Wrong side of paradise

       Фэнг звонит в дверной звонок уже в третий раз, но ответа так и не получает. Он стоит, прислушиваясь к каждому звуку за толстой дверью, но не слышит ни малейшего шороха. Ключи лежали в рюкзаке — в этом проблемы не было, проблемой было отсутствие Сэнди дома. Вышел в магазин? Тогда какого хера он не отвечает на звонки? Парень тяжело вздыхает и прижимается лбом к двери, снова доставая телефон и открывая диалог с другом, где последние сообщения, в которых Фэнг писал об окончании репетиции, остались непрочитанными. Звонить бессмысленно — абонент недоступен. Эта фраза за долгое время успела приобрести слишком негативный оттенок и только больше угнетает.       «Какого хуя ты не дома? Перезвони мне» — пишет Фэнг, впервые за долгое время сорвавшись на ругательства. Лос-Анджелес был совсем не маленьким и безобидным штатом, как какой-нибудь мирный европейский городок. Сэнди не говорил ни о знакомых, ни о родственниках, которые могли бы жить неподалёку, а значит поводов для беспокойства было очень много.       Фэнг проворачивает ключ в двери и, откинув обувь в сторону порога, а рюкзак отправив валяться где-то рядом, с тяжёлым выдохом падает на кровать, утыкаясь лицом в подушку. Он очень надеется, что это — единичный случай, что проблемы вовсе не начались с первого дня и он совершенно точно не вспоминает свою спокойную и монотонную жизнь в забытом богом краем Америки. Его друг — взрослый человек, конечно, чуть помладше Фэнга, но умеющий здраво мыслить, а иногда даже получше него. У него всё точно должно быть под контролем. Его предусмотрительность совершенно точно не могла быть боязнью рисковать. Сэнди очень ответственный человек.       Подушка вдавливается в лицо с такой силой, словно вот-вот сольётся с ним воедино. Фэнг хнычет, совершенно не зная, куда себя деть. Всё было гораздо проще, когда они вместе работали на одной работе, заезжали друг за другом, да и вообще были не разлей вода. А может, это всё лишь привычка, которую стоит как можно быстрее оставить. Тяжело было признавать, что друзей, кроме Сэнди, практически не было — только знакомые и старые приятели, с которыми связь разрывать было бы попросту невежливо.       Сэнди просто маячил рядом слишком долго, что Фэнгу удалось привыкнуть к нему настолько, чтобы вписать в священный список друзей, в котором тот был на первом и единственном месте. Остальных приходилось вычёркивать и запоминать просто как приятных людей, с которыми можно между делом переброситься парой слов или сходить на прогулку. Конечно, внезапная пропажа друга легко выбьет из колеи.       Уже стоя под прохладной водой в душе, устало прислонившись к стене, волнение начало постепенно сходить. Был такой хороший день, какого чëрта ему взбрело в голову пропасть на ночь глядя? Фэнг старается выбросить из головы всё, что может хоть как-то навредить его спокойствию и здравому взгляду на мир, ещё раз плеснув холодной водой в лицо. Дерьмо.       Усталость слишком сильная, не даёт мозгу целую ночь пережëвывать гнетущие мысли. Сэнди справится с любыми своими проблемами, а Фэнгу надо уберечь себя от собственных.

