Поцелуй в загородном доме

С того дня прошла неделя. Лиса стала молчаливой, почти ничего не рассказывала о том случае и лишь горько вздыхала смотря на потемневшую левую сторону лица друга. Каждый день к ней приходил врач и часами проводил анализ. В это время дядя забирал Питера к себе, учил его чему то новому или исправлял ошибки школы. Много заклинаний были подростку интересны и он забывал и о враче и о белявой подруге. Вскоре Питер подслушал разговор врача и дяди о том, что Лиса в порядке и Адам может продолжить учёбу и тренировки. В ту же секунду Питер побежал в комнату Алисы делиться радостными новостями. — Лиса, твой врач разрешил тебе продолжать тренировки, правда здорово? — парень не мог усмирить своей радости, его попросту разпирало от счастья. — Да, я уже знаю. Доктор мне это уже сказал, только Питер… — девочка замялась, круча на пальце черную прядь, — мистер Финниган запретил тебе приходить на мои занятия. — Что? Но, я же, — парень не знал что сказать — Постой, Питер. Я знаю, что ты сейчас недоволен. Но я с ним согласна, — Лиса встала с кровати, отпихнула рукой летающего солнечного зайчика, подошла к другу и коснулась его щеки, где все ещё оставался шрам от ожога, — Питер, посмотри что я сделала с твоим лицом. Мистер Адам сказал, что ты чуть не погиб из-за меня, я тебя сильно обожгла и у тебя был болевой шок. Прости меня, я виновата. Теперь будет лучше если ты будешь держаться подальше от моих тренировок, а потом я буду тебе все все рассказывать. Питер стоял как рыба открывая и закрывая рот от нехватки воздуха. Перед ним сейчас стояла уже не его маленькая подруга Лиса, а резко повзрослевшая Алиса. — Но ты не виновата! — парень схватил её за руки и сжал так словно видит её в последний раз — Лиса, ты ведь ещё ребёнок, естественно, что ты вспылила. Это я был не аккуратен. — Возможно, но давай теперь будем оба осторожнее, — с этими словами Лиса села за свой стол и открыла один из учебников дяди, тем самым дав понять что разговор окончен. Питеру ничего не оставалось как сдаться и побрести к себе в комнату, завтра дядя устроит ему тест на выученное заклинание да и отвлечься надо. *** Лиса и Адам действительно стали заниматься вдали от Питера. Уже целый месяц вставали рано утром и уходили на дальний холм, с которого был виден в дали город. Пока его сожители тренировались, Питер в тишине занимался домашним заданием на лето. Благо библиотека дяди была в его полном распоряжении. Парень как всегда сел на небольшую софу возле окна в гостиной и начал строчить сочинения по истории. В этот момент в голове Питера неожиданно всплыло воспоминание. «Питер был тогда ещё крохой, первоклассником в академии и остаток лета проводил у дяди. Естественно домашнее задание он не выполнил и теперь со слезами сидел над бумагами. Ему задали написать целых два листа о волшебный действиях ПСЦ (потерянного северного цветка), а в школьном учебнике было всего лишь две строчки о нем. — И чего ты плачешь? — раздался тихий голос за спиной мальчика — Дядюшка, — Питер продолжал горько всхлипывать, но признаваться, что забыл о летнем задании боялся, — я не знаю, что писать Дядя в дорогом плаще сел прямо на пол около племянника и стал читать задание, легонько гладя того по голове — И что сложного? — мужчина видимо совсем не понимал слез ребёнка — Ну вот же, надо аж два листа написать, — маленький выставил худые пальчики, — а в книжке совсем ничего, только название и где он растет. Этот учитель меня совсем не любит, почему у всех вон пол учебника расписано, а мне этот пипец попался. Мальчик ещё сильнее заплакал, ногой отпихивая книгу. Руки дяди подтянули тощее тело ребёнка к себе, взяв на руки молча понёс вниз по лестнице. Питер тут же успокоился и вытер слезы, обхватил шею дядюшки. Оба вошли в старинную библиотеку и прошлись вдоль стеллажей. Адам одной рукой держал племянника, другой барабанил пальцами по корешкам. — Говоришь, учитель тебя не любит? Сейчас залюбит, ну или во всяком случае зауважает. Садись, — наконец достав большую синюю книгу и положив на стол, посадил Питера себе на колени, — только не ерзай, а то отдельно посажу. Питер тут же закивал и схватил книгу и внимательно стал читать. Вся эта книга была полностью о его загадочном цветке, да и дядюшка Адам тоже много чего знал. Через час у Питера было готово три с половиной листа о ПСЦ и не сухих фактов, а очень интересные истории. А ещё через три часа было готово все летнее домашнее задание.» Из сладких воспоминаний его вырвали резкого и неприятно. Он плавал в них словно в приятном сне, и вовсе не хотелось просыпаться. — Питер, да проснись же ты! — голос Лисы становился все громче, пока Питер силой не заставил себя открыть глаза. — Ну что ещё? — Питер! На помощь! Мистер Финниган! Я не хотела… Пожалуйста… Он… Там кровь… Питера словно ударили током — Питер… Он умирает… Помоги… *** Питер бежал к опушке так, как никогда раньше не бегал. В лицо бил холодный ветер, мышцы на ногах горели, а воздуха в лёгких не хватало. Он зацеплялся за коряги корней, падал, шипел от свезенной кожи, вставал и снова бежал. На земле лежал его родной дядя, по зелёной траве тонкой струйкой текла кровь, а