Мой Создатель

Настроение было на редкость паршивым. Глядя на стакан с янтарной прозрачной жидкостью, Мишель проворачивал в голове события прошедшей недели. То, что случилось ночью в подвале бывшей библиотеки, не поддавалось никакому анализу. От одной только мысли о пыльных фолиантах щеки становились пунцовыми, и хотелось с громким стоном стечь под стол и там умереть от стыда. Расслабился! После ночных приключений он не стал закапывать обратно старую библиотеку. А потому совсем не удивился, что ранним утром вместо привычной тренировки у него был разбор полетов в кабинете ректора. Освальд пытался дознаться, откуда Мишелю известно про настоящую историю, но юноша так ничего толком и не сказал. Он не мог доверять старшему, находящемуся на службе у Его Величества. Стоит хоть крупинке информации просочиться наружу, и неизвестно, как поведет себя королевская семья. Луису вот можно было верить. Почти два часа ректор метался по кабинету, хватаясь то за волосы, то за огненные розги. Но Мишель стоял на своем. Все равно никто, кроме магов земли, не может держать древние свитки в руках. О чем он и сообщил Освальду. И только после этого Мишеля отпустили. Все эта суета прекрасно отгоняла от юноши ненужные мысли, но стоило только выйти за пределы кабинета, как в приемной появился герцог Торрес. Луис приветственно кивнул и прошел мимо к ректору, едва коснувшись Мишеля своим плечом. Тело прошила незнакомая прежде дрожь. Юноша побледнел, покраснел и поспешил уйти как можно дальше, почти не глядя, куда он бежит. После этого часть дня прошла как в тумане. Множество беспокойных мыслей атаковали прежде уверенного в себе мага земли. Что это? Почему руки дрожат, как ни сжимай их в кулаки? А сердце? Почему его стук напоминает что-то? И что? А стоило закрыть на мгновение глаза, как появлялось теплое ощущение чьего-то невидимого взгляда. И этот взгляд не пугал, не злил, но странно беспокоил. Предчувствие шептало, что грядет нечто, и все это мешало сосредоточиться на занятиях. Товарищи поняли нервозность Мишеля по своему. Сидящий рядом Филипп внезапно толкнул юношу локтем и прошептал: — Эй, ты уже слышал новость? — Какую? — тихо и недовольно спросил Мишель, украдкой посмотрев на бубнящего у кафедры преподавателя. — Говорят, в этом году праздник Смены сезонов будут проводить в нашем городе! — Что? Праздник Смены сезонов был важным ежегодным событием, которое длилось целый день и всю ночь. Устраивались пышные ярмарки, громкие представления и показательные бои. В академии Садов его тоже праздновали, но после появления Душегуба Мишелю больше не довелось побывать в городе во время ночных гуляний. Так что слова воздушника его крайне заинтересовали. Филипп удивленно покачал головой: — Ну ты даешь. Неужели ничего не слышал об этом? Да у нас тут настоящее историческое событие! — от возмущения он даже слегка подпрыгнул, зависнув над табуреткой на пару секунд. — В этом году, из-за того, что младшие теперь имеют шанс поступить в Клинки, руководство пригласило старшие курсы Садов к нам на праздник! — А когда я должен был это услышать? Я же занят постоянно, времени на слухи совсем нет. Хоть Мишель и бурчал, но новости его порадовали. Это лишь подтверждало, что слова дяди — не пустой звук. — Бедняжка, — хихикнул воздушник, отчего колокольчик в его косичке тихо зазвенел. — Что бы ты без меня делал? — Радовался жизни? — привычно уже отбрил юноша, почувствовав облегчение. Хотя бы здесь все было по-прежнему. После занятий Мишеля снова вызвали к ректору, где тот, нервно расшвыривая вокруг себя документы, поинтересовался, может ли племянничек помочь ему с приготовлениями к празднику. Следовало составить список участников, которые будут представлять академию и проконтролировать подготовку их выступлений. Сдуру Мишель почему-то согласился. Но он не представлял, чем это может обернуться! Еще составляя список, юноша столкнулся с