Гарри Поттер и Идеал Слизерина || Harry Potter and the Slytherin Ideal

Первая учебная неделя пролетела незаметно. Гарри успел побывать на всех лекциях, кроме Зельеварения. Пока что Чары ему нравились больше всего. Он считал, что эти знания на практике будут помогать чаще, чем та же Трансфигурация. Превращение спички в иголку было неплохим трюком для вечеринки, но это умение казалось бесполезным, если вместо этого можно было выучить заклинание починки. Тем не менее он смог превратить свою спичку в иголку на первой же лекции по Трансфигурации и тем самым заработал очко для Слизерина, что было приятным бонусом к его успеху. Профессор Макгонагалл была строгой, и у Гарри возникло ощущение, что для получения очков на её лекциях потребуются усилия, так что один балл казался более ценным, чем все остальные, которые он смог заработать до этого. Профессор Квиррелл, напротив, был странным. Этот человек был заикающейся развалиной, которая ещё не оправилась от травмирующей встречи с вампирами. И всё же он утверждал, что сражался с зомби за свой тюрбан. Профессор-призрак тоже не имел никакого смысла, особенно учитывая, что Бинс постоянно забывал, в каком кабинете он преподаёт или какой сейчас год. Гарри сразу же решил, что будет изучать материал самостоятельно, не пытаясь вникать в монотонные лекции. Даже на Астрономии, которая проходила в полночь, было проще не спать, чем на Истории Магии. Но хотя бы Травология была интересной. Гарри уже довольно много знал о растениях, ведь они часто встречались в учебнике Зельеварения, но ему всё равно было интересно увидеть их вживую и узнать об уходе за ними. Гарри понимал, что неправильный уход может повлиять на их эффект в зелье, поэтому он задавался вопросом, можно ли намеренно использовать разные условия для выращивания растений, чтобы получить новые эффекты в зельях. Это стоило изучить подробнее. Гарри всё ещё приглядывался к своим однокурсникам. Пэнси всё так же была мила с ним, и она была забавной, но её сарказм мог быть слегка грубым по отношению к людям, которые ей не нравились, а иногда и по отношению к друзьям. Драко, казалось, никогда не принимал этот сарказм близко к сердцу и охотно огрызался в ответ, но вот Гарри было немного не по себе. Если бы Пэнси так на него набросилась, он бы растерялся или умер от смущения, если бы в итоге совершил какую-нибудь глупость, например, расплакался. Дафна Гринграсс и Блейз Забини любили соревноваться с Гарри на лекциях, что было лестно, но они почти не разговаривали с ним в свободное время. Тео часто погружался в свой собственный маленький мир, делая пометки и рисуя или двигая пальцами, как будто обводя что-то невидимое, что мог видеть только он в своём воображении. Трейси Дэвис была снобом и девочкой-припевочкой, поэтому Гарри не думал, что у них много общего, и она его не беспокоила, а Миллисент Булстроуд просто почти ни с кем не разговаривала. Винс успел наградить Рона Уизли синяком под глазом, Дину Томасу он расквасил нос и даже умудрился довести до слёз третьекурсника с Когтеврана. Грег не был таким агрессивным, как Винс, но как только начиналась драка, он с радостью бросался защищать своего друга. «Не то чтобы другие студенты были паиньками», — с горечью думал Гарри. В большинстве случаев словам слизеринцев не верили, даже если они говорили правду; казалось, что все вокруг ополчились против Слизерина. И тот факт, что ряды змеиного факультета пополнил Мальчик-который-выжил, никого не радовал. Его называли чистильщиком крови, Тёмным лордом, скользкой змеёй и прочими нелицеприятными словами. На переменах за Гарри и Драко стали ходить Винс и Грег, как личные телохранители, чтобы заставить других студентов дважды подумать, прежде чем ввязываться в драку. Гарри действительно следовало выучить все жалящие заклинания, чтобы суметь защитить себя. Он не в первый раз пожалел о том, что тётя Петуния не позволила ему пойти на карате, когда