ладонь к успокоившейся груше, ответила она. – На самом деле я даже не из-за бездействия больше бешусь. - А из-за чего? – поинтересовалась Ева, склонив голову к плечу. - Я подозреваю, что меня не возвращают в целях безопасности, - глухо произнесла «мстительница». – В нашем безумном мире может случиться все что угодно. А тут выдрессированная убийца неожиданно проявляет чудеса самоисцеления… Я бы на месте Фьюри тоже бы такого агента отстранила на максимально возможный срок. В целях безопасности. - Ты боишься, что с тобой что-то не так? – искренне забеспокоилась Ева. - Я допускаю, что со мной может быть что-то не так, - поправила ее Наташа. – Так просто ничего не случается. А тут еще эти сны… - До сих пор снятся? – сочувственно улыбнулась брюнетка. - Ага, - кивнула Романова и, подойдя к скамейкам, достала из спортивной сумки бутылку с водой. - Я помню их всего пару минут после пробуждения, а потом они полностью стираются, - после нескольких глотков, рассказала Наташа. – Остается только набор чувств, которые я испытывала во сне. - Что-то приятное? – игриво подколола подругу Фруа. - Когда как, - призадумавшись, ответила та. – Иногда грусть, иногда счастье. Радость или горе. В общем, на разнообразие не пожалуешься. - Неужели раньше тебе не снилось ничего подобного? – скептически нахмурилась Ева. - Не так ярко, - повела плечом Романова и села по-турецки на ближайший мат. С усилием потерла виски, а затем переносицу. - Млять, как меня все задолбало, - выругалась она по-русски. Фруа, которая по интонациями примерно догадалась о содержании прозвучавшей фразы, присела рядом и тепло обняла подругу. Наташа вяло уронила голову ей на плечо. - Знаешь, пора что-то менять, - отрешенно произнесла Романова. - Давно пора, - усмехнулась Ева, ласково погладив чужое горячее после тренировки плечо. - Да, поэтому пойдем отдыхать. - … а-ля Тони Старк, - скептически заметила мисс Фруа, осматриваясь. - Не самый плохой вариант, не находишь? - усмехнулась Наташа и расплатилась с барменом. Потянула подруге один из бокалов мартини и звонко чокнулась. - Значит, в наших планах сегодня напиться вусмерть и склеить кого-нибудь? – уточнила Ева, подцепив зубочисткой здоровую оливку на дне фужера. Романова, сделав приличный глоток, утвердительно кивнула. - Секс и алкоголь – верный способ получить от жизни максимум удовольствия за минимальное время, - заверила она спутницу. – Алкоголя у нас в достатке, а вот секс… Рыжая быстро огляделась, оценивая мужчин за барной стойкой и в зале, но ничего достойного внимания не увидела. - Хотя про этот пункт можем пока забыть, - отмахнулась Наташа и заказала у бармена еще бокал. – В любом случае Нью-Йорк - город большой и злачных мест, где можно поживиться, полно. - Я пас, - скривилась Ева, наконец-то пригубив свой мартини. - Почему? – искренне удивилась Наталья. – Ты помниться упоминала, что свободна. - Я… просто не могу, - замешкавшись, ответила Фруа. - Что-то случилось? – обеспокоенно спросила Романова. - Случилось, - согласилась брюнетка, невидящим взглядом смотря куда-то в сторону. - Только очень давно. Агентесса поджала губы, внимательно изучая погрустневшее лицо подруги, взяла ее за руку и уверенно отвела к столикам. - Ты можешь рассказать, если хочешь, - заверила она ее, усаживаясь на мягкий низкий диванчик и ставя бокал на стеклянный столик. – А если не хочешь, не рассказывай. Но так уж и быть, сегодня никаких парней. Чисто женская вечеринка в честь переезда на Манхеттен. Ева наконец-то подняла взгляд. На какие-то секунды ее лицо озарила благодарная улыбка и тут же исчезла. - Я вдова, - поразительно твердым и