Тени прошлого.

      Где-то вдалеке сверкнула молния и спустя несколько секунд по небу, затянутому тяжелыми тучами, с гулким эхом пронесся гром. Вот-вот на землю прольется ливень, о котором предупреждали в новостях. В доме было тепло и дрова уютно потрескивали в небольшом камине, но Кеншин не замечал ничего вокруг, кроме этого томительного ожидания. Такая погода завораживала его, и он совсем не боялся грозы, в отличии от многих детей. Казалось, подобные проливные дожди были необходимы, чтобы очистить землю, смыть с нее всю грязь, и этот чарующий запах, витавший в воздухе...       Он определенно любил грозу.       Старик тихо звякнул чашкой, поставив ее на небольшой столик перед ним, наблюдая за мальчиком, прилипшим к окну. Его дом находился на отшибе громадной территории поместья, почти на самом высоком месте холма, и отсюда открывался потрясающий вид. Особенно сейчас, когда небо и земля почти сошлись на горизонте.       Он тихо кашлянул, привлекая внимание мальчика. Тот вздрогнул, виновато улыбнувшись садовнику в ответ. - Спасибо огромное, что разрешили сюда приходить. Здесь... Волшебно. - Любишь дождливую погоду? - Грозу...       Кэзухиро опустился в кресло, одобрительно кивнув мальчику. - Да, природа вообще удивительна. Немногие в столь юном возрасте подмечают ее красоту. В основном, детей интересует нечто более... Приземленное.       Кеншин покраснел, распахнув глаза на старика. Он был странным и непохожим на других детей всегда. Все замечали это, и стыдили его. Неужели и старик тоже?.. Он поспешил оправдаться. - Это происходит само...       Мужчина хмыкнул, заметив как первые капли дождя брызнули на стекло. Очевидно, мальчик был напуган его словами, словно он боялся отличаться от остальных детей. С такой внешностью, должно быть, он привык, что о нем все говорят, как о странном гайдзине. А потому он поторопился успокоить мальчика. - О, в этом нет ничего дурного. Наоборот, это впечатляет, не каждый ребенок обладает такой наблюдательностью и интересом к окружающей его среде. - Почему? Отличаться от других - плохо. Тебя не принимают в игры, или смеются над тобой... - Это лишь говорит о том, что те, кто используют такой повод, чтобы не дружить с тобой - не слишком-то умны. К таким не нужно стремиться за хорошим общением.       Старик улыбнулся, отпив немного чая из своей чашки. Кеншин поторопился сделать тоже самое, чтобы уважить труд и гостеприимство Кэзухиро. - Может... Вы и правы, и все таки, это бывает очень обидно. - Разве, у тебя не появились люди, для которых это неважно? - М... - взгляд Кеншина потеплел, когда он вспомнил своих приятелей. - Юки и Джиро меня приняли. - Вот видишь. Когда есть хотя бы один человек принимающий тебя таким, какой ты есть, их можно назвать друзьями. Тебе нравится с ними общаться? - Да. Юки хоть и шумный, но знает много интересного. И всегда в курсе всех новостей. Перед сном мы с ним очень часто разговариваем о всяком. И Джиро, тоже... Хоть он и старше нас, он не смеется над нами и всегда готов пообщаться. Правда, больше всего познаний у него о еде, но он и вправду многое знает. До того, как он попал сюда, он помогал бабушке и дедушке на кухне. Даже не верится, что он как-то связан с... Преступным миром. Юки сказал, что это приют для детей якудза. И я хотел спросить у вас... Правда ли это?       Кэзухиро крякнул, глядя в окно на дождь, вошедший в силу и на изредка вспыхивающие молнии на горизонте. - По большей части - да. Некоторые дети просто... Утратили дом и родных, которые могли бы о них позаботиться. И их пути пересеклись с Господином Кингом. Он не мог их оставить на произвол судьбы, а потому начал привозить сюда. Он золотой человек, которому не все равно, и который не может пройти мимо чужого горя.       Услышав о Кинге, Кеншин глотнул еще ароматного чая и подался чуть ближе к старику. Было интересно узнать, как такой по большей части холодный человек дошел до мысли о приюте для сирот. И осуществил все это, чтобы чужие дети жили полной жизнью.       Видя в глазах мальчика неподдельный интерес, Кэзухиро откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. - Ты умеешь хранить тайны, Кеншин?       