business proposal

Уён оказался там, где не ожидал. Точнее, разумом отказывался, но ноги сами привели его сюда. Приватные комнаты были открыты настежь, клуб еще не работал, а потому почти весь персонал отсутствовал. Парень заглянул в одну из комнат - кофейный столик пустовал, вокруг него расположился достаточно широкий бархатный диван, на котором аккуратно стояли декоративные подушки, на стенах были стилизованные красные фонарики, которые пока были отключены. Дальше, в темноте и глубине комнаты, Уён ничего не смог разглядеть, а хозяйничать и включать свет не решался, да и не знал, где именно это делается. — Прошу прощения? — его окликнул голос со спины, и парень вздрогнул, резко обернувшись, воровато вжав голову в плечи, — Вы кто? На Уёна смотрел невысокий коренастый парень, одетый в свитер с высоким воротником и плотное бежевое пальто. "Не гейша", - тут же промелькнуло в мыслях Уёна, он помнил, что в особом меню были фотографии других молодых людей. Он не был и телохранителем, и не одним из гостей. — А вы? — с подозрением спросил парень, прищурившись, а человек напротив и бровью не повел, да что там, смотрел в упор, и от пристального его взгляда хотелось спрятаться. — Чхве Чонхо. В дневности в Южной Корее меня бы назвали главой дома Кисен, в древней Японии я бы считался Ока-сан, теперь я просто сутенер, — он протянул руку, а Уён чуть воздухом не подавился, неловко кашлянув. — Чон Уён. Официант, — парень пожал быстро протянутую руку, замявшись, — Простите, я мимо проходил, из любопытства заглянул. Я, наверное, пойду. —Думаю, твое любопытство не полностью удовлетворено. Пройди внутрь, осмотрись, можешь потрогать все, там чисто, — Чонхо жестом пригласил Уёна в ту самую комнату, в которую тот заглядывал, а затем первый прошел и включил свет. Оказалось, что по левую сторону раскинулся небольшой подиум, вероятно, для откровенных танцев, смежная стена была вся зеркальная, на полу стоял проигрыватель, а рядом едва заметный чемоданчик. — А там что? — он указывает на вещь. — Догадайся, — хмыкает Чонхо, оперевшись на косяк двери, скрестив руки на груди, — Или ты всегда с собой носишь презервативы и лубриканты? Уён слишком круто разворачивается и идет на выход, но Чонхо выставляет руку в сторону, преградив ему путь. — А теперь честно, что ты тут забыл? Сюда даже телохранители не заходят, а такой, как ты, и подавно не появится в этом крыле. Если собрался пользоваться своим положением и лезть к моим сокровищам - даже не думай, я требую строгого соблюдения регламента. Никаких приват комнат с работниками заведения! — он строго продекларировал, как будто говорил о законах государственного уровня. — Я.., — Уён поджал губы. Действительно, что он хотел? Ну ведь не попросить оставить одну комнату за ним, чтобы он пригласил туда Сана и порадовал его своим видом в костюме гейши?