бесстрастным голосом сказала брюнетка. Наташа такого объяснения никак не ожидала. - Прости, - не сразу ответила Романова, почувствовав себя непривычно неловко. - Да ничего страшного, - отмахнулась Фруа, беря свой фужер с недопитым мартини. – Это было очень давно. У меня было полно времени оклематься. Но новые отношения все равно заводить не получается. Просто не хочется. - Он, наверное, был очень хорошим человеком, - миролюбиво заметила Наталья. - Лучшим из всех, кого я знала, - улыбнулась Ева, явно вспоминая что-то хорошее, но быстро отбросила мысли в сторону. Она залпом осушила бокал и нарочито вальяжно и расслабленно упала на низкую широкую спинку дивана. - Ммм, Нэтти, а твой «служебный роман», - лениво промурлыкала Фруа, ненавязчиво проведя по спине подруги ладонью, - это кто-то из Мстителей? - Ты думаешь? – поддержала игру Наташа. - Тони? – смешливо предположила брюнетка. - Боже упаси! – прыснула в свой бокал Романова. -Тор? – сделала еще одну попытку Ева. - Опять нет, - покачала головой рыжая. – Тем более он все равно собрался жениться. Рука на чужой пояснице замерла. - На ком это? – удивилась Фруа. - Слышала в новостях об астрофизике Джейн Фостер? – поинтересовалась Наталья. - Ага, да, - кивнула зеленоглазая красавица. – О… Девушка порывисто села обратно, на сей раз скромно сложив руки на коленях. Вид у нее был обескураженный. - Любопытные новости, - неуверенно усмехнулась брюнетка. – И в Асгарде не против? - А черт знает, - безразлично повела плечом агентесса. – Наверное не против, раз женится. - Хмммм, - задумчиво протянула Ева и тут же оживилась. – С другой стороны, здорово! У нас есть еще один повод выпить, теперь уже за счастливый союз. Официант! Текилу дамам! Спустя три стопки текилы и два коктейля, женщинам стало скучно просто сплетничать и перемалывать косточки знакомым и они спустились на танцпол. В голове у Наташи творился самый настоящий кавардак. Да и она не пыталась быть больше сдержанной и рассудительной. Она уже и вспомнить не могла, когда в последний раз ей доводилось танцевать, тем более в ночном клубе. А танцевать она любила с детства. Когда-то давно, когда еще были живы ее родители, она мечтала стать балериной. Она грезила о подмостках Большого, о прекрасных вечерах на сцене и зрительских овациях. Ей хотелось вобрать все, что только мог предложить ей мир балета. Всю его тяжесть бесконечных изнуряющих репетиций, блеск прекрасных костюмов и декораций и невообразимое, ни с чем несравнимое ощущение танца. Она видела себя в десятках ролей, Авророй и Кармен, Одеттой и Одиллией. Особенно Одиллией. Бесконечно прекрасной, опасной, коварной и соблазнительной обманщицей. Видимо уже в те годы в маленькой Наташе пробуждалась и двигалась та самая сила, которая превратила ее в ту, кем она стала. Искусительница, воровка и убийца. Шпионка, переходящая от правительства к правительству. Служившая сначала отечеству, затем иной стране, а теперь всему миру. Всегда только миру и людям. Наташу такая судьба вполне устраивала. Но сейчас ее словно бы вырезали из жизни. Оставили в подвешенном состоянии и сказали, что так будет лучше. Может быть, для кого-то так действительно и было лучше, но точно не для Натальи. Но она ничего не могла поделать. Она знала, что ей скажут, если она пойдет к начальству. Ничего это не даст, а уйти ей не дадут. Они не знали, что с ней, а она сама… Она не понимала. С ней что-то происходило, что-то странное и необычное. Где-то на интуитивном уровне она все осознавала, но разум не мог понять и подогнать творящиеся изменения в логичную и объяснимую схему. И от всей этой неопределенности и