***

Он настолько вымотан, что не просыпается от звука невыключенных уведомлений, от тихого рингтона, который может и звучит в глубине сознания когда-то во время размытого сна, но точно не в реальной жизни. Не просыпается и от щелчка входной двери, и от копошения сначала в прихожей, а затем на кухне. Фэнг просыпается только тогда, когда его слишком сильно трясут за плечи. Видимо, он был слишком сильно вымотан, что почти ничто не смогло нарушить крепкий сон. — Ты проспал два будильника, я уж думал, ты умер во сне, — парень с трудом разлепляет глаза и смотрит на нависающую над ним голову. Как только размытые черты лица начинают становиться чётче и собираться воедино, сон сразу же проходит и Фэнг резко поднимает туловище, чуть ли не столкнувшись лбами с другом. Как будто к нему мог зайти кто-то другой… — Ты какого хера ночью пропадал? Это я думал, что ты помер! — Хрипло, но громко, возмущается он. Язык сильно заплетается от внезапного пробуждения. — Не кричи, — Сэнди садится на край кровати, складывая ноги на коленях, и виновато смотрит на Фэнга. — Я нашёл работу в баре, правда в ночную смену. Прости, что не предупредил, как-то всё закрутилось, ну и написать забыл. Связи в подвальном помещении нет… — Ох, — долго сохранять строгое выражение лица не получается: на Сэнди вообще злиться никогда не получалось, да и Фэнг ему совсем не мать, чтобы отчитывать за подобное. Стоило бы поздравить с нахождением работы, а не упрекать за оставленный без ответа звонок. — Я приготовил завтрак в знак извинения, так что иди ешь, пока не остыло, — всю напряжённую обстановку как рукой снимает, и Фэнг, смущённо поблагодарив, идёт на кухню.       На тарелке, вроде как, обычная яичница с двумя поджаренными сосисками, но вырезанные в форме букв ломтики картофеля, составляющие собой слово «прости» с грустным смайликом из кетчупа в уголке, делают это блюдо тем, которое Фэнг запомнит на всю жизнь. В отличии от него, Сэнди явно умел извиняться и делал это наилучшим образом. Даже за, казалось бы, такой пустяк. — Это просто замечательно, — проглатывая ещё один кусочек, довольно мычит Фэнг. Он хоть и умел готовить некоторые блюда, яичница всегда подгорала или недожаривалась, а иногда была слишком солёной или вообще без всяких приправ. — Значит, я полностью прощён? — Улыбается Сэнди, опираясь на столешницу. — Конечно. Ты был прощён в тот момент, когда живой вернулся, — Фэнг смотрит на время и чуть ли не давится от осознания того, что снова не сможет прийти во время. Он начинает есть быстрее, а Сэнди неспешно заваривает себе кофе.        Фэнг собирается так быстро, как никогда ещё не собирался. Ну, только если брать в сравнение те дни, что он находится здесь. Он не выискивал наиболее приличную одежду, а надел то, что было помято меньше остального. Актëра судят не по опрятной одежде и аккуратно зачесанным во всю причёску прядям волос, так ведь? Бегая из коридора в комнату и ванную, он замечал, как Сэнди выжидал момент, чтобы что-то сказать. С каких пор Фэнг так бессовестно врёт в лицо другу?       Домашняя одежда скомкана и лежит не на своей полке в шкафу, такси уже совсем скоро подъедет — сегодня его вызвали раньше, чем обычно. Вся суета началась с того момента, как пазл во время завтрака начал постепенно складываться. Сэнди молчал, но постоянно бросал взгляды на Фэнга: какие-то тревожные, словно он чем-то серьёзно обеспокоен, и прямо сейчас пытается распутать клубок из мыслей в своей голове. А может перебросить её в чужую голову. — Фэнг? Я хотел бы кое-что обсудить, — негромко зовёт Сэнди, а рука с ключом замирает у замочной скважины. Актëра словно током бьёт, он роняет ключ на пол, а в голове пролетают мысли о том, что его бы это настигло, даже если бы он собрался ещё быстрей. — Прости, я опаздываю, — Фэнг очень нервничает, когда поднимает ключи и старается не поворачиваться лицом в сторону друга. Видит только через зеркало на стене около двери, как он нервно перебирает пальцами края рукавов. Не бойся, ты не один — Фэнга самого сейчас стошнит от волнения, или скорее от удушения совестью. Но если им обоим может быть неприятен разговор, зачем его начинать? — Ты обычно в это время только такси вызывал, — Сэнди пожимает плечами, а голос его кажется ещё более подавленным. Неужели догадался? Фэнг незаметно вытирает вспотевшую ладонь о штанину, тихо выдыхает и всё же поворачивается, смотрит в глаза другу и не показывает своего волнения. Сэнди делает то же самое, но не так умело. Никогда между ними ещё не повисало такого напряжения, а пятнадцать секунд молчания не тянулись минутами. — Правда, извини, — сказать о том, что такси приехало или то, что сегодня вызвали пораньше — ужасные варианты. Они только больше разожгут напряжение и создадут отличную среду для разрастания недоверия. — Ты же знаешь, что я хочу показать себя с лучшей стороны. Мы с тобой обязательно поговорим потом, ладно? — Фэнг улыбается краем губ и стоит, держась за дверную ручку, в ожидании ответа.       Сэнди молчит. Ищет подвох или же ждёт чистосердечного признания. Он может и был вечно сонным, усталым и каким-то отстранённым, но вот так просто надурить его было невозможно. Только когда телефон Фэнга трещит от оповещения о приехавшем такси, парень грустно кивает и провожает взглядом тут же исчезнувшего за дверью друга. — Ты совсем не умеешь расставлять приоритеты, — грустно вздыхает, подходя к двери, чтобы закрыть на внутренний замок. Сэнди знает, что Фэнг стоит сейчас за ней и прекрасно слышит.

