Восемнадцать.

Так ты боишься? Я тебя умоляю, это же смешно! Смотри, я просто... ... Почему ты плачешь?

Натан провожает любимого взглядом. Дальше он продолжит исследования этого мира в одиночку, но лишь на время. Только в отчаянии он увидел самые яркие плески надежды. Одинокая ночь будет горька, но она стоит того, чтобы получить это сладкое послевкусие райского наслаждения от губ Эймона. Карма существует, он верит в это.. И когда-нибудь за все страдания они будут награждены. Блондин не знает, куда вообще может пойти. Остаётся только пойти в ближайший двор и засесть в какую-нибудь оффлайн игру. По дороге к детской площадке тот пинает камень, он бьётся об асфальт и издаёт характерный звук. Почему-то в голову пришла мысль, что камешек отчаянно пытался пробить твёрдую поверхность, но в итоге сдался. Забавно как. Дойдя до площадки, юноша обнаруживает, что она уже занята "вип-гостями". Несколько мужчин в голос что-то обсуждали, смеялись. Слышен звук бьющихся об друг друга пивных бутылок, а значит в три часа к ним лучше не соваться. Примерно половина назначенного времени проходит в поиске уютного места, паралельно в сообщениях любимого параноика. Он был навязчив, оправдывая себя тем, что переживает. И в этой ситуации его можно понять, но иногда нет. Вместе с наушниками Натан обретает способность убить время. Лёжа на лавке не заснёшь, если уши долбит громкая музыка. Пусть и скучно, холодно, но зато вдали от горе-родителей. Время пролетает довольно быстренько. Данная мысль приходит в голову, когда на часах уже видится без двадцати шесть. А в уведомлениях висит сообщение: "Подходи к 5:50. Валентина уйдёт через минут пять". Всё, что хочет сейчас Натан – душ, сон и объятия Эймона. Оформить это получится, как только он с радостью ворвётся в квартиру семейства Пэксли... Хотя не факт. Они оба похожи на пороховые бочки вместе, вопрос лишь в том, кто первый чиркнет спичкой? А при взрыве чувств быть тихим не удастся. Младший даже успевает заметить чёрную дорогущую машину, вероятнее принадлежащую хозяйке дома. Она быстренько скрывается из вида, как по сигналу Пэксли встречает Натана. Нежно берёт его за руку, попросив быть потише. Блондин кивает головой, идёт следом. Слишком хочется спать, он не привык так поздно ложиться... Эймон отводит его в душ, зная, что на втором этаже все спят. Быстрые водные процедуры позволяют лежать в постели уже с комфортом, без песка на простыне. Старший обнимает младшего сзади, прижимает к себе, пока тот погружается в сон. Он укрывает обоих одеялом, зная, что сейчас Натан хочет уснуть в теплоте и заботе. Рука лезет чуть выше, прислоняясь к правой части грудной клетки. В комнату льётся белый свет, от которого оба подростков отвернулись. Солнечный, но прикрытый туманном и облаками. Сердцебиение у Натана спокойное, Эймон насчитал шестьдесят пять ударов в минуту, всё в норме. Просто первый устал из-за недостатка сна. Наверняка чуть не вырубился на улице. – Цветочек. "Цветочек" лишь вопросительно мычит в ответ, приоткрывая тяжелые веки. – Сейчас я чувствую, как бьётся твоё сердце. И чувствую собственный пульс. Они словно стучат в унисон... Словно ты и я одно целое, которое ни в коем случае нельзя разлучить. Натан кладёт ладонь на руку Пэксли. Он никогда не молился о чуде. Никогда не был глупым ребёнком, создавал это чудо самостоятельно. Но появление этого в человека в однотонных безжизненных днях объяснить невозможно, пусть всё происходящее – реальность. – Возможно, так и есть. Что если мы связаны судьбой? Если нас с тобой связывает что-то выше религиозного уровня? Уверен, так и есть. Может, мы встречались в прошлой жизни? – Эймон.. Почему тебя распирает, когда я хочу отдохнуть? Старший усмехается. И вправду, желание сказать раньше не проявлялось до нынешней поры. – Отдыхай. Просто многое лезет в голову. Особенно самый лучший момент в их отношениях, наверное, побег от охранников здания, где двое подростков не смогли открыть дверь на