business proposal

— Нет, больше на их бурные ночи в рабочее время я не соглашусь! — Сонхва разминает плечи и наклоняет голову в стороны, тяжело вздыхая, — Быть за баром и в зале сущее самоубийство. — Признай, ты просто расслабился и стал неженкой, когда босс нанял этого парнишку, — Чонхо покачивает полупустым стаканом с виски, хмыкнув, — А до этого ведь как впахивал, я даже удивлялся, как ты с ног не падаешь. Сонхва смеряет припозднившегося гостя угрюмым взглядом, а у того, кажется, кожа толстая - он и бровью не ведет, делая ленивый глоток. — Хватит трепаться, допивай и проваливай, — фыркает бармен, скрестив руки на груди, — Пора уже закрываться. — Вечно гостям хамишь, и как тебя еще никто не пристрелил, — Чонхо допивает виски и, наконец, с довольным видом уходит, под сердитое ворчание Сонхва.

***

Раздражающий звоном, несмолкающий телефон, вытаскивает Уёна из тяжелого сонного состояния. Ему бы дотянуться до этого источника шума и отключить, но просто повернуться и пошевелиться становится для него сущим испытанием. Он тянет руку к телефону, даже не открыв глаза, но тут кто-то берет смартфон с тумбочки и отвечает на звонок. — Не ищи его, сегодня он на занятиях будет отсутствовать, — Сан и не думал здороваться со звонящим, особенно если это был Хонджун, прощаться тем более он не собирался, поэтому сбросил вызов. — Сан? — Уён не верящим, еще туманным взглядом смотрит на своего босса в одном полотенце на бедрах, в следующие мгновения осознанность возвращается к нему, и он восклицает уже в негодовании, — Сан! Кто это звонил?? Боже мой, который час? Парень растерянно вертит головой, но слабый солнечный свет из-за задернутых штор не особо дает распознать время. Сан, крутящий телефон в руках, тоже не собирается отвечать на вопросы. — Что Сан? Даже поспать тебе не дают, когда ты, между прочим, очень старательно и упорно работал всю ночь, — на лице главы мафии легкая полуулыбка, он забирается обратно на кровать, нависнув над Уёном, — Ты отлично потрудился. Сан наклоняется к парню, почти вжав его в постель весом своего тела, легко поцеловав его в щечку; влажные волосы щекочут виски Уёна, и капли с них прохладно стекают по лицу напротив. — Сан! Я, может, и трудился, а вот у тебя рабочий день только начинается. Иди в свой кабинет, — Уён упирается ладонями в грудь Сана, пальцами ощущая мягкость и жар его кожи после душа, старательно отводя взгляд от его обнаженного торса, да и вообще от него самого. Как смотреть ему в глаза после того, что было? — Я взял выходной. Здорово быть хозяином на работе - раздал поручения другим и выделил время для личных дел, — Сан говорит вкрадчиво, игриво подув на ушко Уёну, тут же заерзавшим под ним в смятении. Его не хотелось отпускать, он был как милый мышонок, которого поймал огромный кот, сытый и не нуждающийся в еде, зато охотный до развлечений. — Мне уже неловко прогуливать занятия, как я потом буду сессию сдавать, — неохотно бормочет Уён, — Что мне говорить учителям? А Ёсану с Хонджуном? Уён все еще пытается оттолкнуть Сана, но тот перехватывает его за запястье, подносит руку к лицу, целуя пальчики и открытую ладошку, ткнувшись в нее носом. Уён незамедлительно краснеет, спешно выдернув руку, прижав ее к груди, где забилось стремительнее сердце. — Лучше бы подумал о другом. Знаешь, я.., — начинает было Сан, но его прерывает громкий и настойчивый стук в дверь. — Господин! Господин, это срочно! Разрешите войти! — голос Минги, обычно суховатый и безэмоциональный, теперь звучал с новыми напряженными нотками. — Входи, — Сан садится на постели, а Уён натягивает одеяло повыше, не понимая, что происходит. — Это уже открытое противостояние, босс. Они явились в наш публичный клуб и устроили там кровавую резню и перестрелку. Наши люди отправились туда, но без вас вопрос явно не решить! Они пытаются подставить нас под удар общественности, — Минги с порога выдает информацию, от которой Сан тут же подрывается на ноги, стиснув кулаки. — Гаденыш. Как он мне надоел. Я пристрелю его сегодня же, и плевать на все наши законы! Если он их не соблюдает, почему должен я! — глава мафии хватает одежду, висящую на спинке стула, спешно собираясь, — Готовь машину, я буду через минуту! Минги кланяется и уходит сию же секунду, а Сан уже застегивает рубашку, заправляя ее в брюки и накидывая пиджак. — Сан, — Уён, побледневший после слов Минги, встревоженно приподнимается, желая как-то помочь, но совершенно не зная, что от него требуется, — Я...ты...