рукав белой рубашки превратился в сплошное красное море. Снова разбивая колени о землю парень упал рядом с безсознанным дядей и прижал пальцы к шее. Руки дрожали как после трехчасовой тренировки. Питер ощутил еле заметные удары крови на шее. Пульс был. Черноволосый осмотрел Адама, на плече была серьёзная и глубокая рана, поверх неё тонкая плёнка. Видимо пока дядя не потерял сознание наложил на себя кровоостанавливающее. Питер окровавленными руками стал бить дядю по щекам, но тот никак не приходил в чувство. По щеке парнишки побежала тонкая струйка слез, он был напуган и совершенно не знал, что делать. Обычно это он истекал кровью или был покалечен. Вытерев тыльной стороной руки слезы он собрал все силы в руки и шёпотом произнёс заклинание левитации. Было тяжело, но Питер держался из последних сил, только бы донести домой. Открыв входную дверь ногой, за что бы получил подзатыльник от дяди он внёс его в гостиную. На софе вокруг учебников сидела подтянув ноги к груди заплаканная Лиса. Лицо девочки было белое как её когда то белые волосы, губы дрожали, а слезы все не останавливались. Питер улыбнулся ей и тут же поднял дядю на второй этаж. Внутри все дрогнуло, какая же сейчас была фальшивая улыбка, аж самому тошно. Комната дяди была заперта, а времени её взламывать не было. Питер опустил дядю на свою кровать и упал на пол вытирая рукой пот со лба. Парню хотелось паниковать, плакать, истерить и вообще он был безумно напуган, но времени не было. Ударив себя по щекам, он побежал в подсобку где в теории могут быть хоть какие то медикаменты. Питер всей душой надеялся, что дядя все же очнется и хотя-бы откроет свой кабинет, где у него целая лаборатория. Но увы как бы парень не старался мужчина в чувства не приходил. Ему все же удалось найти пару рулонов бинтов и заживляющей мази. Чтобы было удобней парень сел сверху на дядю и стал расстегивать пуговицы уже давно не белой рубашки. Тело дяди было тяжёлое и Питеру приходилось прикладывать все усилия чтобы снять с него одежду. А затем он вспомнил как дяде достаточно одной рукой схватить его тонкие запястья и все Питер не мог никуда деться. Всё ещё трясущимися руками он ощупал его плечо, вроде бы ничего не сломано. Нужно было смыть кровь, он схватил первую попавшуюся футболку на полке и зажав в руках напоил её. Кровь на теле уже запеклась и её тяжело было смывать не задевая рану. Наконец нанеся мазь на рану, Питер как только сумел перевязал плечо битами и держась за свисающее одеяло соскользнул на пол, устало откинув голову назад. Так он просидел минут пять, слушая тихое дыхание дяди. Все обошлось… *** Что то холодное и мокрое коснулось щеки Питера и он резко открыл глаза. Перед ним на присядках сидела Лиса с голубым платочком в руках, кончик был красный от крови. — Питер… — только и сказала маленькая и её глаза снова наполнились слезами Питер повалил её на пол рядом с собой и обнял подругу так крепко как только мог. В глубине души он немного был зол на Лису ведь… дядя мог умереть… девчушка снова подвергла его семью опасности. — Всё хорошо, Лиса. Все хорошо Парень встал с пола на котором и заснул, взглянул на дядю. Бинты пропитались кровью и почти что развязались. Мужчина тяжело дышал. Питер провел рукой по его руке, затем груди и замер на лбу. Мужчину пробивал жар. Чем же таким ударила маленькая его дядю, что его сильный организм еле справлялся. Питер понимал, что надежда только на нем и принял решение взломать кабинет. — Лиса, я пойду попробую открыть дверь кабинета дяди, а ты пока присмотри за ним, пожалуйста, — парень выбежал из комнаты и помчался вниз по лестнице. Он уже взламывал дверь и теперь он знал что надо делать. Провозился с охранными чарами он где то полчаса и обжог всего то четыре пальца. Открыв дверь Питер тут же метнулся к дальнему столу с разными колбами, травами, настойками, котлами и прочим. Пришлось перебирать каждую баночку и читать каждую этикетку. Наконец найдя зелёную бутылку с жаропонижающим и ещё одну заживляющую мазь, вернулся к дяде и Лисе. Вывалив все нужное на пол, Питер стал снимать бинты, попутно их сжигая и снова нанося мазь. Алиса стояла возле стенки и наблюдала за старшим другом. Со стороны выглядела так, словно Питер знал вдоль и поперёк, что делать, но на самом деле в голове у парня творился ковордак и он все делал на угад. Питер даже не заметил как Лиса ушла, и заметил только когда закончил перевязку. Оставалось влить в дядю жаропонижающее, но как? К Питеру пришла сумасшедшая идея, но иного выбора не было или во всяком случае он его попросту не знал. Сделав глоток из колбы, лекарство было кисло — сладким. Он снова сел на дядю и не медля, зажмурившись, припал к его губам. Питер вливал лекарство неумело и наверное даже странно, как показалось ему самому. Половина лекарства стекло по щекам дяди, тот легко его глотнул. Губы дядя были сухие и немного потрескавшиеся. Питеру понадобилось пару минут чтоб придти в себя и осознать, что он сделал. Он успокоил себя мыслями, что этот момент останется только в его памяти. «Вроде бы все — подумал Питер и снова умостился на пол возле кровати, — если не станет лучше, отправлю весточку в город.»