Угрозы "Корвус Холла"

      Встретиться с ректором и передать записку, надежно убранную в пакет для улик, Сяо Чжаню удалось только вечером следующего дня. По телефону Ван Ичжоу внимательно выслушал коллегу и пообещал в кратчайшие сроки провести ее дактилоскопическое исследование, а если возникнет необходимость, то и исследование на потожировые следы. Узнав, что записка была получена соседом Сяо Чжаня, старший следователь в очередной раз напомнил, что в этом деле следует быть предельно осторожным и при малейшей опасности звонить ему или обращаться к ректору. Все время разговора Чжань раздумывал, стоит ли говорить о том, что его кандидатуру утвердили на членство в братстве, или нет. Однако услышав неподдельное волнение в голосе коллеги, он решил пока промолчать, а то чего доброго прикажет ему не ходить на инициацию, а Чжань не мог упустить такой шанс. «Ладно, когда примут – тогда и расскажу все», - решил он и, попрощавшись, положил трубку.       - Значит это Ван Ибо получил записку? – спросил ректор у Сяо Чжаня, когда разговор был окончен.       - Да, вчера во время дискотеки.       - Ты кого-нибудь подозреваешь? - Хуан Цзытэн нервно теребил ручку.       - Могу сказать, кого я не подозреваю.       - Хотя, нет, не надо. Я люблю всех студентов одинаково. Не хочу, чтобы к кому-либо появилось предвзятое отношение только на основании необоснованных выводов.       - Это правильно. Я тоже не хочу никого обвинять без весомых улик. Но я переживаю за своего соседа. Он… - Сяо Чжань замолчал, подбирая слова. – Он очень необычный.       - Я рад, что у Ибо появился человек, которому он небезразличен, - ректор внимательно смотрел на следователя. – Он действительно уникальный. И, если сможешь, в будущем постарайся не причинять ему боли.       - Постараюсь, - Чжань кивнул.       После разговора с ректором он решил найти Ван Ибо. В это время староста должен был находиться на очередной тренировке. Бродя по пустынным переходам старинного здания, Сяо Чжань задумался о своем истинном отношении к соседу. То, что Ибо ему симпатичен – это неопровержимый факт, но как сильно он нравится Чжаню? И что будет, если все-таки староста окажется виновен во всех преступлениях? Отчего-то же именно его и Хэ Пэна подсознание следователя считало единственными возможными преступниками. Чжань вспомнил свой сон, а что если в этом деле они оба замешаны? Это ведь очень удобно: пока один на виду, второй может подбрасывать записки, и наоборот.       Возможно ли, что только на людях между ними вражда, а на самом деле они заодно? Возле танцевального класса Сяо Чжань слегка притормозил – он услышал из-за неплотно закрытой двери знакомые голоса. Естественно, один принадлежал Ибо, а второй – его заму. Чжань подошел ближе и замер, прислушиваясь.       - Какого черта ты творишь? – недовольно говорил Ибо.       - А что такого я сделал? – ответил Хэ Пэн. – Раньше у тебя не было претензий к моим методам. И вообще, это я должен спрашивать, что ты творишь? Зачем притащил его в братство?       - Потому что могу, - невозмутимо ответил староста. – Хочу и могу. Я тебе ни слова не сказал, когда ты привел Сюаньюя.       - Ха, у него хотя бы было на это основание – его отец состоял в братстве. А у твоего оборванца нет на это никакого права. Знаешь, я не узнаю тебя в последнее время. Носишься с ним, как с писаной торбой, неужели он еще не раздвинул перед тобой ноги? Ты же такой замечательный, как новенький смог устоять? – зло проговорил Хэ Пэн последние слова.       - Замолчи, - Ибо старался держать себя в руках и не вестись на провокации. – Мои отношения с Чжанем касаются только меня и его.       - Ответь мне по-дружески – ты трахнул его или нет? В душевой он не сильно-то и сопротивлялся. Я дал тебе такой хороший повод – сначала успокоить испуганного мальчика, а потом поиметь его, а ты им не воспользовался до сих пор.       - Вали отсюда, - Ибо отвернулся от своего зама и пошел куда-то вглубь зала. – Я не собираюсь отчитываться за свои действия ни перед кем.       «Выходит Ибо отлично знает, что Хэ Пэн тоже состоит в братстве», - в это время думал Сяо Чжань. – «Возможно ли, что он знает всех, кто сейчас в него входит?» - этот и множество других вопросов вертелись в голове у следователя. Какие отношения связывают старосту и его зама, откуда Хэ Пэн знает, что именно Ван Ибо предложил кандидатуру Сяо Чжаня и, наконец, нападение в душе было спланировано заранее или нет?       