собственного бездействия становилось по-настоящему страшно. А из всех рядом теперь была только Ева. Красивая и странноватая, но близкая и отзывчивая Ева. Наташа не понимала, почему она ей доверяет, но Фруа хотелось верить и внутренне чутье подсказывало, что верить можно. Как очень старому другу, которого знаешь больше жизни. Конечно, она ее все-таки проверила. Не особо внимательно, скорее как дань профессионализму. И к собственному облегчению ничего не нашла. Ева не прятала ничего, что касалось работы и карьеры. А вот личную жизнь она скрывала, но после того, что она недавно рассказала, Наташа не могла ее винить. Чужое горе – не достояние общественности. Будь Романова на ее месте, она поступила бы абсолютно так же. Но здесь и сейчас, в огромной хмельной массе людей, в оглушающем ритмичном шуме и свете мигающих ярких огней, пропали былые раны и старое горе. Не было больше ничего, никаких страхов и воспоминаний. Наташа позволила себе потеряться в этой бьющейся в эпилептическом припадке реальности и прикасаться милой Еве к себе. В танце проводить руками вверх по талии, обнимать за плечи и иногда, будто невзначай, задевать губами короткие рыжие волосы и бледный блестящий лоб. Еве такое позволить было можно. Она была своя. Женщины то танцевали рядом, почти прижимаясь друг другу в толпе, то их раскидывало в разные стороны. Ничего не замечая, Наталья танцевала с незнакомыми парнями, иногда девушками, но все равно каждый раз ловила в истеричном перемигивания света бледную тонкую руку с длинными пальцами и вновь оказывалась рядом с подругой. И вновь ее обнимали, целовали виски и ласково дотрагивались до спины и плеч. А она сама отвечала, полностью растворяясь в бешеном одурманивающем ритме, прикасалась к человеку рядом. Плотно прижималась к твердой груди, обжигаясь жаром чужого тела. Водила ладонями по сильным рукам, сминая хлопок чужой рубашки, вверх к широким плечам и запускала пальцы в густые прямые волосы. И чувствовала, и падала, удерживаемая в чужих крепких объятиях. И ощущала, как горячие липкие губы целуют линию челюсти, щеки… - Сигюн, любовь моя… Наташа резко отпрянула, словно ее хлыстом подстегнули, на автомате принимая боевую стойку. Фруа смотрела на Романову широко распахнутыми от изумления глазами. Понимая, что ее все равно не услышат в какофонии танцпола, девушка одними губами спросила в чем дело. Наталья быстро осмотрелась, ища в толпе кого-то, но, не найдя, схватила подругу за руку и целеустремленно вывела обратно к бару. - Как ты меня назвала? – с ходу выпалила Наташа, когда женщины оказались в зоне слышимости. - Я тебя? – явно ничего не понимая, вскинула бровь Ева. Романова осеклась и попыталась как можно полнее и яснее восстановить картину прошедших буквально какие-то минуты назад событий. - Нет, не ты, - задумчиво произнесла она. – Какой-то мужчина. Рост как у тебя, стандартная комплекция, волосы прямые, до плеч… Но я была уверена, что танцую с тобой. - Нэтти, я сейчас обижусь, - криво усмехнулась Фруа, хмуря черные подвижные брови. – Ты меня уже второй раз за мужика принимаешь. Или это намек? Ева игриво ткнула Наташу в бок и, обняв за талию, уперла подбородок ей в плечо. - Иди в Ад, - отмахнулась Романова, но вырываться из чужих объятий не стала. - Так как тебя назвали? – мурлыкнула брюнетка. - Я не помню, - растерянно ответила Наталья и тут же вновь собралась. – Ладно, к черту. Пора сваливать отсюда. Среагировав на отключение сигнализации и проворачиваемый в замке ключ, система управления элитной квартиры убрала жалюзи с окон и включила свет. Хохоча и путаясь в ногах, в освещенную гостиную ввалились