Ещё вечность

Далеко убежать,

Вместе, если хочешь

Забываю дышать,

Сердце рвётся в клочья;

Далеко убежать,

Вместе, если хочешь;

Мысли тянут назад

И уносят ночью.

***

Жан уверен в том, что Натаниэлю необходимо залечь на дно. Не высовываться, не говорить ничего лишнего, стать на время тихим и послушным. Нейт знает, что в большинстве своих слов Моро прав. — Больно? — еще слышно обращается Жан, обрабатывая ватой и посыпая присыпкой ожоги Натаниэля. — Терпимо. — скривившись, отвечает Веснински. Жан тихо усмехается — Знаешь, что говорит ребенок-карлик своим родителям после того, как нахулиганил? — уголки губ Веснински медленно ползут вверх, когда он замечает нахмуренное лицо друга. Жан отрицательно качает головой. — «Я больше не буду». — Это глупо. — Моро хрипло смеется. — Я знаю. — улыбается Натаниэль. Такие моменты в его жизни на вес золота. — Готово. — спустя некоторое время Жан бросает окровавленные старые бинты в сторону и отодвигается от Нейта. — Извини меня… — начинает Моро, но Веснински тут же прерывает его. — Все в порядке. Ты так или иначе не смог бы помешать ему сделать это. Они оба замолкают. Просто потому что сказать нечего. Просто потому что, наверное, еще не существовует слов для таких случаев. Для их случаев. — Все правда нормально. — Натаниэль вкрадчиво заглядывает Жану в глаза. Конечно, Жан не верит. Но разговаривать с Веснински на эту тему бесполезно. Совершенно. Моро тяжело вздыхает, будто вся тяжесть этого мира обреченно спадает с плеча. На время. Он медленно поднимается с кровати. — Идем. — Куда? — Нейт хмурится — Да вообще куда угодно. — Жан пожимает плечами. Он протягивает Веснински руку. Недолго думая, Натаниэль хватается за чужую ладонь и, скривившись от боли, встает на ноги. Они вместе покидают комнату и направляются по темному коридору. Говоря о расписании, сейчас завтрак и лекции, но как же до боли приятно думать о том, что у них есть хоть крошечные щепотка свободы и право идти куда угодно.

***

Эндрю закрывает за собой дверь в столовую и прижимается плечом к кафельной плитке, покрывающей стены. Сегодня в его голове на удивление свежо. Он с легкостью пережил утреннюю тренировку и сейчас чувствует себя не хуже. В голову забираются навязчивые мысли, говорящие, что эффект таблеток должен скоро закончиться, но Эндрю предпочитает абстрагироваться и засунуть их куда подальше. Свободных мест нет, поэтому он быстрым шагом пробирается к столику Натаниэля и Жана, плюхаясь рядом с Моро. Чужие голубые глаза, оказавшиеся напротив пристально следят за каждым миллиметром его тела. — Чего? — сразу же вырывается изо рта Натаниэля. Эндрю усмехается и вытягивает ноги вперед, задевая ими Веснински. Жан рядом кривит губы и, перейдя на французский, что-то шепчет Нейту. — Это, знаешь ли, не очень прилично — в компании говорить на языке, который некоторые не знают. — Миньярд тянет каждое слово. Он в курсе, что этих двоих подобное выводит из себя. — Миньярд, шел бы ты отсюда… — буква «Р» искажается из-за французского акцента, и Эндрю находит это забавным. Моро тут же перебивает Натаниэль. Он открывает рот и Эндрю слышит от Веснински то, чего никогда не думал услышать. Эндрю с ужасом хлопает глазами, мир вокруг плывет. Но Веснински в его разуме продолжает говорить. Что-то о диком желании и о чем-то еще, что внушает Миньярду безоговорчный страх. Он вертит головой по сторонам и не понимает, где находится. Моро настойчиво щелкает бледными пальцами перед его лицом, заставляя чувствовать себя ничтожно маленьким. Сердце бьется часто-часто и, кажется, сейчас разорвет грудную клетку. В глазах все, будто мутнеет. Миньярд видит, как к нему подсаживается Натаниэль и что-то произносит. Так жарко, так душно. Все накаляется до отправной точки, руки чешутся, а тело уже не ощущается своим. Эндрю наотмашь бьет Натаниэля в скулу. Голова Веснински заваливается назад на несколько секунд. Миньярд видит кроваво-красные разводы на щеке, и его начинает трясти. Жан как курица-наседка подлетает к Натаниэлю, отпихивая Эндрю в сторону. Голкипер мотает головой и смотрит на свои руки, сжатые в кулаки. В мозгу до сих пор гудит, но разум проясняется. Он хочет встать, хочет извиниться перед Веснински, потому что Абрам — не Рико и не какой-то посторонний Ворон. Эндрю не хотел бить, таблетки хотели. Но Натаниэль опережает его. Он первый срывается со скамьи и, подхватывая Миньярда за ворот, тащит к выходу из столовой. Моро идет сзади. Эндрю заторможено озирается. Кажется, никто из Воронов не отреагировал на произошедшее. Может, ему это видится? Может, на самом деле его просто стошнило прямо на стол? Мозг, кажется, погружается в туман, но Эндрю делает себе пометку спросить Абрама, что же случилось на самом деле.