Заметив, что Хэ Пэн направился к выходу из зала, Сяо Чжань заметался возле двери. Здесь ему негде было спрятаться, и оставался только один выход – он толкнул дверь и вошел внутрь. От неожиданности Хэ Пэн замер, а Ван Ибо, в это время собирающий свои вещи, повернулся.       - А вот и принцесса пожаловала, - через пару секунд заместитель пришел в себя и в привычной для себя манере отпустил комментарий. – Так держать, - и Пэн подошел к Чжаню. – Чем дольше не даешь – тем большего сможешь добиться. А если скажешь, что секс только после свадьбы, то обеспечишь себя на всю оставшуюся жизнь.       - Не слушай его, - Ибо направился к ним.       - И что он в тебе нашел? – не хотел останавливаться парень. – Разве что милую мордашку. Хочешь дам бесплатный совет?       - Нет, - Чжань не желал продолжать этот бесполезный разговор.       - А я все-таки дам, потому что добрый. Не надейся, что у тебя получится надолго остаться с ним. Как только ты надоешь нашему идеальному старосте, он тебя бросит. Тогда приходи ко мне – я смогу утешить.       Сказав это, Хэ Пэн поднял руку с намерением дотронуться до лица Сяо Чжаня, но подошедший Ибо успел ее перехватить и отбросить.       - Не смей касаться его, я тебя уже предупреждал, - и, повернувшись к Чжаню, продолжил. – Идем, нам с ним больше нечего обсуждать.       Заместитель еще какое-то время постоял, глядя им вслед, а потом вышел, громко хлопнув дверью на прощание. По нервным движениям старосты Сяо Чжань понял - даже такого человека, как Ван Ибо, можно вывести из себя. Чжань осторожно коснулся его руки и сказал:       - Не переживай, мне ничего от тебя не нужно.       «Кроме информации о творящемся здесь», - мысленно поправил себя он.       - Ха, да даже если и нужно, - Ибо никак не мог успокоиться и его пальцы подрагивали. – И Пэн не прав, я не брошу тебя сразу после того, как переспим.       - Ибо, я не поверил ни единому его слову. Он злится на тебя, поэтому и старается ударить как можно больнее. Впредь будь осторожен, кто знает, на что может пойти этот человек.       - Ты, правда, на моей стороне? – Ибо с надеждой взглянул на Чжаня.       - Что бы ни произошло в прошлом или ни случится в будущем – я всегда поддержу тебя.       После этих слов староста устало выдохнул и крепко обнял Чжаня.       - Ты даже не представляешь, как я рад это слышать, - тихо прошептал он. – И у меня для тебя новость – сегодня вечером состоится твое посвящение.       

***

      Сяо Чжань не ожидал, что все произойдет так быстро. Сейчас ему оставалось только доверится Ван Ибо и плыть по течению. Около десяти вечера староста повел его в подвал.       - Запоминай дорогу, кто знает, вдруг в следующий раз тебе придется весь путь проделать одному.       - Не пугай меня так, - Чжань крепче сжал его руку.       В это время Ибо указал на одну из комнат:       - Нам сюда, - и толкнув дверь, они вошли в полутемное помещение.       Вдоль стен стояли пыльные пустые шкафы. Казалось, что дальше идти некуда. Но староста уверенно открыл один и, надавив на скрытый рычаг, отодвинул заднюю панель.       - Запомнил? – он взглянул на Чжаня.       - Да.       - Хорошо, потому что дальше я должен буду завязать тебе глаза.       - А мантии и маски? – Чжань нервно сглотнул.       Пройдя по узкому коридору, они оказались в просторной комнате. Вдоль стены стояли столы с масками, а рядом висели черные мантии. Маски своим внешним видом напоминали венецианские: они были сделаны из папье-маше, черного цвета, с прорезями для глаз, а на месте носа красовался золотистый клюв. Нижняя часть лица оставалась открытой.       - В следующий раз и твоя будет тут лежать, - Ибо кивнул на пустое место.       - Как узнать где чья?       - Можешь взять любую, никто тебе ничего не скажет, но обычно мы запоминаем, куда положили свою. Мантию тоже можешь брать любую – они все одинаковые. А теперь я вынужден завязать тебе глаза, - и Ван Ибо достал полоску черной светонепроницаемой ткани.       С завязанными глазами Чжань стал чувствовать себя еще более неуверенно. Он слышал как Ибо надевает мантию и берет маску со стола, а затем его взяли за руку и потянули куда-то. Чжань сделал несколько неуверенных шагов за Ибо, когда тот внезапно прижал его к стене.       - Я не прощу себе, если сейчас не сделаю этого, - Ибо провел рукой по шее Чжаня, а потом поцеловал.       