он попросил об этом, увидев нечто подобное в фильме, который смотрел Дадли. Но, к счастью, она не отправила на карате и Дадли, иначе Гарри пришлось бы несладко. Утренние пробежки продолжались всю неделю. В среду Драко будил Гарри с тем же раздающе-бодрым настроем, как накануне, но в этот раз он задобрил друга чашкой крепкого чая и бутербродом. В четверг энтузиазм Малфоя начал угасать, и Гарри подумал, что тот жалеет о своём плане, который лишил их сна, ведь количество домашних заданий росло. В пятницу Гарри проснулся без чьей-либо помощи, а оглядевшись, он заметил Драко, пускающего слюни на подушку. Гарри лишь усмехнулся и поспешил на кухню за двумя чашками чая. Время реванша. Он выпил свой чай по пути в спальню, а чашку Драко поставил на тумбочку, прежде чем кинуться на него. Он рассмеялся, когда мальчик издал сдавленный стон и отчаянно попытался выпутаться из одеяла, чтобы отомстить. Гарри удерживал его на месте, придавив своим весом. — Время пробежки! Драко застонал. — Сейчас же слезь с меня. — Вставай давай. — Я слишком устал. Боже, Гарри, у нас была такая длинная неделя. — Тебе стоило подумать об этом, прежде чем втягивать меня, — с усмешкой заметил Гарри. — Возможно, ты бросаешь начатое при первых трудностях, но я слишком упрям для подобного. И теперь, когда ты изменил нашу утреннюю рутину пробежкой, мы будем бегать каждый день, без возражений. — Хорошо, замечательно. А теперь слезь с меня, пока я не задохнулся, угловатая скотина. Гарри цокнул, но слез с Драко, протягивая ему чашку. — Я принес тебе чай. После пробежки Гарри не терпелось поскорее закончить с завтраком, чтобы пораньше отправиться на Зельеварение. Он потащил Драко в Большой Зал, где похватал пирожные, которые можно было съесть на ходу. — Притормози, — рассмеялся Драко. — У нас ещё уйма времени! — Но сейчас же Зельеварение! — настаивал Гарри. Профессор Снейп сказал, что не будет относиться к нему ни лучше, ни хуже, чем к другим, пока тот этого не заслужит, но всё равно было немного обидно, что мужчина держался этого обещания так серьёзно, что даже не поздоровался. Гарри действительно нужно было начать проявлять себя как можно скорее, чтобы заслужить уважение профессора и они снова могли общаться. — Ты не заработаешь очков для факультета, если сейчас подавишься, любимчик профессора. Гарри фыркнул, но всё же замедлился и хорошо прожевал кусок кекса. Большинство слизеринцев уже стояли перед дверью кабинета зелий, когда появилась часть гриффиндорцев. Напряжение росло по мере того, как две группы сближались, и Драко, естественно, решил подлить масла в огонь. — Зачётные глаза, Уизли, — растягивая слова, произнёс Драко, прежде дважды проверив, что Винс стоит рядом. — Этот оттенок достался тебе по наследству, или это была благотворительность? Уизли покраснел от злости. — Я должен был догадаться, что ты будешь подлизываться к Поттеру ещё до начала семестра, Малфой. Держу пари, твой отец уже научил тебя семнадцати способам пресмыкания. — Не смей оскорблять моего отца, — рявкнул Драко, выпрямляясь в полный рост и вскидывая голову так, что это могло выглядеть впечатляюще, если бы Винс, Грег и Уизли не были выше на две головы. — По крайней мере он знает, как обеспечить свою семью. А эти слухи, Уизли? Это правда? У тебя тоже был брат-близнец, но твоей семье нужно было что-то есть. — Мой отец никогда не обидит ребёнка, но держу пари, ты не можешь сказать того же о своём. Папочка Пожиратель Смерти смерти охотится только на детей маглов, или он срывает злость и на тебе, когда Министерство не видит? Гарри нахмурился. — Какая мать, такой и сын, я вижу. Тебе следует следить за своим языком, выдвигая необоснованные претензии в адрес уважаемых членов общества. Это невоспитанно. — Не лезь не в своё дело, Поттер. Тебя проверяли на наличие проклятий с тех пор, как ты сюда попал? Ты говоришь как марионетка, которой промыли мозги. — Достаточно, — голос профессора