***

      Позор и стыд — Фэнг сто процентов сгорит в аду, как только его сердце перестанет биться. Пропустит все эти церемонии посвящения в мёртвые, не будет гадать, куда именно его поведёт дорога — сразу окажется в кипящем котле, даже если Ада и жизни после смерти никогда не существовало. Наверное, так думает каждый, согрешивший в первый раз, а может это всё совесть, взявшая контроль над мозгом заставляет так гиперболизировать небольшую оплошность, совершëнную по собственному желанию.       Ни в коем случае — расстраивать Сэнди он хотел в последнюю очередь, тем более после того, как тот заставил внутри всё сжаться от страха после своей пропажи. Фэнг идиот и в самом деле не ладит с расставлением приоритетов, ведь единственным мотивом вот так внезапно подорваться с места и уехать на работу пораньше было лишь нежелание нагружать собственную голову навязчивыми мыслями. Да какого хрена вообще Сэнди решил серьёзно поговорить перед работой? Если кто-то и не прав, то они оба; может быть, Фэнг даже чуть меньше. Вот как только все устаканится, тогда и можно будет обсуждаться всякие серьёзные вещи. Не напиваться, не ввязываться в драки, не портить ни с кем отношения и никаких серьёзных разговоров. Не так важно, что последний пункт был добавлен только сейчас.       Двери вновь открываются, пропуская Фэнга внутрь, а мысли о том, что он сам себя загоняет в угол пропадают с каждым шагом по коридору в сторону съёмочной площадки. — Вижу ты сегодня без опозданий, — Базз поворачивается к Фэнгу, а тот машет ему рукой и подходит ближе. Режиссёр помогал настраивать свет и расставлять декорации, пока все ещё не до конца собрались. — Думал, позднее подтянешься. Сегодня в основном репетируем сцены без вас со Сту. — Дома скучно было, — Фэнг чешет затылок. Базз отвлечëн подготовкой, а значит не заметит, если он будет не таким бойким, как раньше. Может быть, ему вообще дела до этого нет. — Помочь может с чем-то? — Да нет, тут и так рук полно, — передавая коробку с потолочными декорациями мужчине на стремянке, через плечо сказал Базз. Он кивнул в сторону гримёрки, а потом перевёл взгляд на Фэнга, отряхивая руки от пыли. — Иди посиди с ребятами, вы вроде как нашли общий язык?       Фэнг пожимает плечами, но идёт в сторону гримёрки, подтянув на плече сползшую лямку от рюкзака. Ну да, как он мог забыть такую деталь. Базз ему и в конце вчерашней репетиции говорил, и потом ещё написал, чтоб напомнить. Можно было бы скоротать время в какой-нибудь кафешке, но ни лишними деньгами, ни осведомленностью о хороших заведениях Фэнг не обладал. С другой стороны, лишние знакомые и правда не помешали бы, а учитывая эту небольшую заминку с Сэнди, были бы очень кстати.       Парень дёргает за дверную ручку и всё снова заполняется запахами парфюма и косметики. Он приветливо машет всем и здоровается, скидывая вещи в какой-то угол и обводит комнату взглядом. Биби и Эмз сидят на диванчике, и пока первая подходит ближе, чтобы дружески обнять Фэнга, с которым они знакомы всего один день, он натыкается на знакомый хмурый и одновременно удивлённый взгляд позади. — Здорово, — девушка хлопает его по спине, пока актëр неловко смыкает руки на её спине. Будто они и вправду знакомы уже несколько месяцев. — Как жизнь? Чего так рано? — Я в норме, а вы как? Проснулся позже, запаниковал, ну и прибежал раньше, чем опомнился. — Парень, сидящий позади, скрестил руки на груди и ещё выше поднял плечи. Вот-вот он