Кофе у метро

Антон ещё студент, но также стажёр. Ему всего 19. Сейчас он опаздывает на метро и бежит изо всех сил. —Извините,—подошёл он к охранику—Вы не знаете, вот этот поезд уже ушёл? —Нет.—ответил охраник—Минут через 15 прибудет. —Как хорошо!—Антон выдохнул и прижал ладошку к сердцу, после чего зевнул, так как утром этого сделать не удалось, ещё и сразу же бежать нужно было, так что парень даже не проснулся,но только сейчас понял это. Антон оглянулся и увидел ларёк, где продавался кофе. Кофе! Вот что нужно сейчас, как бальзам на рану. Парень взял кофе и зашел в приехавший поезд. Людей-не сосчитать! Ну а что он хотел? Утро, как никак! Конечно же свободных сидений не было, но была парочка пробелов между людьми, куда и встал Антон, похлюпывая кофейный напиток. Антон находился все ещё в сонном трансе, так что слишком поздно спохватился за ручку крепче, когда поезд тормозил на остановке, потому сам он не упал, но вот кофе вылился на входящего высокого, на вид властного мужчину. Чёрные ухоженные волосы, такой же чёрный костюм, очки для зрения, что идеально подчеркивали все рельефы лица и эти темно-синее пристальные глаза... Господи, Антон в них утонул, но лишь на мгновение, вспомнив, что только что облил хозяина этих самых бриллиантов, цвета тёмной ночи. —Г-господин!—заикнулся Антон—И-извините меня! Я не удержался и... Антон достал салфетки из рюкзака и принялся вытирать кофейное строгое лицо. Напряжённая рука с такими сексуально выступающими венами схватила за запястье парнишку и убрала от лица. Слава Богу, кофе было уже остывшим! А вот мужчина нет... —Хоть знаешь кого облил? Знаешь, сколько стоит костюм?—холодно, сквозь зубы проговорил мужчина —Не знаю, но... я не могу заплатить! Понимаете, я всего лишь студент-стажер... —О... Так ты стажёр! Значит, тебе больше восемнадцати, так?—Антон кивнул в знак согласия—Значит, уже должен отвечать за свои поступки, малыш! Тебе придётся заплатить за испорченный костюм.—на этих словах мужчина прильнул к уху мальчика и прошептал—И если не можешь деньгами, то заплатишь чем-то"другим"... Мужчина улыбнулся, а Антон, как только отворилась дверь, сразу же выбежал из поезда. Хотя бы где-то удача была на его стороне и он вышел на нужной остановке, после чего поплелся на работу, вспоминая условия того человека. *—Чем это "другим"?—думал Антон—Он же не извращенец какой-нибудь? Не будет же он меня искать? Я надеюсь, он не маньяк, чтоб вести поиски... После работы Антон все также вернулся на метро. Время уже за полночь, но у метро работало его любимое кафе, где он после работы всегда брал кофе. Вот и сейчас против традиции не пошёл. *** Нужный поезд ждать ещё минут 5. Антон вдохнул и громко выдохнул, отпил кофе и посмотрел на время в телефоне. —00:23—сказал вслух Антон—Скоро домой... —Опять ты?—спросил уже знакомый и пугающий властный голос. Антон развернулся. Это был он. Тот самый мужчина, но в уже новом чистом костюме. Все таком же чёрном, как его волосы и все с такими же синими глазами. Мужчина встал рядом с Антоном и посмотрел на его руку. —Опять кофе?—ухмыльнулся он —Простите, я правда случайно... Вы же не маньяк, верно?—испугался Антон. —Не маньяк. Но заплатить ты мне должен. И я знаю как! Понимаешь, я редко с кем общаюсь, а дома у меня гостей не бывает. Мне очень одиноко и будет не плохо, если ты просто зайдёшь на чашечку чая ко мне. Или кофе... Антон тупо попялился на мужчину. Тот опомнился и протянул руку . —Прости, запамятовал! Меня Арсений зовут! —Антон...—да, парень все ещё боялся, но руку протянул. *** Арсений привёл Антона к своему дому. Двухэтажному дому. У Антона отвисла челюсть. Такие хоромы! Чего он удивляется, если мужчина рядом одевается, как Граф? Или без "как"? В доме все было поставленно со вкусом и богато. Не много, не мало. Всего хватало и выглядело очень привлекательно. Антон снял куртку, обувь и убрал в шкаф, что стоял возле входа. —Ты чего застрял?