Мой Создатель

Луис выругался, сорвал с рукава небольшой амулет и разломал его, высвобождая заложенное внутри оповещающее заклинание. Вскоре рыцари герцогской семьи и члены боевой четверки узнают о том, что случилась какая-то беда и поспешат на помощь своему командиру. После этого, скомандовав коротко: "Не двигаться!", герцог бросил взгляд на ректора и увидел такое же сосредоточенное выражение лица. Освальд оттеснил в сторону Филиппа и обеспокоенно глянул на Мишеля. Но маг земли только пораженно хлопал глазами, не понимая, как такое могло произойти. Подняв с земли брошенное юношей одеяло, Луис осторожно набросил его на плечи Мишеля и на мгновение сжал своими пальцами. Он не знал, как его еще можно поддержать. Пока рыцари добирались до палатки, герцог решил сделать еще кое-что: — Филипп, Хуго, оповестите распорядителей. Пусть пришлют кого-нибудь. Винсент! — Маг огня посмотрел в ответ хмуро, сжимая и разжимая свои огромные кулаки. Тоже нервничал. — Пригляди за Мишелем, пока я занят. Все молча кивнули. Водник сразу же выбежал из палатки, а Филипп еще задержался, чтобы оглянуться на Мишеля. Тот едва заметно качнул подбородком, отпуская товарища. Только после этого воздушник, поджав губы, вышел. Винсент встал рядом с Мишелем, продолжая сверлить взглядом труп в клетке. Он не понял всего, что произошло здесь, но сообразил, что грядут неприятности. Однако больше всего он переживал за состояние своего друга, который широко распахнутыми глазами пялился в пустоту, не реагируя ни на что. Луис же, раздав указания, осторожно приблизился к воднику. Освальд уже осматривал место рядом с трупом, не касаясь ни клетки, ни земли, ни самого тела. Он еще помнил оперативную работу, и в душе ректора вяло шевельнулось что-то вроде ностальгии. — Как давно это было? — пробурчал Освальд себе под нос, рассматривая рассыпанные по земле амулеты. — Покой нам неведом, — хмыкнул Луис, присоединяясь к наставнику. — Что думаешь? — Мальчик этот, конечно, меня мало удивил. Всю дорогу от него одни проблемы были. А сколько еще будет — его папаша все перевернет с ног на голову, когда узнает о смерти сыночка. — Он напал на мага земли. Этого не простят даже ему. — Только это и утешает... Луис вгляделся в один из амулетов и нахмурился сильнее. Знакомый знак. — Гляди, — ткнул в сторону деревянного кругляша герцог. Ректор, рассмотрев знак, тоже помрачнел и мельком оглянулся на племянника. — Ты думаешь?.. — Уверен. Это доказывает, что Душегуб действует не один. Вряд ли бы этот юноша стал кричать о каком-то таинственном человеке, что должен прийти, если бы сам был этим убийцей. — Почему думаешь, что не последователь? — Потому что он предпочел сдохнуть, а не купаться в лучах чужой славы, — буркнул Луис. Ректор только кивнул, еще больше нахмурившись. — Но это также означает, что у него есть доступ в академию. Водник должен был быть на занятиях, а не за несколько десятков километров без моего ведома. — Освальд говорил с досадой, чувствуя вину за то что проморгал нечто важное. Луис на это только ответил: — Не разводи панику раньше времени. И Мишелю ничего не говори. — Сам знаю, — огрызнулся ректор. Все завертелось. Набежали рыцари, распорядители. Даже лекаря кто-то притащил. Высокий и худой маг земли из-за своего длинного носа казался похожим на крысу, и так же дергал кончиком носа, будто вынюхивал что-то. Он безо всяких колебаний принялся распоряжаться присутствующими рыцарями, чтобы те унесли труп из "палатки милого мальчика". Самого Мишеля мягко, но настойчиво вытолкали наружу, и следом увязался Винсент. Юноша словно не замечал бурную деятельность, что развел герцог вокруг. В душе его царило смятение, и он старался не смотреть на Луиса. Потому что при взгляде на сильную фигуру уверенного в себе мужчины в груди расползалось острое колющее чувство. Некоторое время он бездумно покачивался из стороны в сторону, а после, все также глядя в пустоту, медленно побрел куда глаза глядят. Ему нужно было подумать. До сих пор он старательно отворачивался ото всех упоминаний о Душегубе. Ему казалось, что это совсем не его дело. Ну где он — обычный парень, и где серийный убийца? У Мишеля и так было полно забот. Он все еще не до конца разобрался с тем, почему женщины ушли на Мухер. История просто описывала этот факт, безо всяких объяснений причин. Вот была война, вот случился раскол, а вот женщинам вдруг взбрело в голову прогуляться до закрытого континента. Всем. Одновременно. И самое паршивое, Мишель никак не мог вспомнить, какой силой он наделил женщин. Сейчас считалось, что жительницы Мухера не владеют никакой магией, но юноша отчетливо помнил, что какую-то силу он им все же даровал. Только какую? Помимо этого, он по крупицам собирал оставленные древними магами земли записи. У него были планы — раскопать схрон в академии Клинков. Он был уверен, что там тоже будет что-то важное, что поможет ему вспомнить что-то еще о создании этого мира. Плюс, отношения с товарищами его волновали. Им предстояло провести вместе в лучшем случае всю оставшуюся жизнь, в худшем — до конца обучения. И эта ссора буквально выбила Мишеля из колеи. Он пришел к выводу, что лучше все же смирить свою гордость и попытаться прийти к компромиссу. И на это тоже требовалось время. И, как вишенка на торте, Луис. Герцог Торрес. Игнорировать его никак не получалось, но и дать мужчине того, чего он хочет, Мишель просто не мог. Он понимал, что им следует поговорить, чтобы наконец расставить все точки над "ё". Хотя бы потому, что герцог рисковал своей жизнью, чтобы спасти его. В голове мелькнула еще одна робкая мысль, что Луис не так уж и плох, и было бы неплохо стать его другом. Но Мишель решительно отмел ее в сторону. Он знает, что такое френдзона, и никому бы не пожелал такого. Ко всем этим мыслям, от которых и так пухла голова и было паршиво на душе, сегодня прибавилось еще два вопроса. Первый: почему вдруг появился дракончик? И второй: кому могла понадобиться его, Мишеля, смерть? Да еще и руками одного из кадетов? Размышляя о своей нелегкой судьбе, маг земли дошел до палатки своей четверки. Проскользнув внутрь, он прошел до ближайшей кровати и молча улегся на нее, закрыв глаза. Ему требовался отдых. Он устал.

