Мой Создатель

Мишель думал, что после победы в турнире он сможет хоть немного отдохнуть. Все же соревнования, а особенно подготовка к ним, выжали из него очень много сил. Однако, когда на следующее утро после возвращения и шумного чествования он малодушно решил отоспаться, дверь в его комнату вынесли резким ударом. Вздрогнув и выпав из кровати, Мишель ошалело уставился на пылающего гневом тренера Силайо. Маг воздуха грозно раздувал ноздри при каждом вздохе, волосы на его голове развевались от закручивающихся потоков силы, а сам мужчина быстро шагнул ближе к съежившемуся от неожиданности юноше и решительно вскинул его на плечо. Не успел Мишель осознать свое положение, как тренер так же решительно потащил его наружу. — Эй-эй! — возмутился наконец Мишель, сбрасывая остатки сна. На шум в коридор выглядывали другие опоздавшие. Кто-то из них, возможно, и остался бы посмотреть на вздернутого кверху задницей мага земли в коротких домашних шортах, но один взгляд Силайо загонял их обратно в комнаты. — Поставьте на место! Тренер! — О, так ты вспомнил о том, что я твой тренер! — процедил сквозь зубы воздушник, выходя из здания общежития. — Как вовремя, а я-то думал что тебя кто-то по голове ударил, и ты напрочь забыл о своих тренировках. — Северино-тан, но ведь турнир уже прошел! — Молчать! Твои тренировки никто не отменял, а ты осмелился уже пропустить зарядку! Двадцать штрафных кругов тебе, и столько же минут отработаешь в зале позже! Мужчина донес свою добычу до площадки и безжалостно отправил на пробежку и разминку. На справедливый вопрос Мишеля, как же он будет бежать босяком, Северино не моргнув отрезал: — Ты маг земли, так что смягчишь для себя дорожку. Более сознательные кадеты уже наворачивали не первый круг и с улыбкой приветствовали "опоздавшего". Мишель хмурился, ежился под достаточно прохладным утренним ветром, но ослушаться даже не подумал — Северино Силайо не терпел тех кадетов, что смели ему перечить, и безжалостно выбрасывал из своих учеников. Пустив вперед себя заклинание, Мишель заставил вырасти небольшую тропинку зеленой молодой травки, и побежал по ней. Пробегающие мимо старшие скалились, бросали ехидные шуточки о том, что юношу потянуло в родную "стихию садоводства", но в их словах на удивление не слышалось того настороженного злорадства, которое было раньше. Нет, конечно, были и те, кто откровенно игнорировал юношу, но тем и ограничивали выражение своего недовольства. "Похоже, они потихоньку начинают смиряться," — удовлетворенно подумал Мишель. Рядом почти сразу появился Винсент, закрывая юношу от взглядов. Подоспевший минутой позже Филипп внезапно стащил с себя рубашку и чуть ли не силой заставил Мишеля облачиться в нее. Рубашка оказалась длиной до середины бедра, прикрывая шортики, что на взгляд юноши выглядело значительно неприличнее. Но Филипп так на него зыркнул, что Мишель не решился ничего сказать по этому поводу. Пробежав почти десять кругов, юноша вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Обернувшись, он разглядел стоящего в отдалении Луиса, недовольно хмурящегося и закусывающего губу. Но пока длилась тренировка, тот так и не подошел. Более того, когда Мишель в очередной раз посмотрел на то место, где стоял герцог, того уже и след простыл. После тренировки Винсент усадил мага земли себе на спину и отнес до комнаты, чтобы тот наконец-то смог переодеться. Компания завалилась в комнату Мишеля, но не успели они толком расположиться, как в дверь кто-то постучал. — Вот объясните мне, почему я должен относить письма от своего жениха другому мужчине? — возмущенно спросил Адан, передав Мишелю увесистый пакет. — Потому что Джилл уехал из города по делам, — машинально ответил юноша, отходя к окну. — Даже не поздравил меня толком, поганец. Только записку с Реми передал: "Молодец что не обосрался!". Филипп захохотал, откинув голову назад: — А кто такой Джилл? Ты никогда не рассказывал о нем. — Это парень Реми. Помнишь его? Водник, что был с нами во время ритуала. — Мишель развернул вытащенную пачку листов, разгладил их и вчитался в изящный мелкий почерк. — О, так ему все же удалось... — Что там? Адан любопытно заглянул через плечо юноши, но тот уже складывал пачку обратно: — Это нужно будет перечитать чуть позже. — Бросив пакет на свою кровать, Мишель проверил охранные заклятия и поспешил переодеться. — Мы уже опаздываем, осталось время только быстро что-то съесть и бежать на первое занятие. — Да-да, покой нам не ведом, — вздохнул Филипп. Винсент и Хуго только молча переглянулись. *** — Это уже становится какой-то дурной традицией, — пробормотал Луис, оглядывая вытянувшихся в струнку кадетов. Ночь давно опустилась на землю, территория академии была погружена в сон, и лишь пара десятков стражников несли дежурство на стенах. Сам герцог сегодня проверял патрули из кадетов последнего курса, и только поэтому оказался на улице. Раньше он никогда не любил ночные дежурства, но сейчас, глядя на замершего Мишеля и его команду, он был благодарен ректору за то, что тот уговорил его. Маг земли мялся, пряча от Луиса взгляд и теребя в руках бумажный пакет. В таких обычно пересылали почту. Его товарищи тем временем тоже не знали, куда глаза деть, только Винсент глядел невозмутимо, будто ничего не произошло. — Тан Ерреро, от вас я такого не ожидал, — цокнул герцог, увидев среди кадетов знакомого третьекурсника. — Уж кто-кто, а вы всегда казались