—сказал Арс и провел мальчика в зал—Давай, пока чайник закипает, я тебе проведу экскурсию! —Это можно... —Да ты не бойся меня! Ну, то что было утром... Это утреннее плохое настроение, понимаешь? Ещё и машина сломалась, пришлось на метро идти... Парни общались. Арсений говорил о чём-то своём, а Антон немного скованно вставлял в разговор свои пять копеек. Арсений посмотрел на Антона, что практически не пил чай, который давно остыл. —Ты не любишь чай? Могу налить кофе, если хочешь. —Если можно... —Антон, я не злюсь на тебя. Почему такой скованный? —Просто. Я всю жизнь такой. Арсений сделал кофе и вернулся к Антону, который нервно смотрел в окно. Парень думал, как будет оплачивать испорченный костюм. А если быть ещё точнее, то он думал лишь о том, чтоб его на органы не продали в уплату за костюм. Он уже считал в уме сколько стипендий и зарплат отдаст за него и как долго будет питаться хлебом и водой, ходить 3 км пешком до ВУЗа и как сильно скатится по оценкам, за что стипендию уменьшат... Мужчина поставил кофе перед мальчишкой и сел на свое место. —Вид из окна и правда красивый. Я часто тут думаю за чашкой чая.—сказал Арсений, ожидая, когда уже Антон выпьет кофе с небольшим количеством валерьянки. И тот выпил глоток. —Кофе вкусный.—сказал Антон и выпил ещё глоток, чуть больше предыдущего. —Больше не буду давать тебе чай. Видимо, ты и правда его не любишь. —Чай тоже вкусный. Просто не хочу. —Ты наконец стал поддерживать разговор. Я рад, что ты не немой. Антон заулыбался и чуть расковался. Не понятно, что на него так повлияло. Валерьянка, кофе, раздумия или он просто привык к Арсению. Антон уже начал смотреть в глаза мужчине. Арсений давно смотрит в глаза мальчику. *—Какие голубые глаза. Разве может быть такой яркий цвет глаз?—подумал Антон—Такие же, как синева неба, когда только утро. Такие пронзительные, будто замечают каждый мой вдох и выдох, как идут мурашки по телу и как оно трясётся. *—Эти зелёные, наполненные страхом глаза. Будто манят за собой. —Арсений рассматривал каждый миллиметр этих зеркал—Что это за цвет? Оливки? Нет, слишком яркие. Трава? Нет, слишком бледные. Как может быть такой цвет глаз? Да плевать! Эти глаза куда красивее всех других, что я видел. В них хочется смотреть и не отводить взгляд больше никогда. Мальчишка, тебе придётся заплатить за это гипно-шоу. Заплатить своим телом. Своими слезами. Своими стонами. А я уверен, стонать ты будешь громко.—Арс улыбнулся так пугающе. Антон испугался этого выражения лица и его сердце забилось ещё быстрее, чем раньше. Казалось, оно сейчас выпрыгнет из груди. Парнишка вцепился пальцами в стол, оставляя на нем небольшие царапины. Арсений отвёл взгляд на руки мальчика. Такие худые, что косточки выпирают и вены видно. На каждом пальчике есть колечко, а на запястьях куча браслетов. Руки до локтя закрыты рукавами худи. Антон взял кофе и отпил ещё немного. Видимо он почувствовал как успокаивается, когда пьёт его. Арсений смотрел, как тот пил. Он так красиво держал кружку. Так сексуально. Мужчина поджал губы в одну линию и опустил взгляд, понимая, что если мальчишка ещё хоть что-то сделает, то он набросится на него и не оставит живого места на теле парнишки. Арсения от мыслей прервал зевок Антона. Конечно, ведь уже первый час ночи. —Извините, уже поздно. Я домой пойду—сказал Антон и встал из за стола. Арсений подбежал к мальчику и схватил за запястье. —Подожди, время позднее. А вдруг тебя кто-то похитит?