сожмётся до чёрной дыры и поглотит своей мрачностью всё и всех, находящихся в комнате, а Фэнга в первую очередь. — У нас всё хорошо, — подаёт голос Эмз, залипая в какой-то игре в телефоне. Она сосредоточенно щурится, ногти громче стучат по экрану, а потом — похоже, проиграла — девушка раздражённо шипит, выдыхает и расслабляет плечи, переводя взгляд на вошедшего в гримëрку. — Ну, по крайней мере с Биби. Эдгар опять сидит мрачнее тучи. Фэнг снова смотрит на парня в углу, который при упоминании своего имени ещё больше хмурится, но взгляда с нежданного гостя не сводит, пока они с Биби расходятся. Жутко, но не так, как с Колетт. — Да он меня преследует! — Восклицает Эдгар, на что все сразу же поворачиваются к нему с немым вопросом. — Это ты скорее меня преследуешь, — Фэнг тоже хмурится, но руки на груди не скрещивает — защитная поза. К тому же, это внезапное обвинение было слишком странным и безосновательным, чтобы вот так просто ему сдаваться. Они всего пару раз случайно встречались на студии, и он уверен, что других Эдгар видел не меньше раз за день. — С чего бы? Разве не ты с прошлого года… — Эдгар видит недоумение, которое начинает проявляться на чужом лице, и сам замолкает, задумавшись. Всматривается в черты лица актëра, и уже неизвестно, кто выигрывает в этой немой битве, а кто сдаётся под чьим давлением. Он хмыкает и делает для себя какие-то выводы, пока Фэнг приходит к ещё одному для себя: абсолютно все в этом месте с какими-то тараканами в голове. — Я тебя впервые вижу, — возмущённо произносит он, подходя ближе, чтобы точно удостовериться, что они встречаются впервые в жизни. — Это круто, если ты меня видел раннее, но теперь я знаю, что ты смотришь сопливые женские мелодрамы. — До ушей Эдгара не сразу доходит издëвка Фэнга, а тот довольный стоит и гадко ухмыляется, наблюдая за растерянностью оппонента. — Да ты идиот, — Эдгар поднимает голову и серьёзно смотрит в глаза. Без возмущения и обиды, будто реально пропустил обидный комментарий мимо себя, а с прямым заявлением. — Реально, идиот. — А ты — фрик, — очень неприятное чувство поджидающего на финише поражения. Кажется, Фэнг готов добровольно подлить масла в огонь, но такие странные недоговорки со стороны практически всех, кого он успел встретить, ужасно раздражали. Даже Сэнди успел отличиться, но его откровение парень по своему желанию не решился выслушать. — Думаешь, я тебе не врежу? — Эдгар подрывается со стула и оказывается прямо перед лицом Фэнга. Почти нос к носу, но разница в росте около трёх сантиметров в пользу актëра, не позволяет столкнуться лбами. Со стороны это наверняка выглядит странно, особенно когда один снова начинает по-издевательски улыбаться, а второй хватает того за ворот рубашки. Они сверлят друг друга злобными взглядами и неизвестно, кто из них загорится первым.       Биби и Эмз молча и внимательно наблюдают за всем, сидя на заваленном одеждой диване. Пока первая метается глазами с одного на другого, с предвкушением ожидая дальнейших действий, даже если те окажутся началом драки, вторая даже отложила в сторону телефон, уже готовая разнимать этих двоих, стоявших словно два вспушившихся бродячих кота, которые случайно встретили друг друга на улице. — Они сейчас друг друга убьют, — шепчет на ухо подруге Эмз. — Задушат же… — Мне кажется, они подружатся, — Биби улыбается, но тут же спешит ответить на вопрос в глазах девушки. — Я не рассказывала, но мы с Эдгаром так и познакомились.