две пьяные особы. - Мне обещали вино! – капризно заявила Ева и плашмя упала на диван. Эффект бессознательного падения был немного подпорчен тем, что упала женщина аккуратно головой на плед, подальше от валявшейся рядом книги, но все равно выглядело забавно. Весело хмыкнув, Наташа уже привычно бросила в кресло куртку и, выпав по дороге из вечерних туфель, ушла на кухню. Когда она вернулась обратно с открытой бутылкой каберне и двумя бокалами, ее подруга уже скинула на пол свое пальто и туфли и уютно устроилась на боку. Длинные черные волосы разметались по белым подушкам, а шифоновая юбка коктейльного платья немного задралась. Но мисс Фруа на такие мелочи не обращала внимания и умиленно улыбалась в хмельной полудреме. - «Дорогая Натали», - презентабельным тоном начала зачитывать Романова записку, привязанную красной ленточкой к горлышку бутылки. - «Поздравляю тебя с новосельем. Надеюсь, твоя новая квартира тебе понравится». Ева оторвала голову от дивана и подперла ее рукой, заслушивая торжественную речь. Изумрудные глаза были темными и блестящими, а губы не могли решить, то ли им застыть в улыбке, то ли в усмешке. - «Особенно оцени вид из окна. Он божественный. Искреннее твой, Тони Старк», - закончила Наташа и хитро прищурилась. – И твой почерк. - Упс, - немного наигранно смутилась Ева, неловко перетекая из лежачего состояния в сидячее. - Забей, - хохотнула Романова, наблюдая за тем, как брови подруги презабавно сложились домиком. Она расставила бокалы на столике и, сев рядом на кресло, щедро наполнила их красным вином. - Я же сама у Старка секретаршей была, забыла?- весело напомнила она. – Он на такую «ерунду» сам терять время никогда не согласится. А раз уж к слову пришлось, спасибо за букет. Очень красивый, мои любимые цветы. - Ткнула пальцем в небо, - развела руками Фруа и подхватила предложенный фужер. – Рада, что не прогадала. Женщины звонко чокнулись и залпом осушили половину бокалов. Частный девичник продолжался. - Кстати! – резко встрепенулась Ева и ткнула в книгу, на которую давеча чуть было не упала. – «Старшая и младшая Эдда»? Серьезно? - Почему нет? – пожала плечами Наташа. – Свободное время нужно на что-то тратить. А книга как раз в тему. С одним скандинавским богом я служу, второй – мой заклятый враг. Чтиво напрашивалось. - Но там же ничего общего с реальностью? – скептически скривилась Фруа, поднимая увесистый томик за кончик обложки. Книга с тихим шелестом раскрылась. – Или нет? – сильно изогнула бровь брюнетка, словно бы всерьез опасаясь, будто мифы целиком и полностью правдивы. - Да как сказать, - задумчиво протянула Романова. – С одной стороны есть доля правды. Например, Биврёст или девять миров. Но в остальном – выдумки древних людей о высшей непонятной и неизвестной расе. Хотя почитать забавно. В частности про того же Локи. - И что же про него пишут? – не особо заинтересованно спросила Ева, положив раскрытую книгу на столик, и сделала приличный глоток из своего бокала. - Например, он родил коня, - пожала плечами Наташа и ехидно усмехнулась, наблюдая, как подруга чуть было не подавилась вином. - Серьезно? – изумилась Фруа, машинально вытирая губы. - Так написано в Эдде, - пожала плечами Романова. – Надо будет потом Тора расспросить на эту тему. - Я что-то сильно сомневаюсь, что в реальности все было именно так, - прыснула Ева, доливая в оба фужера. – Если вообще было, а не придумано викингами на пустом месте. - Возможно, - отстранено согласилась Натали, покачивая своим бокалом, и перелистнула книгу ближе к концу. – Но больше всего мне хочется узнать была ли она. Шпионка ткнула пальцем в черно-белую