—сказал Арсений, боявшийся скорее того, что Антон уйдёт—Оставайся на ночь у меня. Сонный Антон потёр глаза и задумался. И правда, вдруг что-то случится. Зная его везение, он решил, что лучше останется на ночь. *** Арсений отвёл Антона на второй этаж в какую-то комнату. —Это гостевая комната. Распологайся здесь и будь как дома.—мужчина вышел из комнаты, оставив парня одного. Мальчик разделся до боксеров и лёг в мягкую приятную постель. Он бы уже уснул, но дверь открылась. Ночная лампа все ещё горела, так как Антон боится темноты. Арсений подошёл к лампе, думая, что мальчик спит, и выключил её. Мужчина уже начал уходить, но увидел, как лампу снова включили. —М?—удивился Арсений —Извините, Арсений, я темноты до чёртиков боюсь.—сказал Антон. У парня был голый торс, все остальное было скрыто одеялом и видно было только голые стопы. Арсений провел рукой по коленке, потом по икре ноги и остановился на стопах. —Можешь не выключать свет.—он хотел уже уйти, но увидел торс мальчика. Как он раньше его не увидел? Да хрен его знает. Может опять в глазах залипнул. Это не важно, а важно то, что парень голый. Крышу снесло напрочь. Арсений лёг рядом с мальчишкой и прогладил кончиками пальцев между грудей, после чего услышал несдержанный стон. Мальчик закрыл рот руками и покраснел. Видимо, Арсений нашёл эрогенную зону, потому что Антон почувствовал, как член наливался кровью, но ещё слабо. Антон взял руку Арсения, которая лежала на его груди, и убрал её. Не жестоко, а медленно и нежно, даже скорее скованно. —Простите, Арсений. Не надо... пожалуйста. Арсений посмотрел в глаза мальчика, наполненные ужасом и стыдом. Но на эти жалостливые слова мужчина погладил щеку мальчика, а другую поцеловал. —Ты должен заплатить, помнишь?—улыбнулся Арсений. —Но я же заплатил за костюм, когда пришёл к вам!—напомнил Антон. —Это так.—Арсений сказал это хриплым возбуждающим тоном, а потом прильнул к уху мальца, облизал его и с таким же тоном, но шёпотом сказал—А кто будет платить за комнату? Арсений погладил большим пальцем скулу Антона, а после им же провел по нижней губе и оттянул немного. Он смотрел на это таким жадным, возбужденным и красивым, будто сонным взглядом и улыбался так тепло. Ледяные глаза наполнились огнём и теперь уже Антон тонул в них. Арс поцеловал нежно, мягко и горячо поддатливые губы. Мальчик закрыл глаза. Он смирился с платой, что ему придётся отдать. Да и сам, наверно, в глубине души, не был против. Арсений погладил шею и прижал её ближе к себе, чем углубил поцелуй. Вскоре в рот ворвался язык и творил какие-то невероятные вещи с языком партнёра. Антон немного застонал в поцелуй, когда его чуть придушили. Арс прошёлся рукой от шеи до затылка и схватил русые волосы, поднимая голову шатена. Понемногу поцелуй становился более доминантным и жестоким, но Антону это нравилось. Арсений погладил ключицы мальчика и оставлял след поцелуев: губы, подбородок, шея, кадык, который он ещё и облизал, впадинка между ключиц, плечи и заветные ключицы. Арсений чуть отстранился, чтобы посмотреть на лицо мальчика. Оно будто горело красным пламенем. Арсений провел языком между грудей. Снова несдержанный стон. Брюнет прильнул губами к правому соску и играл с розовой бусинкой языком посасывая. Антон так приятно стонал, но все равно пытался сдерживаться. Как видите, это плохо получалось. Тоже самое Арсений проделал и со вторым соском. —Почему ты сдерживаешься?—прошептал на ухо брюнет, пока оглаживал левую грудь шатена—Мне так нравится, когда ты стонешь, но так грустно, когда ты сдерживаешься. Мальчик молчал. Молчание злило. Арсений больно сжал грудь Антона. —ААаааа..—простонал Антон. —Отвечай, малыш.—гипнотически нашептал Арсений и облизал ухо, дожидаясь ответа. Из него уже вытекала ручьём слюна. —Потому что... Мммм... Я-а... стесняюсь—простонал Антон, после чего Арс укусил его мочку и поцеловал. —Не нужно стесняться. Здесь только ты и я...