***

      Вскоре Фэнг с Эдгаром всё же расцепились и разошлись по разным углам гримёрки. Биби устроилась рядом с её лучшим другом, который всë остальное время старался лишь для вида сохранять незаинтересованность и мрачное выражение лица. Иногда получалось вывести парня на разговор, но стоило только опомниться — он сразу же замолкал. Может, просто не в настроении? Фэнг наблюдал за его действиями так же пристально, как и Эдгар за ним, но не из интереса, а чтобы надавить в ответ и заставить прекратить так бесстыдно разглядывать незнакомого человека. Может быть, Фэнг правда кого-то сильно ему напомнил; может быть, Эдгар был чем-то серьёзно обеспокоен. Актёр совершенно точно не будет протягивать руку помощи тому, кто с порога начал проявлять враждебность. Сейчас ему совершенно точно всё равно.       Он мог бы быть хорошим парнем, если бы не странная аура, которая прилипла к нему, словно гвоздик к мощному магниту. Вполне возможно, что он сам её приклеил, но от желания или от безысходности, Фэнгу было не интересно. Может быть, самую малость, но это лишь последствия врождённого любопытства. Эдгар то ли смелый, то ли безрассудный, но он был единственным человеком, высказавшим всё прямо в лицо с самого первого дня, словно чётко и ясно обозначил границу между ними. От него не веяло лицемерием так же, как и остального персонала, который улыбался всем и каждому только за тем, чтобы его не выперли с работы. Он мог бы быть хорошим парнем, если бы работал в другом месте.       Копание в собственных мыслях Фэнг всегда сравнивал с копанием в дерьме: чем глубже залезешь, тем дольше не сможешь отмыться. Это было совсем не взрослое сравнение, но привыкнуть к чему-то более приличному с подросткового возраста он так и не смог. Сегодня он начинал тонуть. Фэнг не сказал бы подобного ни в коем случае, но сегодня хотелось бы, чтобы Сэнди вернулся домой, как можно позже, желательно после того, как начнётся ещё один день репетиции. И чтобы Эдгар ушёл подальше, но не совсем далеко — пусть помаячит перед глазами. Вроде не мозолит, но такой неприятный тип. Как же влиятельно первое впечатление…       Фэнг снова смотрит на самого себя в зеркало и сравнивает с тем, что было вчера: синяки под глазами стали ярче, взгляд не такой живой, а веки опущены сильнее, чем обычно. Ещё и волосы в разные стороны, но это скорее из-за повышенной влажности в преддверии дождя. Хотелось скрыть всё под гримом, но Эмз отказалась, сославшись на экономию материалов. Да и правда, зачем нужен грим для репетиции всего несколько сцен, где у Фэнга и реплик-то не много? Это даже не съёмки, чтобы так заморачиваться над внешним видом. Он уже успел произвести впечатление вчера, и все точно запомнили, на что этот актёр с Богом забытого края Америки способен. — Сегодня ты не такой взбалмошный, как вчера, — Фэнг поворачивается и выгибает бровь, возмутившись подобранным определением. Сту только улыбаться и осторожно треплет по волосам, умудряясь как-то не превратить их в черт знает что. — У тебя что-то случилось? — Друг заставил копаться в голове, — он снимает со спинки стула верхнюю часть костюма и надевает, расправляя рукава. Желания делиться с кем-то своими переживаниями не было, но Сту уже показал, что за проявления слабости он не ударит исподтишка. Может, это дело времени? Во всяком случае, держать всё в себе было слишком вредно. — Мы с ним приехали вместе, живём тоже. Сегодня ночью он не пришёл, я и заволновался, — Фэнг застёгивает пуговицы и через зеркало смотрит на внимательно выслушивающего его рассказ коллегу. — Явился под утро, но хотел поговорить о чём-то. Серьёзное, наверное. — Поговорили? — Искренне интересуется мужчина, присаживаясь на стул рядом. — Я убежал. Сказал, что опаздываю, — тихое «оу», котрое Сту произносит одними губами, сочувствующий взгляд и рука, осторожно приземлившаяся на плечо, почему-то действуют гораздо лучше, чем длиннющие лекции с советами и куча расспросов. Он всё понял и, кажется, ему знакомо это чувство. — Я не думаю, что всё потеряно. У вас часто такое? — После двухминутного молчания все же спрашивает мужчина, пока Фэнг пробегается по листам со сценарием и скучающе болтает ногой. — Мы редко говорим о чём-то серьёзном. Сейчас просто не время — я могу потерять бдительность и настрой. Думаю, стоило бы отложить разговор на потом, — Базз оповещает о скором выходе и парень откладывает в сторону все ненужные вещи. — А если случится что-то такое, после чего вы уже не поговорите? — Выход Сту немного позже появления Фэнга в кадре, поэтому он остаётся на своём месте, провожая того взглядом. — Сомневаюсь, — Фэнг пожимает плечами и отворачивается, готовясь выйти на съёмочную площадку. Вчерашний разговор был совсем не таким тоскливым. — Иногда стоит побыть эгоистом, так ведь? — Делает ещё один шаг вперёд, а в самый последний момент поворачивает голову и негромко благодарит.