Оставшись в полной темноте все остальные чувства следователя обострились, и поцелуй показался ему невероятно обжигающим. Сейчас ему оставалось только одно – полностью довериться Ибо и следовать за ним. Руки старосты скользили по груди Чжаня, заставляя того отзываться на эту казалось бы простую ласку. Губы скользили по шее, скулам, щекам.       - Как же я хочу тебя сейчас, - шептал Ибо ему на ухо.       Чжань чувствовал, как возбужден его сосед, да он и сам был не прочь оказаться сейчас в комнате. Еще никогда до этого ему не было так хорошо от простых поцелуев. В какой-то момент он не выдержал и слабо застонал.       - Тише, - Ибо едва слышно произнес эти слова. – Иначе я не смогу ограничиться только поцелуями, - его горячие губы в очередной раз коснулись шеи Чжаня, оставляя на ней следы.       - Ты сам завязал мне глаза, а теперь просишь вести себя тише? – Чжань не хотел отпускать от себя Ибо. Вся эта ситуация с таинственным посвящением и завязанными глазами безумно заводила его. Теперь, когда он мог только чувствовать старосту, не видя, он понял, как волнует его этот человек.       Ибо еще раз поцеловал. Его язык снова проник в рот Сяо Чжаня, увлекая следователя в очередной страстный поцелуй.       - Нам пора, - все еще часто дыша произнес Ибо, отстраняясь. – Не переживай, что бы ни происходило – я всегда буду рядом. Запомни: ты будешь должен выполнить все, что тебя попросят. Затем тебя примут в братство.       И Ибо повел его куда-то. Передвигаться, лишившись зрения, было не очень комфортно, и Сяо Чжань боялся, что врежется во что-нибудь. Однако через пару минут Ибо благополучно остановился и сказал:       - Все, мы на месте. Стой здесь.       Чжань слышал, как староста куда-то пошел, возбуждение стало проходить, уступая место все нарастающей панике. Ему стало некомфортно в темноте. Запоздало он пожалел, что не предупредил Ван Ичжоу об обряде посвящения, но сейчас что-то изменить уже не было возможности. Вскоре позади него раздались шаги, потом еще и еще, комната стала наполняться людьми. Чжань почувствовал, как кто-то встал по правую и левую сторону от него. Шелест ткани теперь раздавался со всех сторон. Чжань потерялся во времени, он не знал сколько прошло с того момента, как Ибо оставил его. А когда из динамиков прозвучал незнакомый низкий голос, он вздрогнул от неожиданности.       - Братья, - произнес незнакомец. – Сегодня мы собрались, чтобы принять в наши ряды еще одного члена. И если он с достоинством пройдет все испытания, то навсегда станет нашим братом. А теперь, претендент, скажи: готов ли ты произнести священную клятву?       - Да, - от волнения голос у Сяо Чжаня сел и прозвучал хрипло.       - Хорошо, протяни правую руку и положи ее на свод правил, - Чжань вытянул руку и кто-то помог ему опустить ее на книгу. – Повторяй за мной слова клятвы: клянусь никому не рассказывать о братстве.       - Клянусь никому не рассказывать о братстве, - послушно повторил Чжань.       - Клянусь отныне и всегда помогать всем членам братства, обратившимся ко мне за помощью, - продолжил голос произносить слова клятвы.       - Клянусь отныне и всегда помогать всем членам братства, обратившимся ко мне за помощью, - Чжань опять слово в слово повторил.       Вслед за неизвестным он произнес все слова клятвы. Когда прозвучало последнее «клянусь», руку Сяо Чжаня сняли с книги.       - Готов ли ты кровью подтвердить серьезность своих намерений и сказанных слов?       - Готов, - следователь вспомнил слова Ван Ибо, что тот будет рядом и что ему, Чжаню, нечего бояться.       Тогда кто-то взял его руку и уколол палец, чем-то похожим на острую иголку. От неожиданности и боли Чжань дернулся. Все-таки он до последнего не верил, что придется по-настоящему проливать кровь и скреплять ей договор.       - Все хорошо, - раздался тихий голос Ибо возле самого уха следователя. – Это я, не бойся.        Староста нежно держал его за руку и поглаживал, словно пытался успокоить, а потом аккуратно прижал к его пальцу что-то на ощупь напоминающее лист бумаги.       - Готов ли ты разделить со своими братьями плоть Ворона? – опять спросил голос у Чжаня.       - Готов, - ответил следователь. Он не знал чего ожидать дальше, но решил идти до конца. Он все старался понять, кому же принадлежит голос, но ни у кого из студентов не было такого низкого баса, скорее всего говоривший использовал модулятор.       