***

На следующее утро уже весь лагерь знал о том, что произошло ночью. Когда Мишель проснулся, то услышал возбужденные разговоры за стеной палатки. Рядом никого не было, даже Винсент, который вчера смотрел на него взглядом побитой собаки, куда-то делся. Обнаружился маг огня у входа в палатку. Он сложил на груди руки и грозно смотрел на каждого, кто приближался. Как только полог отодвинула в сторону узкая ладонь, и за спиной молчаливого громилы появился виновник ночного происшествия, толпа у входа всколыхнулась возбужденными шепотками. Мишель не обратил на них никакого внимания, только успокаивающе хлопнул товарища по плечу и направился на запах еды. Вместе они представляли собой занимательное зрелище. Отрешенный в своей сонливости зеленоволосый юноша с трогательно растрепанной косой и следом от подушки на щеке, и следующий за ним по пятам верзила, что зло зыркал на всех попадающихся на пути людей. К счастью, с вопросами никто не посмел лезть. Обнаружив за одним из столов помятого и злого Филиппа, Мишель медленно подошел к нему и опустился на соседний стул. Воздушник только бросил на него угрюмый взгляд, и морщинка на лбу тут же расправилась: — А, это ты... Выспался? — Недостаточно, — пробурчал Мишель и не смог сдержать зевок. — Шумно больно. Филипп в ответ только кивнул. Винсент принес завтрак, и на несколько минут троица сидела молча, уткнувшись в свои тарелки. Пока воздушник вдруг решительно не повернулся в сторону Мишеля: — Послушай, Микки... — Прости меня. Парень изумленно захлопнул рот, звонко щелкнув зубами. Он никак не ожидал, что Мишель скажет эти слова. Ему казалось, что обида юноши еще долго будет висеть между ними, и прощения придется вымаливать не одну неделю. Мишель же между тем продолжил: — Прости, что все так вышло. Я понимаю, что ты не хотел меня обидеть. И за то что съехал в отдельную палатку, тоже прости. Был бы я все время с вами, возможно, он бы не смог подобраться так близко. — Нет, — чуть осипшим голосом ответил Филипп. — Это ты меня прости. Я все время забываю, что ты не мой младший братишка, которого нужно защищать и позволять иногда шалить. Что ты намного взрослее и сильнее большинства магов земли. — Голос его совсем пропал, и парню пришлось откашляться. — Прости еще раз. Ты мой товарищ, Микки, и я знаю, что ты заслуживаешь это место. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, пока Мишель озадаченно не моргнул: — У тебя есть брат? — Ты только это услышал? — весело возмутился Филипп. Винсент, глядя на этих двоих и их шумную перебранку, незаметно перевел дух.

