Комедианты

— ...тридцать пять, тридцать шесть... не отдыхайте, а то сяду сверху... Призрачный Генерал и впрямь внушал ужас: он командовал тренировками Вэй Усяня с непреклонностью госпожи Юй, на лету подгонял планы к реальным условиям, таскал за собой найденный меч и иногда тыкал Вэй Усяня ножнами, чтобы не расслаблялся. — Спина прямая. Не отклячивайте задницу, молодой господин Вэй. Перед созданием золотого ядра следовало привести в подобающее состояние тело и дух. И если с духом все было не так уж плохо, а память хранила мельчайшие подробности с прошлого раза, то над телом Мо Сюаньюя хихикали даже лютые мертвецы. Вэй Усянь уставал почти мгновенно, а когда пытался прорваться сквозь изнеможение, мышцы отказывали и он падал лицом в песок, не в силах подняться. Короткая медитация помогала, но такими темпами медитировать приходилось десятки раз в день. Впрочем, частые медитации тоже были полезны. — А теперь десять отжиманий на пальцах. Вам надо разрабатывать кисти для тренировки с мечом. Вэй Усянь не зря был лучшим в Юньмэн Цзян: с его опытом он мог составить план тренировки для учеников любого уровня. Вот только Мо Сюаньюй был слабее котенка, и планы приходилось менять по несколько раз в день. Валяясь на полу, медитируя с открытыми глазами, он изучал сосновые иглы, муравьев, уховерток и обсуждал с Вэнь Нином теорию создания темных талисманов. — Вот погоди, доберусь до тебя, будешь сам рисовать талисманы. — Чем, молодой господин? — Ну... — Вэй Усянь в очередной раз приподнялся на дрожащих руках, понял, что с отжиманиями на ближайшее время покончено, и перевернулся, начиная качать пресс. — Пока гоняешь меня, потренируйся испускать темную энергию из кончика пальца. Вэнь Нин был ему нянькой и погонщиком. Он готовил еду, а когда руки отказывались подниматься, а пальцы — гнуться, кормил его с палочек, растирал задеревеневшие мышцы. Однажды, когда Вэй Усянь не смог встать и рыдал от бессилия — растер его маслом чили. Ох, как он взвился! И в тот раз смог двигаться дольше: бегал кругами, прыгал и кувыркался, отталкиваясь от стен. А как он орал, костеря Генерала за расточительство! С тех пор так и повелось: когда Вэй Усянь отказывался вставать, он получал массаж с маслом чили. — Молодой господин Вэй, сколько можно притворяться мертвым? Я думал, за последние годы вам должно было надоесть. — Вэнь Нин! Почему бы тебе не пойти половить сусликов? Призрачный Генерал оборудовал ему площадку для тренировок: закрепил корни, чтобы на них можно было висеть и подтягиваться, натащил на пол сухой травы. Медитация после тяжелой нагрузки улучшала циркуляцию ци, расширяла каналы, а излишек энергии запасала в нижнем даньтяне. Еще не золотое ядро, но некоторый аморфный запас, который можно было потратить на светлые талисманы. Теперь, когда мышцы в очередной раз отказывались подчиняться, он мог не только медитировать, но и изобретать. Первым делом были созданы талисманы, отпугивающие не-заклинателей. После десятка провальных попыток выяснилось, что нужно изменить всего пару штрихов в талисмане, отпугивающем мертвецов. И вправду, крестьяне же в некотором роде будущие мертвецы, разница невелика. Вэнь Нину такой подход показался немного бесчеловечным, но он согласился, что если работает, то и ладно. Новые талисманы развесили на всех тропах и тропках, ведущих на гору, и уже через несколько дней жизнь стала приятнее. Вэй Усянь мог тренироваться на свежем воздухе, скакать по камням, любоваться долиной и рисовыми полями, скалами, соснами и диким зверьем. Вэнь Нин охотился: для роста правильных мышц нужно мясо. А для ускорения их развития — статические упражнения, поэтому Вэй Усянь то и дело изображал из себя статую. Крестьяне, иногда все-таки забредавшие на гору через бурелом, пугались и убегали. — Как думаешь, Вэнь Нин, я еще вырасту? Сегодня с утра шел дождь, пахло хвоей и свежестью. Пришлось бегать, оскальзываясь на мягкой рыжей грязи, и после обеда Призрачный Генерал счищал пятна с его плаща. — Молодой господин, тяните руку. Нет, другую, ту, на которой стоите. Держите шпагат. И не прикидывайтесь, что вам трудно, вы можете рисовать талисманы, стоя на одной руке. Да, на правой тоже. Что касается роста — сколько лет этому телу? — Понятия не имею. Сначала думал, что лет семнадцать, но может быть больше. — Тогда не знаю. Попробуйте побольше висеть и получше питаться. И почему бы вам не отправиться на охоту? Бегом в гору, бегом с горы, и только попробуйте остановиться. Сколько