Все будет хорошо? Он звучал наивно, но это все, что он мог сейчас спросить, да и сказать. Все слова вылетели из головы или запутались в неразборчивом потоке мыслей. Уён свешивает ноги с кровати, желая встать, но Сан сам настигает его, опустив руки на его плечи, посмотрев сверху вниз. — Оставайся здесь, ладно? Я скоро буду, — Уён поднимает взгляд, странное чувство щемит где-то в груди, и на его глаза наворачиваются слезы, — Не бойся. — Я за тебя боюсь, — выпаливает парень. Сан поглаживает большими пальцами его щеки. — Засекай время. Через час я буду на пороге твоих апартаментов. И если ты не встретишь меня с объятиями и поцелуями - я буду очень расстроен! Или зол. Или... Не важно! Просто жди меня. Зазвонил телефон. На этот раз у Сана. Наверняка Минги пригнал машину к главному входу. Сан не стал отвечать на звонок, просто чмокнул Уёна в макушку и быстро ушел, оставив парня смотреть на закрывшуюся за ним дверь. Никогда прежде Уён не отличался хорошей интуицией, но в этот раз что-то настойчиво не давало ему покоя. Он оделся, хотел было пройтись по комнате, но все тело протестующе заныло, поэтому пришлось сесть на диван, застучав ногой по полу и нервно искусав губы. Он судорожно вздохнул, запустив руки в волосы. Сначала Уён хотел позвонить Ёсану или Хонджуну, но вряд ли они помогли бы ему понять лучше дела главного мафиозного клана, а единственным человеком, кто хоть что-то мог ему подсказать, был Сонхва. Парень незамедлительно набрал его номер, но после долгих гудков ответа не последовало. Он нахмурился, и решил спуститься к клубу, в надежде наткнуться хоть на кого-то, кто может прояснить ситуацию. В коридорах было подозрительно тихо, и нигде у дверей не стояло даже одного охранника. Среди приватных комнат он заметил лишь нескольких горничных, наводивших порядки, и тут его осенило. — Чонхо же здесь? — Да здесь я, здесь. Тебе опять оставить одну из комнат для ваших утех с боссом? Только запомни, Сонхва это не одобрит, хотя и против господина не пойдет, — Чонхо появился в дверном проеме, лениво перекатывая чупа-чупс от одной щеке к другой. — Нет, лучше скажи, ты в курсе, что стряслось? Кажется, люди из клана Чжэн решили навредить клану Абэ. Сан никогда не забирал с собой всех людей, а тут... — Считай, что это война. Между кланами, которые как два государства. Чжэн хотят власти, а власть в руках Абэ. Что надо сделать, чтобы заполучить эту власть? — Убить Абэ.., — пораженно шепчет Уён, и земля уходит из-под его ног. Он опирается о стену рукой, делая глубокий вдох. — Вряд ли босс будет решать что-то мирными переговорами, но именно он должен убить наследника другого клана, чтобы это приняли как должный показатель силы, а не саботаж, устроенный за счет свиты подручных. — Что же делать? — спрашивает Уён скорее сам себя. — Тебе уж точно ничего делать не надо. Ты не из мира мафии, какие тебе драки и перестрелки, — констатирует очевидный факт Чонхо, — Жди босса здесь. — Легко сказать "жди". Сан сказал ждать, ты говоришь об этом. А вы хоть задумывались о том, какого это – ждать. Ждать, когда человек ушел буквально в руки врага, под град его пуль, грудью решив броситься на острия их ножей. Я не сомневаюсь в его силе и способностях, но... — Просто забудь об этом но. Ты сам сказал, что не сомневаешься, так верь в него. В конце концов, был бы он в главенствующем клане, если бы не мог разобраться с какими-то мелкими букашками под ногами, — жмет плечами парень, не выражая никакого волнения. Уёна это не успокаивает, но он уходит, возвращаясь в свои апартаменты. Ему бы сейчас на занятия в университет, чтобы отвлечься, но он обещал Сану быть на месте, когда тот придет. Но Сан не пришел. Обещанный час отсутствия превратился в два часа, а затем в три. Уён, побелевший как мел, смотрел в панорамное окно немигающим взглядом, пока в душе поднималась буря, и сердце сходило с ума беспокойным неровным стуком. Раздался звонок телефона, и Уён тут же принял вызов, даже не взглянув на высветившееся имя. — Сан! Ты где, Сан? Ты в порядке? — почти выкрикнул он в трубку. — Уён, ты чего? Ты сам то в порядке? — после секундного замешательства прозвучал голос Ёсана по ту сторону, — Что случилось? Уёну нужно было выговориться, поделиться с близким человеком тем, что творилось на душе, и какие мысли его одолевали. Ёсан позвонил как нельзя кстати, и даже Хонджун, желавший отчитать друга за поведение его босса, прикусил язык за зубами, услышав, какое у Уёна выдалось утро. — Судя по всему, его телохранитель сообщил об инциденте в клубе White Dragon - туда ворвались неизвестные, не выдвинув требований, убили всех и скрылись. Обвинения падают на клан Абэ, они теперь главная цель полиции и враги народа, — звучит отдаленный голос Хонджуна, который проверил новостные утренние сводки. — Если я не узнаю сейчас же, что там