"Уютный офис"

      Решив расслабиться после столь щедрого на события дня, я созвонился с Пашей и перенес встречу на пораньше. Ну, с тем самым Пашей, парнем из шиномонтажки. Форсировать события я не хотел (первоначально и думал, что Паша - парень на пару раз переспать), но с каждым сообщением и телефонным разговором понимал, что он интересный собеседник и со временем может стать хорошим товарищем. Я не хотел переводить наши отношения в горизонтальную плоскость. Хотя, сам Паша даёт мне такие авансы, которые не дают сомневаться в его намерениях.       Но мои мысли занимал Степан…       Мы с Пашей гуляли по исторической части города. Я всегда любил эти неширокие улочки, старые дома... Да и вообще, атмосфера тут была непередаваемая... и уютная что ли. В очередной раз поежившись от проходного порыва ветра, я остановился и завертел головой: откуда то играла необычная музыка - звонкие барабаны, какие-то колокольчики или бубен какой (хрен его знает не силен я в музыкальных инструментах). Паша тронул меня за плечо:        - Чего застыл? Надоело ходить?        - Откуда то музыка играет необычная, - улыбнулся я ему, заметив, что он задержал взгляд на губах. - Никак не пойму откуда.        - Ты вроде говорил, что ты рок направление слушаешь... - протянул он, не отрывая от меня пронзительного взгляда.        - Да сам от себя не ожидал... Но мне нравится….        - Вроде оттуда играет, - Паша неуверенно ткнул пальцем в приглашающе открытую дверь. Я перевел взгляд на вывеску: чайная "Чайхона". - Давай зайдём, заодно ты и согреешься, - он провел ладонями по моим рукам, согревая. Хоть на дворе лето, вечер выдался прохладный.        Вообще я против проявления таких отношений на людях, что тут же продемонстрировав, нахмурив брови и поведя плечами, скидывая руку.        - Ну извини, - понял намек Паша.       Стараясь сгладить неловкость, я улыбнулся:       - Ну что, зайдем? – краем глаза увидев афишу, я ткнул пальцем, - смотри, какая то трайбл-вечеринка. Что такое трайбл?        - Это такой вид танца.       Мы двинулись вперед прошли в уютный зал. Народу было полно, видимо, подобные вечеринки пользуются спросом. Найдя себе укромное местечко у стены, что сцену видно как бы сбоку, мы заказали напитки и с любопытством вертели головами. Народ все прибывал…        На сцене копания ребят с музыкальными инструментами наигрывала задорные мелодии, в воздухе витали ароматы благовоний.        - Пожалуйста, пару бутылок минералки. Без газа, если есть, - донесся до моего слуха знакомый бархатистый голос. Да быть не может, неужели и тут я буду встречать своих сотрудников? Аккуратно обернувшись, я узнал в говорившем Степана. Вот уж не думал, что он охочий до подобных мероприятий. Блядь! Точно! Он же несколько раз при мне говорил, что у него запланировано мероприятие! Так вот что он имел в виду? Но зачем отпрашиваться заранее? Ладно… Чужая душа потемки… Между тем Стёпа забрав водичку скрылся в коридоре. Я же пригубил чай, который мне абсолютно не понравился и заигрывающее подмигнул Паше.        Ведущая между тем объявила, что сегодня будут выступать несколько танцевальных школ, пообещала жаркие выступления женского и мужского трайбла и объявила пятиминутную готовность.        - Вот это да! Я раньше никогда не видел на таких выступлениях мужчин в качестве танцоров, - ухмыльнулся Паша. Видя мой недоуменный взгляд, он пояснил, - сестра со своими подружками часто таскали меня на подобные выступления, поэтому я в курсе.        - На что это вообще похоже? – Я никак не мог взять в толк общей возбужденной обстановки. Запах благовоний причудливо мешался с тонкими ароматами чая, туалетной водой элегантно одетых женщин и резковатых запахов мужских одеколонов. На самом деле, мужчин здесь было ничуть не меньше женщин, что так же вызвало мое любопытство и недоумение. Паша, наблюдая за мной, ухмыльнулся, отпивая из своей чашки. - Все увидишь. Не хочу портить тебе твой «первый раз»! – он озорно улыбнулся, легонько сжал ладонь. Обернувшись еще раз и не найдя взглядом Степана, я завертелся, пытаясь понять, к какой компании он присоединился. Так и не найдя, я раздосадовано схватился за кружку.        - Начинается, - сказал Паша, привлекая мое внимание. Спустя час концерта, я вполне уже понял, почему тут огромное количество народа, а также, почему мужчины спешили занять места у сцен. Подобные танцы могут разгорячить кровь даже у импотента. Уникальные наряды, яркий макияж, четкие движения, прекрасные разгорячённые девичьи тела… Каждый танец был уникальным, каждое движение дышало силой и жизнью. Это было потрясающе. Пышные девушки, стройные, спортивные... С ярким макияжем и очень своеобразно потрясающей одеждой! Одиночные выступления и групповые. Калейдоскоп выступающих захватил меня с головой до момента…. Погас свет. В зале стало тихо. Едва слышно заиграла мелодия, становясь все громче. На сцену упал один луч, который очертил контур тела (когда человек вышел на сцену, я даже не заметил). Мужского тела. Мужского тела, стоящего к залу спиной. По пояс оголенного мужского тела. Красивые мускулистые руки были разведены в стороны. Плечи напряжены и прорисовывались линиями прокаченных мышц. Голова повернута чуть вбок и подсветка едва выхватывает черты его лица. Узкая сильная талия и длинные ноги. Брюки, который соблазнительно обтягивали еще более соблазнительный зад легкими складками спадали к полу. Свет высвечивал каждый мускул, каждую мышцу, каждый изгиб. Спустя мгновение я понял, что почти не дышу. Музыка стала громче, и мужчина – нет, молодой парень - стал двигаться. Сначала в движение пришли его руки, которые в такт музыки выписывали мягкие волны: от трепетных кистей до плеч. Дальше все его тело начало плавно двигаться, в то время, как голова оставалась на месте. Подсветка ласкала его бока и бедра, которые плавно выписали волну и замерли на секунду в одном положении, прежде чем вновь прийти в движение. Каждое действие этого парня завораживало и притягивало взгляд. В его танце не было суеты, наигранности. Казалось, он искренне отдался музыке, и она вела его. Вновь замерев на мгновения, его движения тут же ускорились вместе с тактом музыки. Трепетные руки выписывали в воздухе сложные узоры, пока не замерли высоко над головой. Танцор прекрасно владел своим телом, каждой мышцей, что чувствовалось в каждом его повороте, шаге, действии. Новый темп музыки сменил стиль танца. Вместо плавных тягучих движений, они стали более резкими и чувственными. Одним слитным сильным движением танцор повернулся к залу лицом, одновременно его поймал один из софитов, который полностью осветил его торс. Красивое тело с проработанными, но не перекаченными мышцами. Сильная узкая талия, крепенький плоский животик и проколотый пупок с вставленным в него маленькой сережкой с синим камушком. Так это же... Это!!!! Его тело было в непрерывном движении, перетекая из одной позиции в другую, как ртуть. Музыка ускорялась, и он делал акценты резкими движениями бедер или груди. Потянулся в сторону, замер на секунду, и вот повернулся к залу в профиль и сделал волну всем телом, а потом животом, демонстрируя всю свою гибкость. Понятно теперь, почему у него такая тягучая походка… Я глаз не мог от него отвести. На губах парня играла легкая улыбка, глаза прикрыты. Он наслаждался танцем, зрителями, музыкой… - Этот парень просто нечто, - шепнул мне в ухо Павел, но я смотрел на танцора не отрываясь. Понять, что это Степан, не составило труда. Его волна шоколадных волос не давала его спутать ни с кем другим. А чертов пирсинг в его пупке, казалось, отпечатался в моей голове навсегда. Глаза были подведены черным, что оттеняли его яркий цвет и добавляли шарму образу. Вновь повернувшись лицом к залу, он покачивал неспешно бедрами, в то время как плечами и животом акцентировал внимания на музыкальных акцентах барабанов. Глазами он прошелся, наверное, по каждому посетителю, на губах играла мягкая улыбку. Я весь подобрался, когда он взглянул мне в глаза. Не знаю, что он рассмотрел на моем лице, но он замер, улыбка его дрогнула и пропала, сменившись серьезностью. Я не сразу понял, что музыка затихла. Легко зазвучали барабаны на сцене, и Степан резко отвернулся, продолжив танец. Проходка по сцене, и, покачивая бедрами, он опускается на шпагат, фактически ложась спиной на ногу и делая мягкую волну телом. Зал поддерживал его дружными выдохами. Я даже не заметил, как он поднялся. Музыка вновь набирала обороты, становилась более яркой, более агрессивной что ли. Тело Степана блестело испариной, что довело меня до легкого тремора рук. Вдруг его тело резко изогнулось, и он прогнулся назад почти под 90 градусов. И, сохраняя этот угол тела мягко упал на колени. Зал взвыл – видимо этот элемент был весьма непрост в исполнении. Каждый взрыв барабанов в музыке он подчеркивал движением плеча, или выпадами груди, или волной живота. Я постарался незаметно обтереть вспотевшие ладошки о брюки, и услышал краем уха как ухмыльнулся Паша. Степан тем временем поднялся с портера и резко двигался на потрясающей скорости. Такое ощущение, что его бедра жили собственной жизнью. Мелкая тряска переходила в резкие выпады и покачивания, в то время как верхняя часть тела двигалась мягко и нежно. Все это смотрелось настолько гармонично, Степан настолько наслаждался и отдавался танцу, что оторвать взгляд от него было просто невозможно. Повороты его тела заставляли мышцы напрягаться и расслабляться, что вызывало у меня обильное слюнотечение. Музыка стала более спокойной, Степан плавно закончил поворот, встав спиной к зрителю, именно так, как начинал танец. Повернул голову в мою сторону, впился в меня взглядом, его губы тронула улыбка и свет погас. Спустя секунду зал взорвался восторженными воплями и рукоплесканиями. Я еще долго вглядывался в пустую сцену, отбивая ладоши в овациях. Однако, несмотря на все выкрики, “на бис” он не вышел. Павел тронул меня за локоть:        - Вряд ли он выйдет повторно. Еще посидим или пойдем?       