***

Тело Миньярда с глухим стуком падает на кровать. Натаниэль приземляется рядом и прикусывает внутреннюю щеки узнутри, стараясь справиться с ноющей болью от ожогов. Жан стоит напротив, скрестив руки на груди. Смотрит насуплено. Натаниэль молча поднимает глаза на Моро. — Зачем? — наконец спрашивает Жан, продолжая глядеть на Миньярда. Веснински молчит. Он аккуратно трогает свой нос пальцами. Болит, но не сломан. Он медленно встает с кровати, ковыляя в ванную, чтобы остановиться кровь. — Подержи десять минут, а потом я посмотрю. — глухо отзывается Жан, смотря куда-то в сторону. — Все нормально. — голос звучит тихо из-за того, что пол лица скрыто тканью. — Было намного лучше, когда этого психованного ошивался подальше. — Моро быстро разворачивается и подходит к Натаниэлю. — Рано или поздно Рико все равно забрал бы его. — Нейт пожимает плечами. Жан вздрагивает от чужого имени и съеживается. Натаниэль хмурится, но ничего не говорит. — Дай сюда. — тихо произносит Моро и отнимает от лица Веснински полотенце с кроваво-красными разводами. Он аккуратно держит его нос кончиками пальцев и пытается оценить урон. — Думаю, через неделю пройдет. У меня есть вата в комнате. — Не нужно. — Иди за мной. — Жан говорит это с нажимом, и Натаниэль понимает, что не отвертится. Они скрываются. Моро на секунду останавливается на пороге и, выдав что-то на быстром французском в сторону Миньярда, исчезает вслед за Натаниэлем. Веснински бросает взгляд на Жана и тут же вспоминает, что тот ни разу не учил его ругательствам на французском.

***

Чужие руки сжимаются на его бледном горле. Чужой хриплый голос опаляет лицо и царапает слух. Шипит и плюет прямо в лицо. Чужие руки рывком вжимают в матрац, и он чувствует грязные мерзкие прикосновения. Его детское сознание не понимает, что с ним происходит. Его детский мозг не способен трезво оценить ситуацию и понять, что с ним делают. Он бьется в истерике, пытаясь вырваться из цепких когтей, но сил недостаточно, чтобы противостоять взрослой туше, навалившейся на него. Он плачет и кричит до тех пор, пока слезы противной коркой не высыхают на его щеках, а голос не садится до сиплого шепота.

Эндрю вскакивает с кровати и широко распахивает глаза. Кошмар оставляет внутри липкий след, заставляя усомниться в восприятии реальности. Он смотрит по сторонам и бешено бьющееся сердце медленно замедляет ритм. Он в их с Натаниэлем комнате. Все в порядке. Эндрю поднимается на трясущихся ногах и бросает взгляд на часы. Он еще, возможно, успеет на обеденную тренировку. Миньярд чуть не сваливается на пол, когда пытается взять дрожащими пальцами лямки спортивной сумки. В другой день он бы плюнул на все, но сегодня здравый смысл сильнее желания отключиться. Мозг еще затуманен, поэтому он не может нормально мыслить. В голову стучится тревожно воспоминание о том, что случилось утром, но он не может в полной мере вспомнить, что произошло.

