Не беси меня, Хван Хёнджин

      Феликс прямо сейчас даже расплакаться готов — это ж как нужно было накосячить в прошлой жизни, что сейчас приходится проходить через это? Не то чтобы парень верил в реинкарнацию, но даже она сейчас кажется намного реальнее, чем справедливость данной ситуации. Феликс пообещал себе, что если сейчас никто не умрёт, то он даже в церковь пойдёт замаливать все свои грехи и за прошлую, и за настоящую, и возможно даже за будущую жизнь. Так продолжаться просто не может.       Минхо с такого расстояния не видит кто сидит рядом с Джисоном, но подойдя чуть ближе, он замирает, переводя взгляд с Феликса (которого, должен признать, и сам чуть-чуть побаивается), а затем на Хёнджина, что стоит, опустив голову, из-за чего выглядит как щеночек, которого только что отругали и наказали.       Хо все-таки решает рискнуть и спрашивает осторожно:"Мы присоединимся?». Феликс собирался съязвить и выгнать непрошенных гостей вон, но Джисон как-то уж слишком сильно пихнул его в бок, и парню пришлось только улыбнуться (больше было похоже на какую-то убийственную гримасу) и кивнуть, мысленно обещая себе потом разобраться с Ханом. -Минхо, я не думаю, что это хорошая идея, пойдём, — Хёнджин наконец заговорил, зацепившись за край рубашки друга и потягивая в сторону, куда показывал секундой ранее. -Да нет, что вы, оставайтесь! Вы ведь и напитки принесли, — Феликс вдруг подобрел и Джисону это совсем не понравилось, ведь это значит, что и Минхо, и Хёнджин, и возможно даже он сам сейчас ходят по тонкому льду и Феликс в любой момент готов сорвать на них весь шквал гнева и недовольства.       Минхо слегка расслабился и протянул стакан с каким-то напитком Джисону. Тот благодарно его принял, пригласив сесть рядом. Хёнджин решил последовать примеру хёна и тоже протянул стакан Феликсу. -Что это? По-любому добавил туда какой-нибудь яд, да? -Нет, что ты, — Хёнджин пожимает плечами и смотрит, как Ли аккуратно отпивает и пробует на вкус коктейль, — всего лишь возбудитель. Феликс тут же давится, ошарашенно смотря на Хвана, а вернее на то, как тот хмыкает и уходит, оставляя парня наедине с подозрительным коктейлем и парочкой голубков, что спелись как-то слишком быстро. -Я его уничтожу.