иллюстрацию. На рисунке чернилами был изображен полуобнаженный мужчина, прикованный путами к скале в неестественной и неудобной позе. Его античное красивое лицо исказило гримаса боли, страха и страданий. Он отчаянно пытался укрыться от нависшей над ним змеи, из чьей раскрытой пасти по капле сочился яд. Рядом с пленником сидела молодая миловидная женщина и держала в руках небольшую чашу, собирая в нее змеиную отраву и тем самым спасая мужчину от новых мук. Именно на нее указывала Наташа. - Сигюн, верная жена Локи, - пояснила Романова. – Мне действительно интересно есть ли такая женщина в Асгарде и кто она этому подлецу? Тот же Тор по мифам женат на Сиф, но он сам рассказывал, что люди придумали это, потому часто видели их вместе и не знали, что они просто верные боевые товарищи, но не возлюбленные. Или может Сигюн никогда не существовало и викинги ее выдумали как часть красивой легенды. - А если чистая правда? – тихо отозвалась Ева, проведя кончиками пальцев по гравюре. – Вдруг она действительно его жена и любит его так сильно, что готова вечность держать над ним чащу с ядом? - Тогда я искреннее уважаю ее за такую выдержку, - хмыкнула Наталья и пригубила вино. – Хотя я придумала бы способ, как освободить мужа и отмстить за детей. - Так, то ты, - мягко улыбнулась Фруа. – Мстительница. Кстати, вспомнила! Я до сих пор не знаю с кем из сослуживцев ты крутила роман. Романова демонстративно закатила глаза. - Сразу скажу, что не Халк, - отрезала она, не желая затягивать игру. - Фьюри? – не без ехидства спросила Ева. - С начальством принципиально нет, - веско заявила Наташа. – И он не «мститель». - Тогда остается только Соколиный Глаз, - подвела итог брюнетка и брови медленно поползи вверх от удивления. – Нет, правда? - Это было очень давно, задолго до формирования Мстителей, - легко раскрыла карты Романова. – Нам удалось остаться друзьями, но больше никогда и ни за что. - А что так? – кривя губы в недоброй усмешки, поинтересовалась Ева. - Он сейчас встречается с Барбарой, - пояснила Наташа. – Давно уже за ней ухлестывал… - Нет, не сейчас. Тогда, - перебила ее Фруа. – Почему вы разбежались? Романова помолчала с минуту, размышляя, что сказать подруге. Ответ на данный вопрос она всегда знала, но еще ни разу ей не доводилось его озвучивать кому-либо. Ни Клинту, ни себе, никому. Но где-то в глубине души она была уверена, что рано или поздно его нужно будет наконец-то произнести вслух. Каким бы бредовым он не казался. Наталья залпом осушила бокал и жестко поставила фужер на столик. - Потому что рядом с ним я чувствовала себя так, будто изменяю, - глухо произнесла она. - Ему? Себе? – язвительно и как будто немного зло уточнила Ева. - Нет, - покачала головой Наташа. – Кому-то другому… Кому-то кого я знаю уже очень давно, но пока что еще не встретила. Я знаю, что звучит как сентиментальная чушь из дешевой мелодрамы, но… Она ее поцеловала. Быстро оставила фужер и, чуть было не опрокинув его на книгу, резко подалась вперед. Плотно прижала узкие ладони к порозовевшим от хмеля щекам подруги и с жадностью припала к чужим губам. Ева целовала Наташу алчным, голодным и самозабвенным поцелуем, настойчиво пытаясь его углубить. От ее томных духов, вкуса алкоголя на ее горячих липких губах и в целом странной и шоковой ситуации у шпионки сильно закружилась голова и она не сразу вырвалась. - Ева! – в шоке выдохнула Романова, отпрянув в сторону. Фруа потянулась было к ней снова, но замерла и ошарашено уставилась на подругу. Судя по всему, своим поступком она была поражена не меньше Натальи. - Я… черт подери, что я наделала… - девушка