Тени наших душ

Каждый раз они проскальзывают будто с новой скоростью. Каждый раз в агонии, постоянно куда-то опаздывая, ты ожидаешь именно первый трамвай. Именно эту злосчастную единицу, на которой ты, наконец, сможешь доехать до автобусной станции и попасть домой, в спокойствие и безмятежность. Однако в моменты таких неутихающих ожиданий приезжает трамвай, с цифрой в виде лебедя. Прелестная птица, отвратительный трамвай. Удивительно… Но я всё равно люблю трамваи. Этот ласковый и убаюкивающий стук колес, немного монотонный, успокаивающий голос диктора, произносящего остановки, неожиданные встречи… Не люблю неожиданности. Недавно я случайно узнала, что она живет в микрорайоне, до которого можно добраться именно на трамвае-птице. Снова стояла одиноко, в наушниках, на совсем чуть-чуть тепленьком цементированном выступе, называемым остановкой, и ждала. Ждала единицу. Я всем рассказывала потом, что села на двойку случайно. Себя успокаивала. Опоздала из-за этого на автобус. Словно в бреду заносила ногу над ступеньками на входе. Тревожно постукивали колёса. Остановки проносились суетливо одна за одной. И вот он. Тот самый поворот, который решал мой дальнейший путь - автобус или неизвестность. Как ни странно, я никогда не садилась на двойку. Меня пугал этот микрорайон. Там постоянно что-то происходило. Кого-то убили? Это точно там. Подросток наложил на себя руки? Безусловно это произошло там. Вероника заблудилась среди одинаковых полуразрушенных зданий, потому что даже не знает, в каком точно доме она живет? Это бесспорно произошло там. Мне казалось, я точно наткнусь на неё. Ну как можно не встретиться в таком маленьком городе совершенно случайно? Душа кричала: “Найди меня, я здесь, так близко”. Каменистая дорога уводила куда-то вглубь двора. Ноги ужасно болели. Телефон беспрерывно вибрировал, уже неприятно садня кожу бедра сквозь тонкие брюки. Даже не буду отвечать. Это он. Он пишет мне каждый день после моего пробуждения, дабы пожелать доброго утра (даже если ему никуда не надо ехать), после моей учебы, чтобы спросить, не нужно ли меня проводить до автобуса и не хочу ли я, чтобы он приехал ко мне или я поехала к нему, после моих водных процедур вечером, чтобы пожелать доброй ночи и сказать, как он сильно любит меня. Это уже традиция. И я отвечаю. Это тоже традиция. Но… Разве не пора что-то менять в своей жизни? Вот и кнопка блокировки зажата указательным пальцем. Никто меня не потревожит. Мы встретимся случайно… И это будет знак судьбы, проявление ее великодушия. Я оглядывалась по сторонам, всё вокруг приобретало еле заметную дымку. Казалось, что всё вокруг нереальное. Я была слепо уверена, что она прямо-таки сейчас, еще немного погодя, выйдет из-за угла, одарит меня своим фирменным леденящим душу и одновременно с этим заставляющим на нескончаемую долю секунды задержать дыхание взглядом. Тучи сгущались. Пейзаж казался неестественно серым. Птицы галдели, роясь над домами стаями. Сердце вырывалось из грудной клетки. Темнело. Я чувствовала, что вот - этот угол и я наконец погружусь с головой, утону в её взгляде. Ноги сами ускоряли ход, дыхание сбивалось. Всё-таки, физкультура это не мое. Здания проносились мимо с такой скоростью, будто я летела сто восемьдесят километров в час по автотрассе. Она точно здесь. Я её чувствую. Она прямо за этим углом. Громыхнуло вдалеке. Резко вбежав за старое полуразрушенное при этом жилое здание, я обессиленно оперлась о кирпичную стену. Легкие горели. Теперь я точно сдам нормативы. Я улыбнулась. Уголки губ судорожно подрагивали и даже не пытались остановиться. Как собственно и я. Хотелось кричать во весь голос. Может так она меня услышит. И тогда сразу придет. Она должна. Я ощущаю ее присутствие. Вижу её голубые, под проблесками света отдающие бронзой