Кеншин сглотнул, интуитивно поняв, какая ответственность прячется за этими словами и осторожно кивнул. Старик доверял ему, и предавать это доверие он не хотел. А потому он подобрался, и активно закивал. - Если обещаешь, что никому не расскажешь, я поведаю тебе кое о чем. - Я обещаю... - Кеншин проговорил это медленно, осознав эти слова.       Он дал обещание. Из тех разговоров, что он слышал среди детей, он хорошо помнил, что если ты даешь обещание, то нельзя нарушить его, чтобы не произошло. Иначе, ты предатель и трепло. Ни тем, ни другим Кеншин не хотел становиться и для верности использовал жест, который подглядел, когда Томо давал Юки такое обещание. По поводу чего Кеншин не запомнил, но жест врезался в память до мельчайших подробностей.       Он протянул старику руку и осторожно оттопырил мизинец.       Кэзухиро, увидев это, почтительно кивнул и протянул свой мизинец в ответ, взяв мизинец мальчика в крепкий захват. - Если я не выполню это обещание, то проглочу тысячу иголок, обещаю. - Кеншин помнил, что Томо сказал это, перед тем, как отпустить мизинец Юки, а потом решил, что это важно и произнес это очень серьезно. - Что ж, похоже у меня нет выбора, раз передо мной так серьезно настроенный молодой человек. - старик со смехом выпустил его мизинец и поднялся. - Сейчас, я начну с самого начала.       Кеншин проследил за ним взглядом, после чего посмотрел на свой мизинец. Впервые взрослый человек поверил ему, еще и скрепив их обещание. Он улыбнулся, переведя взгляд на окно. Фиолетовые темные тучи нависали над ними, щедро одаривая ливнем. Должно быть, в приюте сейчас дети играют, или Госпожа Цуки читает им одну из многочисленных сказок. А он занимался такими важными и взрослыми вещами. Внутри теплела гордость за себя.       Старик вернулся с большим альбомом в руках, положив его на стол, а после придвинул кресло поближе к столу и сел в него. Кеншин тоже придвинулся, подавшись вперед. Его взгляд скользил по кожаной дорогой обложке с красивыми завитушками, поблескивающими золотом под светом лампы. Уголки на папке были металлическими, и тоже в цвет завитушек золотыми. Альбом выглядел дорого и очевидно требовал к себе аккуратности в обращении. - Когда-то этот дом принадлежал одному очень богатому клану Хисоко, и меня позвали работать сюда после обучения, когда главе клана понравились мои работы в качестве ландшафтного дизайнера. Мое портфолио настолько впечатлило его, что он дал мне полную свободу самовыражения на этой огромной территории. Я был рад такой возможности и посвятил себя делу, которым и занимаюсь по сей день. Хозяин был горд, что поместье благодаря ухоженному и цветущему саду заиграло новыми красками. А я был рад приносить радость своими руками ему и его семье...       Он открыл альбом и медленно пролистал его. Кеншин с любопытством смотрел на фотографии, на которых были знакомые места с территории поместья, но более... Молодые. Только обретающие свою окончательную форму, которую он и застал столько лет спустя. Это было похоже на волшебство, и он с радостью окунулся в него, слушая старика внимательно, стараясь запомнить все, что тот ему рассказывал.       На одной из фотокарточек была запечатлена семья из нескольких человек. Глава семьи - высокий человек с суровым лицом, женщина сидевшая в кресле с длинными светлыми волосами и светлыми глазами, улыбалась и держала на коленях ребенка, перенявшего в основном материнские черты. Ребенок выглядел его ровесником, может, чуть старше. - Это Иошито Хисоко, его жена Мария, она немка по происхождению... И их сын - Ганзо Хисоко. Будущий наследник поместья. - Хисоко... - Кеншин чуть нахмурился, вспоминая где мог слышать эту фамилию, столь знакомую для восприятия. Но где? - Несмотря на то, что Иошито выбрал себе в жены иностранку, его влияния и власти хватило, чтобы этому не придавали особого значения. Их сын рос в любви и достатке, я помню его совсем мальчишкой, вроде тебя, который носился по клумбам с той беззаботной радостью, на которую способны только дети. Ему пророчили великое будущее, потому как семья владела бизнесом в сфере питания, но... Мальчик вырос в юношу, который связался не с той компанией и начал