Восемнадцать.

Я... Перестань, пожалуйста. Еë смерть просто случайность, понимаешь? Мне жаль, правда.

Эймон слегка был нервным сегодня, чего Натан просто не смог не заметить. Неделю назад младшему исполнилось семнадцать лет, неделю назад он переехал жить к своему парню. – Я, может, тебя стесняю или что-то делаю не так? Пэксли откладывает телефон на тумбочку рядом с двуспальной кроватью. Сейчас он не нужен. – Нет, дело не в этом. – То есть что-то не так? Понял. Блондин ложится рядом, кладёт голову на чужое плечо. Чужим его уже можно назвать с натяжкой. – Прости, что заставляю тебя нервничать. Знаю, у тебя скоро экзамены. Натан усмехается, периодически вспоминая про бардак на столе, состоящий из различных конспектов, собранных учебных материалов, ручек, больших блокнотов... – Всё нормально, я готовлюсь, пусть и устаю морально. Старший так внимательно рассматривает потолок, что его собеседник начинает думать, будто там действительно есть что-то загадочное и интересное. – Я хочу тебя. – ...Что? Младший не удивился. Он знал, давно это знал, однако решительности не хватало поговорить на эту тему. Сейчас, когда в мышцах застоялось напряжение, а из базовых развлечений только чья-то тусовка, проходящая раз в месяц, может и стоило попробовать что-то новое. – Мне ещё раз повторить? Я слегка не справляюсь со своими мыслями, не пойми меня неправильно. Я просто жутко хочу выйти на какой-то новый этап. Жутко хочу... Почувствовать тебя с другой стороны. С той, которую не видел бы никто кроме меня. Эймон не хочет заставлять возлюбленного заниматься этим не по согласию, да только два года без полового акта для бушующих гормонов такое себе удовольствие. – Я не против.. При условии, что ты будешь готов остановиться, если я того попрошу. – Естественно. Обещаю, что не сделаю тебе больно. Щеки приобретают алый оттенок, когда Натан понимает, что может произойти сегодня. Только задуматься... Парень приподнимается, в очередной раз рассматривает своего любовника. Кровать, квартира – всё это ждало их весь вечер. С возрастом появляются больше обязанностей, особенно когда уезжаешь подальше от своей не самой благополучной семьи. – У тебя... есть всё нужное? – Я купил презервативы и смазку примерно за пару дней до твоего дня рождения. Планировал поговорить, откладывал и откладывал. Сегодня понял, что мне этого чертовски не хватает. – Дай мне полчаса, окей? Он знал, что рано или поздно что-то подобное между ними произойдёт, этот спектр в отношениях иногда наглядно показывал, что пара реально близка. И заняться они этим рано или поздно должны были. Пока Натан был в душе, немного волновался. Да, ожидание первого секса действительно волнительно, пусть они знают друг друга около пяти лет, всё равно парень любит постесняться. Завтра суббота. Сегодня трезвая пятница. Честно говоря, Пэксли настолько сильного этого хотел, что встретил любовника прямо перед дверью, тут же наткнувшись на него с поцелуями, но не спеша сдирать с его тела домашнюю одежду. – Э-эймон! Парень решил начать не с губ, а с лёгких поцелуев в начало шее, чуть ниже уха. Между ними акцент делается всегда на развитие эмоций до состояния аффекта, маниакальной стадии, жгучей страсти. К губам постепенно подключаются язык, губы в попытках утолить свой голод. Эймон аккуратно прикасается к сонной артерии, вдоль проводит языком, ощущая левой рукой, как иногда дергаются пальцы любовника от неожиданности. Преграда прямо сейчас для них – место, из-за чего старший переходит на обыкновенный поцелуй, пытаясь излить свою любовь, которая копилась в будних днях. Не отрываясь, с закрытыми глазами, Пэксли пытается идти в направлении их кровати, по-прежнему прижимает блондина, будто имеются определённые границы площади, по которой один может прижиматься к другому. Мол, оторвется ещё пару сантиметров и мы его забираем у тебя навсегда. Подобную эйфорию оба успевали поймать и до этого, правда вот что-то в груди так сжималось, когда футболка уже улетела куда-то на пол, никто не смотрел. Полуголый, сверху над Натаном, он не мог оторваться от прекрасного зрелища в виде пылающих щёк, явного смущения на лице. Младший вопросительно смотрел на старшего, прикрывая свободной рукой рот. Эймон решил убрать ладонь, мешавшую прекрасному зрелищу, взяв её в свою. Пальцы скрестились, Натан целиком прижат к кровати, его свобода действий практически полностью ограничена. Комнату заполняет только свет уличных фонарей, что только прибавляет интима в обстановку, пусть это и не перебьёт сопровождающее тишину прерывистое дыхание. – Я буду любить тебя так, как будто у меня амнезия и каждый раз удивляться насколько ты особенный. – С чего ты.. Вообще подобное решил? Но вместо ответа Эймон опять наклоняется, чтобы целовать уже давно знакомые губы. Честно сказать, одна из самых приятных фишек Натана – рандомные касания и движения, типа того как он приподнимает брови, решает погладить своего возлюбленного, провести большим пальцем по чужой щеке. Впечатления ночью и днём совершенно разные. Ночью младший смог настолько сильно поймать кайф, что сам поддавался, двигая бёдрами навстречу, ощутив Эймона по полной. Сводил его с ума постоянными стонами и шлепками, провоцировал на больше близости и прикосновений.. Они будто единое целое. Их точно нельзя разлучать насильно. Только вот утром всё не так хорошо было. Тело