Через несколько минут кто-то вложил в руки Чжаня небольшой кусочек мяса. Оно пахло костром и какими-то травами.       - Ешь – это копченая оленина, - развеял все опасения Ибо.       Решив, что не отравится, Сяо Чжань положил его в рот и стал медленно жевать. После того, как он все проглотил, на плечи ему накинули мантию и бережно завязали.       - Еще немного осталось, - говорил Ибо, надевая на него объемный капюшон и расправляя складки.        Однако снимать повязку с глаз, все еще было запрещено. После сцены с мантией Чжань решил, что, видимо, Ван Ибо сегодня выполнял роль человека, помогающего ему. Следователь чувствовал, как пальцы старосты легонько касаются его, поглаживают и успокаивают. Рядом со знакомым человеком ему стало комфортнее.       - Готов ли ты разделить со своими братьями кровь Ворона? – раздалось из динамиков после того, как Чжань оказался полностью облачен.       - Готов, - уже увереннее ответил он. Сейчас стало понятно, что самое страшное уже миновало.       Вокруг раздалось легкое шуршание ткани, и ему в руку вручили что-то по форме напоминающее кубок.       - Пей, я уже сделал глоток, - опять успокоил его Ибо. – Это всего лишь томатный сок.        По запаху там был не только сок, но и какой-то алкоголь. Чжань отпил и закашлялся. После приветственной вечеринки они больше не пили вместе, и теперь следователь опасался, что слишком крепкий алкоголь, да еще и без закуски, может сыграть с ним злую шутку. Но иного пути, как допить, у него не оставалось. К тому же голос настаивал:       - Тебе предстоит выпить все до дна.       Чжань поморщился и в несколько больших глотков осушил емкость. Затем Ван Ибо помог ему снять повязку и надеть маску. После долгих минут, проведенных в темноте, даже слабый свет больно резал по глазам. Из-за выпитого алкоголя его голова слегка кружилась, но Сяо Чжань жадно осматривался, стараясь запомнить малейшие детали. Однако кроме одиннадцати фигур в черных плащах он не смог ничего разглядеть. Лишь изредка свет падал на клюв какой-нибудь маски, и он слабо мерцал в темноте.       - Поздравляем, с этого момента ты один из нас, - произнес все тот же голос.       Чжань попытался взглядом найти своего соседа, но ему так и не удалось понять, под каким же плащом находится Ибо. Бесформенная ткань отлично скрывала фигуры.       - А теперь тот, кто привел тебя, вручит последний символ братства – серебряную бусину.       Фигура, стоящая справа от Сяо Чжаня повернулась к нему, в руках у старосты, а это, несомненно, был он, блестела серебряная цепочка. Следователь подошел к нему и немного наклонился, тем самым помогая Ибо застегнуть на нем цепочку.       - Ты молодец, - пользуясь ситуацией, на ухо прошептал ему староста. – Осталось совсем немного, и мы вернемся в комнату.       - Поприветствуем же нашего нового брата, - сказал голос, когда Чжань вернулся на свое место.       - Приветствуем тебя, приветствуем тебя, - раздалось со всех сторон.       Следователь старался разобрать по голосам, кто еще кроме Ван Ибо и Хэ Пэна из знакомых входит в братство, но в таком хоре ему это не удалось. После соблюдения всех формальностей, фигуры в плащах стали по одной удаляться из комнаты. Староста сделал знак, чтобы Чжань не спешил, и когда они остались только вдвоем, подошел к нему и крепко обнял.       - Ты как? – Ибо опять вел его за руку по коридору, только сейчас Сяо Чжань мог все видеть. На стенах висели светильники, стилизованные под факелы, пол был земляной, а стены сложены из старинного щербатого кирпича. – Не сильно мы тебя испугали?       - Все в порядке, ты же был рядом.       - По традиции тот, кто привел нового члена, должен помогать ему во время церемонии посвящения. И еще, если ты нарушишь законы братства, то я буду должен разделить с тобой наказание. Теперь мы связаны до конца жизни.       - А тот, кто привел тебя, он тоже подбадривал? – спросил Сяо Чжань, снимая маску и плащ и убирая их на место. – Или ты заранее знал, что тебя ожидает?       - Неа, мне тогда никто не подсказывал. Это запрещено кодексом. Во время собраний только распорядитель имеет право говорить. Но сегодня из-за тебя мне пришлось нарушить не одно правило, - Ибо нежно улыбнулся Чжаню. – И я об этом нисколько не жалею.       После выпитого Чжаня слегка качало, видимо пропорции сока и алкоголя в приветственном коктейле были весьма условные. Его щеки порозовели, а губы горели от недавних поцелуев.