***

— Господин, вас просят в клуб, — Минги постучал и заглянул в кабинет босса, склонив голову. Сан, занятый бумагами, оторвал от них взгляд и посмотрел на своего телохранителя. — Что-то случилось? Кто просит? — он встряхнул рукой и взглянул на часы на запястье. Было только 6 вечера, клуб даже и не открывался, — В чем дело? — Господин, прошу, следуйте за мной, — Минги более настойчиво позвал босса с собой, и Сан было решил, что кто-то что-то натворил из сотрудников: уже были случаи, когда уборщицы заливали случайно поверхности, посудомойки разбивали дорогую посуду, и даже случалось воровство из кассы и попытки домогательства до прибывающих на место работы гейш. И хотя обычно с этим умело разбиралась охрана, но боссу нужно было вынести приговор - обычно он выгонял неугодных с позором, лишая шанса к работе во всех элитных заведениях, но вот воришку прощать не стал, приказав переломать ему руки, а извращенца избили так, что на нем живого места не осталось. Сан вздохнул, поднимаясь из-за стола и поправляя пиджак, направляясь следом за Минги. Он прошел мимо двери, ведущей в клуб, и провел босса дальше, в крыло с приватными комнатами. — Только не говори, что Чонхо опять пытается отблагодарить меня за предоставленную работу подобным образом, — Сан покачал головой, потерев переносицу. В этот день у него было слишком много забот из-за закрытия квартала, а потому финансовые вопросы мертвым грузом висели на его шее, заставив забыть обо всем. Минги не стал ничего комментировать, лишь открыл одну из дверей, приглашая жестом внутрь, с почтением склонившись. Сан закатил глаза, будучи точно уверенным, что Чонхо снова "подобрал ему гейшу, основываясь на характере и типе работы своего начальника, которая точно поможет ему расслабиться и подарит незабываемые эмоции". На диване, спиной к нему, сидел парень в шелковом кимоно. Стоило ему чуть пошевелиться, как ткань игриво соскользнула с одного плеча, оголяя его. Парень повернул голову, робкий взгляд из-под пушистых ресниц встретился с пораженным взглядом Сана. — Ну чего вы стоите? Проходите, пожалуйста, — манящий, мягкий голос Уёна электрическим разрядом прошелся по всему телу главы мафии. Он шагнул в комнату как зачарованный, и Минги тут же прикрыл за ним дверь, оставляя их наедине. Уён протянул изящно руку, улыбнувшись одними уголками губ, и Сан в два шага настиг его, взяв его ладонь в свою, присаживаясь на диван за спиной парня, слишком близко, почти дыша ему в затылок, по-хозяйски обхватывая талию парня. — Я приятно удивлен, — промурчал Сан на ухо парню, легким поцелуем коснувшись его, пощекотав дыханием. — Прошу, ничего не говорите, меня даже такое смущает, — обычно не соблюдающий формальности, теперь Уён был услужливо-вежлив, жался и краснел. — А что же мне теперь, все время молчать? — губы Сана мазнули по чужой щеке, оставили нежный поцелуй на виске, а у Уёна сердце уже в этот момент готово было выскочить из груди, разорвавшись если не искрами, то тысячами бабочек, заполнивших каждую клеточку, — Хотя, я помолчу, но если только ты будешь говорить все это время...или издавать другие звуки. Правая рука босса скользнула внутрь шелковых одежд, оставив горячие следы по всему телу, задержавшись внизу живота парня, поглаживая бархатистую кожу, покрывающуюся от его прикосновений мурашками. Уён задрожал трепетно, втянув через зубы воздух, но все же перехватил руку босса, останавливая ее. — Вы даже не взглянули должным образом на меня в костюме, который вы выбрали для меня, — парень выбрался из рук босса, поднявшись с дивана и обойдя стол, занимая свободное пространство перед ним, — Вы слишком торопитесь. Я хочу сделать так, чтобы вам все понравилось. Сан облизнул губы, свободнее устроившись на диване, окинув Уёна прищуренным