***

Тренировка прерывается, когда на поле выходит Миньярд. Натаниэль надеялся, что у блондина достаточно ума, чтобы сидеть в комнате и не высовываться. Жан подходит сзади и кладет свою ладонь на плечо Нейта. — Все нормально, — успокаивающе шепчет Моро. — Он сам виноват. Натаниэль сщуренно смотрит в противоположную сторону поля, где Рико что-то говорит Эндрю. Он пытается себя успокоить, что, возможно, Рико будет рассуждать так же, как и Жан. Миньярд бросает в его сторону наглый взгляд и на секунду высовывает язык. Веснински закатывает глаза. Все как всегда. Морияма собирает их всех перед собой и, почти рявкая, объявляет — скоро еще одна выездная игра. Прямо на самое Рождество. От Натаниэля не укрылось, как нервно сглотнул Кевин и спешно отвел взгляд от Рико. Рико свистит и тренировка продолжается. Нейт стоит неподвижно и ждет, пока дойдет очередь до его половины команды. Он смотрит на то, как Эндрю медленно плетется к воротам, и глазами неосознанно проходит по его фигуре. Натаниэль не сказал бы, что Миньярд худощавый — скорее, в превосходной форме. Стоп. Веснински мотает головой, пытаясь понять, что, блядь, происходит в его голове. Наконец подходит его черед, и Нейт направляется к средней линии, приготовившись к удару. Мяч прилетает к нему с оглушительной скоростью. Натаниэль тут же срывается с места и бежит до центральной зоны. Легкие наполняются огнем, а ноги несут его вперед с неимоверной скоростью. Нейт передает мяч другому нападающему и тормозит на секунду, перед тем как снова броситься бежать. И так несколько раз. Десяток. Под конец язык противно высыхает, а горло саднит от того, как хочется пить. Тело, словно наполняется ватой и увязает в липком меде, начиная двигается быстрее. Толчки становятся агрессивней, шаги ровнее, а дыхание — сухим. Все Вороны из последних сил мечутся по полю в ожидании долгожданного свистка. Рико, кажется, специально не свистит. Его губы растекаются в улыбке, и он с наслаждением смотрит на измученную команду. Он переводит взгляд на Миньярда, стоящего на воротах. Блондин заметно держится из последних сил. Рико кривится и болезненно вздрагивает, когда вспоминает, как безжалостно Миньярд воткнул в него нож. По ощущениям это было давно, но на деле прошло всего несколько дней. Рико пришлось долго ходить в бинтах, прежде чем, экстренно наложенные швы, наконец сняли. Рана до сих пор не зажила, но ему повезло, что это была не ведущая рука. Рико отлично помни: он вломился к Тэцудзи весь в собственной крови, хрипя о том, что Миньярд перешел все дозволенные и недозволенные границы. Но Тэцудзи запретил ему мстить. Он в принципе запретил трогать Миньярда — голкипер был ценнейшим приобретением для Воронов. Однако Рико не планировал смириться. Он не забыл ни одной вещи, которую сделал этот сумасшедший за время пребывание в Гнезде. Рико начал аккуратно. Запугивания, наркотики. Он был согласен с Тэцдзи, но это не мешало ему с удовольствием смотреть, как медленно стержень внутри этого психопата надламывается и крошится, стираясь в пыль. В ничто.

