похороните меня заживо

      Знаете, всегда сложно предугадать, что тебя ждет, через год, неделю, завтра или в следующую минуту. И ты никогда не поймёшь, что именно тебя сломает, что именно повлияет на твой характер, личность и поведение в будущем. Человек - очень сложное существо, понять его трудная задача, иногда бывает даже невозможная не только для других, но даже и для себя самого. Также и с помощью, сочувствуем: пока ты сам не начнёшь помогать себе, делать что-нибудь, исправлять или менять, то никто не сможет достучаться до тебя и направить на верный путь. И вытаскивать себя из бездны нужно осознанно, а не просто так принимать помощь, чтобы потом снова наступить на одни и те же грабли и совершить подобную ошибку. Запомните это.       Чимин не знал, что делать. Он хотел многого добиться в своей жизни, стать тем человеком, которым бы гордились и брали в пример за его достижения и трудолюбие. А кто бы не хотел, чтобы тебя похвалили хотя бы за что-то незначительное? Это же приятно. Но в последнее время все идёт совсем не так, как того хотелось. Абсолютно. Пак проснулся рано утром от тошноты и тупой боли в желудке, скручивающей все внутренности в вязкую кашу. Отвращение – вот что первым почувствовал блондин, как только взглянул на себя в зеркало в ванной, после того как проверил дома ли отец, чтобы не распалить его агрессию вновь, так как ему приказано спать на пороге. Глядя себе в глаза, Мин видел лишь призрака, даже не самого себя, а оболочку того, кто давно мечтает о смерти. Под глазами тёмные огромные круги, виднеющиеся скулы от потраченных нервов и стресса, большая размером одежда, скрывающая виднеющиеся кости ключиц, ребер и таза. Выглядит красиво, но болезненно пугающе, особенно если учитывать тот факт, что Чимин с недавнего времени также начал страдать от рпп, голодать, после слов отца и прохожих о том, что он толстый, некрасивый и вообще таких нигде не ждут и не хотят видеть. Он по началу просто отказывался есть, потом когда ему насильно кто-то впихивал контейнер с обедом, он выкидывал содержимое в мусорку или отдавал уличным бездомным собакам. Оставаясь наедине с собой, отрабатывал упражнения и на каждом уроке физкультуры выкладывался на все сто, чтобы был виден хоть какой-то результат. Но всегда было недостаточно. Как и сейчас, парень смотрит на себя в зеркало и думает о том, какой же он не красивый и мерзкий, вспоминает вчерашнее событие и тут же блюет в раковину желчным соком с водой, ведь кроме этого ничего более в желудке нет. Горло рвёт от постоянных порывов тошноты, голова кругом, а тело дрожит от постоянного холода. Он думает, как ему выдержать все оставшиеся месяцы до окончания школы, чтобы потом попробовать сбежать подальше от всего этого кошмара в его жизни.       Умывшись и посмотрев на себя ещё раз, Чимин выходит из ванны и плетется на кухню, выпить кофе, чтобы хотя бы как-то взбодриться и успокоиться, видит на столе записку, написанную на салфетке корявым отцовским почерком: "Уехал. Дом закрыт. Окна тоже. Буду через 2 дня. Подумай над своим поведением, сукин сын." Дочитывая последнее слово, Чимин чуть не падает на пол в шоке от ситуации. Недолго думая, он бежит к двери и проверяет её - закрыта. Ключей на полке нет, где он оставил их вчера. Бежит к окнам. Решетка закрыта на замок. Не выбраться… он в ловушке… Отец - гнида, проносится в голове и обессиленно омега садится на пол возле батареи. А как же школа, как же подготовка к экзаменам.. А как же все остальное, как же Чонгук… Хотя чего о нем думать, они вряд ли с братом вспомнят о нем, да даже если и вспомнят, волноваться точно не станут. Причин для этого не существует. Так он и остаётся сидеть, роняя одинокие слезы на впалые щеки…

***

– Чонгук~а, вставай, проспишь же! – заходит в комнату к брату Хосок, присаживаясь рядом на кровать. – Ещё 10 минут, пожа~луйста, – мычит омега. – Знаем, знаем, проходили. Подъем или в школу всю неделю будешь ходить пешком, – приподнимается старший Чон, прекрасно зная, что метод рабочий. – Так нечестно, тебе всегда есть, чем меня шантажировать. – На то я и старше. Бегом в ванную. – Ладно.