взглядом. — Мне уже все нравится. И он не врал. Уён выглядел великолепно, магнетически, на него хотелось смотреть неотрывно, но еще больше хотелось его потрогать, под пальцами почувствовать мягкость его светлой кожи, снять этот кусок шелка, чтобы увидеть то немногое, что скрывается за ним. В приглушенном свете, его багровое кимоно выглядело еще более особенным, контрастирующим в новых оттенках, широкий пояс так и манил дернуть за концы и развязать его, а короткий низ совсем немного скрывал ягодицы, выставляя напоказ стройные ноги парня. — В особом меню сегодня приватный танец, что скажете? — Уён заправил прядь темных волос за ухо, игриво улыбнувшись. — Танцуй, — дает разрешение Сан, и из проигрывателя звучит ненавязчивая мелодия, под которую Уён выполняет совершенно незамысловатые, но слишком соблазнительные движения - покачивает бедрами, поднимает руки, скрещивая их над головой, и вслед за этим вверх поднимается и ткань кимоно. Босс даже подается вперед, пока Уён кругом поворачивается, склоняясь то к одной ноге, то к другой, проводя по ним кончиками пальцев вниз и обратно вверх. Подобные танцы в исполнении Уёна могли прежде лишь сниться Сану. Сан не сдерживается, поднимается и подходит к Уёну, опустив руки на его плечи, а потом переместив на бедра. Парень смотрит на него, застыв, перестав играть придуманную им самим же роль гейши. Ему волнительно, он дышит прерывисто, когда босс склоняется к его губам, и сам чуть подается вперед, прикрыв глаза. Одной рукой Сан прижимает Уёна вплотную к себе, вторая же рука поглаживает лицо напротив, обхватывает шею и зарывается пальцами в волосы на затылке. Уён приоткрывает губы, в который раз расплавляясь в руках Сана, целующего напористо, властно, пылко сплетаясь языками. Он тянет слегка за волосы на затылке, заставляя Уёна откинуть голову назад. Парень судорожно выдыхает в горячие губы напротив, которые вновь прижимаются к нему жадно, лишая воздуха. Поцелуй жаркий и влажный, от него кружится голова и нужна опора, Сан подталкивает Уёна к зеркальной стене, зажимая его между ней и собой. Ведет губами по подбородку к шее, чувствуя себя ненасытным вампиром, желающим впиться зубами в пульсирующую вену, впрочем, он это и делает, оставяя след своих зубов. Уён ахает, на что Сан ведет языком по кадыку, захватывает его губами, оставляя поцелуи то тут, то там. Он одним ловким движением дергает за пояс и развязывает его, тот с тихим шорохом падает им под ноги. Кимоно небрежно распахивается, и руки Сана забираются под него, лаская плечи и грудь Уёна. Он целует его в выпирающие ключицы, носом проводит по впадинкам, и отрывается ненадолго, взглянув на парня. — Я представлял что-то подобное, но фантазии не сопоставимы с реальностью, — от взгляда Сана Уён краснеет даже больше, чем от его действий, пытаясь запахнуть кимоно, сжав его в ладони, но глава мафии берет его руку и подносит к губам, коснувшись каждой костяшки, а затем, к удивлению Уёна, перехватывает его два пальца, проводит языком вдоль них, а затем отправляет в рот. У парня чуть коленки не подкашиваются, а у Сана хитрые искорки в темных глазах, да полуулыбка, пока он посасывает указательный и средний палец, причмокивая. — Ч-что...