***

      Репетиция, как и ожидалось, помогла хоть немного отвлечься. Словно куча камней с души посыпалось с осознанием того, что съёмки в нормальном фильме смогут избавить от душевных терзаний. Фэнг ни в коем случае не закрывает глаза на проблемы, этот способ — тоже решение, немного своеобразное, но рабочее, к тому же без лишних потерь. Это как накидаться до беспамятства и галлюцинаций, только совсем не вредит здоровью и кошельку. Он не прибегал к такому, но судя по описанию в различных фильмах и книгах — оно и есть.       Фэнг радуется, что дома снова никого нет. Чувствует укол совести, только уже не настолько сильный, и думает о том, как пройдёт завтрашний день. Стоит поближе познакомиться с актёрским составом, спросить у Биби о неплохих заведениях по типу кафешек и ресторанов поблизости, может даже поговорить ещё раз по душам со Сту… Много работы на его плечи не свалилось, но приходить позже обычного не хотелось по той же причине, что и сегодня. Стоп, какого хера он вообще делает?       Фэнга словно холодной водой окатывают, когда он понимает, что начал прямой путь к избеганию своего лучшего друга. Вот так вот свалит, поджав хвост, так ещё и без зазрения совести начнёт увиливать от чужих переживаний, с которыми Сэнди, может быть, жизненно необходимо поделиться? Ужасный друг. Очень-очень-очень ужасный друг. Фэнг хнычет в подушку, понимая, какое же преступление против самого себя он совершил. Побыть эгоистом иногда надо, но не настолько же!        С телефоном в руках, он ворочается в уже расправленной кровати, всё никак не может подобрать нормальных слов, чтобы это не выглядело ни слишком сухо, ни слишком сентиментально и сопливо, ни слишком драматизированно, чтобы не признавать напрямую вину, но чтобы Сэнди понял, что ему жаль, и он не хотел. Но и так, чтобы до него дошло, что разговор правда стоит отложить до лучших времён, и ещё подметить то, что Фэнг всегда рядом и готов поддержать…        С сообщением покончено, и телефон отправляется на тумбочку, а руки стыдливо закрывают лицо непонятно от кого. Парень закрывается одеялом с головой, но много времени там не проводит: звук уведомления заставляет скинуть с себя одеяло и нащупать устройство с надеждой на то, что это Сэнди не лишился сегодня интернета и так быстро ответил.        Заговор судьбы ли это против него или какое-то благословение свыше? В шторке уведомлений висит оповещение о запросе на переписку от того самого музыканта — единственному, по которому Фэнг когда-либо фанател. Он искренне не верит тому, что это официальный аккаунт, но проверив несколько раз, каких-то объяснений придумать не получается. Если бы всё происходило на бодрую и свежую голову, то Фэнг бы лопнул прямо на месте, но сил отреагировать более бурно, чем просто уставившись в экран с открытой перепиской, совсем не было. — Что за чëрт? — Он даже не читает сообщение, жмёт на кнопку принятия запроса и пишет в ответ всего одно слово, выражающее всё его удивление. А после проваливается в сон, ощущая себя так, будто провалился в обморок.