Снейпа прозвучал как гром среди ясного неба, когда он распахнул дверь. — Десять баллов с Гриффиндора за споры в коридорах. А теперь займите свои места. Остальные слизеринцы тихонько захихикали, рассаживаясь по местам, но Гарри был в замешательстве. Почему профессор Снейп не снял очки с каждого факультета? Мальчику стало не по себе от мысли, что ему сошло с рук то, чего он не должен был делать. Тем не менее это была лекция, которую Гарри ждал всю неделю, поэтому он отбросил беспокойство и последовал за Драко, который торопился занять места в первом ряду. Он улыбнулся Драко, который закатил глаза на его энтузиазм, но всё же ответил тем же. Гарри знал, что, несмотря на то, что Драко дразнил его, он был не прочь стать любимчиком Снейпа. Профессор Снейп начал лекцию с переклички. Дойдя до Гарри, он немного помолчал, но так ничего и не сказал, продолжив. Гарри развернул пергамент и взял в руки перо, с нетерпением ожидая, когда профессор Снейп начнёт. Он не осознавал, что ёрзает на стуле, пока Драко не ткнул его в бок. Гарри старался успокоиться, но его энергии нужно было куда-то деваться, поэтому он постоянно неосознанно начинал ёрзать. После поистине впечатляющей и красноречивой речи о достоинствах Зельеварения профессор Снейп повернулся к Гарри. — Мистер Поттер, давайте посмотрим, удалось ли вам прийти на лекцию подготовленным. Гарри от нетерпения наклонился вперёд. — Да, сэр! — Если я добавлю измельчённый корень асфоделя в настойку полыни, что я получу? — Если вы используете правильные пропорции и размешаете их должным образом, вы получите Напиток Живой Смерти, сэр. — Совершенно верно. И как правильно перемешать, чтобы получить желаемый результат? — Нужно перемешать против часовой стрелки шесть раз, чтобы активировать общее снотворное действие обоих ингредиентов, сэр. — А что произойдёт, если я совершу ошибку и помешаю по часовой стрелке? Гарри вздрогнул. — Вы ослабите эффект снотворного, а вместо этого активируете паранойю, которую вызывает полынь. Если вы сделаете зелье достаточно крепким, сэр, жертва вполне может оторвать свою душу от тела в приступе паники и недоверия к себе. — Очень хорошо, мистер Поттер. Давайте зайдём с другой стороны. В чём разница между аконитом и аконитовым деревом? Гарри ухмыльнулся. — Это одно и то же растение, сэр. — И почему его можно использовать как в волчьем противоядии, так и в зелье Широко Раскрытых Глаз? — Потому что оно обладает пробуждающим свойством, сэр. Зелье Широко Раскрытых Глаз использует это напрямую, чтобы вызвать физическое и ментальное пробуждение, в то время как волчье противоядие изменяет его, подавляя пробуждение первобытной натуры оборотня во время полнолуния. — Приятно видеть, что в вашей голове есть нечто большее, чем этот шрам, мистер Поттер. Тридцать баллов Слизерину за ответы на вопросы, на которые не смогли ответить большинство моих студентов. Гарри изумился астрономическому количеству баллов. В конце концов, он беспокоился, что профессор Снейп относится к нему как к любимчику, но, оглядевшись, увидел, что и слизеринцы, и гриффиндорцы смотрят на него так, словно он какой-то гений. Больше никто не знал этих ответов. Он заслужил эти очки. Гарри приободрился от всеобщего внимания. — Давайте посмотрим, сможет ли кто-нибудь посоперничать с мистером Поттером. Мисс Грейнджер, вы слишком много тренируетесь, поднимая и опуская руку. Скажите, как бы мне нужно было приготовить аконит, если бы я собирался использовать его для приготовления зелья от бессонницы? — Вы бы его мелко нарезали, сэр, — самодовольно сказала Грейнджер. — Почему? Грейнджер замолчала. Её взгляд метнулся к учебнику. — Я… Я не знаю, сэр. В учебнике об этом не говорилось. — Сделайте обоснованное или интуитивное предположение, мисс Грейнджер. У других ваших преподавателей вы уже приобрели репутацию человека, который пересказывает ответы из учебников, но эти знания помогут вам только в теории, но