строить карьеру в совершенно иной сфере, нежели его отец. Трудно сказать, когда это началось... Иошито был в ужасе, когда узнал, что его сын примкнул к якудза и потребовал, чтобы сын немедленно оборвал все контакты в банде. Однако, из якудза так легко не выходят, но и терять наследство молодой господин не собирался. А потому, он согласился с отцом и занялся семейным бизнесом, однако он не просто не вышел из банды, но и использовал деньги семьи в тайне от отца, чтобы укрепить свое влияние в самых низах преступного мира. Все это я наблюдал со стороны и не имел права вмешиваться, рискуя ничего этим не добиться и потерять работу. Особенно, когда Мария сильно заболела и буквально за полгода сгорела от болезни, а глава семьи Иошито ненадолго пережил жену, и все состояние, бизнес и поместье перешло в руки Ганзо. Я думал, что после смерти родителей он захочет все кардинально поменять здесь, но он лишь достроил поместье и выделил деньги на строительство главной оранжереи. Поскольку "дела" требовали его постоянного присутствия в городе, он приезжал сюда лишь на пару месяцев в году, а меня назначил все это контролировать в его отсутствие и следить за штатом людей, работающих на этой земле. Удивительным было и то, что несмотря на род занятий, он нашел себе достойную партию и продолжил развивать семейный бизнес.       Зашуршали страницы и перед взором Кеншина появились более современные фотографии, в цвете. Старик указал на фото, где стоял мужчина в дорогом костюме, с идеально уложенными серебристыми волосами. Он улыбался в камеру, зажав меж пальцев сигарету, от которой тонкой струйкой витал дым, навсегда запечатленный в моменте на фото, словно время остановилось.       Мужчина был красив, в нем с годами проявились все выигрышные черты смешанной крови и было видно, судя по тому как держал голову и осанку, что этот человек гордился своим происхождением. Ни тени сомнений на костистом лице и в льдистых голубых глазах.       Кеншин сглотнул, приблизившись еще и неотрывно глядя в эти глаза. Он был совершенно точно уверен, что видел эти глаза, но на другом лице. Куда более холодные и безразличные, чем у отца... - Этот человек... Я могу ошибаться, но... У него был сын?       Кэзухиро тихо вздохнул, перелистнув страницу альбома. Со следующего фото на него смотрел маленький мальчик, которого держал под руки Ганзо, а молодая женщина, стоявшая за его спиной, счастливо улыбаясь, смотрела на ребенка с гордостью и любовью. - О да... Экити Хисоко. Это был день, когда он впервые встал на ноги и пошел. Это произошло здесь, на территории поместья. И я... Сделал это фото. Несмотря на все, что Ганзо делал во главе клана якудза, здесь он был обычным семейным человеком. С женой и недавно родившимся сыном.       Кеншин содрогнулся всем телом, в неверии глядя на малыша, делающего свои первые шаги по мягкому газону. Экити... Наследник всего этого? Тот самый ребенок, который был с ними здесь на правах обычного сироты. С которым сверстники не хотели общаться из-за его агрессии на них, и... Тот самый, что нередко кричал по ночам, не в силах прогнать кошмары из своих снов. - Но как?! Он ведь... Почему он здесь?!       Старик смотрел на Кеншина, замерев с почти перевернутой страницей, зажатой меж пальцами. - С его родными случилась настоящая трагедия. Деятельность Ганзо принесла свои плоды, но они были ядовиты. Мне неизвестны все подробности, но... Однажды сюда приехала машина, за рулем которой сидел Господин Кинг, и привез он главу иного клана якудза. После смерти Ганзо он просто захватил это место, планируя использовать поместье для своих нужд. Но Господин Кинг был другом семьи Хисоко, и он не мог допустить этого... Не мог допустить, чтобы нас выгнали на улицу, и сровняли с землей все усилия, вложенные в этот дом. А потому сделал все, чтобы убедить главу якудза оставить это место, и устроить здесь приют для детей. Якудза жестоки, но приют для детей, как проявления милосердия и акта благотворительности главе понравился. Так здесь начали появляться другие сироты, а год спустя, он привез Экити в это поместье, сказав, что не может и дальше держать его вдали от его родного дома. Так я и весь персонал познакомился с опекуном молодого господина, и узнали о том, что произошло в городе. Ганзо и Асами, мать Экити, застрелили в их доме в городе... В живых остался лишь их сын, которого Господин Кинг прятал от тех, кто это совершил. Мальчик все это видел и замолчал на долгие месяцы. Только приезд сюда сломал эту стену и он вновь стал разговаривать...       