глаза. Это же не может быть сном. Ни в коем случае. Она вот-вот придёт ко мне. Я взглянула на выцветший блевотно желтый дом, уходящий к небу. Она точно живет здесь. Я уверена. Абсолютно. Безоговорочно. Крупная капля спикировала мне на лоб. Сколько времени? Я трясущимися руками вынула телефон из кармана брюк. - Чёрт, давай же! - Я яростно, в непонятной агонии зажимала кнопку блокировки. - Не подставляй меня сейчас. Хотя бы ты. Экран загорелся ярким светом, дав мне понять, что время не стоит на месте. Неужели я бесцельно проходила здесь четыре часа? Режущие глаза белые цифры оповещали - восемь часов сорок пять минут. - ВОСЕМЬ ЧАСОВ СОРОК ПЯТЬ МИНУТ! - Воскликнула я в ужасе. - Твою мать, последний автобус через 20 минут! - А я на другом конце города почти без денег. На карте остались жалкие двадцать рублей после университетской столовой, на трамвае я доехать уже не успею. Не хочу никого тревожить… Я крепко сжала веки. Может я и правда сплю и всё это - серое небо над головой, предвещающее сильнейший ливень, предстоящая ночевка на улице, в холоде, под дождем, обрушившееся только что осознание того факта, что я так и не нашла её - всего лишь страшный сон. Я бесперерывно щипала себя. Болели даже ногти. Я продолжала сжимать веки с тройной силой. - Своими ужасно глупыми просьбами ты доставляешь один лишь дискомфорт мне и маме. - Папа расхаживал по своему кабинету из угла в угол, констатируя ровным голосом информацию, которая казалась самой правдивой на свете лишь только потому, что она исходит из его уст. Он даже не смотрел на меня. А если вдруг его взгляд останавливался на мне, мышцы его лица словно переставали работать, рот искривлялся, нос слегка подергивался, будто он учуял неприятный запах, глаза пробегались по мне с головы до ног. С презрительным и совершенно тяжелым вздохом он отворачивался, держа курс к своему письменному столу, его любимому месту в этом доме. - Я ведь… я ведь всего лишь прошу вас отпустить меня прогуляться на один час с подругой. Разве это глупо, хотеть подружиться с кем-то и бывать где-то вне стен этого дома? - Я сжала крепко подол своей легкой ночнушки. Глаза приклеились к полу. Дыхание перехватило. - Это глупо, что ты хотя бы капельку надеешься на свою дружбу с кем-то - ты же совершенно не умеешь общаться. Даже с кошкой не можешь сладить. О каких друзьях идет речь? - Отец закурил. Он редко позволял себе такое при мне или сестре. Если он взял в руки сигару, значит осталось совсем немного времени до того момента, как он окончательно выйдет из себя. - Но… но я же выполнила все задания, что ты дал. Я идеально выучила пятую симфонию Шуберта в тональности си бемоль, пропела все каноны, которые ты просил, также идеально, ты ведь и сам слышал их, выучила десять стихотворений Пушкина, хоть сейчас могу рассказать с самого первого.. “Духовной жаждою томим, в пустыне мрачной я влачился…” - Довольно. - Сигарета дотлевала между его губ. - Ты все делаешь отвратительно. И я не просил тебя учить Пушкина. Я велел тебе прочесть первый том великого произведения гениального русского классика Льва Николаевича Толстого. Пойди и сейчас же этим займись. Иначе не успеешь к ужину. Но я уже читала… Он затушил сигарету. - Пойди и сейчас же этим займись. Он не кричал… Однако порой самый отчаянный и громкий крик лучше молчаливого безразличия. Я резко открыла глаза. Всё это не сон. Я всё ещё на улице. Мелкий дождь постукивал по макушке, заставлял прийти в себя. Сколько я так простояла? - Пришла научиться всё-таки правильно курить хорошие сигареты? - Я моментально отвела взгляд от сырой земли, пропахшей гнилью. Глаза забегали из стороны в сторону. - Или ты просто преследуешь меня? Вдох. Выдох. Мое дыхание словно эхом разносилось по окрестностям города. Она и правда здесь. Это совсем не сон. Я