крышу. Черт, как же они тогда целовались в лифте... Натан чувствовал прилив адреналина, а Эймон – страсти. Тогда он положил его руки на талию, прислоняя к стенке лифта, заставляя прогибаться от чужого языка во рту. То что они запачкают зеркало отпечатками рук и пальцев вовсе не пугало. Не пугала мысль о том, что сейчас лифт остановится. Пугало осознание, что придется отпустить друг друга. Тогда Пэксли слегка наклонился, лишь бы ему было удобнее целовать эти губы. Это ещё один момент, где они жили исключительно вдвоём. – Сладких снов, мой цветочек. – И тебе. Эймон целует его макушку. Натан резко открывает глаза, осознавая, что у него ресницы мокрые. Слезы невольно потекли, пусть их не ждали. Он принимает сидячее положение, делает несколько глубоких вдохов и выдохов. Помнит всё до мельчайших деталей. Даже сейчас комната просто пропитана запахом Пэксли, галлюцинации всё чаще дают о себе знать. Розовые очки бьются стеклом внутрь. Бьются громко, больно, оставляя раны и шрамы на всю жизнь. Натан начинает прямо рыдать. Он никогда не проронил слезинки при ком-то, а вот наедине... Эмоции не могут вечно держаться внутри. То, что было между двумя влюблёнными незабываемо. То, что произошло на его восемнадцатилетие травмирует. Мужчина успакаивает себя самостоятельно, вспоминая, что сейчас ему даже Люнокс не помощник. Телефон показал, что время сейчас четыре часа пятьдесят девять минут. Он удивился, что ему никто не написал за этот промежуток времени. Точно. Авиарежим включён... Натан, мягко говоря, в панике врубает интернет и видит девять пропущенных от Люнокс, несколько сообщений и одно из них от Эймона. Он только что ему снился. Его уже слишком много в жизни блондина, а они даже не встретились. Работать ещё два дня. Блондин посмотрел на ловец снов, висящий над его кроватью. Но если он работает правильно, то какого чёрта ночи подряд ему снятся старые воспоминания? Ну хорошо, он потерпит. В своём путешествии по сознанию он будет одинок, так что остаётся молча глотать воздух в попытках успокоиться. В прочем, получалось у него вполне хорошо. Чувства могут быть контролируемы, если хорошенько постараться. Ведь всё в наших руках, правда? Правда, Натан? Он встаёт с кровати, идёт в ванную. Впереди два абсолютно одинаковых будних дня, а дальше неизвестность. Однако чем сильнее ты пытаешься отложить момент, замедлить время, тем быстрее оно течёт. Обернуться не получается, как вместо пятницы на экране телефона рядом с сегодняшней датой высвечивается суббота. Времени ещё навалом, ведь от очередного "кошмара" организм поднял себя ровно в шесть утра. Натан надеется, что в скором времени всё же начнёт высыпаться, ибо ему даже не нужно заводить будильник, чтобы встать либо в 3 часа ночи, либо в 5 утра. Мешки под глазами ровно такие, как с той недели бессоницы и счастья. Наверное в его пятнадцать лет это было было лучшее время в жизни... Блондин смотрит в зеркало в ванной. Он никогда не стремился отращивать волосы, ибо у него просто не было ни денег, ни времени на стрижки. Обычно кончики ему подравнивала мать, но как только он переехал от неё, научился делать это самостоятельно. Стричься под ноль уже не особо хотелось, ибо он слишком привык к своим шикарным волосам, которые будучи блондом не были сожжены химией или же краской. Сейчас было чёткое решение вымыть голову и собрать сушёные волосы в хвостик. Так, как он делал это.. Раньше. Эта встреча будет решающей в его возможностях. Если он даже посмотреть не сможет ему в глаза, есть ли вообще смысл пытаться уйти от своей фобии? Судьбоносное "свидание" назначено на три часа дня. Блондина лишь напрягла мысль о том, что они встретятся в районе, где он раньше жил. Нужно морально подготовиться. Без успокоительных. Самостоятельно. Но с каждой минутой сия уверенность угасала всё быстрее и быстрее. Как спичка. Голова вымыта, в порядок Натан себя более менее привёл, но что-то словно по-прежнему не так. Почему он вообще хочет выглядеть