болело, режим дня сбился. Проснуться было невероятно тяжело, ибо вчера оба слишком сильно устали, появлялся вопрос: кто тут кого трахал? Хорошо, что утро началось не с попыток встать с кровати и найти в себе силы пойти на учёбу, а спокойного умиротворения в компании друг друга и солнечного света, заливающего всю комнату. – Выспался? – Да, но всё болит. Натан лежал на животе, подложив подушку себе под подбородок. – Почему... Почему ты вообще меня захотел? Он ни разу в жизни толком не замечал, чтобы его партнёр краснел. Иногда удивляло, как вообще Эймон остаётся таким спокойным? – А как тебя можно не захотеть? Ты носишь мои вещи, пахнешь моим парфюмом, смущаешься нашей близости, так стараешься любить меня... Я был бы просто больным человеком, если бы тебя не захотел. Блондин понимает, что снова заливается краской. Наверное, стоило бы перевести тему разговора. – Ты уверен, что до конца месяца точно хватит этих денег? Ты же знаешь, я не хочу сидеть у тебя на шее, но до зарплаты ещё две недели.. Пробуждение в холодном поту уже стало традицией. И каждый раз состояние напоминало похмелье, пусть оно таковым и не являлось. Натан давно потерял надежду на здоровый, приятный сон. Выкуривал он почти по пачке в день, осознавая, что состояние ухудшается с каждой ночью. Сейчас мужчина будто лежит на бетонном изгибе, отчаянно пытается удержаться за шершавую поверхность, дабы не упасть в низ. Кожа на ладонях стёрта, мясо прилипает благодаря запекшейся крови, любое действие вызывает жуткую боль, но иначе он упадёт. Упадёт прямиком в бездну, неизвестность, а может и вовсе пустоту, окончательно разбившись. Жаль, что он замечает грозовые тучи над небом. Скоро пойдёт дождь, смоет и жизнь, и следы смерти. Если задуматься, откуда вообще пошли подобные кошмары, то на ум сразу приходит ловец снов от Эсмеральды. С его появлением каждый день Натану снились те самые моменты с Эймоном, раздирали душу и доводили его до панических атак. Навестить женщину точно нужно, пока он ничего с собой не сделал от безысходности. В тяжёлый момент наложить на себя руки? Нет, это не в его стиле. В его репертуаре держаться фразы «Всё, что нас не убивает, делает нас сильнее». Хочет он быть сильным или нет, вовсе не важно. Придерживаясь одной стороны, у тебя никогда не возникнет вопросов о смысле в собственных действиях. Пожалуй, стоило нажать эту несчастную ссылку на запись к гадалке, что он в итоге и делает. Эсмеральда не являлась врачом, что так нужен этому мужчине, но если девушка смогла предсказать встречу, может, чего ещё нагадает? В общем, ждать до нового сеанса толком не приходится, сегодняшнее вечернее окошко свободно, как здорово. Конечно Натан записывается на этот день, понимая, что глазом не успеет моргнуть, как наступит вечер. Так и вышло. Чувствовал он себя дождём в чьём-то великолепном дне. Деталью, которая должна исчезнуть. Брюнетка встретила клиента с привычной выученной улыбкой, подметив, что сегодня блондин не в духе. Знакомая квартира, знакомый стол. Подобный образ и атмосферу тяжело забыть. – Ты принёс ловец снов, что я тебе давала? – Принес. Только вот ощущения, что он отравили меня ещё больше, чем одиночество. Девушка быстренько забирает вещицу, долго рассматривает ниточки, камушки на ней, что-то внимательно выглядывая. И Натан был готов поклясться, что увидел в её глазах его. Собственной персоной представитель рода Пэксли прямо красовался, его черты лица и фигуру легко можно было увидеть, стоило только присмотреться. – Извини, что тебе пришлось это вспоминать. Понимаю, что подобные вещи могут быть болезненными. – Я не из-за этого так огорчён. Натан прислоняется спиной к спинке стула, думая, как бы ему лучше сформировать свою мысль. – Этот человек дьявол во плоти. Он способен на многое, чего я не понимаю. И одним своим действием смог разрушить весь свой образ любящего. Честно скажу... Я боюсь его. Эсмеральда улыбается, в её улыбке присутствует фальшь, печаль. Следующие слова это подтверждают. – Вижу, что убежать тебе от него не получится. Он... Что-то типа твоего соулмейта. Единственный человек, с которым ты по-настоящему сможешь быть счастливым. Натан хмурится, смотрит на девушку так, будто не он здесь больной, а она. – Вот оно как. Ха-ха. В виде защитной реакции выступает смех несмотря на то что мужчине страшно. Причём так, что это тяжело даже словами описать. – И он понял это ещё в детстве. Вижу, что вы расстались по какой-то веской причине. Как так вышло? Натан пытается успокоиться, поэтому переводит внимание на девушку, сидящую перед ним. Не на их разговор. Не на воспоминания. – Хорошо, я спрошу попозже. Вижу... Несколько интересных деталей. Во-первых, ты справишься с чем-то действительно важным, во-вторых, будь более открытым, в-третьих, спроси совета у неё. Она не ошибётся, ведь знает тебя достаточно хорошо. – У кого "неё"?.. Брюнетка кладёт ловец на стол, озадаченно смотрит на клиента. – Не вижу. Всё как в тумане, тяжело что-то высмотреть. Натан чувствует... Что сейчас ему нужна поддержка. Неважно от кого, без лишних вопросов и претензий. – Не пойми меня неправильно, но я не могу разгадать, почему же ты все-таки так сильно боишься? Эта вещичка буквально пропитана печалью и обидой. Всë вздыхает, пора вспоминать прошедшее в очередной раз. – Он жестоко убил дорогого человека. Остался безнаказанным..