***

Эндрю садится на корточки и, взяв в руки игровой мяч, задумчиво вертит его в руках. — Давай быстрее. — раздраженно бросает Натаниэль, держа в руках корзину с другими мячами. Рико оставил их убирать оборудование после тренировки. Эндрю хмыкает и направляет мяч в Веснински. Нейт сжимает губы в одну тонкую линию, молча поднимая мям и кладет его в корзину. Миньярд удивленно вскидывает брови. С прошлой игры он ведет себя слишком тихо для своего безрассудного характера. Эндрю неотрывно продолжает прожигает взглядом. — Что-то не так? — защитник заметно напрягается и оглядывается по сторонам. Миньярд не уверен в том, что его не подводит зрение. — Разве что с тобой. — Эндрю склоняет голову набок и, немного подумав, добавляет: — Нил. Веснински вздрагивает. Эндрю улыбается кончиком губ. — Все в порядке. — А ты знал, что обычно, когда люди лгут, то они делают перед этим движение, которое им несвойственно, — Эндрю делает маленький шаг вперед. — Я заметил, что во время разговора ты машешь руками, будто хочешь кого-то убить. А сейчас нет. — У меня руки заняты. — тупо отвечает Натаниэль и нахмурился. Даже сделал шаг назад. Заметив это, Миньярд растянул губы на подобие улыбки. — Боишься? — Ты действуешь мне на нервы. — возразил Веснински, с грохотом бросая корзину с мячами на пол и складывая руки на груди. — Это нормально. — Эндрю примирительно поднял руки вверх и сделал еще один шаг вперед. Натаниэль фыркнул и закатил глаза. Миньярд ухмыльнулся. Он чувствовал, какая энергия сейчас исходила от рыжего. Ледяная, с шипами на конце, манящая прикоснуться к себе. Эндрю находил это интересным. Атмосфера вокруг них будто накаливалась все сильнее и сильнее. Или, может быть, это чувствовал только сам Эндрю? Он внимательно смотрел снизу вверх в чужие голубые глаза, стараясь разглядеть в них хоть один намек на любую эмоцию. Противное щекочущее чувство скреблось о мозговую коробку, побуждая начать действовать, утолить жажду. Эндрю моргнул несколько раз, пытаясь сбросить с себя наваждение. Он не был глупым и понимал, что вместо разума в нем говорят таблетки. А они, как известно, ничего хорошего не советуют. Даже смешно, что теперь он с подозрением относится не только к незнакомым людям, но и самому себе. Блять. — Ты слишком громко думаешь. — наконец сказал Нейт и, подняв с пола корзину, продолжил собирать в нее игральные мячи. Эндрю сощуренно смотрел ему в спину. Чем бы это ни было, но момент был утерян.

***

На языке чувствуется горечь. Сигаретный дым струйкой тянется вверх, и Натаниэль завороженно смотрит, как он скатывается в колечки. Миньярд сидит рядом. Веснински знает, что не должен быть здесь, знает, что влетит от Рико, но он все равно останется здесь. Эндрю просто сказал ему одно заветное слово «крыша», и Натаниэль просто пошел за ним. И вот теперь он здесь. Ветер, высота, дым и Миньярд. Самое худшее комбо в его жизни. Когда он говорил о том, что Эндрю действует ему на нервы, он не врал, ведь оно так и было. — Ты будто бы ничего не боишься. — вырывается у Нейта. Слова текут сами собой, не стыкуясь с мыслями. Он задал этот вопрос, потому что так и думал, что Миньярд ничего не боится. Он вел себя так. Эндрю пожал плечами. Он не курил. Это было странно. Закатное солнце отражалось в его глазах, с расширенными зрачками, и играло бликами в пшеничных волосах. Натаниэль позволил себе задержать взгляд на чужом лице, но тут же отвернулся, как только Миньярд посмотрел на него в ответ. — Возможно, чего-то и боюсь. — наконец хрипло ответил он. — Например? — любыпытство было абсолютно искренним. — Это так не работает. — слабо усмехнувшись, возразил Эндрю — Правда на правду. Иначе никак. Натаниэль, недолго думая, решил, что ему точно нечего терять в этой странной сделке. — Наверное, — задумавшись, начал Веснински. — Наверное, я боюсь боли. — Это банально. — фыркнув, сказал Эндрю. — Ну и что. — Нейт склонил голову набок и посмотрел на Миньярда. — А ты? — Высоты. — твердо ответил тот. Картинка в голове не складывалась. — Но тогда что ты делаешь здесь? — Чувствую. — ответ был так прост, что Натаниэлю захотелось рассмеяться. — Это тоже очень банально. — Ну, значит, мы с тобой оба жутко банальные и скучные. Холодный ветер дует прямо в лицо. Осень медленно перетекает в зиму, ноябрь превращается в декабрь. Натаниэль думает о том, что скоро прибавится еще один год к его пребыванию здесь. — Если бы тебе предложили уйти из гнезда, но взамен Моро бы продлили контракт еще на пять лет, ты бы согласился? — Нет. Миньярд фыркает, а Нейт думает о том, что это очень глупый вопрос. Ответ же очевиден. Он хотел задать такой же вопрос о близнеце Эндрю, но понял, что ответ будет точно таким же. Они просидели в тишине еще некоторое время, пока Натаниэль наконец не ушел из-за того, что стало совсем холодно. Миньярд остался сидеть один.

