Солнце играло в твоих волосах

Рейн поднимается из-за стола, и все взгляды оказываются прикованы к их персоне, но кровь не застывает в сосудах, как перед публичным выступлением, потому что это не оно. Это их семья, и все принимают их, любят, полны нежности и сочувствия. — Я хочу вам сказать очень важную вещь, — Идалин аккуратно переплетает свои и их пальцы под столом и сжимает запястье, — я и Ида решили сыграть свадьбу, и... — их слова утопают в радостных возгласах. Луз светится от счастья и порывисто обнимает Эмити, крича что-то вроде "наконец-то!" Блайт сдержанно и довольно улыбается и треплет волосы своей девушки, а потом поддерживающе смотрит на пару. Кинг с визгом прыгает на руки Идалин. Вряд ли он когда-то признается, что глаза его слезятся не от внезапного приступа аллергии. Эмбер подскакивает на месте и хлопает в ладоши, а Катя обнимает её за плечи. Дэрвин делает несколько снимков пары и ободряюще показывает палец вверх своему родителю (им пришлось репетировать речь вместе), и Рейн всё таки краснеет. Лилит, сидящая чуть поодаль от детей, успевает поднятьчя с места и похлопывает барда по плечу. Она сверкает улыбкой, а потом утирает слезу, проподнимая очки. — Титан, я ждала этого со времён средней школы, — произносит колдунья и обнимает сестру со спины, — долго же вы соображали. — Я уже нашёл платье для Иды! — из ниоткуда возникает Хути. Рейн подпрыгивает на месте от неожиданности. Однажды Уисперс привыкнет к тому, насколько у их будущей жены пугающий домашний демон... — Эй! Я уже нарисовала эскиз вместе с Дариусом, — возмущённо произносит Эмити. — А я уже начала делать украшения с Уиллоу под цвет ткани! — оживляется Луз. — В моём фанфике у Иды был костюм! Я расстроюсь, если реальность не будет соответствовать ему, — раздаётся голос Эмбер. — Эмми! — тут же возмущается Дэрвин. — Ваш любимый Хути уже всё решил и с костюмом! — говорит в унисон с общим гомоном Хути, — сейчас покажу пару вариантов. — Только не на мой ковёр! — спрыгивая с рук Идалин, кричит Кинг. Лилит посмеивается и скрещивает руки на груди. — Обожаю вашу семейку. — Нашу, — поправляет Ида и с любовью вглядывается в лицо Уисперс, — ты всё ещё их тётя. Рейн абсолютно счастливы.