зачем они нужны, если вы не сможете применить их в неожиданных ситуациях. Особенно, если дело касается Зельеварения. Итак, почему? Слёзы навернулись на глаза Грейнджер, когда она покраснела от злости, но она сдержала их. — Я… Это не так… Я прочитала пять разных книг по Зельеварению, сэр, и ни в одной из них не было ответа на этот вопрос. — Итак, вы не можете сложить воедино то, что прочитали, чтобы понять это? — Я не знаю, сэр. Мне нужно время, чтобы всё обдумать. — Разочаровывает. Кто-нибудь ещё может ответить на мой вопрос? Мистер Уизли? Нет? Мисс Патил? А как насчёт вас, мистер Поттер? Был ли ваш предыдущий успех просто счастливой случайностью? — Нет, сэр. Вы мелко нарезаете аконит очень острым ножом, потому что для достижения полной эффективности требуется максимально возможная площадь поверхности, но вы не можете измельчить его в порошок, потому что его нужно использовать свежим, а растение очень чувствительно к повреждениям. Даже слишком грубое прищипывание листьев при сборе урожая разрушит их силу и сделает бесполезными, сэр. — Совершенно верно. Ещё пять баллов, мистер Поттер. Давайте посмотрим, единственный ли вы слизеринец, способный мыслить критически. Мистер Малфой, где бы я мог найти безоар? — В желудке козла, сэр. — Правильно, и для чего он используется? — С его помощью можно отменить эффект большинства ядов, сэр. — Назовите единственное исключение. — Яд василиска, сэр. — И почему безоар не помогает в этом случае? — Я полагаю, потому что яд слишком сильный, сэр. Он уничтожает безоар до того, как тот успевает что-либо нейтрализовать. — Пять баллов Слизерину. Я надеюсь, что в следующий раз все остальные придут на урок подготовленными. Классу было приказано открыть учебники и найти в них рецепт простого зелья, которое они будут варить сегодня. Пока все остальные собирали ингредиенты, Гарри поднял руку. — В чём дело, мистер Поттер? — У меня вопрос по поводу этого рецепта, сэр, — сказал Гарри, отодвигая учебник на край стола и указывая на заметку, которую он нацарапал на полях. — Здесь сказано, что после добавления порошка из клыков нужно перемешать три раза по часовой стрелке, но разве не должно быть четыре раза по часовой стрелке и один раз против часовой стрелки, сэр? — Почему вы так думаете, мистер Поттер? — Ну, таким образом вы не только полностью активизируете целебные свойства клыков, но и нейтрализуете раздражающее действие клыков и крапивы. Способ, о котором говорится в учебнике, сработает, но при этом фурункулы будут чесаться по мере их заживления, не так ли? — Совершенно верно. Как вы думаете, почему книга, предназначенная для первокурсников, может содержать более простой и менее эффективный рецепт? Гарри замолчал, раздумывая над вопросом. — Потому что его легче запомнить? — Именно. Каждая лишняя сложность даёт простор для ошибок. — Но должен ли я следовать рецепту, когда найду способ получше, или я могу попробовать по-своему? — Это зависит от вас, мистер Поттер. Если вы попробуете по-своему и это сработает, вы получите оценку на порядок выше, но если вы попробуете и у вас ничего не получится, оценка будет минимальная. Я предлагаю вам заранее записать, какие изменения вы собираетесь внести, и объяснить, почему. Таким образом, даже если ваше зелье не сработает, я смогу отметить и раскритиковать ваш ход мыслей и показать правильный. Как вам такая идея? — Звучит заманчиво, сэр! Спасибо! Гарри был полностью поглощён своим зельем, когда его внимание привлекло громкое шипение, которое доносилось из дальнего конца комнаты. Он оглянулся и увидел облако кислотно-зелёного дыма, поднимающееся из расплавленного котла Невилла, и остатки его зелья, которые растеклись по всему полу и разъедали обувь студентов. Гарри быстро вскарабкался на табурет, стараясь не задеть свой котел, который, к счастью, был поставлен вариться на медленном огне в течение следующих нескольких минут и в данный момент не нуждался