—Арсений сжал плечо Антона и укусил его. Мужчина прогладил ребра мальчика, переходя на талию и бока, которые он крепко сжал. —А-ха...—стонал Антон—А...Ар...Арсений... М... Арсению сносит крышу. —Как же сладко ты стонешь мое имя, Антош... Хочу еще—Арсений убрал мешающее одеяло и промял бедра Антона—Скажи. Скажи моё имя. Сладко и возбуждающе. —Арсений... Арсений... Арссс... Мужчина властно целует Антона, держа его левой рукой за шею и правой за бедро. Он кусал его нижнюю губу и гладил внутреннюю сторону ляшки. Антон стонал в поцелуй чуть громче, чем раньше. —Я хочу, чтоб ты стонал моё имя—Арсений шептал это на ухо и медленно продвигался к чужому, уже возбужденному органу. —Арсений... Ахх.... Ха.... Арс слабо сжал чужой орган через ткань и немного огладил его. —Арс... с... сений... А... А... Ткань боксеров уже намокла. Арсений взял руку Антона и положил к себе на грудь. —Малыш, я надеюсь, ты знаешь, чего я жду. Антон покорно расстегивал пуговицу за пуговицей. Когда торс мужчины оголился, разгоряченный Антон облизал между грудей и оставил засос. Он хотел отстраниться, но его тут же схватили за волосы и прижали обратно. —Ещё... м... Антош... И мальчик продолжил ставить засосы, снимая пижамную рубашку с её хозяина. Вид чудесный: накаченный пресс, крепкие руки, у которых видно возбуждающие сексуальные вены, выпирающие ключицы и такая манящая грудь. Арсений уложил голову Антона на подушку и погладил его член через мокрую ткань боксеров. Мальчик закрыл глаза, когда брюнет снял его трусы и бросил в неизвестном направлении. Он хотел уже закрыться руками, но чужие ладони обездвижили парня. —Малыш, твой вид прекрасен. Позволь мне насладиться им. Только,—Арсений указательным пальцем поднял голову мальчишки—открой глазки. Они мне так нравятся... Антон повиновался каждому слову. Он расслабился и открыл глаза, посмотрев в потемневшие от возбуждения бриллианты. Арсений ухмыльнулся, когда увидел все это. —Ты такой послушный, Антош.—промурлыкал Арсений—Хороший мальчик. Мужчина подхватил заднюю сторону бёдер и расставил ноги Антона пошире. Шатен вцепился руками в покрывало. Дыхание сперло, сердце, что бешено стучало секунду назад, перестало биться. Арсений погладил живот продвигаясь дальше, к мокрому возбужденному чужому органу достаточно большого размера. Антон посмотрел на Арсения, чья голова была уже на уровне члена, но почувствовав на себе взгляд зелёных глаз, Арсений поднял голову и поцеловал Антона в губы. —Не хочешь минет?—спросил брюнет. —Я боюсь...—прошептал Антон. Арсений погладил его щеку и вернулся к члену. Он облизал член с основания до головки, взял её в рот и немного всосал её в себя. —М... м...—издавались звуки из Шастуна Под симфонию стонов и мычания, Арсений легонько посасывал каждое яичко и облизывал линию между ними(честно не знаю как она называется, если она как-то называется). Антон тёк так, что естественная смазка вперемешку со слюнями стекла к анусу и немного щекотала. Арсений вобрал член до основания и с пошлых хлюпом вытащил. Потом снова вобрал весь орган, но не стал вытаскивать полностью, а лишь на половину. И опять вобрал до основания, и опять, и опять, и опять... —М... Ах... Хаааа...Аа...