как можно лучше, если исключить тот факт, что Эймон будет его работодателем? Мужчина смотрится в зеркало, то рассматривая синяки под глазами, то торчащую чёлку, то ещё что-нибудь. Хотелось как следует ударить его, чтобы осколки разлетелись по всей ванной, оставляя глубокие раны. А чем вообще ему заняться ближайшие семь часов? Да черт его знает. Одежды не так уж и много, мужчина пытается выбрать что-то, подходящее под образ уверенного в себе человека... Толком ничего не приходит в голову, поэтому он спокойно останавливается на чёрных штанах, бежевой жилетке и белоснежной рубашке. Серьёзно, она всегда выглядела как новая. Часы и браслет вроде бы предавали приятный образ, но блондин решил надеть то самое кольцо, подаренное Люнокс ему на день рождения. Только подумать, насколько люди могут измениться за пять лет... Он заходит в соцсети, пытаясь игнорировать засранные личные сообщения Люной, которая ругалась на мужчину всеми матерными словами, которые только помнила. У Натана, кажись, даже словарный запас пополнился, когда он прочитал всё. «Ну с выебопропиздищем ты конечно переборщила. Я даже в интернете подобную дичь не слышал.» Наверное Люнокс сейчас отдыхает в кроватке, обнимая свою великолепную девушку. Надо же, как хорошо иногда живётся людям. Идеальной жизни как в сказке, может, и не существует, но сколько же аналогов! Казалось, будто становясь взрослее, Натан приобрёл такой навык как «перемотка» времени. В какой-то момент он просто, кажись, отключал любые свои эмоции, просто не оставляя периоды времени в своей памяти... Они будто пропадали. А ловец снов только усилил подобный эффект, к тому же мужчину стало намного сильнее тянуть в сон. Страх не мешал желанию вспомнить все мгновения, проведённые вместе. А он помнил практически всё. В мельчайших подробностях, деталях, возможно, мог бы припомнить даже дату тех дней. Казалось бы, сколько времени прошло? Не год и не два. Только вот... Натан достаёт своё лучшее лекарство всех эр и времён. Наушники. Ничто так не лечило, как любимая группа или в принципе песня. Это временно позволит отвлечься. Стрелочки тикают, мужчина занимается своими делами, не замечая, как время на часах стремится пересечь отметку в два часа дня. Он предпочитает вызвать такси, нежели пытаться добраться на общественном транспорте. Не хватало ещё одной панической атаки в общественном месте, на виду у детей и впечатлительных людей. Машина приехала, о чем сообщило уведомление в телефоне. Натан давно готов, пусть и не ментально. Он тут же выходит из помещения, закрывая входную дверь на два щелчка. Ощущение, будто происходящее лишь очередной сон, слишком уж знакомо выглядит таксист, а ощущения дня сурка не покидает мысли. Уши всё ещё заткнуты спасительным лекарством, блондин спокойно садится на переднее сиденье. «Как тебе сказать, без тебя не могу спать, и месяц по комнате раскинул сатин. Глаза тебе завяжу и сердце свое покажу... » Натан сдерживает накопившееся эмоции. Приятная музыка, но слишком душевная. Опасно подобное слушать, по крайней мере в такси. Но, избегая сложности, разве возможно преодолеть свои страхи? Он обещал себе. «Держи меня крепко, одною рукою...Так сильно и нежно убивай меня!» Нет, это действительно тяжело. Мужчина смотрит в окно. Он сможет дослушать чёртову песню до конца, пусть и ощущения, словно он в девятом кругу ада. Буквально двадцать минут езды и Натан уже рядышком. Приехал к месту встречи, осознав, что оно рядом с набережной. Спасибо таксисту за эту молчаливую поездку... Лишний голос сейчас явно ни к чему. Что-ж, возможно, до его инфаркта около пяти минут. Блондин пешком доходит до входа в парк, надеясь, что Эймон опоздает. Сейчас Натан делает последние глотки воздуха перед тем как нырнуть. – Натан! В мышцах моментальное напряжение, зрачки сужаются. Знакомый голос. Приходится обернуться, преодолевая дрожь. Сохранил бы он свои глаза... Но нет, нужно же убедиться. Это... Действительно он. – Д-добрый день.