происходит, я умру от волнения, — вздыхает Уён, потирая переносицу, — У меня сердце остановится. Вы найдете мой труп! — Брось, дружище, дай мафии решить свои дела, — Ёсан пытается ободрить Уёна и дать понять, что лучше оставаться на месте, потому что он умеет бросаться в омут с головой, безрассудно и поспешно, — Уверен, за своего босса, при необходимости, полягут все его подчиненные, а значит, Сан будет в порядке. — Легче не стало, — ворчит Уён, уже представляя эти жуткие картинки с горами трупов, и среди этого кровавого месива стоят Сан и наследник второго клана, раненые, обессиленные, злые. Они направляют друг на друга пистолеты, готовясь к последнему, решающему выстрелу. Одновременное нажатие курка и... Уёна передергивает от грохота. И даже Ёсан замолкает, прислушиваясь к шуму. — Ты живой?? — Живой, живой, — Уён поднимает вазу для сладостей, которая соскользнула с края, стоило парню задеть столик ногой, — Нервы ни к черту. Ладно, я попробую еще раз набрать Сонхва, может он расскажет что-то такое, что сможет меня успокоить. До связи. Но Сонхва все так же не отвечает на телефонные звонки, и Уён задумывается, а не причастен ли он к мафиозному клану? Он ведь никогда не интересовался у него, как именно он попал в закрытый клуб на позицию бармена. Вряд ли его взяли случайно с улицы, должны были быть связи или какие-то причины. Хотя Уёна, во всех смыслах, действительно взяли с улицы, но ведь у Сана была причина - новый официант был как нельзя кстати, а напуганный официант из опасения расправы будет работать в два раза лучше. Коротко звякнул телефон, потом еще раз, Уён ни на что не рассчитывал, но все же почувствовал нотку горькой досады, когда увидел входящие сообщения от Хонджуна. Он присылал какие-то статьи, открыв которые, стало понятно, что это почти что сводки событий в онлайн-режиме. Журналисты, охотные до сенсаций, смогли найти место, где развязалось противостояние двух кланов, и теперь, как стая ворон, ждали крови и зрелищ, описывая происходящее на сайтах, соревнуясь в красочности излагаемых подробностей. Но Уёну нужно было не это: изучив как приложенные фото, так и тексты с комментариями, он примерно смог понять, в каком районе столкнулась мафия. Ему не требовалось взвешивать все за и против. Он просто вызвал такси и выскочил на улицу, дожидаясь машину у входа, позабыв накинуть пальто, оставаясь в толстовке и спортивных свободных штанах. Такси не подвозит его близко к указанному адресу, Уён спешно передает наличные, заверив, что сдача не требуется, распахивает дверь и не удосуживается захлопнуть - срывается с места и бежит туда, вперед, где уже столпились зеваки и репортеры. Полиции не видно, карет скорой помощи тоже, лишь много машин и еще больше лиц, которые сливаются в одно пятно, когда Уён пробивается мимо них. Сан. Сан. Сан. Его пытаются задержать десятки тел и рук. Кажется, ему что-то кричат вслед. А ему все равно, он бежит, сбивая дыхание, к какому-то амбару, а может и складу, позабыв о любых мерах предосторожности. Хотя ему стоило быть хоть немного осмотрительнее, потому что откуда-то сбоку на него налетает кто-то, сбивая с ног. Уён вскрикивает, грязная рука закрывает ему рот, кости дребезжат от соприкосновения с землей, и парень не сразу фокусирует взгляд. — Сонхва?! — ему бы удивиться, да только он не настолько удивлен. Пока он ехал в машине, то рассудил с собой, что Сонхва тоже был частью клана Абэ. У них у всех была отличительная черта - тату на руке. Вот и сейчас, среди всех ссадин, Уён четко разглядел узор из колючей проволоки, словно обвивающий предплечье. — Ты откуда здесь появился? Что за привычка влезать к нам? — у Сонхва губа разбита, скула под левым глазом синеет, да и в целом он выглядит потрепанным, но главное, что он жив. Его одежда в следах крови, и Уён откровенно надеется, что она чужая. — Где Сан? Почему ты не с ним? — Уён шипит сквозь стиснутые зубы. — Если не знаешь нашу схему, не спрашивай и не пытайся понять! Уходи сейчас же отсюда, — Сонхва зол, это читается в его взгляде и интонации. Но есть в этом угрюмом виде и еще что-то, похожее на беспокойство. Уён ясно понимает, что его либо выпроводят силой, либо устроят расправу на месте, но его оба варианта не устраивают. Особенно в тот момент, когда из амбара раздаются чередующиеся оглушающие выстрелы. — Босс! — кричит кто-то, и снова звучат выстрелы, а на Уёне лица нет - он сталкивает с себя Сонхва, все еще не дававшему ему подняться, и подбегает к амбару, заскакивая в пустое окно без рам и стекол. — Уён!! — лишь успевает выкрикнуть Сонхва. — Сан!! — выпаливает Уён, замерев во мраке амбара. Не такую картину он ожидал увидеть.