—Антон уже не сдерживал себя. Однако, он чувствовал что скоро кончит, потому отстранился от Арсения и поцеловал самостоятельно, с языком и страстью. Он прикусывал чужие губы, от чего слышал характерный стон. Во время поцелуя, Антон одним движением снял пижамные штаны с мужчины и кинул туда же, куда полетела в прошлый раз его пижамная рубашка. На удивление и счастье, под штанами, кроме полового органа больше ничего не было. Арсений стоял на коленях, а Антон, в благодарность за прошлые приятные ощущения встал на четвереньках и вобрал головку чужого члена в рот. Он сделал все тоже, что делал Арсений, только мужчина обходился с ним более доминантно, держа за волосы и все время прижимая к основанию. Головка его члена билась о горло, Антону было сложно дышать, потому мальчишка тоже постанывал. Стон за стоном, крик за криком. Парням было не до правильности. Парням было не до того, что друг о друге знают только имя и возраст Антона. Арсений развернул Антона задницей к себе и развёл его ноги сильнее. Округлые голые гладкие ягодицы предстали самым лучшим и красивым зрелищем. Арсений немного помял их и они порозовели. Брюнет развёл ягодицы и провел между ними языком несколько раз снизу вверх, каждый раз обводя напряженный комок мышц. Иногда он бил их, оставляя красные от рук следы. Антон застонал очень громко, когда почувствовал внутри себя влажный длинный язык, который вытворял до чёртиков приятные вещи. Пока Антона всячески насаживали на язык, Арсений достал лубрикант и презерватив из тумбы(да, в каждой комнате его дома находился лубрикант и презик). Хорошенько смочив смазкой указательный палец, Арсений заменил им язык. —А-А-А... Ах...—выкрикивал Антон каждый раз когда палец входил в него, но стоны были громче, когда вошёл второй. Арсений не то что трахал его своими пальцами, но и разводил их внутри, чем достовлял боль и удовольствие. Вошёл третий палец. Антон сжал в зубах подушку, чувствуя, как внутренние стенки горят, как простату пробивают пальцами, доставляя удовольствие. Ещё пару толчков и Арсений вытащил пальцы из Антона с очень неприличным звуком и стоном младшего на фоне. Арсений перевернул Антона и увидел мокрые от слез глаза и улыбку от полученного кайфа. —Значит, понравилось, да?—Антон кивнул. Брюнет раскатал по члену презерватив и хорошенько смазал лубрикантом. Арсений закинул его ноги себе на плечи. Старший поцеловал шатена и в него вошла головка члена. —ААААххх...—застонал Антон от боли и неожиданности. —Сейчас будет лучше—прошептал Арсений и вошёл резко, мягко и до конца, заставляя младшего кричать. Не давая привыкнуть к члену, Арсений ещё пару раз двинулся в Антоне и вытащил член полностью. И снова полностью засунул. Арсений продолжал двигаться, заставляя нижнего кричать. Арсений остановился и прильнул к уху Антона. —Я вроде просил тебя стонать моё имя, Антош.—Арсений улыбнулся и резко двинулся, ударив головкой члена по простате. —Арсеееений...—простонал Антон—Арс... Арс... Аааах...рсений... Ха...а...а...А...Арсений... Антон уже привык к члену внутри себя. Брюнет ускорился и стал жёстче, сжимая чужие бока, немного процарапывая их. Антон от боли сжимал грудь старшего, оставляя на ней красные царапины, которые доставляли лишь удовольствие и сильнее возбуждали. Нижний немного приподнялся на локтях, чтобы лучше попадали по простате. От постоянных попаданий по ней Антон кончил, испачкав живот, а следом за ним кончил верхний. Антон чувствовал, как презерватив, что находился в нем, наполнялся горячей спермой. Брюнет упал на Антона, пачкая себе живот чужим семенем. Мужчина вылез из мальчика, выкинул презерватив на пол и лёг рядом. Оба громко дышали и смотрели друг другу в глаза. Арсений провел пальцем по животу Антона, набирая на палец сперму. Он слизал ее и поцеловал Антона, передавая ему часть его же семени. *** Антон уснул. Арсений укрыл одеялом шатена и поцеловал ему макушку. —Завтра ты получишь свою порцию кофе, Антош.—улыбнулся Арсений и вышел из комнаты, не выключая лампу, помня, что Антон боится темноты. Теперь это его мальчик, его зелёные глаза, его руки. Антон от самых кончиков пальцев ног до макушки головы принадлежит ему. Каждый его волосок, каждая его слезинка... С этими мыслями Арсений уснул.