в его внимании. — Идиот! — профессор Снейп закричал на бедного Невилла, который скорчился от боли. — Мистер Поттер, вы можете сказать мне, что этот идиот сделал не так? Гарри покачнулся на стуле и расправил плечи. — Кажется, он добавил иглы дикобраза прежде, чем снял зелье с огня, сэр. — Правильно! Мистер Финниган, будьте добры, проводите мистера Долгопупса в лазарет и постарайтесь обдумать последствия не только ваших действий, но и вашей неспособности предотвратить действия окружающих вас людей. Оставшаяся часть урока прошла без происшествий. Зелье Гарри было лучшим в классе, но зелья Драко, Тео и Грейнджер были ничуть не хуже. А результаты работы Забини, Гринграсс и Патил тоже были близки к идеалу. Гарри улыбнулся возможности немного посоревноваться, чтобы сохранить мотивацию. Ребята собирались уходить, когда к нему подошёл профессор Снейп. — Мистер Поттер, можно вас на пару слов? Гарри кивнул и последовал за профессором в противоположную часть кабинета, в то время как все остальные студенты закончили собирать свои вещи и ушли. — Это было очень впечатляюще, Гарри. Как, скажи на милость, тебе удалось ответить на все мои вопросы? Я хотел поставить тебя в тупик хотя бы одним из них. Гарри просиял. — Я понял, что Зельеварение — это как головоломка, сэр. Я решил не просто изучить, какие именно фрагменты были в наборе, но и как и почему они сочетаются друг с другом. Как только я это выяснил, весь процесс пошел проще. Нужно только немного подумать. — Мне придётся постараться, чтобы в этом году тебе не было скучно, не так ли? Смущённо пожав плечами, Гарри повертел в руках перо. — Может быть, немного. Но ваша речь в начале урока была интересной! И викторина была весёлой. И приготовление зелья было захватывающим, даже без Невилла. Я рад, что вы не возражаете, если я немного поэкспериментирую, если у меня будет на то веская причина. — Что ж, дай мне знать, если тебе станет скучно. Я придумаю для тебя дополнительные задания. — Спасибо, сэр! Эм, сэр? Могу я задать вам вопрос? — Флаг тебе в руки. — Почему перед уроком вы сняли баллы с Уизли, но не с меня? — Когда я открыл дверь, то услышал, что Уизли устроил сцену. — Ну да, но вы, конечно, знали, что он не единственный участник сцены? — Ты хочешь, чтобы я взял свои слова обратно, Поттер? У меня было предположение, но у меня не было доказательств. Слишком многие профессора выставляют баллы, основываясь на своих предположениях о ситуации, а не на фактах, которые они могут доказать. Для большинства из них это означает, что во всём виноват Слизерин. — А вы пытаетесь быть справедливым, сэр? Профессор Снейп вздохнул. — В какой-то степени это так. Однако иногда справедливость означает умение противостоять несправедливости других. Это очень сложно. — Но все думают, что это вы несправедливы, что вы подлый человек. Я слышал, как люди говорили о вас… —Это бремя, которое я готов нести, Поттер. Ты не одобряешь? — Я не знаю, сэр. Я рад, что вы не хотите, чтобы к нам относились несправедливо, но что, если из-за ваших действий люди будут относиться к нам ещё несправедливее? Дома, если Дадли давали конфеты, а мне нет, это было несправедливо. Но если бы я позже украл конфету у Дадли, чтобы получить свою долю, он бы никогда не подумал, что мы квиты. Он думал бы, что я плохой парень, и избил бы меня. Всегда было лучше просто отдать ему конфету. — Ты хочешь сказать, что я должен бездействовать? — Нет… Я не знаю. Я просто не хочу, чтобы всё стало ещё хуже. Драко уже называет меня подлизой, потому что я так стараюсь произвести на вас впечатление. Я не хочу становиться мишенью для всех, если они не могут отомстить напрямую. — Я… Я подумаю об этом, Поттер. Несмотря ни на что, ты заслужил все баллы, которые получил сегодня на уроке. Ты должен гордиться собой. И Гарри гордился. Он заработал неприличное колличество баллов и заставил профессора Снейпа снова поговорить с ним! Это был хороший день.