ты делаешь? — Уён заикается, тело его обдает пылающей волной возбуждения, и он кусает губы. — Изучаю твои эрогенные зоны, — Уён с ума сходит от того, что губы Сана повсюду - выцеловывают кожу на запястье, на предплечье, и вот уже снова где-то на груди, пересчитывают контуры ребер, обжигая сердце. — Я думал, все будет как-то иначе, — бормочет Чон, и отвечает на безмолвный вопрос Сана, склонившего голову набок, — Без таких прелюдий... — Ты думал, что я с порога сделаю так? Сан резко разворачивает Уёна лицом к зеркалу, прижав его к прохладной поверхности, тут же перенимающей на себя отпечатки оголенных участков тела, мутнея от срывающегося дыхания. Босс прижался всем телом к парню, ощутимо уперевшись пахом в его ягодицы, потеревшись, руками огладив бедра по внутренней стороне, едва касаясь подрагивающего члена. — Я ведь мог, но сдерживался, — низко шепчет на самое ухо Уёну, и обводит языком ушную раковину, поиграв кончиком с мочкой и сережкой на ней, — Боялся напугать. — Я подготовился, — еще более смущенно звучит Уён, но все же упирается ладонями в зеркало, чуть выгибаясь в спине, подмахнув ягодицами, — Попробуйте... Сан смотрит на отражение Уёна в зеркале. Вот чего он не ожидал, так это того, что парень будет настолько серьезно подготовлен к их встрече. Он действительно растянул себя? Он делал это своими пальцами или с помощью игрушек? Как он пришел к этому? — Кто подбросил тебе такую идею? — Сан приподнимает кимоно до поясницы, оголяя округлые формы, жмет в ладони ягодицы, поглаживая, а затем проводит меж половинок, замечая едва заметный короткий полувздох Уёна. — Я смотрел видео, чтобы понять, как все происходит. И осознал, что не хотел бы этого медлительного разогрева, — Уён кусает губу, отстраняется от зеркала так, чтобы опираться на него лишь ладонями, сильнее прогибается в спине, широко расставляя ноги, и встречается в отражении, с утягивающими на самую бездну, глазами своего босса, — Хочу все и сразу. Сан давится воздухом, когда Уён, порой такой робкий, но иногда выпускающий своих бесов, заводит одну руку за спину, показательно легко проталкивая один палец, а затем и два в растянутый проход. Босс, приготовивший смазку, все это время растирающий ее между пальцами, добавляет свой указательный, заставляя Уёна сорвать с губ короткий, но звонкий стон. Их пальцы двигаются не ритмично, внутри тесно, жарко и остаточно скользко. Сан ведет резко, глубоко, чуть поджимая палец, прокручивая им, и Уён надрывно стонет, потому что привычные ощущения от собственной руки не сравнятся с темпом чужой. Свободная рука Сана ласково ведет вдоль позвоночника, посылая мурашки, ногти слегка царапают ягодицы, а затем ладонь крепко обхватывает основание члена, уже напряженного и налившегося кровью. — Н-не трогай там, — хнычет Уён, спешно убирая собственные пальцы, чтобы перехватить руку босса, — Я сейчас взорвусь от напряжения, это невыносимо. Если хоть немного двинешь рукой - я кончу как какой-то девственник. Сану нравится, когда Уён такой беззащитный, и он нежно, почти невесомо, оглаживает член парня по всей длине, от чего тот дрожит и скулит. И Сану этого мало, он добавляет свои пальцы, толкнувшись в покрасневший анус, наконец задев ту самую точку. Уён стонет громче и протяжнее, свесив голову между рук, сжимая пальцы в кулаки. У него в душе ураган, низ живота предательски ноет и тянет, и все так и клокочет внутри. Пальцы Сана умело проникают под разными углами, с разным темпом, и это уже сводит с ума. Большой палец другой руки поглаживает головку, чуть надавливает, собирая естественную смазку, а затем ладонь резко идет к основанию, и пропадает, наряду со второй рукой. Уёна трясет от возбуждения, так и не нашедшего свой выход, он тяжело дышит, оборачиваясь к Сану, который специально медленно расстегивает брюки, лукаво улыбаясь. Но стоит ему избавиться от всей этой лишней одежды, как парень отворачивается в смущении, но и там, в отражении, продолжает видеть подтянутого абсолютно голого Сана, раскатывающего презерватив по члену. — Издевательство какое-то, — жмурится Уён, пробормотав себе под нос; он не хотел рассматривать достоинство босса, чтобы ненароком не передумать, испугавшись размеров. Хотя даже мимолетная мысль об этом заставила его возбуждение прилить с новой силой, а анус неприлично трепетно сжаться. — Так