тем, что кадеты боевой академии имеют слишком мало увлечений. Группа из трех воздушников вызвалась показать свои таланты в акробатике, один маг огня хотел покрасоваться своей меткостью, стреляя по левитируемым мишеням, а все остальные не могли придумать ничего интересного, кроме показательных боев. Мишель попытался внести хоть какое-то подобие разнообразия, разделив старших на пары — одни должны были сражаться на мечах, другие — на хлыстах, еще пара — врукопашную. Но все равно, ему казалось это катастрофически мало! Он еще помнил, как отмечали этот день в академии. Маги земли старались перещеголять друг друга, устраивая и конкурсы на самый пышный и зеленый цветок, и соревнование по скоростной вышивке (где разгорались нешуточные бои, когда время поджимало, а рисунок еще не был закончен!). Все готовили вкусную выпечку, и после ходили друг к другу в гости. А что творилось на сцене! Всевозможные танцы, стихи, показ мод, разыгрывание сценок и, конечно же, песни. Мишель всю голову сломал, пока пытался придумать что-то еще. Использовать монстров, как это было во время турнира, академия запрещала, поэтому оставалось не так уж и много того, что можно было бы показать на сцене. Он нервничал, отдавая список ректору, но тот только удивленно вскинул брови, посмотрев на последний пункт, вписанный чисто по-привычке, и подписал все, утвердив безо всяких вопросов. Тяжело вздохнув, юноша опрокинул первый стакан. На язык упала терпкая горячая жидкость, моментально согрев всего мага земли. Горло сжалось от невозможности сделать следующий вдох, и несколько секунд он просто ловил воздух губами. Пока пожар, охвативший все тело, не прекратился. Всю неделю Мишель бегал как заведенный. Процесс репетиций занимал все его свободное время. Приходилось постоянно решать возникающие у участников конфликты, дважды разводить бузотеров по разным кабинетам, и один раз упросить тренера Силайо в подготовке номера с хлыстами. Благо, выбранные для этого кадеты уже имели опыт, и тренер морщился и фырчал на них меньше, чем на остальных. У юноши не было времени на то, чтобы вздохнуть, не то что думать обо всяких там герцогах. Луис, конечно, появлялся перед ним несколько раз в день, но поговорить они так и не смогли. И вот сейчас, когда все готово и до начала праздника осталось пережить ночь, Мишель наконец выдохнул и... Не смог уснуть. Ворочаясь в постели, маг земли еще раз прокрутил в голове все приготовления, но мысли все равно почему-то скатывались к огненноволосому мужчине. И потому, устав бороться с бессонницей, Мишель решился сделать то, чего не совершал ни разу за все годы жизни в этом мире. Он решил сбежать в город и хорошенько выпить в каком-нибудь баре. И вот он здесь, в первом же попавшемся приличном заведении, где ему не отказали в выпивке. Голова внезапно перестала болеть, а глаза увидели мир четким и ярким. Опустив взгляд на трактирщика, Мишель хищно улыбнулся и сделал знак повторить. Сколько в итоге он выпил этого вкусного, жаркого напитка, юноша потом так и не вспомнил. Сбился где-то на пятом стакане, но трактирщик уверял, что вылакал Мишель целый бочонок литра на три. Может, наврал. Маг земли не боялся, что его найдут. Он даже почти был уверен, что его пропажа обнаружится быстро, как и вырытый под стеной в кустах подкоп. И с каким-то предвкушением ждал, когда по его душу явится кто-нибудь из старших. Но сначала он выпьет еще. В какой-то момент на соседний стул опустился симпатичный парень, подарив магу земли свою обаятельную улыбку. Мишель сразу вспомнил его – видел среди старшекурсников. О, так он не один такой искатель приключений? Взгляд почему-то скользнул по улыбающимся губам, отметив, что они немного напоминают другие... У другого... Не важно! Хлопнув стаканом по барной стойке, Мишель отвернулся от желающего познакомиться парня и увидел в углу тоскливо бренчавших менестрелей. В голове за доли секунды