вцепилась в черные волосы, явно мечтая исчезнуть в сей же момент. Глядя на ее паническое состояние, Наташе стало ее искренне жалко. - Тихо, успокойся, - шпионка мягко взяла руки девушки в свои. – Я вовсе не злюсь. Я сразу догадалась о твоей ориентации. Скажи, ты ведь была замужем не за мужчиной, так? Фруа затравленно посмотрела на Наташу и кивнула. - Вот, все логично, - ласково улыбнулась Романова и погладила девушку по плечу. – Поверь мне, я не вижу в этом ничего плохого и не перестану к тебе как-то иначе относиться. Просто я не могу быть с женщиной. Но это же не проблема для тебя? - Нет, не проблема, - убито вздохнула Ева, опустив взгляд. – Но мне стыдно, что я не сдержалась… - Ты банально перебрала лишку, - заверила ее Наташа. – Так, на сегодня больше никакого спиртного. Романова быстро убрала бокалы и бутылку со столика и отнесла их на кухню. Когда она вернулась, Ева уже вновь лежала на диване, свернувшись калачиком и положив сложенные ладони под голову. - Нэтти, ты же не выгонишь пьяную подругу в ночь, так ведь? – не открывая глаз, полусонно спросила Фруа. Натали ласково погладила брюнетку по плечу и накрыла ее пледом. - Нет, не выгоню, - ответила она и, забрав книгу, ушла в свою спальню. Свет за ее спиной автоматически погас. Закрыв за собой дверь, Наташа устало выдохнула. Вечер выдался не из легких, хотя она-то планировала отдохнуть по всем правилам… Правда с другой стороны, не черта это был не отдых, а скорее попытка его изобразить и убедить саму же себя, что все в порядке, все нормально и скоро вернется на круги своя. Но на самом деле все было не так. Ничего не будет в порядке, пока она не снова не выйдет на работу. У нее не было жизни за пределами службы, а служить было не важно кому, главное чтобы всегда быть при деле. Наверное, это было ужасно. Потому что когда все закончится, Наташа уедет, и не будет больше ни Евы, ни кого-либо еще. Все друзья, такие же, как она - себе не принадлежащие люди. С такими невозможно быть постоянно рядом, так как судьба все равно раскидает по разным углам или хуже того, придет и отнимет смерть. Кто-то исхитряется строить отношения, некоторые даже женятся, умудряются заводить что-то вроде семьи, да вот только Романова понимала, что и подобные суррогаты ей заказаны. Уже даже несколько из-за работы, хотя именно ее она всегда в этом кляла, а из-за нее самой. Потому что не только рядом с Клинтом, а со всеми Наталья всю жизнь чувствовала себя неверной. Агентесса, не глядя, положила книгу на комод и только сейчас поняла, что все это время зажимала указательный палец между страниц. Из праздного любопытства она раскрыла томик на заложенном месте и горько хмыкнула, вновь увидев иллюстрацию к мифу о змее, чаще и верности, которую ничто не способно было сломить. Ни пространство, ни время. - Какая ирония, - насмешливо и немного грустно бросила Наташа, захлопнула книгу и сняла серьги-кольца. Расстегнула молнию соблазнительного красного леопардового платья и небрежно бросила его на широкую кровать. Оставшись в одном черном нижнем белье, девушка прошла в ванную и включила воду в огромной раковине. Надо было смыть косметику, привести себе в порядок, стащить остатки одежды и только после этого завалится спать. А потом будет утро и даром, если не будет болеть голова. И опять бесполезная ненужная жизнь. Подобие жизни. Существование в пространстве и времени с надеждой, что скоро поставят на старое место. Только вот правильное ли будет это место? Наташа согнулась, уперев локти по бокам раковины, и запустила растопыренные пальцы в рыжие волосы. Она обещала себе, что не будет больше об этом думать. Она