сильно меня хочешь? — почти мурчит Сан, обвивая руками Уёна за талию, поглаживая ладонями грудь и живот. Парень невольно выпрямляется от ласк, жмется к телу босса, излучающего тепло, касается его рук, покусывая щеки изнутри. — Я не знаю, как себя вести и что делать.. Давай скорее начнём, пока я не сгорел со стыда! — Уён ахает, когда босс буквально зажимает его, щекочет дыханием шею, а его возбуждение трется меж ягодиц. — Давай лучше сгорим от страсти вместе, — у Сана голос становится ниже, он оставляет отметину где-то за ушком парня, собственнически посасывает кожу на тонкой шее, разводя ягодицы Уёна в сторону, прижимаясь головкой к анусу, — Но если будет что-то не так - немедленно скажи мне, хорошо? Я буду нежен. У парня от затылка вдоль спины мурашки, он неуклюже ищет ладонями опору на зеркале, когда Сан сжимает его бедра, толкнувшись в его тело. Уён приглушенно вскрикивает, его заполняют, переполняют новые ощущения, ни с чем несравнимые. Пульсирующий, горячий член босса растягивает его изнутри, проникая все глубже, медленно и аккуратно. У Уёна все плывет перед глазами, да и под ногами, он жадно хватает ртом воздух, постанывая, а Сан начинает двигаться, коротко, проникновенно, ярко, сжимая парня в своих руках. — Все хорошо? — с очередным толчком спрашивает Сан, подняв руки выше, массируя и сжимая пальцами грудь Уёна, который откидывает голову на его плечо, срывая с губ полустоны. У Сана голова кругом от узкого, горячего нутра, обхватывающего его член, от сбившегося дыхания Уёна и его ужасно соблазнительного, распаленного вида. — Сильнее...Глубже.., — с томными выдохами произносит Уён, — Здесь, да, здесь... Он громко и протяжно стонет, когда Сан немного меняет угол проникновения, толкнувшись резче, почти выскользнув из податливого тела, задев заветную точку, от которой пальцы на ногах поджимались. У Уёна все внутри словно свело сладкой негой, он прижался лбом к уже теплой поверхности, не в силах сдержать рвущиеся наружу стоны, пока Сан снова и снова проходился по чувствительному комку нервов, разгоряченно набирая скорость, вцепившись в его плечи, насаживая его на свой член навстречу своим толчкам. — Мне нужно видеть тебя, — рычит Сан недовольно, ему казалось, что в зеркале он прекрасно разглядит и увидит Уёна на пике возбуждения и оргазма, но это не шло в сравнение с тем, когда он видел его лицом к лицу в машине и мог перехватить его дыхание. Он выходит из него грубо, спешно, тянет за собой парня, идущего за ним на негнущихся ногах к дивану, и усаживается вальяжно, устроив Уёна на своих коленях, непонимающе хлопающего глазами. — Ужасная идея, — краснеет Уён, ерзая на бедрах Сана, но все же приподнимается немного, когда тот его похлопывает по ягодице, направляя свой член к растянутой дырочке. — Вечно ты ворчишь, но делаешь все иначе, — хмыкает Сан, с самым довольным видом разглядывая Уёна, надавливая на его бедра, заставляя опуститься и принять в себя весь орган, вошедший под новым углом, достаточно глубоко, сорвав с губ несдержанные стоны. — Хватит болтать, — Уён цокает языком, пытаясь скрыть смущение, отводя взгляд в сторону, — Ты всегда такой? — Нет, только с тобой. Тебя так забавно дразнить, — Сан толкает бедра вверх, вгоняя член на всю длину, придерживая парня, а тот цепляется за его плечи, — Но еще больше тебя хочется грубо отыметь, до потери чувств. Сан сам руководит процессом, подмахивает бедрами вверх, насаживая Уёна на себя, не давая двигаться в определенные моменты, жадно улавливая каждые эмоции на его прекрасном лице. Уён сначала сидит ровно, как наездник, а затем сам невольно начинает подстраиваться и пробовать разные позы - чуть склоняясь вперед, прогибаясь в спине, прижимаясь своей грудью к чужой. Ему нравится до безумия это чувство