мне разумным магом. Адан бросил быстрый взгляд в сторону мужчины, и ничего не ответил. Впрочем, ответа от него и не ждали. Остановившись перед Мишелем, Луис сложил руки за спиной и несколько раз топнул ногой, выбивая только ему известный ритм: — Мишель-тин, рад что в этот раз вы хотя бы одеты более прилично. Маг земли вскинул злой взгляд на мужчину, раздраженно фыркнув: — Приходится, раз уж за моей нравственностью решило следить столько глаз. Обиженный тон остальные кадеты мужественно проигнорировали. Рывком поправив задравшуюся форменную куртку явно с чужого плеча, юноша переступил ногами в широких штанах и откинул за спину зеленую косу. Луис не знал, что под этой одеждой скрывались привычные Мишелю бриджи и рубашка, забракованные местной "полицией нравов". — И куда ты в этот раз направился, позволь спросить? — голосом герцога можно было бы так заморозить пространство вокруг, что кадеты использовали бы его в качестве холодильника еще лет десять. — Провести еще один ритуал? Ты решил засадить всю территорию академии деревьями, или же ты стремишься стать богом? Мишель силой подавил желание расхохотаться. Прикусив изнутри щеку, он опустил глаза в пол и переждал порыв просветить Луиса, насколько он близок к истине. — Благодарю за интерес к моей скромной персоне, но в этот раз у нас дело иного характера, — чопорно ответил Мишель, взяв себя в руки. — Что ж, — многозначительно оглядев кадетов, Луис надменно произнес: — В таком случае я сделаю вид, что ты позвал меня с собой, а я просто не услышал. Приглашающе махнув рукой, герцог пропустил тихо застонавшего Мишеля вперед, оттеснив его от остальной группы. Филипп пихнул Винсента локтем, с намеком подвигав бровями, на что тот сдержанно приподнял уголки губ. Адан с легким интересом переводил взгляд со спины герцога на узкую спину Мишеля. И никто не обратил внимание на отставшего на шаг Хуго, хмуро сверлящего взглядом мага огня. — Почему тебя снова понесло куда-то ночью? — недовольно пробурчал Луис. — Неужели не можешь днем свои дела проворачивать? — Если бы мы поперлись туда днем, то сбежалась бы вся академия с дядей Освальдом во главе. А у него и так много проблем — после турнира Куатра приходится переписывать весь устав и кучу внутренних правил. — То есть то, что будет ждать его поутру, никаких проблем не принесет? От сквозящего в словах герцога ехидства Мишель невольно поморщился. — Может и принесет... — неуверенно ответил юноша. Луис хмыкнул, но больше ничего не спрашивал, пока группа не достигла знакомого пустыря. Мишель опустился на четвереньки и принялся деловито что-то выводить прямо на земле. Терпеливо наблюдающий за его манипуляциями герцог удивленно вскинул брови, когда разглядел в рисунках что-то похожее на чертеж или схему, далекую от ритуальных изображений. — Что это? — Я теперь лучше чувствую то, что скрыто внутри, — стал пояснять Мишель, не разгибаясь. Он был так увлечен работой, что не обратил внимания, в какой позе повернулся к Луису. Герцог бросил взгляд в сторону кадетов, но те уже благоразумно отвернулись. — Так что я хочу расчертить все заранее, чтобы знать куда двигаться при расчистке. — Расчистке чего? — Старой библиотеки академии, конечно. Я вам не сказал разве? Закончив водить палочкой по земле, юноша вскочил на ноги, с улыбкой отряхнул руки и обернулся, подмигнув ожидавшим в стороне старшим: — Будет немножко трясти. Трясло совсем не немножко. Земля расходилась неохотно, будто не хотела отдавать спрятанное в ее глубине. Но все же Мишель не зря разбудил источник — строптивая стихия подчинилась более сильному магу. Под слоем земли в три метра обнаружилась каменная плита. Небольшая, прямоугольной формы плита. От нее расходился контур из толстых стенок, простирающийся на многие метры в стороны и вперед, и образующий очертания бывшего здания. Мишель знал, что эти стенки уходят вглубь на пару метров, но не стал расчищать здание дальше, остановившись у плиты. — Здесь вход в архив, расположенный в подвале, — утерев выступивший на лбу пот, сказал юноша. — Старое здание снесли, а все что ниже видимо решили просто утопить поглубже. Оглянувшись на Филиппа и Адана, Мишель скомандовал: — Так, я сейчас отодвину эту глыбу в сторону. Ваша задача будет вымести изнутри всю пыль и пустить воздух, чтобы дышать можно было. Справитесь? Ответом Мишелю стали полные притворного возмущения взгляды, но при герцоге парни почему-то не решались открыто шутить. Поэтому, приготовив на ладонях по заклинанию, воздушники уставились на закрытый проход. Мишель же опустился перед плитой и, внимательно оглядев ее, нашел-таки нужный знак. Долго же Энджи пришлось копаться в архивах, пряча свои намеренья от всех вокруг, чтобы отыскать изображение руны и ее последовательность. Но зато теперь не придется взламывать замурованный вход, прикладывая титанические усилия. Накрыв ладонью знак, юноша пустил силу по рисунку. Сначала петля, спираль, резкий угол, плавная дуга... Изображение словно выжигалось перед внутренним взором, не позволяя Мишелю ошибиться. По щеке за шиворот стекла соленая капля, когда плита наконец-то поддалась. Внутри стен что-то гулко щелкнуло, крякнуло, заскрипело, застонало. Плита сама разошлась в стороны, как пасть неведомого чудовища, и от вибрации ее движения рядом с ногами подпрыгивали мелкие камешки. Но вот все наконец закончилось, и перед взволнованным Мишелем распахнулся вход в древний архив магов земли.