Вечеринка тем временем потихоньку сворачивалась. Какие-то компании оставались на месте, видимо, ожидая выступающих. Кто-то уже собирался и двигался к выходу. - Пойдем. Я и так увидел много больше, чем ожидал, - ухмыльнулся я и удивленно выгнул бровь, услышав негромкое грустное:        - И я.       Мы вышли на улицу. Паша потянул меня в сторону, где была обозначена зона для курения. И, встав поодаль, я с удовольствием вдохнул свежий вечерний воздух: все же помещение, пропахшее благовониями, ароматами чаев и различных духов было для меня в новинку, и голова была тяжелой. Из чайной выходили посетители, бурно обсуждая выступления. Одна из компаний молодых людей, передавая по кругу фляжку явно не с соком, обсуждала последнее выступление и, собственно, прелести выступающего. Пиздец как меня это напрягло...       Возле входа нарисовался огромного вида мужчина. Да прямо-таки медведь с неприличного размера “веником”. Конечно, все стоящие, тут же стали гадать, кому перепадет такой роскошный презент. Среди толпы я разглядел стройную фигурку моего специалиста, обремененную среднего размера спортивной сумкой и охапкой цветов. К нему тотчас устремилась стайка девушек: - Так здорово, что Вы сегодня выступали...       - Ваше выступление было бомбой!...        - Спасибо за выступление…        - Спасибо большое за ваши добрые слова! Мне очень приятно! Я рад, что вам все понравилось! С удовольствием еще посещу ваше мероприятие, - голос Стёпы и его интонации ни с чем не перепутаешь.       Степан мягко со всеми прощается и обводит взглядом толпу. Гигант плавно подходит к нему и протягивает букет.        - Ты был, как и всегда, великолепен, родной! - раскатистый голос сочился нежностью, когда одна рука великана ласкова прижимала к себе гибкое тело Степана, который с радостным возгласом упал в объятия. Второй рукой гигант перехватил сумку.        - Ты же не был на выступлении, - ухмыльнулся Стёпа, пихая его в плечо. С тем же успехом можно было пихать стену - мужчина даже не шелохнулся.        - Ну ты же знаешь....        - Знаю, знаю, - перебил Стёпа. - Вань, поехали домой, а? Я так устал сегодня.... Степан обнял одной рукой здоровяка за талию, во второй охапкой держал букеты. Его спутник поправил висящую на руке сумку и, приобнимая Стёпку за плечи повел к машине: какому-то огромному внедорожному монстру, под стать хозяину. Минута - и, чуть задержавшись на светофоре, машина скрылась за поворотом.       Я вздохнул, усиленно вспоминая все, что слышал у своих сотрудников про Степана и его личную жизнь. Кто же этот здоровяк? Неужели у моего специалиста есть кто-то? Я думал после выступления перехватить его… Хотя, может быть, он не узнал меня… Вспомнив его чуть тронутые улыбкой губы в конце танца и взгляд в глаза, я тут же отбросил эту мысль: конечно узнал. А значит, он не хотел меня видеть? Или просто торопился к своему здоровяку – ведь с поклонниками своего несомненного таланта он распрощался хоть и мягко, но быстро.        - Э... Мишаа, - протянул голос за моей спиной, и я вновь почувствовал хватку на своем локте. - Я, конечно, весьма терпеливый человек, но, думаю, пора нам с тобой точки расставить...       Бля.. Это Паша. Я, честно говоря, и думать о нем забыл, к своему величайшему стыду. Парень то он хороший, но, видимо, встретился мне не в то время.        - Паш, - я повернулся к нему, и, поймав расстроенный взгляд замолчал. - Блин, Паш... Прости меня, но у нас вряд ли что-нибудь получится... Господи, я чувствовал себя сволочью. Неделю мурыжил парня, ни да ни нет не говорил же. Да и сегодняшний вечер, который начинался вполне перспективно, так бездарно заканчивается ничем.        - Михаил, я это уже и так понял, - хмыкнул Паша, стирая грусть со своего лица. - Давай только без драмы.       Он пихнул меня кулаком в плечо:        - Ну если не получается “романтииик”, - он смешно свернул губы трубочкой, - пошли в кабак и бахнем пива и ты мне все расскажешь про этого своего “Принца Персии”.... Чего? - он ухмыльнулся, поймав мой удивленный взгляд. - Слушай, ты мне, конечно, очень нравишься. Но это не значит, что я буду мудаком, получив отказ. Тем более мы ж неплохо общались... - Поехали в «ГолБар», - пригласил я. - Ты угощаешь! – рассмеялся он и уже забивал в приложении вызова такси адрес. Что же, кажется, у меня появился новый приятель.