***

      Феликс сидит на диване, фокусируя свой взгляд на напитке, который не убавляется уже так долго, что кажется, будто там не коктейль со льдом, а вода с каким-то голубым сиропом. Парень мыслями явно был где-то не здесь, и это точно показалось бы очень странным любому человеку, взглянувшему на него, но здесь, наверное, даже не осталось ни одного трезвого и не обдолбанного человека, так что, конечно же, никто на Феликса обращать внимание и не будет, предпочитая вместо этого в очередной раз осушить новую бутылку какого-нибудь дешёвого алкоголя или уединиться с первым встречным.       Он бы и сам развеялся, но что-то внутри не даёт и просит быть на чеку. Глупое чувство тревоги никуда не уходит, поэтому парень заменяет дурацкий легкий коктейль на виски с вермутом, позволяя алкоголю уже полностью взять над ним верх и наконец помочь расслабиться. Все-таки это как раз то, ради чего он здесь. После нескольких шотов напитка все вокруг расплывается, из-за чего Феликс закрывает глаза, пытаясь хоть как-то справиться с внезапно накатившей усталостью. Парень даже не замечает, как рядом с ним присаживается ещё один человек и внимательно на него смотрит. -Чего тебе здесь нужно? Ещё уставился и сидит… -А я-то думал, что напиваешься ты гораздо дольше. Плохая переносимость? -Да, плохая переносимость плохих собеседников. Шёл бы ты отсюда. -А что, Феликс? , — собственное имя из чужих уст звучит так до боли знакомо, что заставляет парня поднять голову и по крайней мере попытаться разглядеть незванного компаньона. И лучше бы он этого не делал. Так думают оба. -Что ты здесь забыл? Тебе правда стоит уйти, пока я не пришёл в себя. -А то что? Навалишься всей пьяной тушей и попытаешься вмазать? Брось, я же вижу как ты на меня смотришь. Каждый раз так, будто ещё немного, и ты меня собственноручно по стене размажешь. -Что я в принципе и хотел сделать. И с каждой секундой здесь ты меня все больше вынуждаешь приступить к действиям. -Пока ты такой, вряд ли я сильно пострадаю. Поэтому, решил вот попытать удачу и выведать почему же ты так сильно меня ненавидишь. -Ты правда хочешь знать? -Ты дурак? Стал бы я тебя спрашивать, если бы мне было похуй? -Следи за словами, придурок. С чего мне вообще тебе что-то рассказывать?       Феликс на самом деле вовсе не вредничал и не клялся хранить этот секрет до самой смерти. Проблема была лишь в том, что он и сам не знал почему. Просто вот переклинило его и все тут. Так глупо, ведь Хёнджину на самом деле плевать на все это. Ну подумаешь, ненавидит его где-то в мире какой-то Феликс Ли, и что? Страдает от этого больше сам Феликс, придумавший себе черт знает что и позволивший глупым предрассудкам руководить собой, как марионеткой. -Я просто хочу знать, что именно я тебе сделал, что заслужил такое к себе отношение. Я не говорю, что ты должен меня любить и уважать, и прочую какую-то фигню, но прояснить все хотя бы для себя я был бы не против. -А я возьму, и не скажу тебе ничего. -Молодец, очень по-взрослому. Так и решают все проблемы умные люди, так держать. -Ты перестанешь язвить? Или змеиная натура наружу лезет? -Да ты совсем в стельку пьяный. Несёшь какой-то бред. В прочем, как и всегда… Слушай, может ты всегда пьяный? Ты алкаш? -Да, и стану ещё и убийцей, если ты прямо сейчас не закроешь свой измазанный помадой рот, пидор. -Ого, знаешь, а ты первый, кто заметил, что я нанёс помаду. При таком освещении, ещё и в твоём состоянии, это прямо-таки удивительно. Что, часто на мои губы заглядываешься? Неужели влюбился, а? Поэтому наверное и бесишься. -Клянусь, ещё хоть одно слово, Хёнджин, и я разложу тебя прямо здесь, на этом столе, ты понял? , — Феликс глухо рычит, и, честно признаться, в какой-то степени это выглядит даже горячо. -Ты такой гей, Феликс Ли. -Тебе бы поаккуратнее со словами. Из меня натурал похлеще, чем из тебя гей, Хван. Не забывайся. -И тем не менее, это не я только что пригрозил трахнуть тебя на столе, а наоборот. Как там говорят? Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке? Неужели под действием алкоголя ты наконец решил выдать свои потаенные желания, м? , — Хван довольно улыбается, смотря ровно и без капли страха в чужие глаза напротив, что сейчас, кажется, ещё немного, и сверкнут красным от злости.       Феликс перехватывает чужую руку, тянущуюся к напитку, и резко прижимает к спинке дивана парня, так же быстро и неожиданно его седлая. -А что если да? Убежишь? -А ты попробуешь? Рискнешь ли? Сам ведь говорил, что натурал, разве нет? Вряд ли ты и в правду займёшься сексом с… -Заткнись, много болтаешь.       Феликс, движимый то ли алкоголем, то ли чужими словами, затыкает парня поцелуем, прикусывая чужую губу до крови и тут же зализывая ранку. Хёнджин, потерявшись на секунду в болезненно-приятных ощущениях, приоткрывает рот, пропуская чужой язык и позволяя Феликсу взять над ним полный контроль.       Оба соврут, если скажут, что происходящее их никак не возбуждает. Феликс правда никогда бы не поверил, если бы ему сказали, что однажды он переспит с Хван Хёнджином по собственной воле, но вот они здесь. Он мысленно материл себя, а ещё, наверное даже сильнее, Хёнджина, потому что не может человек быть настолько горячим и блядски сексуальным, даже когда просто сидит и отвечает на долбаный поцелуй, инициатором которого стал именно Феликс.       Он ёрзает на чужих бёдрах, укладывая руки на широкие плечи Хвана, и чувствует насколько сильно тот возбужден. А от осознания того, что именно он смог заставить парня чувствовать себя таким нуждающимся, внутри что-то переворачивается и хочется просто оставлять на чужом теле многочисленные метки и повторять «Мой». И это одновременно и пугало, и притягивало. Возможно, оба потом пожалеют о том, что положили начало всему этому, но сейчас им обоим явно нужно завершить начатое, ведь отступать уже некуда, да и не хочется вовсе. Хочется только полностью раствориться в этих чувствах и ощущениях, отдаваясь полностью и позволяя оставить все случившееся в полумраке этой лунной ночи.