заполненности, горячего и влажного, это движение, ритмичное, порой несдержанное, - Сан был еще предельно осторожен, но иногда проскальзывало в нем что-то инстинктивное, животное. Он рычал низко в особые моменты, когда Уён плотно сжимал его в себе и стонал бесстыдно, откидывая голову назад, закатывая глаза от удовольствия. Кимоно его спустилось до локтей, болталось небрежно-сексуально, и лишь подчеркивало все это творившееся безумие. Безумие, кажется, раскрепощало и Уёна, который стал подпрыгивать слегка на крепких бедрах Сана, то медленно, то чуть быстрее, старательно работая задом, доводя себя до состояния тонкой грани возбуждения, когда казалось, что вот-вот можно кончить. И он мог кончить от того, как проникал в него пульсирующий член, как задевал простату, как выскальзывал из его, уже растянутой, дырочки, и возвращался обратно, резко, проникновенно. Сан видел, как Уён дрожал, как надрывно стонал, хватаясь за него, как набухал его член, потираясь о чужой живот, и как удивленно распахнул глаза, когда он всего лишь провел пальцем по головке, растирая естественную смазку. — Даже не думай, — Уён резво перехватывает руки босса, за запястья прижимая к спинке дивана, — Если я сверху, то будет по-моему. — Ты сверху лишь фигурально, — нагло ухмыляется Сан, подмахнув бедрами, заставив Уёна буквально подпрыгнуть на нем, чуть не потеряв контроль. — Хватит болтать, господин Чхве, — Уён склоняется к Сану, с прищуром растягивает губы в улыбке, а затем ведет языком по его губам, пытаясь увлечь в поцелуй. Босс встречается с его языком своим, влажно сплетаясь, и только тогда углубляя поцелуй, прикрыв глаза, плавно, размеренно проникая в нежное тело, которое электрическими импульсами откликается на их единение. Сан укладывает Уёна на диван, и парень тут же обхватывает ногами его бедра, прижимая ближе к себе. Глава замирает на мгновение, зачарованный таким Уёном - с потрепанными волосами, разбросанными по бархатной обивке, покрасневшим лицом и припухшими губами, смотрящим на него таким горящим взглядом, что можно вспыхнуть. — Прекрасный, — на одном дыхании выдает Сан, плавными движениями проникая в жаркое нутро, толкаясь под новым углом, вслушиваясь в томные стоны под собой. — Ты можешь, мм, быстрее? — спрашивает Уён, обвивая руками Сана за шею, — Хочу сгореть. Вместе с тобой. Босс готов выругаться отборным матом, ведь он ждал этого момента. Момента, когда он может сорваться с тормозов, отбросив все далеко назад. Он был импульсивен во всем, и секс с ним все признавали крышесносным. Уён снова вспомнил слова Сонхва о том, что партнеры на него не жаловались. О каких жалобах могли быть разговоры, когда этот человек так сексуально нависал сверху, и челка падала на его глаза, и он тяжело дышал, жадным взглядом собственника разглядывая каждую частичку тела так, что мог прожечь ее насквозь. Сан опирается руками по обе стороны от Уёна, у него вены всюду проступают, когда он стискивает кулаки, низко прорычав. Уён хватается ладонями за ручку дивана над головой, когда босс резко сменяет темп, набирая его до той степени, что тело начинает невольно ерзать из стороны в сторону. Он громче стонет, бесстыдно выгибаясь в спине, отрывая зад от дивана, в тщетных попытках подстроиться под движения босса. Сан не жалеет его, снедаемый буйными эмоциями и желаниями, он вгоняет свой член в тело, столько активно принимающее его полностью, но ему, кажется, и этого мало. Уён вскрикивает и стонет в очередной раз, когда Сан проникает в него жестко, звонко столкнувшись с его ягодицами, а затем снова чувствует секундное опустошение и такое же яркое проникновение, вызывающее очередной прилив магмы возбуждения. Уён не находит себе места, его голос срывается в таких умопомрачительных стонах, которые доводят