появилась «гениальная» идея, которую он не стал откладывать в долгий ящик. Прихватив с собой стакан, юноша уверенной походкой морского волка отправился претворять ее в жизнь. Спустя недолгое препирательство и пару золотых монеток, Мишель обернулся к ничего не подозревающей публике. Пожалуй, стоило вспомнить о том, что он все-таки еще только младшекурсник, едва укрепившийся в маскулинном коллективе, и что подобное поведение может бросить тень на все его дальнейшее пребывание в Академии, но… Под первые неуверенные аккорды местного бандурриста* маг земли взгромоздился на барную стойку, привлекая тем самым внимание. Мешать ему никто не стал. Наоборот, все присутствующие один за другим стали оборачиваться, чуя скорое представление. Шало улыбнувшись и отхлебнув из своего стакана, Мишель со значением оглядел собравшихся в зале мужчин и провозгласил: - Еще будучи ребенком, Я узнал один секрет! Как-то утром поделился, Мудростью со мною дед…** Облизнув пересохшие губы, он выпрямился во весь рост и задвигал тазом в такт припеву. Руки выписывали в воздухе непонятные фигуры, но сжатый в пальцах стакан ни разу не выплеснулся на сидящих рядом посетителей. Песня Мишелю нравилась еще по прошлой жизни, и соответствовала сегодняшнему настроению. К тому же, судя по загоревшимся глазам местных, пришлась также по вкусу и жителям этого мира. Хотя, может все дело было в том, что лента с волос Мишеля спала, растрепав и без того не тугую косу. Или в его бедном заде, на который присутствующие посетители бросали заинтересованные взгляды, дивясь завораживающим движениям. Мысль о том, что такое поведение небезопасно для младшего, мелькнула и пропала, а Мишель самозабвенно пел дальше, начав исполнять что-то вроде канкана. Менестрели на удивление попадали в движения, а зал еще больше оживился. Мужчины громко подпевали припев, стучали своими стаканами и заказывали больше выпивки. Мишелю было весело. Мишелю было очень весело. И совсем не вспоминалось о… Неловко подвернув ногу на очередном пируэте, маг земли с коротким вскриком упал кому-то на руки. От нелепости ситуации стало так смешно, что он не отказал себе в удовольствии громко засмеяться. И даже не обратил внимания на то, что вокруг стало как-то тише. - Развлекаетесь, кадет Гарсиа ? – пророкотал знакомый голос, от которого по всему телу пробежались мурашки. Но даже понимание того, кто держит его в своих руках, не сделало настроение Мишеля хуже. Наоборот, он поднял глаза и широко улыбнулся. - Ооо, герцог Торрес собственной персоной. А что вы тут делаете? Юноше показалось, что мужчина пробурчал себе под нос что-то о спасении чьих-то задниц, но Луис быстро взял себя в руки. Развернувшись, он понес мага земли на выход, а за его спиной маячили четверка Мишеля и Адан с Реми. Те по-доброму ухмылялись (кроме Винсента, чье беспокойство выражалось хмурой складкой между бровей), и юноша возвращал им свои лучшие улыбки. Уже на улице он, извернувшись, вдруг вырвался из тесных объятий. Взмахнув руками, Мишель запел во всю силу своих легких: - Я бывало сомневаююююююсь, Взял туда ли я билееееет?! - Микки! – окликнул его Луис, попытавшись схватить. Ловко увернувшись от его рук, юноша со смехом продолжил ускользать. Насмешливо глядя в глаза герцогу и не прекращая своей матерной песенки, отчего мужчина все больше раскалялся. Когда же ему удалось снова подхватить мага земли на руки, Мишель счастливо засмеялся. В голове было легко-легко, и поднимающееся от герцога теплое необжигающее марево казалось чем-то волшебным в свете магических фонарей. Поймав взгляд Луиса, юноша наклонился к его лицу и коснулся губами его губ. Зажмурившись, как сытый кот, Мишель почувствовал, что голова начала кружиться сильнее: - Действительно, никакой разницы, - пробормотал он себе под нос, устраивая голову на плече окаменевшего герцога и проваливаясь в сон. – Хотя… тебе бы побриться, господин герцог...