Так вот что случилось!       Он тоже... Видел смерть. И никто в приюте не знал правды о нем, потому для всех он был агрессивным чудиком, которого боялись и обходили стороной. И Юки в том числе, говоря гадости за его спиной.       Кеншин закусил губу, испытывая жгучий стыд перед Экити, за то, что отчасти поверил детям и боялся к нему подойти, и просто заговорить. Мальчику нужна была помощь, поддержка, но вместо нее он раз за разом получал безразличие и отвергался обществом детей, которые тоже пережили свои трагедии, но перенесшие это легче него. Неудивительно, что он озлобился и стал отвергать их в ответ. Наверняка, он злился еще и за то, что эти люди и дети жили в доме его родителей, к которому он привык и считал своим домом... - Но почему Господин Кинг так поступил? Почему именно здесь? - Он был другом Ганзо, и после его смерти... Взял ситуацию в свои руки. Но лишь в качестве приюта был шанс, что это место якудза оставят в покое. Я никогда не поддерживал преступников, но Господин Кинг слишком много сделал для нас, чтобы сомневаться в его жизненных ориентирах. Я пережил законных хозяев этого поместья, и дожил до того момента, как сюда вернулся наследник... Пусть лишь в качестве еще одного из сирот. Это лучше, чем если бы... Династия прервалась, а поместье, служившее много лет гордым напоминанием о традициях и величии этой семьи исчезла будто ее и не было. Поначалу это казалось... Абсурдным, но спустя время, я понял, что неважно каким способом, но Господин Кинг сохранил это наследие, и... Я благодарен ему. Как и все, кто живет и работает здесь.       Он попрощался со стариком, еще раз поблагодарив за гостеприимство и пошел в сторону тропинки, которая вывела бы его с холма. Дождь еще не прекратился окончательно, но гроза ушла на восток, а тучи из фиолетовых превратились в серые и не такие тяжелые. Мальчик сжимал пальцами зонт, который Кэзухиро дал ему перед тем, как проводить из дома, и старательно обходил лужи и откровенно затопленные места, чтобы не испортить новую обувь.       В голове роились новообретенные факты, которые требовали себя упорядочить и разложить по местам в рыжей голове.       Экити - сын Ганзо Хисоко. Он наследник всего, до чего мог коснуться его взгляд.       Знал ли он об этом? Тогда бы он пытался выгнать всех тех, кто его обижал. Однако, вместо этого, он терпел их выходки и обзывательства, закрываясь в себе. Значит, он вполне мог этого не знать.       Кинг забыл ему рассказать об этом? Или умолчал намеренно?       На ум пришла внезапная догадка, выставлявшая образ его спасителя в самом невыгодном из освещений, но отделаться от этого червячка сомнения уже не получалось - он использовал свое опекунство над Экити в своих интересах, и поместье, в котором тот должен был жить как хозяин, теперь ему не принадлежало. Вместо этого здесь организовали приют, а Экити из владельца превратился в такого же безродного, какими были они. И с поправкой на будущее, это могло никогда и не измениться - Экити был слишком мал, чтобы помнить об этом месте больше, чем то, что здесь он бывал с мамой и папой в раннем детстве.       К тому же, Кэзухиро так и сказал, что Экити долгое время отсутствовал.       Где он тогда жил? Вряд ли в том доме, откуда Айзек увез самого Кеншина в такой спешке. Детям там было не место, особенно травмированным внезапной и жестокой смертью обоих родителей. И оказывалось так, что в отсутствие настоящего хозяина, Кинг следовал политике захватчиков...       Кеншин остановился, упрямо замотав головой. - Нет! Не может этого быть!       Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, и когда влажный запах мокрой травы и дорожек из гравия оказался в легких, мальчик успокоился и окинул взглядом холм.       Кинг мог трижды притворяться холодной льдышкой, но то, что он видел своими глазами, просто кричало о том, что это напускное.       