Сана до исступления. Он буквально выбивает их из парня, и звуки страстного, пылкого секса, все более отчетливо заполняют комнату. Это сводит с ума. Уёну кажется, что его душа сейчас покинет тело, когда босс в один из множества раз проходится по простате, заставляя сжать ноги и вскрикнуть. Это невыносимая, безумная, но до боли приятная мука заставляет разум отключаться. Сан, столь охотный до телесного контакта, с пылким усердием оставляет укусы и засосы на груди Уёна, мажет по его губам, посасывая их и кусая, оттягивая. Уён ничего подобного не испытывал, и вряд ли испытает. Он был не просто между небом и землёй, а скорее между раем и адом. Парень цеплялся за спину босса, царапал ее, метался под ним, срывая голос. Ему бы сказать хоть что-то, но нет никакой возможности, и мысли ускользают, короткими вспышками появляясь на задворках разума. — Я-я...не.., — короткие, невнятные отрывки фраз проскальзывают между безудержными стонами, но это все бесполезно, когда возбуждение накатывает с такой силой, что сдерживаться просто нет шансов. Уёна бросает в жар, низ живота тянет тугим узлом, он сжимает член Сана в себе, не желая терять это ощущение заполненности, и от этого добавляется красок при каждом толчке. Его пробивает крупная дрожь, когда без помощи рук, Уён обильно кончает, зажмурив глаза и окончательно оборвав голосовые связки в полухныкающем стоне. Плотное кольцо мышц ануса, сжавшее член Сана, окончательно стирает границы реальности, и ему хватает нескольких особенно проникновенных толчков, чтобы задрожать от бешеного оргазма, распространившегося по организму. Уён, живот которого испачкан собственной спермой, это кимоно, распахнутое и алеющее ярким пятном, все это вызывает в Сане неконтролируемое возбуждение, клокочущее в груди и в животе. Он выходит из него, стягивая рывком эту надоевшую резинку, и тут же кончает на Уёна, запятнав его своим семенем. Они оба тяжело дышат, не в силах прийти в себя. У Уёна ноги подрагивают, когда он пытается их свести, у него голова кругом, и сердце стучит в ушах оглушающе. Они молчат несколько минут, переводя дух. После такого сложно собрать все воедино. — Знаешь, о чем я подумал?.. — Уён не успевает договорить, как его теснит на диване Сан, устраиваясь сбоку от него, прижимая к своей груди, — Давай в следующий раз попробуем без презерватива...Хочу, чтобы ты кончил в меня... Сан был уверен, что еще немного подобных разговоров, и он без раздумий возьмет Уёна снова прямо здесь и сейчас, как он того хочет. А парень лишь невинно прячет лицо, смущаясь собственного предложения. — Как ты в себе все это сочетаешь? — удивленно бормочет Сан с хрипотцой в голосе. — О чем ты? — Уён хлопает ресницами, посмотрев на Сана, а затем прижимает ладони к щекам, краснея. — Вот именно об этом. Ты сочетаешь в себе и невинность девственника, и откровенную развратность. Ты невероятен. Сан тянется к столику, где была брошена упаковка сигарет, открывает крышку, зубами выхватывая одну. Уён щелкает зажигалкой, услужливо поднося ее к сигарете босса, и у того улыбка на кончиках губ играет. Огонек вспыхивает, он делает затяжку, выпуская серый дым. Уён, затаив дыхание, наблюдает за ним, таким статным, с голым торсом напоминающим скульптуру греческого бога. — Это ты невероятен, — шепотом выдает парень, забирает ловко сигарету изо рта парня, чтобы увлечь в поцелуй, особенно чувственный, полностью управляемый Уёном. Сан лишь подхватывает движения, жмуря глаза, как довольный кот. Сигарета тлеет в руках парня, а они продолжают целоваться, словно не делали этого всю жизнь. — Ты же понимаешь, что у тебя сегодня выходной? Ты предупредил Сонхва? — Сан поглаживает парня по спине под кимоно. — Он сказал, чтобы я до утра не возвращался, иначе он разочаруется в тебе.