и не думала. Долгие, долгие годы. Ровно до тех пор, пока у нее не стало слишком много свободного времени и слишком мало реальных забот. И сны… Они не мучили и не радовали. Они просто были. Эхо чувств и эмоций днем. Ясные образы и воспоминания ночью. В те минуты, когда Наташа засыпала, она вспоминал все до мельчайших подробностей. И то, что она помнила… это должно было ее пугать, заставить насторожится и опасаться. Но страха не было. Только странное, непонятное осознание, что все в порядке. Нормально. Романова подняла голову, переведя ладони на шею, и посмотрела в огромное зеркало. Нечеткие полные губы были испачканы чужой красной помадой. - Зачем ты меня целовала? – едва слышно спросила Наталья, проводя по алым разводам кончиками пальцев. Воспоминания отдельными мгновениями вспыхивали, полные чувственности и нежности. В голове нарастал дурман. Журчала бегущая из крана вода. Зеркало будто бы стало еще больше, темнее и глубже. Оно словно проглатывало пространство и приглушенный свет комнаты как локальная черная дыра. Оставалась только бледная маленькая рыжая и зеленоглазая Наташа. Молодая женщина с милым лицом, нечеткими, будто размытыми слезами чертами и острыми, жгущими ядом словами. Миниатюрная воительница, кровь с молоком и обманчивая холодность. Такие женщины, как она умеют очаровывать. Таких женщин сложно одурманить, если они сами того не захотят. К таким женщинам прикасаться – блаженство… Наташа закрыла глаза и опустила голову, позволяя приятному жару поцелуев вспыхивать на плечах и шее. - Зачем ты меня целовал? – выдохнула она, чувствуя, как широкие ладони скользят вверх по ее животу и останавливаются на едва прикрытой черным шелком и кружевом пышной груди. И сладко застонала, когда мягкую плоть жадно сжали. Ее крепко обняли и заставили выпрямиться. Она поддалась, покорно прижавшись спиной к твердому торсу. Сильно запрокинула голову, позволяя алчно целовать свою шею. Маленькие ладошки скользнули по сильным рукам вверх и, запуская пальцы в прямые пряди, дотронулись до черных волос. - Зачем сейчас? – прошептала Наташа и облизнула пересохшие губы. - Почему нет? – обжег женское ушко бархатный голос и мочку слегка прикусили. Наталья судорожно выдохнула и развернулась в чужих объятиях. И где-то в точке между моментом, когда ее подхватили под бедра, и моментом, когда она, поднятая вверх, обхватила чужую шею руками, а торс ногами, она поцеловала сладковатые от вина тонкие губы. Вода журчала в раковине, перемежаясь со стонами и вздохами. Услужливо погас ненужный больше свет, скрадывая то, что отражалось в зеркале – маленькая и бледная ярко-рыжая женщина в руках рослого и жилистого темноволосого мужчины. Локи спал глубоким умиротворенным сном. Впервые за долгие годы ему не снились сны, позволяя уставшему и истерзанном разуму отдыхать в теплой и уютной пустоте. Но все хорошее имеет свойство рано или поздно заканчиваться, и пришло время просыпаться. Правда разбудил мужчину не утренний чистый свет или ласковый теплый поцелуй, а холодное дуло пистолета, упертое ему в лоб. - Не думай, что я никогда раньше не спала с врагами. Хотя да, быть соблазненной врагом для меня действительно что-то новенькое. Локи открыл глаза и посмотрел в темноту перед собой. Тьма очень быстро приобретала оттенки и ясные очертания окружающих предметов. - Но, даже учитывая обстоятельства, этого слишком мало, чтобы не пустить тебе пулю в голову. Подозреваю, что от такого даже боги могут умереть. Наташа чуть наклонилась вперед, вжимая пистолет в высокий лоб Локи, и заглянула в темные изумрудные глаза. - Так назови же мне причину тебя не убивать.