в исступлении приближалась к ней, поднося руку к ее светлому лицу. Хотелось плакать от счастья. Она здесь. Передо мной. Настоящая. Я встретилась своими обезумевшими глазами с её совершенно удивительно холодными и спокойными. Мои пальцы коснулись её щеки, нежно поглаживая, затем прошлись от скулы к виску, после чего утонули в ее прекрасных светлых волосах. Мне казалось, я заражала её своим счастливым сумасшествием. Я увидела проблеск радости в её мертвенно голубых глазах. - Ты сигарету-то будешь, потеряшка? - Отстраненно вопросила она, протиснув между нашими лицами сверток табака. - Б-буду. - Рука обессиленно рухнула. Тепло окатило с ног до головы. Табачный дым приятно рассеивался перед глазами. В душе поселилось спокойствие. - Ты как здесь оказалась, красотка? - Софа втянула воздух глубоко в легкие. Её мягкие губы красиво обрамляли сигарету, словно вытаскивали её из ужасной беды, как спасательный круг подкинутый в последний момент активного сопротивления утопающего морской пучине. - Я гуляла. - Где она берет сигареты с карамелью? Она глухо усмехнулась. - Не твой райончик, не думаешь? - Спешно затянувшись, она перевела взгляд на меня. Это разве тебе дано определять? - Сладкий вкус остался на губах. Ощущалось, будто часть ее оказалась частью меня. - Мне плевать. Не я же ведь живу хрен пойми где. - Мы сидели на корточках, опершись о стену блевотно желтого дома, уходившего в небеса. - А ты здесь живешь? - Я кивнула в сторону отвратительного цвета здания. Здесь живет мой парень. - Настоящий? - Нет бля, воображаемый. Только вот из местной шестой психиатрии сбежала. И его прихватила. - Софа затушила сигарету об стену здания, намереваясь подняться. - Я рада, что у такой злюки хоть кто-то есть. - Карамельный вкус на губах больше не ощущался, лишь слюна жгла непонятно от чего горло, а глаза бесконтрольно слезились. - Эй, ты назвала меня злюкой?! - Девушка бросила на меня угрожающий взгляд, сжав кулаки. Воцарилось напряженное молчание. - Шучу, я знаю, что я сука. Америку ты мне не открыла, потеряшка. - Софа стремительно продвигалась куда-то вдаль. - Ты что, преследуешь меня? Тебе домой не пора? Понятия не имею, каким образом окажусь сегодня дома. - Я выудила из кармана пачку BOND Premium. Девушка обернулась, недоуменно-удивленно взирая на меня. - Красотка, ты чего ж молчала, что у тебя тоже покурить есть. - Софа хитро улыбнулась и стала возвращаться ко мне. - Делись. На этот раз мы расположились на деревянной скамейке, окрашенной в уже давно выцветший зеленый цвет. - В каком смысле “я понятия не имею, каким образом окажусь сегодня дома”? Ты забыла, что у тебя есть ноги, что здесь ходят трамваи и автобусы? Или, может, у тебя просто нет дома? - Девушка поджала колени к груди, откидывая голову назад, выпуская идеальные кружочки табачного дыма в серое сумрачное небо. - Иногда я действительно думаю, что у меня и правда нет дома. - Прошептала я, склонив голову. - Эй, - Софа внезапно подорвалась, и пододвинувшись ко мне, ласково, будто совсем ей не присуще, обняла меня. Казалось, что мы знакомы всю жизнь. - А если серьезно? Что случилось? Почему ты не можешь попасть домой? - Я просто просрала свой автобус, вот и всё. - Потому что искала тебя. Любые старания вознаграждаются. Девушка хрипло усмехнулась мне в ухо. Мурашки побежали по всему телу. Снова этот запах крепкого кофе и табака. - Ты любишь кофе? - Я могла бы попросить у нее помощи, остаться на ночь или оплатить такси до дома. Но на языке вертелся лишь этот совершенно никчемный вопрос. - Я люблю его запах. - Софа провела теплой рукой по моим волосам и отстранилась немного. - Тебе негде ночевать? - Есть такое. - Переночуешь у меня. - Сердце ликовало. - Было бы славно, если бы ты одолжила мне денег на оплату такси до дома… - Трезвый ум победил.