***

В тот день последний этап турнира так и не провели. Распорядители были заняты, всюду сновали рыцари, и к тому моменту, как все наконец успокоилось, уже наступил вечер. Так что окончание соревнований пришлось отложить. А вечером поднялась новая волна шума — прибыл отец водника и во всю глотку пытался дознаться, кто посмел поступить так с его мальчиком. Правда, он немного стушевался, когда перед ним появился герцог Торрес. Строгого взгляда Луиса хватило, чтобы поумерить пыл "убитого горем" родителя. Но даже узнав все, что произошло ночью в палатке, он не успокоился окончательно. Направившись к распорядителям, мужчина потребовал, чтобы Мишеля отстранили от турнира. Ему было наплевать, что его сын пытался навредить магу земли — не повредил же. А вот его мальчик поплатился за встречу со странным юношей собственной жизнью! И, к удивлению Мишеля, некоторые из присутствующих в качестве зрителей магов поддержали его. Это были те, кому с самого начала казалось диким присутствие мага земли на соревнованиях. И они были рады подвернувшемуся поводу. В противовес им встали маги земли и некоторые из старших. Ругань стояла такая, что ни одно слово в этом гвалте нельзя было различить. Мишель, который имел неосторожность оказаться рядом в момент разборок, чувствовал себя неуютно. Но с ним рядом стояли его товарищи, а на их лицах было такое упрямое выражение, что это поневоле вселяло уверенность. Даже Хуго, который обычно старался на выделяться, встал плечом к плечу с Мишелем и сложил руки на груди, высокомерно вздернув нос. Распорядителям вскоре удалось разогнать разбуянившуюся толпу. Они удалились в свою палатку со словами, что им нужно посовещаться и принять окончательное решение. Начавший все мужчина победно улыбнулся Мишелю, уверенный, что решение будет принято исключительно "правильное". Ночью палаточный лагерь погрузился в тишину. Все будто замерли, затаили дыхание, и напряженно ожидали развязки. Мишель и остальные так и не смогли уснуть, и всю ночь тихо шептались. Под утро юноша с удивлением вспомнил, что за весь день видел Луиса лишь мельком, и тот даже не попытался к нему подойти. Мишелю показалось странным, что он вообще обратил на этот момент внимание, но объяснить его себе так и не смог. Наутро было вынесено решение. Все, кто сейчас находился на территории лагеря, собрались на арене, нетерпеливо вглядываясь в столпившихся на площадке участников. Грянули трубы, и зычный голос возвестил о выходе распорядителей. Они расположились на огороженном балкончике, откуда прекрасно было видно всю арену. Мишель, глядя на их чинное шествие, почувствовал себя настоящим гладиатором, приветствующим Цезаря. А что? Арена, напоминающая амфитеатр есть, высокомерно глядящие сверху вниз чинуши есть, только тигров со львами не хватает. Но их время пока еще не пришло. Главный распорядитель, маг огня с уже бледно-красными волосами, поднял руки и заговорил: — Совет вынес решение! — Его сильный голос слышали все присутствующие. — Команда академии Четырех клинков проходит в финал в полном составе! Радостно взвизгнули маги земли, но голос говорящего их перебил: — Однако! Мишель-тин Гарсия проходит в качестве исключения и на определенных условиях. Юноша насторожился. Его товарищи, впрочем, тоже. — В случае, если Мишель-тин проиграет этот бой, то он добровольно покинет академию, и отныне каждому магу земли будет строжайше запрещено поступать в сие заведение. Зеленоволосый завертел головой в поисках ректора и увидел его напряженную хмурую фигуру в толпе распорядителей. Сердце екнуло, и внутри поднялась обида. Он же обещал ему! Обещал! Мишель так погрузился в свои переживания, что чуть не пропустил дальнейшие слова: — Однако, в случае, если Мишель-тин займет безоговорочное первое место, ему будет позволено продолжить учебу. И любой маг земли, изъявив желание, сможет поступить в академию Четырех Клинков. От тишины, на мгновение опустившейся на арену, заложило уши.