наловите, столько съедите. Белки, суслики, птицы. Но не охотьтесь на кабанов, для них вы еще слабоваты. Хотя нет, охотьтесь — в крайнем случае, узнаете, кто из вас лучше бегает. Рука подломилась, и Вэй Усянь упал, смазывая талисман. Когда он смог, не отдыхая, выполнить комплекс разминки для кланового восьмилетки, Вэнь Нин добавил игры. Сначала он бросал в него шишки, а Вэй Усянь должен был уклоняться. Ловкость Мо Сюаньюя была чуть лучше, чем сила и скорость, наверное, ему приходилось уворачиваться от родни. Скорость тоже была неплоха, но бежать на пределе сил он мог не больше четверти ли. — Поздравляю, молодой господин, сегодня я не попал ни разу. Поэтому с завтрашнего дня вместо шишек будут камни. Вэй Усянь потер вчерашние синяки и тяжело вздохнул. Дела постепенно шли на лад, но медленно, слишком медленно. С каждым днем они увеличивали нагрузку, и с каждым днем он все меньше времени проводил, уткнувшись носом в песок. — Сегодня вы бежите в гору, за вами гонятся мои солдаты. — Лютые мертвецы приосанились и вытянулись во фрунт. — Если упадете, они вас покусают. Вэй Усянь, не дожидаясь команды, рванул вперед и вверх. Он бежал, петляя, то вверх, то вниз. Камешки сыпались из-под ног, суслики, вспарывая землю когтями на толстых лапах, ныряли в норы, ветер свистел в ушах. В какой-то момент еще на Луаньцзан он понял, что мертвецам неудобно бегать с горы, и пользовался этим, чтобы оторваться. Каждый день за ним гонялось все больше мертвецов: одни ловили, другие кидались камнями и палками, поэтому он вечно ходил покусанный и побитый. При этом почти перестал замечать стандартные комплексы силовых упражнений. Сила, растяжка, скорость — он почти сравнялся с клановым тринадцатилеткой, когда уже можно думать об образовании золотого ядра. Еще немного, и... — Молодой господин, ваше тело старше четырнадцати лет, поэтому даже при адекватных цзин (тело) и шэнь (дух) у вас будет проблема с ци: вы вырабатываете ее слишком медленно. — Про это мы подумаем, когда дойдет до дела. — Вэй Усянь почесал в затылке. — Я предполагал что-то подобное. Если бы Мо Сюаньюй был талантливым заклинателем, его бы так просто не выгнали из Ланьлин Цзинь. И все равно у меня есть пара возможностей. Если получится сформировать золотое ядро, скорость накопления ци будет уже не так важна, но на время создания нужен хороший запас и сильный источник ци. Это может быть талисман или человек, которые будет передавать ее мощным потоком. Или доступ к месту с большой концентрацией ци. — Месту? — Говорят, пещеры под Облачными Глубинами славятся чем-то подобным. На Луаньцзан есть избыток темной энергии, возможно, есть другие места, но со светлой ци? С другой стороны, вряд ли люди будут об этом болтать, такое богатство каждый захочет придержать для себя. Сейчас большую часть времени Вэй Усянь проводил, отрабатывая стойки и переходы рукопашного боя, которыми славился клан Мэйшань Юй. Когда-то они с Цзян Чэном и шицзе проводили там каждое лето, спасаясь от юньмэнской жары и комаров, и их гоняли наравне со своими, даже шицзе приползала и падала по вечерам в кровать, не пытаясь дойти до кухни. Вэнь Нину был незнаком этот стиль, но из него вышел прекрасный напарник для тренировок: скорость и сила против медленно растущего мастерства. Иногда Вэй Усяню казалось, что лютые мертвецы слишком безжалостны. Он не возражал. Давно привык к боли. К мытью в ледяном ручье. К нечесаным волосам: Призрачный Генерал иногда разбирал их руками, пока Вэй Усянь медитировал, и потом заплетал в сложную систему кос, чтобы прическа продержалась как можно дольше. К стертым в кровь ногам и рукам. Когда в нижнем даньтяне прибавилось ци, он стал направлять ее к ранам, и бывало, они заживали за ночь. Кажется, его прежнее тело возвращалось к нему. Возможно, он даже подрос на полцуня. — Сегодня вы будете бегать со мной на плечах. — Вэнь Нин подавал ему завтрак в маленьких глиняных плошках, собственноручно вылепленных из местной глины и обожженных в мелких кавернах с помощью неудачных прототипов огненных талисманов. Ему нравилось изображать вышколенного слугу с бесстрастным лицом. Солдаты тоже радовались, как дети. Вэй Усянь подавился. — Вэнь Нин, ты уверен? Думаю, я не смогу. — Сможете. Этот страшный Старейшина будет катать своего Генерала и ловить сусликов себе на ужин, а не сможет поймать — будет порхать по деревьям и есть цикад. Цикады сегодня с утра оглушительно стрекотали, словно чувствовали скорую осень и нависшую над ними угрозу.