Тогда шла война

Спокойная ночь обернулась переполохом. Из-за рыданий и громких возгласов мирно спящие боты вынуждено вернулись в онлайн. Одни резко, другие же неторопливо стали подниматься со своих спальных мест и сонно оглядываться по сторонам. — В чём дело? — сдëрнув кусок изолетика с укрытой головы, промямлил Дисчарджер; с этими словами заторможенный мехлинг встал с расстеленного на земле утеплителя; из-за того, что мечник крутился во время перезагрузки, тот выглядел довольно скомканным. — Середина ночи. Имейте совесть. Что за крики?.. А? — сумев сфокусироваться, бот наткнулся на необычную картину перед своими окулярами. Напротив всё ещё пылающего жаркими языками пламени друг к другу прижимались два корпуса — брата и сестры. На их фейсплейтах отображались странные чувства — смесь смущения и изумления. Вниз от окуляров у обоих струились мокрые дорожки. Быстро отвернувшись от мечника, Рэйджридден смахнул остатки омывателя и наспех вытер влажные следы. Лейтенант не хотел, чтобы этот видел его таким. Однако мысль о том, что он столько лет ненавидел альфу и что это чувство оказалось результатом его заблуждения, съедала мехлинга изнутри. Сейчас ему было так стыдно и так горько. Слева от них, скрестив серво, сидела Мэйнстрим. На её фейсплейте ясно читалось удивление с долей печали. Сразу было видно, фем и сама разделяла боль мехов. В углу же, маяча малиновой оптикой и упираясь одним серво в пол, сидел Грайдсворд. Скрестив пальцы, мех будто бы зажимал в них какой-то предмет. Он так и не выпрямил их после того, как у него забрали медальон. Мехлинг был спокоен и, как всегда, внешне не выражал ярких чувств — тих и молчалив. Сбоку от Дисчарджера шевельнулось что-то тяжеловесное. Довольно громко лязгнув трущимися частями брони, оно зашелестело металлическими пластинами и привстало. Чардж невольно дёрнул шлемом на стальной скрежет. — И что это значит?.. — пробасил Бидсайд, небрежно потирая один из залипших окуляров кулаком. — С чего это вы так орёте посреди ночи? Рэйджридден с Хиллайт поникли. Им не хотелось вспоминать и рассказывать остальным о своих проблемах и ошибках. Потому боты тихо отвели оптику в сторону, тем самым показывая, что они не хотят ничего сейчас обсуждать. — Что-то… случилось? — с лëгким беспокойством в голосе спросил здоровяк, замечая повисшую унылую обстановку. — Да нет… Ничего, — тихо отозвался серебристый боец, чуть повернув голову в сторону громилы. Сразу было понятно, что «ничего» не могло здесь случиться. Но вот попробовать разобраться, расспросить и как-то помочь мехам ни у Мэйнстрим, ни у Грайдсворда или других проснувшихся не хватило ни решимости, ни желания. Рик перешёл в удобное положение сидя. Его пальцы привычно скользнули под слегка оттопыренные грудные пластины. Бот ловко достал уже намозоливший всем оптику резной мундштук в придачу с небольшим коробком. Встряхнув предмет, он проверил, есть ли в нём ещё содержимое. Что-то зашуршало, тарабаня о стенки коробочки, но уже совсем тихо. Белый мех удручëнно эхнул. — Эй, Бидс, не поделишься? — взмахнув вещицей, поинтересовался бот, мусоля конец пустого мундштука. — Без проблем, — отозвался тот, передавая Чарджу припрятанную заначку; казалось, мехлинг только ради него её и хранил. — Смотри, все фильтры себе так забьëшь. — Не мешай мне расслабляться, — бросил в ответ мечник, с облегчением выпуская из рта струю серовато-сизого дыма; издав странный визгливый звук, мехлинг открыл рот и показал на свет свои денты. Маленького жёлтого бота вновь смутил его оскал. Поëжившись, юнглинг отвёл оптику от находящегося рядом с ним наёмника. Атмосфера была напряжённой. Мало кто мог бы уйти в оффлайн снова. Разве что слегка позëвывающий мечник ещё сумел бы отключиться. Но, найдя неподалёку кусок обвалившейся стены, тот решил удобно на нём разместиться и запрокинул шлем вверх. Там, просвечивая через проделанное в крыше отверстие для отхода дыма, был виден тёмно-синий небосвод, усыпанный скоплением блёклых звёзд. Никто не подзаряжался…