размышление
20 июля 2022 г., 14:45
Тик-так, тик-так, тик-так.
Часы продолжали тикать, а Чонвон продолжал смотреть в потолок. Список бессонных ночей пополнился ещё одной. Его режим сна сбился после последнего урока зельеварения три дня назад. Чёрт, да он чуть не уснул сегодня во время Защиты от Тёмных Искусств, Сону был тем, кто спас его от позорного пускания слюней на стол (и наказания; было бы полнейшим отстоем получить наказание, будучи старостой).
Но, тем не менее, у Чонвона была причина не спать так поздно, и этой причиной был человек по имени Пак Чонсон, парень, которого он отчаянно пытался избегать в течение последних трёх дней. А если точнее, всё из-за запаха, который, по словам Джея, был у его амортенции. Чем больше Чонвон думал об этом, тем меньше в этом было смысла.
Видите ли, принцип работы амортенции заключается в том, что она пахла по-разному для каждого человека. Но есть два условия. Во-первых, она состоит из трёх ароматов. Ни больше, ни меньше. Во-вторых, все эти ароматы должны принадлежать одному и тому же человеку. Чонвон был уверен, что Джей не знал этих подробностей, поэтому он не мог соврать. И в этом и заключалась проблема.
Свежая трава. Чонвон всегда болтался на травяном поле, особенно, когда делал домашку. Странный выбор, потому что там всегда шумно, но почему-то ему это нравилось. Честно говоря, это описание могло относиться и к Сонхуну, так что это было не самое очевидное. Чёрт, да в Хогвартсе полно травы, и Чонвон был уверен, что, по крайней мере, половина учеников пахнет ею.
Но следующие два заставили его почти убедиться в том, что амортенция Джея описывает его. Розы и корица. Особенно корица. Видите ли, корица была самым распространённым ингредиентом в зельях, а лепестки роз не так далеко в том же списке. И если в Хогвартсе и был ученик, от которого пахло зельями, то это Ян Чонвон, и с этим может согласиться каждый студент.
И именно по этой причине он всё ещё не спал в два часа ночи в четверг, а тиканье часов составляло ему компанию.
Он спускался в гостиную факультета, чтобы посмотреть, нет ли кого-то, кто тоже не спит, но он всё равно не смог бы рассказать о своих мыслях случайному человеку.
Может, использовать на себе усыпляющее заклинание? Он был на территории школы, так что это не совсем незаконно (одним из самых больших страхов Чонвона был страх нарушения магического закона; настолько сильный, что во время летних каникул его палочка хранилась в ящике с тремя разными замками), но потом он понял, что никогда не накладывал усыпляющее заклинание ни на кого, кроме шиншилл, поэтому отказался от этой идеи.
Он пытался вспомнить кого-нибудь из когтевранцев, кто мог бы его выслушать. Первым, кто пришёл на ум, был Тэён, но Чонвон сразу же отмёл эту мысль. Если обо всём узнает Тэён, то узнает и Кёнмин, а если узнает Кёнмин, то узнает и Гону, а если узнает Гону, то узнает Хисын, а если узнает Хисын, то узнает и Джей, а это очень плохо.
Следующим человеком, который пришёл ему на ум, был не кто иной, как Пак Сонхун, и Чонвон сразу же отказался и от этой мысли. Он честно не мог представить себя говорящим: «О, привет, Сонхун-хён, я влюблён в твоего парня и схожу с ума, потому что запах его амортенции полностью описал меня, не мог бы ты мне помочь?». Он даже не хотел представлять, какой бы была реакция старшего на такое заявление. От одной мысли об этом у Чонвона по спине побежали мурашки.
Он пришёл к выводу, что он никак не мог поговорить об этом с другим своим однокурсником с Когтеврана. Это должно было подождать до утра, потому что он планировал воспользоваться помощью Сону.
***
— Думаешь, что Чонвон уже заметил? Сонхун и Джей были в общежитии Гриффиндора, оба сидели на кровати Джея. Вопрос был внезапным, но Сонхун знал на него ответ. — Определённо. Он буквально гений в области зельеварения, я уверен, что он знает, как работает амортенция лучше нас двоих вместе взятых. Джей кивнул, погрузившись в свои мысли. — Да, ты прав. Кроме того, все знают, что ты пахнешь паршивым клубничным одеколоном. — Эй! Он не паршивый! — ответил Сонхун, явно раздражённый. — Кроме того, Джейку он нравится. — Господи, Сонхун, он твой парень, держу пари, что он ненавидит его всем сердцем, но у него просто не хватает духу сказать тебе об этом. — Джей на мгновение замолчал. — Но в любом случае, речь не о Джейке, а о Чонвоне! Допустим, что он знает, что эти запахи связаны с ним. И теперь он, кажется, меня избегает. Есть какие-нибудь идеи, мистер «Давай сделаем вид, что встречаемся, чтобы Джейк начал ревновать»? — Ладно-ладно, я беру на себя вину за то, что заварил это всё, но позволь мне напомнить тебе, кто сказал, что мы должны продолжать изображать парочку уже после того, как я сошёлся с Джейком, просто чтобы люди не клеились к тебе? Джей вздохнул. — Хорошо, Хун, твоя взяла, но мне всё ещё нужна помощь. — Ну, мы могли бы просто сделать вид, что расстались. Джей покачал головой. — Будет полным отстоем, если мы с тобой «расстанемся» и я сразу же побегу флиртовать с Чонвоном. — Так ты хочешь флиртовать с ним, пока