Если бы он использовал опекунство над Экити в своих целях, он устроил бы здесь что угодно, а не приют. И не боролся бы за него, а по словам старика, он отстаивал это место перед главой якудза, чтобы здесь все оставалось как прежде.       Он был другом Ганзо, и если не за его смерть он мстил, то за чью тогда?       Это просто было бы лишено смысла, а глупым человеком у Кеншина бы язык не повернулся его назвать.       Он сохранил старику и еще с дюжину других работникам жилье и место работы.       Он привез Экити сюда, в дом его предков, чтобы справедливость наконец восторжествовала.       Он спас всех этих детей от голода и одиночества. Дал им кров, еду, одежду и... Общество друг друга.       Его люди - Госпожа Цуки и Айзек возились с детьми, хотя у взрослых с такими навыками наверняка была и другая работа, но их оставили здесь, потому что Райан считал это важным.       Поместье не было в запустении - лишь отдельные его части, не столь значительные для общего благополучия, в остальном оно сохраняло вид настоящей жемчужины этих мест.       И все же, почему Экити не знал правду?       Почему Кинг привозил сюда все больше и больше детей, среди которых оказался и Кеншин?       Как он понял из разговоров детей о Райане, он не был здесь частым гостем, задерживаясь не более, чем на день, а потом вновь исчезая и оставляя привезенных детей на милость Госпожи Цуки и местных работников. Более того, их к чему-то готовили. Это стало понятно после того, как некоторых детей увели в тренировочный зал, а других оставили, сказав, что их тренировки начнутся чуть позже. Как это было и с Кеншином - Госпожа Цуки не допустила его, сказав что тот еще не был готов. К чему?       Он пытался сложить этот пазл и так, и эдак, но в итоге не смог, словно в общей картинке не хватало важных элементов, о которых старик Кэзухиро не мог знать, и получить их было можно лишь от Кинга, или самого Экити.       В голове пульсировало от напряженной работы, и чем ближе он подходил к главному дому, тем больше появлялось вопросов без ответа. ________________________________________________________________________________ * Обещание на мизинцах - "клятвенное обещание" - очень важный ритуал для японцев. Называется он юбикири генман. Дословно "Уubikiri" означает отрезание или отрубание пальца (Имеют ввиду мизинец, который отрубят в качестве наказания). Но оно также может иметь понятие "переплетение пальцев". Есть версия, что это как-то связано с "красной нитью судьбы", которая также связывает мизинцы. Возможно, обряд якудза – обряд «юбицумэ 指詰め» - отрезание верхней фаланги пальца в наказание, тоже как-то связан с обещанием на мизинцах. Существуют страшилки, что, если не сдержать обещание, - твой палец отвалится/сгниёт. Сейчас клятва стала безобидной детской игрой, но раньше в ней был глубокий смысл. История берёт своё начало из эпохи Эдо(1603 - 1868 гг): Тогда эту коротенькую песенку пели почти все уличные​ дети куртизанок. Ведь в то время были распространены "кварталы красных фонарей", а женщины, которые работали там, имели связь со многими мужчинами. Встречая того, кого они действительно любили, доказывали свою любовь, отрезая правый мизинец руки. Палец девушка отправляла своему избраннику и таким способом доказывала, что её чувства искренни. Постепенно дети превратили этот обычай в игру (палец, конечно же, не отрезали), а потом добавили и часть про "1000 иголок". Однако, подразумевались не сами иглы, а риск попробовать на вкус ядовитую рыбу-ежа (подвид рыбы Фугу). В Японии её так и называют - "рыба 1000 игл". Внутренности, кожа, иглы - в этой рыбке ядовито всё. Некоторые утверждают, что через мизинцы проходит "сердечный меридиан", поэтому клятва, данная подобным образом, чистая и даётся от всего сердца. Я подумала, это будет интересно, т. к. этот жест используется во многих аниме, и у нас имеет немного иное значение, но тоже заучивается с детства. Вот такая интересная разница менталитетов, скрепленная одним жестом :З За информацию спасибо сайту Амино, не раз выручал в таких вопросах и пользователю "akira mirai", написавшему эту статью. :З