***

– Слушай. Спроси сегодня у Чимина, как он, – выруливая на главную дорогу, просит Хосок. – Ugh! Ugh! – Чонгук? – оборачивается мельком Хосок, щелкая пальцами перед лицом омеги. – А? – отвлекается Чонгук. – "А?" – передразнивает брат. – Встреть Чимина, говорю, узнай как дела. Только не забудь мне написать. Ладно? – Хен, мне, конечно, не трудно, но ты уверен, что он ответит на твои чувства? – издевается младший. – Я просто переживаю за него. – Знаем мы таких переживающих. На ладно, рискнем, – смеется Чонгук под цоканье Хосока.

***

      Чимин успокоился только через несколько часов, когда глаза и лицо щипало от выплаканной соли. Он хотел бы не раскисать, но взять себя в руки оказалось труднее, чем можно себе представить. Отец сказал, что его не будет пару дней, а значит остается два варианта: либо ждать, либо думать, что можно сделать. А как поступили бы вы? Вопрос риторический, ведь никогда не узнаешь, какие именно тараканы в голове у каждого из нас, какие страхи и чувства мы испытываем никому неизвестно, вот так же и бедный светловолосый омежка находился на распутье. Но одно он знал точно: он не сможет больше терпеть насилие, для него это подобное распятию Христа, но ради кого? Не для себя уж точно. И тут его будто ньютоновским яблоком стукнуло по голове: он подрывается с места в поисках рюкзака, скидывает в него первые попавшиеся вещи, документы зарядку для телефона, находит спрятанные деньги, полученные за хорошую учёбу, и бежит к прихожей, хватая по дороге бутылку воды. Полностью одевшись наспех, он ищет какой-нибудь тяжелый предмет, выглядывает в окно, выходящее во двор, дабы посмотреть, есть ли люди, которые могли бы услышать громкие звуки, а после со всей силы, которая у него ещё осталась, бьет кочергой по стеклу, разбивая его вдребезги. Оглушающий звук заставляет зажмуриться, как и полетевшие в разные стороны осколки. Плевать на все это, абсолютно, Пак прыгает в окно, задевая осколком бедро. Приземлившись на стекло, ноги не удерживают и омега падает на колени, упираясь ладонями в осколки. Чимин шипит от боли, от разодранных в кровь конечности, но не обращает внимания: для него главное сейчас – убежать, убежать туда, где его не найдут и помогут. В голову ничего не приходит, кроме одной мысли: "Хосок…"

***

      Чонгук искал друга весь день, спрашивал у многих, но большинство либо не знали его, либо говорили, что в школу он не приходил, такое происходит иногда, так что даже учителя не обращали уже внимание, ссылаясь на подростковый период. "Интересно, почему же он всё-таки не пришёл?" – проносится у Чона в голове, когда он выходит из здания. – Чимин? – поднимая голову, щурится омега, не веря своим глазам. – Чимин!! – заметив вид нового знакомого бежит, спотыкаясь Чонгук. Хосок, стоящий неподалеку, залипал в телефон, пока ждал брата с уроков, но услышав знакомое имя, обернулся на источник звука и резво рванул к парням, забывая обо всем.       Чонгук успел подбежать первым, подхватывая обессиленного и запыхавшегося омегу под руки, обеспокоенно осматривая раны. – Что же это с ним произошло? – шепчет про себя Хосок, добравшись до цели. – Не знаю, Хен… – Помогите…, – успевает проскулить Чимин перед тем как отключиться…