мы якобы вместе? Не думаю, что эта идея лучше. — Говорит тот, кого поймали целующимся с Джейком в туалете старост. И разве Хисын-хён не застукал вас двоих в кладовке для мётел? Ты очень предан нашим фальшивым отношениям, Сонхун. Сонхун вздохнул. — Хорошо, твоя взяла. Нам повезло, что младшекурсник, который нас видел, не сдал нас, и Хисын-хён тоже. Но что нам тогда делать? Ты вообще уверен, что нравишься Чонвону? Джей покачал головой. — Нет, но шанс есть и поэтому я готов рискнуть. Он решил рассказать обо всех своих наблюдениях за поведением Чонвона, когда они находятся вместе, но вскоре всё скатилось к тому, что Джей просто начал объяснять, почему Чонвон ему так нравится. — И я знаю, что это, наверное, не в тему к тому, что я до этого говорил, но ты видел его глаза? Это самые красивые глаза, которые я когда-либо видел в своей жи... — Вау, твоя влюблённость так очевидна, — прервал его Сонхун, и Джей густо покраснел. — З-заткнись. В любом случае, мы всё ещё должны что-то придумать. — О, кажется, у меня есть идея. — Я весь внимание.***
— Я просто не понимаю, Сону! — воскликнул Чонвон, прежде чем драматично вздохнуть и положить голову на стол. — У него есть парень! Парень! Партнёр, пара, вторая половинка и любые другие существующие синонимы! Так почему же запах его амортенции так идеально описывает мой? Сону просто поднял бровь. — Не знаю. — Ты мне не помогаешь! — возмутился Чонвон. — Я знаю. — Грх, конечно же ты должен был быть слизеринцем. Чонвон распинался около двадцати минут перед Сону и Рики, студентом четвёртого курса, с которым Сону был близок со второго курса. И, конечно же, так как Сону и Чонвон были близки, то тот, кто был близок Сону, автоматически становился близким и Чонвону. — Почему бы тебе просто не спросить его об этом, Чонвон-хён? — предложил Рики, и Чонвон очень быстро и отчаянно замотал головой. — Ни в коем случае. Что, если я всё неправильно понял и веду себя как идиот? Я не могу разрушить отношения своих друзей! Рики и Сону понимающе переглянулись, незаметно для Чонвона, который всё ещё полулежал на столе в общей гостиной Пуффендуя. Всякий раз, когда они втроём собирались в гостиной, это обычно была гостиная Пуффендуя. Рики сказал, что ноги его не будет в гостиной Слизерина, и им, скорее всего, бы досталось, если бы они шумели в гостиной Когтеврана. Гостиная Гриффиндора даже не рассматривалась как вариант, потому что никто из них не принадлежал к этому факультету. Плюс, то, что гостиная Пуффендуя была рядом с кухней, являлось большим преимуществом. — Так какой тогда у тебя план? — спросил Сону, и в ответ Чонвон лишь разочарованно вздохнул. — У меня нет плана. Чонвон немного помолчал, а затем продолжил. — Честно говоря, есть что-то подозрительное не только в поведении Джей-хёна, но и в поведении Сонхун-хёна. Он тоже был на уроке зельеварения, и буквально всем было слышно, что Джей-хён сказал о зелье, так что он должен был заметить, что описание ему не подходит, но он никак не отреагировал! — Хорошо, ты прав, хён, — ответил Рики. — Это немного странно, но, может быть, они просто тогда поругались? — В этом и дело! Не может быть, чтобы они поссорились и при этом стояли и обжимались прямо перед моим салатом!— пожаловался Чонвон. — Вы двое не так сильно раздражаете своим публичным проявлением привязанности, но они ходят как приклеенные постоянно! Рики подавился воздухом, когда Чонвон сказал это. — Ч-что ты имеешь в виду под нами, хён? Чонвон в ответ поднял бровь. — Да ладно, Рики, вы ведь такие очевидные. К этому моменту Рики покраснел как помидор. — Кроме того, кто, по-твоему, был тем, кто должен был каждый божий день слушать, как Сону говорит о том, как в тебя влюблён? Как только это прекратилось, я сразу понял, что вы наконец сошлись. Хотя Ни-Ки всё ещё яростно краснел, он не мог упустить возможность поддразнить своего парня. — Ох? Так я нравлюсь тебе настолько сильно, хён? Сону усмехнулся. — Как будто ты так же не выговаривался Таки. — Он сказал тебе?! Вот предатель!.. Чонвон притворно кашлянул. — Мы можем вернуться к теме, пожалуйста? — Если серьёзно, Чонвон, — начал Сону, — прежде всего, тебе стоит перестать избегать Джей-хёна и посмотреть, как он и Сонхун-хён ведут себя рядом с тобой. И если ты действительно так сильно запутался, просто поговори с одним из них, расскажи всё, но не особо вдаваясь в подробности. Они, скорее всего, подумают, что ты влюбился в меня, но не можешь решиться на признание, потому что, очевидно, что мы с Рики вместе. — Это… неплохая идея, но они же не могут быть настолько глупыми, чтобы на это купиться, — ответил Чонвон, немного подумав. — Вы всё равно считаете, что стоит попробовать? Оба его друга кивнули. — Хорошо, тогда я попытаюсь. Но если они меня раскусят, то вы должны мне по шоколадной лягушке! Каждый! После этого Чонвон ушёл по своим делам, оставив Сону и Рики одних в гостиной Пуффендуя. — Почему ты просто ему не рассказал? — спросил Рики. — Ну, так забавнее наблюдать за этим, правда? — хихикнул Сону. — Чонвон-хён был прав, конечно же ты слизеринец…