***

Пойти в библиотеку было лучшим решением за всю последнюю неделю. Натаниэль, удовлетворенно вздохнув, плюхнулся в кресло-подушку в секции научной литературы. С какой-то странной тоской вспомнил о том, как когда-то, будто в прошлой жизни, встретил здесь Миньярда. Вспомнил о том, что тот тогда читал какую-то книжку. Что-то об изучении человеческой памяти? Нейт откинул голову назад и прикрыл глаза от удовольствия. Небольшой островок спокойствия посреди океана безумства. Веснински планировал провести тут еще по крайней мере час, прежде чем пойти за Жаном, у которого сегодня на одну пару больше. Не заметив, Натаниэль заснул. Проснулся, вздрогнув от того, как раскрытое где-то окно от ветра захлопнулось с громким звуком. За окном еще было светло, значит, проспал немного. Нейт нахмурился — с ним раньше такого не было. Он медленно поднялся с своего места, поморщившись от того, как натянулись ожоги на бедрах. Вечером надо будет еще раз обработать. Быстрым шагом Натаниэль вышел из библиотеки и направился к аудитории Жана. Моро уже стоял в дверях. — Пошли. — Нейт прижался своим плечом к чужому, и они вместе пошли в гнездо. — Как лекция? — спросил Натаниэль, когда они немного отошли от учебного корпуса. — Экономика дерьмо. — хмуро поделился Жан. Натаниэль усмехнулся, но все же настороженно осмотрел Моро, как делал это всегда. Дальше говорить не хотелось. Веснински подумал о том, что тишина всегда комфортнее разговоров. Подумал о Миньярде. Странные мысли крутили хоровод в голове Нейта, но он никак не мог понять, что именно они значат. Ему казалось, что в какой-то мере он приравнивает Эндрю к Жану. Не в смысле характера, а в смысле своего собственного восприятия. Это странно, но будто так было всегда, с самого приезда Миньярда в гнездо. Натаниэль не мог найти этому объяснения.

***

Слухами земля полнится, а гнездо это тоже своего рода отдельная планета, которая буквально кишела сплетнями. Шепот, тихий и грязный, раздавался из каждого уголка темных коридоров. Все обсуждали Рико и Кевина, которые куда-то уехали после обеденной тренировки и до сих пор не вернулись. Старшие вороны дошли уже до того, что Морияма сам вывез Дэя из гнезда для того, чтобы прикончить где-нибудь в лесу. Сюда же приплетали и Натаниэля, который якобы стащил у мясника топор для того, чтобы помочь Рико. Веснински старался игнорировать это, лишь скрипел зубами и сильнее сжимал челюсть каждый раз, когда слышал обрывки слухов. Бред. Но все же клокочущее любопытство в нем хотело узнать, что же на самом деле случилось. — Это не наше дело. — твердо сказал Жан, когда они только пришли с вечерней тренировки, которую провел Тэцудзи. Натаниэль пожал плечами. Сейчас его больше занимала колючая боль от ожогов. Он лежал на кровати, еще даже не переодевшись, и пытался не думать о том, что лежать так всю жизнь не получится. — Думаю, Рико вернется завтра и скажет всем, что Кевина случайно сбил грузовик. — подал голос Миньярд со своей кровати. Закатив глаза, Жан что-то прошипел себе под нос. Натаниэль подумал о том, что неплохо было бы пойти помыться. Медленно он поднялся на ноги и, взяв в руки сменную одежду из шкафа, пошел в их маленькую душевую. — Я за тобой. — негромко крикнул Моро. Нейт согласно кивнул. Он знал, что Жан до сих пор старался как можно меньше времени проводить в своей комнате с бывшим напарником Миньярда. — Возьми пакет. — хрипло сказал Эндрю Натаниэлю. — Что? — У меня на полке в шкафу есть пакет, разорви его немного и приложи к ожогам. — Миньярд немного помолчал, будто задумавшись. — Тогда будет не так больно мыться. Нейт удивленно захлопал глазами, но все же взял пакет с полки. Видимо, раньше в нем лежали какие-то вещи Эндрю. — Спасибо. — все еще удивленно и будто в ожидании подвоха протянул Веснински и хлопнул за собой дверью душевой.